§ 5. Нарушение обязательства как основание приостановления

Согласно п. 2 ст. 328 ГК приостановление кредитором встречного исполнения возможно в случае непредставления обусловленного исполнения должником.

Из данной статьи со всей очевидностью вытекает право кредитора приостановить исполнение в случае текущей просрочки должника.

Но встает вопрос о том, распространяется ли такое право на случаи, когда должник допустил ненадлежащее исполнение. Зарубежные юристы в этом не сомневаются. Как мы видели, практически во всех странах мира приостановление исполнения как средство защиты доступно кредитору и в случае ненадлежащего исполнения.

Оправдано расширение сферы применения института exceptio за счет случаев ненадлежащего исполнения и с точки зрения политики права. Было бы странно лишать права приостановить исполнение кредитора, который получает от должника исполнение со значительными дефектами и не готов принимать предоставленное в счет исполнения договора. Так, например, соображения элементарной справедливости требуют дать покупателю, получившему товар с существенными дефектами и обоснованно потребовавшему замены товара в соответствии со ст. 475 ГК, возможность законно приостановить оплату до осуществления поставщиком замены.

С догматической же точки зрения наш вывод можно подкрепить следующими соображениями. Во-первых, п. 2 ст. 328 ГК говорит о непредставлении обусловленного исполнения. Соответственно, из данной фразы можно вывести, что при представлении исполнения в противоречии с условиями, установленными в договоре (ненадлежащем исполнении), мы имеем непредставление обусловленного исполнения, а значит, и получаем обоснование права кредитора на приостановление. Во-вторых, право приостановить исполнение вытекает a fortiori из права кредитора на расторжение существенным образом нарушенного договора.

В сочетании с тем, что зарубежное право единодушно признает приостановление исполнения при ненадлежащем исполнении, вышеприведенные аргументы вполне убедительно обосновывают сделанный нами вывод.

Причем немаловажно, что эта идея знакома законодательству. Так, согласно п. 2 ст. 520 ГК покупатель вправе отказаться от оплаты полученного товара "впредь до устранения недостатков и доукомплектования товаров либо их замены".

Аналогичный вывод поддерживается и рядом российских судебных решений. Так, в одном из судебных решений суд признал обоснованным приостановление внесения арендной платы при передаче арендатору помещения, непригодного для использования по назначению <1>.

<1> См.: Постановление Президиума ВАС РФ от 2 марта 1999 г. N 6435/98; Постановление ФАС МО от 1 августа 2002 г. N КГ-А40/4886-02.

При этом вполне очевидно, что далеко не всякое ненадлежащее исполнение оправдывает приостановление исполнения. Нет никаких сомнений в том, что право на приостановление должно зависеть от трех дополнительных условий.

Во-первых, здесь должен применяться тот же самый принцип соразмерности, который проявляется при определении существенности нарушения в контексте вопроса о допустимости расторжения договора.

Если применительно к праву на расторжение договора существенность нарушения как условие закреплено прямо в качестве общего правила в ст. 450 ГК, то в отношении права приостановить свое встречное исполнение степень значительности самого нарушения в ст. 328 ГК не упоминается. Но здесь как раз и может пригодиться квалификация приостановления исполнения в качестве меры самозащиты. Напомним, что согласно ст. 14 ГК применение мер самозащиты должно быть соразмерным. Соответственно, кредитор будет вправе приостановить свое встречное исполнение, только если дефект в исполнении достаточно существен, чтобы применение такого средства защиты прав кредитора, как приостановление исполнения, было соразмерным характеру нарушения.

Аналогичный подход реализуется и в зарубежном праве.

<1> Antonioili, Veneziano A. Principles of European Contract Law and Italian Law. A Commentary. The Hague, 2005. P. 403.

<2> The Principles of European Contract Law and Dutch Law. A Commentary / Ed. by D. Busch, E.H. Hondius, H.J. van Kooten, H.N. Schelhaas, W.M. Schrama. The Hague, 2002. P. 360.

<3> Ссылки на французские судебные решения см.: Nicholas В. The French Law of Contract. Oxford, 2003. P. 214 - 215, а также: Beale H., Hartkamp A., KotzH, Tallon D. Cases, Materials and Text on Contract Law. Oxford, 2002. P. 732 - 733.

<4> Farnsworth E.A. Contracts. 4-th ed. New York, 2004. P. 566 - 567.

Развивая критерий соразмерности, предусмотренный в ст. 14 ГК применительно к праву приостановления исполнения, следует вслед за зарубежными юристами заметить, что само содержание понятия существенности в случаях расторжения договора и в случаях приостановления исполнения может различаться. Гибкие критерии существенности нарушения и соразмерности по сути являются эманацией более общего принципа справедливости.

Во-вторых, для возникновения у кредитора права приостановить исполнение мало того, чтобы нарушение было достаточно существенным. Само нарушение должно иметь устранимый характер. Дело в том, что сама функция приостановления исполнения состоит в том, чтобы на время задержать исполнение до тех пор, пока должник не исполнит свое обязательство. В случае ненадлежащего исполнения приостановление откладывает исполнение встречного обязательства до момента устранени я нарушения. Если же нарушение в силу своей природы не может быть устранено, то кредитор при доста точной существенности нарушения имеет право на расторжение договора, но не вправе приостановить с вое исполнение. Это настолько очевидно, что не требует какого-то дополнительного обоснования.

Так, например, если нарушение договора состояло в разглашении конфиденциальной информации или в некачественном обслуживании гостей конференции, то вполне очевидно, что устранить нарушение уже невозможно. Соответственно, невозможным будет и приостановление встречного исполнения.

В-третьих, даже если нарушение носит существенный характер и в принципе может быть устранено, приостановление возможно только тогда, когда кредитор потребовал устранения нарушения. Такое требование может состоять в запросе на замену исполнения или исправление дефекта силами должника. Если кредитор не требует устранения нарушения, то и невозможно приостановление исполнения.

При получении ненадлежащего исполнения и принципиальной устранимости самого нарушения кредитор должен заявить о своем нежелании принимать такое исполнение немедленно после того, как он узнал или должен был узнать о нарушении.

Иначе говоря, приостановление исполнения востребовано тогда, когда право дает кредитору возможность отвергнуть ненадлежащее исполнение и настаивать на реальном исполнении. В ситуации, когда кредитор, получивший ненадлежащее исполнение, выбирает иной сценарий реагирования на допущенный дефект, - принимает такое исполнение и требует компенсации своих убытков или уменьшения цены, он не вправе далее задерживать свое встречное исполнение.

Если все три условия (существенность дефекта, устранимость нарушения и отказ кредитора принимать дефектное исполнение с требованием устранить нарушение) сходятся в конкретной ситуации, право на приостановление встречного исполнения может быть использовано и в случае дефектного исполнения.

Здесь следует сделать некоторое уточнение относительно права не исполнять встречное обязательство в ситуации, когда исполнение этого обязательства было договором прямо поставлено под условие получения предшествующего исполнения и при этом предшествующее исполнение было произведено ненадлежащим образом. В силу того, что такая условная зависимость встречных обязательств крайне распространена в деловом обороте, эту коллизию нельзя игнорировать.

Сложность состоит в том, что, как мы выше установили, предшествующее исполнение здесь является отлагательным условием для встречного обязательства.

В российском праве данный вопрос, как это обычно бывает с такими тонкими нюансами договорного права, не исследован вовсе. В то же время в зарубежном праве он изучен достаточно детально. В частности, в американском праве достаточно серьезно анализируются преимущества правила буквального соответствия и правила достаточного уровня соответствия <1>.

<1> Подробнее см.: Карапетов А.Г. Зависимость условия от воли сторон условной сделки в контексте реформы гражданского права И Вестник ВАС РФ. 2009. N 7. С. 28 - 93.

Согласно правилу буквального соответствия для возникновения отлагательного условия обстоятельство, с которым связаны соответствующие правовые последствия, должно идеально соответствовать его описанию в договоре. Согласно же принципу достаточного уровня соответствия реальное обстоятельство может незначительно и несущественно отличаться от договорного описания. Так, например, если условием является выделение банком кредита на сумму сделки купли-продажи здания, а банк согласовал финансирование в объеме 95% от стоимости сделки, то принцип буквального соответствия не оставляет покупателю шанса на вступление договора в силу, в то время как принцип до статочного уровня соответствия допускает с учетом конфетных обстоятельств признание условия наступ ившим.

Эта проблема особенно обостряется применительно к условиям, зависящим от одной из сторон договора и в особенности так называемых обязательственных условий (promissory conditions), которыми как раз и являются случаи, когда отлагательное условие состоит в исполнении одним из контрагентов своего обязательства. Здесь американское право стремится к применению принципа существенного соответствия для того, чтобы не допустить ситуацию, когда встречное обязательство не возникнет из-за ничего не значащего отступления осуществленного реального исполнения от описания данного обязательства в контракте.

Эта же идея кажется и нам наиболее разумной. Правило буквального соответствия хотя и имеет преимущество в виде большей определенности и предсказуемости, но является слишком жестким и допускающим явную несправедливость. Сторона, осуществившая предшествующее исполнение, должна быть защищена независимо от того, является ли его исполнение отлагательным условием или нет. Принципиальной разницы, с точки зрения лица, осуществившего ненадлежащее исполнение, в этих двух ситуациях нет. Поэтому соображения справедливости и последовательности требуют того, чтобы срок исполнения встречного обязательства наступал даже при несущественном отступлении предшествующего исполнения от условий договора. Это правило по сути является аналогом принципов соразмерности и существенности нарушения, которые применяются к приостановлению исполнения как мере односторонней защиты (оперативного воздействия).