Особенности приостановления при нарушении длящегося делимого договора.
<1> Подробнее см.: Карапетов А.Г. Расторжение нарушенного договора в российском и зарубежном праве. М., 2007.
Для иллюстрации сути данной проблемы приведем классический пример длящегося делимого договора - договор поставки товара партиями. Теперь представим, что покупатель допустил просрочку оплаты по отгруженной ему ранее партии. Вправе ли поставщик приостановить отгрузку новой партии до погашения возникшей задолженности? В любой стране мира на этот вопрос отвечают утвердительно. И соображения здравого смысла и политики права также требуют именно такого ответа.
Но реализация такого варианта возможна только, если принимается наше более широкое понимание встречности исполнения. Если же придерживаться отвергнутой нами, но распространенной теории, согласно которой встречным признается только последующее исполнение, обусловленное получением обусловленного исполнения от должника, то приостановление исполнения в данном случае ставится под вопрос. Дело в том, что обязательство поставщика по отгрузке продукции за февраль не является встречным по отношению к обязательству покупателя по оплате продукции, отгруженной в январе. Февральская отгрузка "обменивается", соответственно, на февральскую оплату. Обязательства по поставке товара в феврале и оплате товара, полученного в январе, не находятся в строгой синаллагматической связи.
В рамках нашего более либерального подхода обоснование права приостановления в этой ситуации опирается на то, что данные обязательства хотя и не находятся в синаллагматической связи, но достаточно взаимосвязаны, чтобы оправдать приостановление с точки зрения принципов соразмерности и добросовестности. Этот гибкий "контекст-ориентированный" критерий позволяет легитимизировать приостановление исполнения при нарушении длящегося делимого договора. Использование любого более жесткого подхода к толкованию п. 2 ст. 328 ГК лишает нас возможности обосновать данное очевидное с политико-правовой точки зрения средство правовой защиты.
В условиях, когда наше видение вопроса о сфере применения института приостановления исполнения не является пока общепризнанным и доминирующим в судебной практике, юристам было бы разумно прямо прописывать в контракте возможность приостановления кредитором исполнения обязательства в отношении следующей партии (месяца, этапа) при просрочке должника, допущенной в отношении предыдущей партии (месяца, этапа).