НАЧАЛА АРИТМОЛОГИЧЕСКОЙ ПОЭТИКИ

Только теперь мы располагаем некоторыми предпосылками к пониманию смысла пифагорейского числа или, лучше сказать, аритмологического космоса пифагорейцев. Только в том мире, строй (космос) которого мысленно во-ображается мусически образованными зрением и слухом, мера, соразмерность, гармония, одределенная числом форма могут мыслиться как чистый образ (вид, форма) сущего, т.

Эта последовательность перехода к арифметике как идеальному основанию всеобщего устроения или теоретической онтологии отчетливо изложена Платоном в «Государстве». Воображая идеальное воспитание (образование) стражей идеального государства (образователя), Платон сначала устраивает (приводит в форму) их тело с помощью гимнастики, а с помощью ритма и гармонии муси- ческих искусств настраивает их души на теоретический (внимательный к самим ритмам и гармониям) лад. Но сама по себе музыка, как и другие искусства — слишком разнообразные и аморфные, — не вполне обращают и сосредоточивают взор и ум человека. Настройка человеческой души на мысленное (= предельно заостренное: зоркое, чуткое, тонкое...) внимание чистому (предельно внятному) строю сущего требует точности и неизменности этого мысленного (идеального) бытия.

Платон, стало быть, видит в арифметике, с одной стороны, общий базис всех искусств, с другой — основание теоретической онтологии. Иными словами, искомое нами теоретическое начало греческой философии, архитектоническое ^снование самого ума, способного умо-постигать бытие: конкретную идею тождества формы мысли и формы бытия, т. е. идею истины как соответствия, сходства.

Но мы промахнемся, если не заметим, что арифметика эта сама имеет особое строение, собственную архитектонику. Пифагорейская арифметика, точнее сказать, греческая аритмология эпохи Платона (Филолай, Архит, Теэтет, Евдокс) есть прежде всего теория пропорций (см. кн. VII и VIII «Начал» Евклида1) и так называемая геометрическая алгебра, которая определяет круг геометрических проблем так, что их решение сводится к отысканию средних пропорциональных (см. кн. II «Начал»). Эта арифметика не просто связана в истоках с теорией музыки, но первоначально и мыслится как элементарная теория музыки (соответственно — эле-ментарная космология), и сохраняет эту архитектоническую печать на протяжении всего развития, вплоть до создания теории конических сечений.