7. ГЕММА МУДРОСТИ ВОЗВЫШЕННОЙ В СЛОВЕ ИСМАИЛОВОМ

Знай, что именуемый Богом (аллах) Единичен (ахадий) по самосущности и целокуплен (кулль) по именам. У всякого сущего от Бога — лишь его собственный господь (рабб), вся целокупность не может быть у него.

Счастлив снискавший довольство (рида) господа своего, а нет никого, кто не снискал бы довольства господа своего, ибо господствие его (господа.— А. С.) пребывает на всяком, а потому доволен им господь его, и счастлив он. Посему сказал Сахль: «Есть в господствии тайна»,— а сия тайна — ты, ведь он обращался к каждой воплощенной сущности, «если б исчезла она, [91] прекратилось бы господствие». Он сказал «если бы», а этот союз выражает воздержание вследствие невозможности, ведь она (тайна.— А. С.) не исчезает и господствие не прекращается, ибо всякая воплощенная сущность обладает бытием только благодаря своему господу. А воплощенная сущность есть всегда, стало быть, и господствие никогда не прекращается.

Всякий снискавший довольство любим, а все, что делает любимый,— любимо, и потому все оно (Творение.— А. С.) — снискавшее довольство. Ведь действие не [производится] воплощенной сущностью, действие [производится] господом ее в ней, и воплощенная сущность, когда сопрягается с ней действие, успокаивается и становится «довольной» появившимися в ней и чрез нее действиями Господа ее. Действия же те суть «снискавшие довольство», ибо всякий действующий, всякий мастер доволен действием или изделием своим; ведь если свершит как должно он действие или изделие свое, то, значит, «дал он каждой вещи ее строй, а затем ведет по пути»1,— пояснил Он, что дал каждой вещи ее строй, так что не приемлет она ни умаления, ни увеличения.

Снискавший довольство может быть снискавшим абсолютное довольство лишь тогда, когда все, в нем появляющееся, относится к [92] действиям в нем довольного [им]. Так, Исмаил превосходил прочие воплощенные сущности в плане снискания довольства господства своего, в каковом плане охарактеризовал его Бог.

И всякой душе успокоившейся сказано было: «Возвратись к господу своему»3; так приказал Он ей возвратиться именно к своему господу, который призывал ее, почему и узнала она его одного во всей Целокупности — «довольной и снискавшей довольство»4. «Войди в среду рабов Моих»5 в том смысле, что у них — тот же макам: каждый из здесь упомянутых рабов познал своего всевышнего господа, ограничился им и не бросает взгляд на господа раба иного, хотя и едина воплощенная сущность,— сие неизбежно.

Ты раб, но ты же господин Тому, Кому ты только раб;

Ты — господин, и ты же — раб Того, Кем был обет нам дан:

Так узел всякого исповеданья

Иным исповеданьем разрешен. Итак, Бог доволен своими рабами: они —- снискавшие довольство; и они Им довольны: и Он — снискавший доволь- ство8. Так два сих уготовления оказались друг с другом в отношении подобий, подобия1 же суть противоположности, ибо вместе не сходятся, так как не различаются. А есть лишь различающееся, значит, нет в бытии противоположности: бытие — единая истинная сущность, и вещь сама себе не противоречит [93].

Есть Бог один, а больше — никого: Не говори о связях иль различьях;

Свидетельство то ока моего:

Смотрю и вижу лишь Его я безграничность.

«Это — тем, которые боятся Господа своего»9, [боятся] быть Им, зная различенность (тамиййз). Нам на это указывает неведение бытийствующих воплощенных сущностей от-носительно того, что изложено знающими. Итак, случилась различенность рабов, и случилась различенность господов. Не будь сей различенности, божественное имя «Единый» было бы во всем истолковано так же, как и «Конечный». И «Возвышающий» может быть понят так же, как «Уни-жающий», только в таком же случае. Но с точки зрения Единичности оно (это имя.— А. С.)—как мы то скажем о всяком имени — указует и на Самосущность (Бога.— А. С.), и на истинную сущность свою, поскольку оно есть оно. Ведь Именуемый Един, и Возвышающий есть Унижающий со стороны Именуемого, но Возвышающий не есть Унижающий со стороны себгі самого и истинной сущности своей, ибо каждое из них понимается различно:

Ведь нельзя считать, что Бога Отделишь ты от Творенья,

И нельзя одежд Творенья Почитать помимо Бога.

Уподобь же и очисти

Ты Его — и правду скажешь;

Хочешь — будь в соединенье,

Хочешь — будь в разъединенье,

Но получишь Целокупность: Пальма первенства — ее.

Ты не тленен и не вечен,— Все не тленно и не вечно:

Нету свыше вдохновенья,

Вдохновенье — лишь твое.

Славословится верность обещаниям, а не угрозам.

А посему есть только Верный Обещанью!

А что угроза? Для нее нет в мире места. Смотри: перед тобой юдоль страданий;

Но вижу в ней лишь явное блаженство: Сии два неразличны в единенье,

И только в проявленье — мук явленье; Сладка та мука, зовется мукой ада,

Лишь шелуха она, сокрывшая усладу.