ПРАВИЛА ЛЕКСИЧЕСКОЙ СУБСТИТУЦИИ

Теперь мы можем вернуться к обсуждению структуры слова­ря. Для простоты будем по-прежнему опираться на наше весьма прос­тое представление о грамматических правилах. Хотя оно будет пе­ресмотрено в Последующих главах, этот пересмотр не окажет влия­ния на сделанные здесь общие утверждения.

2, : T+N+V+T+N, и к предполагаемым им классам слов:

Т ={tne}

N = {man, dog, chimpanzee, . . .}

V= {bites, eats, opens, . . .}.

Процесс лексической субституции (подстановка конкретных слов на позиции, установленные соответствующим грамматическим пра­вилом; см. § 4.2.9) можно описать следующим образом: каждый слу­чай появления символа грамматического класса в структурном описании предложения заменяется на любой член означенного клас­са, причем этот член берется из списка данного класса, приведенного в словаре. (Когда все символы грамматических классов заменены, или «переписаны», посредством многократного применения принци­па лексической субституции, на «выходе» генеративной системы получается предложение, снабженное соответствующим струк­турным описанием.) Операция лексической субституции может быть формализована посредством следующего правила:

Х⁴—^ X.

«Замени X, где X — переменная, принимающая значение всех грамматических классов, упоминаемых в генеративной системе (например, Т, N или V), на х, где х — любой член класса X». По­следовательное применение этого правила лексической субститу­ции превратит T+N+V+T+N в некоторое предложение типа The dog bites the man, как это представлено деревом на рис. 5. (Заме­тим, что различие между той частью «выхода», которая выводится из грамматического правила, и частью, полученной из словаря, представлено на дереве различием между сплошной и прерывистой линией. В настоящей работе мы будем везде придерживаться этого удобного соглашения.)

Поскольку правила лексической субституции действуют одина­ковым образом, независимо от «значения», принимаемого Х-ом, мы можем рассматривать списки слов как множество правил, при­лагаемых к грамматике, и таким образом обойтись без обобщен­ного правила лексической субституции.

T->-{the}

N-^{man, dog, chimpanzee, . . .}

V-^{bites, eats, opens, . . .}.

Стрелки можно интерпретировать как инструкцию заменить (или «переписать») элемент, находящийся слева от стрелки, на один из элементов, перечисленных справа от стрелки, например: ‘y-^z’ означало бы «замени у на z (при условиях, определяющих систему правил)». Любая система правил, каждое из которых представлено в такой форме (способ их действия будет более подробно рассмот­рен в гл. 6), называется системой подстановки (или системой правил подстановки).

Теперь используем стрелку подстановки также и для граммати­ческого правила и объединим грамматическое правило и правила лексической субституции в одну систему:

(1) 2^T+N+V+T+N

(2) T^{the}

(3) N-^{man, dog, chimpanzee, . . .}

(4) V-^{bites, eats, opens, . .

Это весьма простая генеративная грамматика, которую мы рас­ширим, с тем чтобы она учитывала некоторые результаты деления классов слов на определенные подклассы.

В предыдущем разделе мы отмечали, что в рамках допущений, принятых нами при рассмотрении формальной грамматики, любая переклассификация слов в словаре производит не подклассы ис­ходных более широких классов, а совершенно не связанные друг с другом новые классы. С грамматической точки зрения этот недос­таток может быть исправлен посредством введения добавочных пра­вил, а именно:

N^{N_e, N_6t N_c}

V->{V„ V„ V/}.

Теперь мы должны внести поправки в правила лексической суб­ституции (увеличив их число). Таким образом, новая система, вклю­чающая грамматику и словарь, примет следующий вид:

(1) 2^T+N+V+T+N

(2) N“>{N_e, N₆, N_e>

(3) V->{V„ V„ V/}

(4) N₀-v{man, dog, chimpanzee, .

(5) N,,->-{banana, door, milk, . . .}

(6) N_c-»-{fact, meaning, structure, . . .}

(7) V_d->-{eats, bites, frightens, . . .}

(8) V_e->-{recognizes, . . .}

(9) Vy-Gdetermines, . . .}.

Эта система правил формализует в пределах грамматики тот факт, что N_e, N_b и N_c представляют собой подклассы N (члены этих под­классов — «существительные»), a V_rf, V* и V} — подклассы V (чле­ны — «глаголы»). Следовательно, в целях формализации этого фак­та наша система вводит дополнительный «слой» грамматической структуры (ср. рис. 6, представляющий дополнительный «слой»

посредством ветвей «дерева», связывающих N и N_a и V и V_d). Од­нако это происходит за счет того, что система допускает в качестве грамматически правильных те самые сочетания подклассов, для запрещения которых и предназначался процесс субклассификации. (В вышеприведенном наборе правил нет никаких ограничений, пре-

Рис. 6.

пятствующих тому, чтобы избрать, скажем, N_b для заполнения вто­рой позиции при Vrf в третьей позиции и N_c в пятой позиции.)

Речь идет здесь о принципе синтагматической обусловленности, или совместимости, между одним и другим подклассом слов, то есть о том, что обычно называют лексической селекцией. На данном этапе мы занимаемся структурой словаря и не будем вдаваться в грамматические аспекты этой проблемы. Допустим просто, что в принципе возможна такая формализация (использующая контекст­но-связанные правила; см. § 6.5.1), которая позволила бы нам сохра­нить понятие субклассификации, выраженное в правилах (2) и

(3) , и тем не менее порождать желаемые сочетания подклассов.

4.3.3.