17. Эффективность контекста

Носителю языка в высшей степени безразлично, какой частотностью обладают единицы, постоянно используемые им в речи, однако ему не безразлична их эффективность (связанная, кстати сказать, с их частотностью) в опреде­ленном контексте или ситуации.

чтобы данный элемент был воспринят, он должен найти средство повышения информации в данной точке своего высказывания, т. е. пробудить внимание слушателя. Об «уважаемых экономистах» — «economistes distingues»— говорят столь часто, что этот эпитет в данном контексте практически уже потерял свою ценность. Существует, однако, множество способов повышения специфичности, т. е. информативной значимости, данного сегмента выс­казывания. Можно, например, снабдить его одним или не­сколькими детерминантами: tres distingue «глубокоува­жаемый» или tout particulierement distingue «пользую­щийся исключительным уважением». Можно заменить форму, наделенную небольшим количеством информации, другой формой, имеющей то же значение, но весьма нео­жиданной в данном контексте: можно, например, восполь­зоваться сочетанием economiste de classe «перворазряд­ный экономист». Наконец, чтобы привлечь внимание слу­шателей, можно произнести малоинформативное слово подчеркнуто, разбив его на слоги,— un economiste dis- ип^иё — или сообщив этому слову либо одному из его детерминантов особую эмфазу — un ёсопопшСе TRES disting^. Эти различные приемы могут использоваться одновременно, что и делается довольно часто, особенно если произнесение того или иного сегмента ограничено во времени. Нередко присоединение к тому или иному слову определенного эпитета или обращение к эмфазе ста­новится настолько обычным, что их отсутствие оказывается более неожиданным и, следовательно, обращает на себя больше внимания, чем их наличие: во многих случаях

слово «un succes» («успех») звучит более убедительно, чем выражение «un succes fou» («безумный успех»).

Писатели и поэты не всегда выступают в качестве но­ваторов в области лексики, ибо множество нововведений с трудом удерживается в памяти и поэтому не имеет цен­ности.

Тем не менее они должны заботиться о средствах, с по­мощью которых можно привлечь внимание читателя, и это действительно достигается благодаря тому, что повест­вование наделяется соответствующим количеством инфор­мации. Автор, пользуясь обычными словами, может обра­титься к изображению исключительно редких — реаль­ных или воображаемых — событий и тем самым повысить информативную насыщенность повествования. Он может, кроме того, повысить содержание информации в своем повествовании путем подбора оригинальных языковых единиц, что избавит его от необходимости ежеминутных поисков неожиданных ситуаций для своего повествова­ния. В этом случае важно, чтобы информативная насыщен­ность произведения не превысила определенной нормы, зависящей, само собой разумеется, от интеллекта и куль­турного уровня людей, для которых это произведение предназначается. Речь идет о том, чтобы не допустить снижения естественной и необходимой избыточности до того уровня, когда становятся ощутимыми усилия, кото­рые читателю приходится прилагать, для того чтобы понять текст. Тенденция к лаконичности, т. е. к повышению ин­формативной насыщенности, особенно характерна для поэтических произведений, причем не столько для мно­гопесенных эпопей, сколько для небольших стихотворе­ний.

дит к неясности. Язык, идеальный с точки зрения эконо­мики, должен был бы содержать слова (и фонемы), кото­рые в любых сочетаниях приобретали бы значение сообще­ния. Наша повседневная речь далека от этого идеала. Гораздо ближе к этому последнему язык поэтов-«новаторов».

6-