3.2. Преддоговорные споры

Ограничивая свободу договора посредством возложения на участников обязанности его заключения, государство вместе с тем должно предусмотреть и конкретный механизм принудительной реализации этой обязанности.

Кроме того, в целом ряде случаев вмешательство государства в процесс заключения договора обусловливается необходимостью прямого участия в формировании договорных условий.

Две указанные цели достигаются посредством осуществления государством юрисдикционной деятельности по разрешению преддоговорных споров.

Следует отметить, что до принятия ГК РФ прямое упоминание в законодательстве о судебном решении как об основании возникновения гражданских прав и обязанностей отсутствовало.

Напротив, на страницах процессуальной литературы разворачивалась достаточно оживленная дискуссия о возможности выделения, наряду с исками о признании и присуждении, так называемых преобразовательных (конститутивных) исков. Так, Н.Б. Зейдер высказал мнение о том, что указанные иски "противоречат сущности правосудия, призванного защищать наличные права, а не устанавливать и регулировать правоотношения. По своему содержанию они (преобразовательные иски. - В.Г.) могут быть сведены или к искам о присуждении, если в соответствии с возникшими до процесса юридическими фактами (выделено мной. - В.Г.) и на основании закона в них содержится требование о принудительном осуществлении права, или к искам о признании, если требование истца сводится к признанию наличия или отсутствия правоотношений"*(335).

Наиболее полно концепция преобразовательных исков была разработана М.А.

В настоящее время сторонники преобразовательных исков также указывают на то, что цель таких исков "заключается во внесении изменений в правовые отношения сторон. Эти изменения выражаются в образовании нового либо изменении или прекращении существующего правоотношения на основании судебного решения, а не вследствие иных фактов, в частности фактов, возникших до процесса (выделено мной. - В.Г.)"*(337).

Однако наивно было бы полагать, что с включением в ГК РФ пп. 3 абз. 2 п. 1 ст. 8 почва для приведенной дискуссии исчезла.

Во-первых, одно указание в законе на возможность установления судебным решением гражданских прав и обязанностей еще далеко не свидетельствует о том, что данная проблема получила окончательное разрешение.

Во-вторых, совершенно верной и обоснованной представляется мысль противников преобразовательных исков о том, что судебное решение порождает правовые последствия не само по себе, а в соответствии с юридическими фактами, возникшими до процесса.

Действительно, применительно к проблеме возникновения договорного обязательства судебное решение как акт правосудия не способно заменить собой договора, хотя бы уже потому, что ни при каких обстоятельствах не может являться средством удовлетворения интересов вступающих в договор участников гражданского оборота. Таким средством выступает лишь сам договор, что и вынуждает стороны к обращению за разрешением возникшего между ними преддоговорного спора в компетентный юрисдикционный орган.

Важно учитывать и то обстоятельство, что, вынося решение по преддоговорному спору, суд определяет все же содержание договорных условий. Кроме того, если признать, что судебное решение само по себе, без юридических фактов, возникших до процесса, влечет возникновение договорного обязательства, непонятным окажется, какую роль в возникновении обязательства играет сам договор-сделка как юридический факт, в котором в первую очередь должна найти свое проявление единая воля участников оборота.

Наконец, следует обратить внимание и на преддоговорные споры по реальным договорам, для заключения которых требуется обязательная передача имущества.

Следовательно, решение суда и договор*(338) образуют сложный юридический состав, который влечет возникновение договорного обязательства при наличии между сторонами преддоговорного спора*(339). Вступление в законную силу судебного решения, установившего содержание спорных договорных условий, знаменует собой завершение упомянутого состава и приобретение договором как главным элементом состава значения юридического факта.

Именно подобным образом применительно к установлению гражданских прав и обязанностей в рамках договорного правоотношения и следует толковать пп. 3 абз. 2 п. 1 ст. 8 ГК РФ.

Необходимо особо подчеркнуть, что вмешательство суда в процесс заключения договора является изъятием из принципа его свободы, в связи с чем допустимо лишь на основании прямого указания закона либо в силу соглашения сторон.

Установление судебным решением договорного правоотношения в принципе возможно двояким способом: 1) путем понуждения уклоняющейся стороны к заключению договора и 2) путем устранения разногласий по отдельным условиям договора. Соответственно этому преддоговорные споры (споры о заключении договоров) подразделяются на споры о понуждении к заключению договора (п. 4 ст. 445 ГК РФ) и споры о разногласиях по условиям договора (ст. 446 ГК РФ).

Разрешение преддоговорных споров первой группы осуществляется судом в случаях, когда имеет место уклонение стороны от обязательного для нее заключения договора*(340). Сюда же относится рассмотрение судом разногласий, возникших в процессе обязательного заключения договора, поскольку в этом случае речь также идет об уклонении обязанного субъекта от заключения договора на определенных условиях (на условиях, предлагаемых в оферте необязанной стороны).

Вторая группа преддоговорных споров имеет место в случаях, когда основанием передачи разногласий по условиям договора на рассмотрение суда является соглашение сторон.

Общий порядок передачи на рассмотрение суда споров о понуждении к заключению договора установлен ст. 445 ГК РФ и различается в зависимости от того, для какой стороны обязательно заключение договора, - для стороны, которой направлена оферта (акцептанта), либо для стороны, направившей оферту (оферента). Так, в случаях, когда заключение договора обязательно для акцептанта, последний обязан направить оференту извещение об акцепте, либо об отказе от акцепта, либо об акцепте оферты на иных условиях в течение тридцати дней со дня получения оферты*(342).

При получении от обязанной стороны извещения об акцепте на иных условиях (контроферты) необязанная сторона вправе передать разногласия, возникшие при заключении договора, на рассмотрение суда в течение тридцати дней со дня получения такого извещения либо истечения срока для акцепта. В случае поступления оференту акцепта на иных условиях (контроферты) речь также идет об уклонении обязанной стороны от заключения договора на основании оферты необязанной стороны.

Следовательно, преддоговорные споры в этих случаях возникают, в частности, при отказе обязанной стороны от акцепта оферты либо при акцепте оферты на иных условиях (контроферты). В этой связи необходимой предпосылкой предъявления заинтересованной стороной в суд иска о понуждении обязанной стороны к заключению договора является предварительное досудебное обращение к ней с предложением заключить договор. В противном случае иск подлежит оставлению без рассмотрения*(343). При этом следует исходить из того обстоятельства, что только отказ обязанной стороны от предложения заключить договор на определенных условиях либо отсутствие ответа обязанной стороны на предложение заключить договор в течение установленного срока, собственно, и порождает преддоговорный спор.

В случаях, когда заключение договора обязательно для оферента и ему будет направлен протокол разногласий к проекту договора (контроферта), оферент обязан известить другую сторону о принятии контроферты либо об ее отклонении.

При отклонении контроферты либо неполучении извещения об ее акцепте возникает преддоговорный спор, в связи с чем необязанная сторона вправе передать его в тридцатидневный срок на рассмотрение суда.

Зачастую на практике возникает вопрос о последствиях пропуска уполномоченной стороной срока передачи возникших при заключении договора разногласий на рассмотрение суда.

ВАС РФ рекомендовал нижестоящим арбитражным судам в этом случае руководствоваться следующим.

Названный срок не должен рассматриваться как срок, ограничивающий возможность заинтересованной стороны на передачу разногласий по договору в арбитражный суд.

Первый вывод. Передача заинтересованной стороной разногласий на рассмотрение суда по истечении установленного ст. 445 ГК РФ срока в случае, если другая (обязанная) сторона не возражает против рассмотрения судом разногласий по существу, влечет обязанность суда рассмотреть соответствующий преддоговорный спор и принять по нему решение. В этом случае речь, по сути, идет о достижении сторонами соглашения об увеличении продолжительности срока передачи разногласий по условиям договора в суд.

Индивидуальный предприниматель без образования юридического лица Т. обратился в арбитражный суд с иском к открытому акционерному обществу о передаче разногласий, возникших при заключении договора энергоснабжения, на рассмотрение суда. Из материалов дела усматривалось, что установленный ст. 445 ГК РФ тридцати дневый срок передачи разногласий на рассмотрение суда истцом был пропущен, однако ответчик не возражал против рассмотрения дела судом. При таких условиях суд обоснованно принял к своему производству переданный на его рассмотрение преддоговорный спор, утвердив по нему впоследствии мировое соглашение*(345).

Второй вывод. В случае непередачи в суд разногласий, не связанных с существенными условиями, договор считается заключенным, но лишь в случае, если стороны приступили к исполнению договора на согласованных ими существенных условиях. При этом если одной из сторон предлагалось отступить от диспозитивной нормы, определяющей содержание несущественного условия, договор следует считать заключенным с условием, соответствующим по содержанию указанной диспозитивной норме.

Третий вывод. Непередача в суд разногласий по любым условиям договора при отсутствии его выполнения сторонами должна влечь признание этого договора незаключенным в целом. В данном случае отсутствие фактического выполнения договора означает, что стороны настаивают на включении в договор спорных условий непременно в их редакции под страхом отказа от заключения договора в целом.

Иного мнения придерживается М.И. Брагинский, полагая, что "любое условие, включенное в оферту или в протокол разногласий, в силу ст. 432 ГК является существенным"*(346). Следуя данной логике, надлежит сделать вывод о том, что разногласие по всякому условию договора, если оно не передано заинтересованной стороной на рассмотрение суда, влечет признание договора незаключенным в целом даже в случае фактического выполнения сторонами согласованных условий.

Примечательно, что Высший Хозяйственный Суд Республики Белоруссия в своем постановлении от 16 декабря 1999 г. N 16 "О применении норм Гражданского кодекса Республики Белоруссия, регулирующих заключение, изменение и расторжение договоров" прямо указывает на то, что условия договора, возникшие разногласия по которым не будут урегулированы в судебном порядке, считаются несогласованными (абз. 2 п. 10). По смыслу указанного разъяснения, договор надлежит признавать незаключенным лишь в случае недостижения сторонами соглашения по существенным условиям, т.е. в данном вопросе Высший Хозяйственный Суд Республики Белоруссия занимает позицию, аналогичную той, которой придерживается ВАС РФ.

Следует отметить, что такая позиция в полной мере соответствует интересам стабильности имущественного оборота, поскольку допускает наличие договорных отношений в случае, когда стороны приступили к выполнению договора на согласованных ими существенных условиях, тем самым давая понять, что они отказались от включения в договор спорных субъективно-существенных условий.

Поскольку уклонение обязанной стороны от заключения договора возможно как путем отказа от заключения договора вообще (в случаях отказа от акцепта оферты необязанной стороны или молчания в ответ на такую оферту), так и путем отказа от заключения договора на предложенных необязанной стороной условиях (в случае направления в ответ на оферту необязанной стороны акцепта на иных условиях), исковое требование о понуждении заключить договор может относиться не только ко всему договору в целом, но и к отдельным его условиям*(347). В указанных случаях суд, принимая решение о понуждении обязанной стороны к заключению договора, соответственно либо утверждает договор в редакции, предложенной истцом, если она соответствует законодательству, либо приводит в решении формулировки конкретных договорных условий, в отношении которых разрешался спор.

Так, в постановлении от 10 марта 1998 г. N 2400/96 Президиум ВАС РФ отметил следующее. Пункт 1 ст. 445 ГК РФ, на положения которой сослался окружной суд, предусматривает порядок рассмотрения разногласий в случаях, когда для стороны, которой направлена оферта (проект договора), заключение договора обязательно и эта сторона направила другой стороне извещение о ее акцепте на иных условиях (протокол разногласий к проекту договора). В данном же случае продавец уклонялся от заключения договора, что влечет для него отрицательные последствия в виде решения суда о понуждении заключить договор на определенных условиях*(348).

Как указывалось ранее, наряду с законом основанием передачи разногласий по отдельным условиям договора на рассмотрение суда служит соглашение сторон.

В юридической литературе возник вопрос о том, в какой форме должно быть совершено соглашение о передаче преддоговорного спора на рассмотрение суда.

Н.И. Клейн отмечает, что судебная практика исходит из того, что такое соглашение, как правило, должно быть облечено в письменную форму*(349).

По мнению М.И. Брагинского, требование о письменной форме соглашения о преддоговорном разбирательстве "непосредственно вытекает из ст. 104 АПК РФ *(350). Эта последняя требует предоставления вместе с исковым заявлением "документов, подтверждающих обстоятельства, на которых основываются исковые требования". Между тем обстоятельством, подтверждающим возможность рассмотрения преддоговорного спора, как раз и служит соглашение о передаче спора на разрешение арбитража... при этом есть все основания полагать, что письменная форма соглашения в данном случае необходима для признания его действительным"*(351).

С таким категорическим выводом согласиться трудно.

Дело в том, что в отличие от судебного решения по преддоговорному спору соглашение о передаче данного спора на рассмотрение суда носит исключительно процессуальный характер, определяя лишь подведомственность дела. В этой связи применение здесь таких материально-правовых категорий, как условия действительности сделки и последствия их несоблюдения, должно производиться с особой осторожностью.

Кроме того, форма соглашения о передаче преддоговорного спора суду, которое непосредственно не влечет каких-либо материально-правовых последствий, должна соответствовать его содержанию и назначению. Поэтому вполне достаточно, чтобы она позволяла сделать вывод о том, что стороны согласны на отнесение их спора к компетенции суда.

Что касается требования процессуального закона о необходимости представления вместе с исковым заявлением документов, подтверждающих обстоятельства, на которых основываются исковые требования (ст. 132 ГПК РФ, ст. 126 АПК РФ), то оно относится главным образом к юридическим фактам материально-правового характера, лежащим в основании иска. Поэтому само по себе данное требование ни в коей мере не может служить препятствием для возбуждения производства по преддоговорному спору в случае, когда обращающееся с исковым заявлением лицо пусть и не представляет письменного соглашения о преддоговорном разбирательстве, но однако у суда имеются достоверные данные, свидетельствующие о наличии у сторон намерения передать спор на его рассмотрение.

Следовательно, разрешая вопрос о подведомственности преддоговорного спора, суду необходимо в каждом конкретном случае исследовать все имеющиеся по делу доказательства, из которых можно было бы однозначно установить обоюдное намерение сторон на передачу спора на рассмотрение суда. Главное при этом, чтобы у сторон отсутствовали возражения против судебного рассмотрения спора.

Такими доказательствами, в частности, могут выступать: специальное письменное соглашение сторон о передаче преддоговорного спора суду; соответствующая оговорка, включенная в проект договора-документа одной стороной, в отношении которой другая сторона не выразила возражений*(352); обмен сторонами документами, из которых усматривается наличие соглашения сторон о преддоговорном разбирательстве, посредством почтовой, телеграфной, телетайпной, телефонной, электронной или иной связи, позволяющей достоверно установить, что документ исходит от стороны по спору; передача одной из сторон возникших разногласий в суд и представление другой стороной в суд своих предложений по условиям договора*(353).

В случае если имеющиеся в деле данные свидетельствуют о наличии хотя бы у одной из сторон возражений против разрешения судом преддоговорного спора, основанием передачи которого на рассмотрение суда является соглашение сторон, в принятии соответствующего иска должно быть отказано, а начатое производство по делу подлежит прекращению*(354).

Преддоговорные споры, передаваемые на рассмотрение суда по соглашению сторон, весьма разнообразны по своему содержанию, так же как и разнообразны сами совершаемые сторонами договоры. Поэтому определение судом содержания договорных условий должно производиться исходя из конкретных обстоятельств каждого отдельного случая. При этом важно учитывать, что суд, вынося решение по преддоговорному спору, в конечном счете выражает общую волю сторон договора, направленную на достижение определенного юридически значимого результата. В этой связи разрешение преддоговорного спора осуществляется судом так, как будто содержание договорных условий формируется самими сторонами. Неслучайно, поэтому, в юридической литературе совершенно справедливо отмечается, что "задача суда состоит в том, чтобы найти вариант, который в максимальной степени удовлетворял бы правильно понятым интересам контрагентов"*(355).

Тем не менее можно назвать некоторые общие ориентиры, которыми должен руководствоваться суд при разрешении преддоговорного спора.

1. В предмет доказывания по делу подлежат обязательному включению такие обстоятельства, как действительная общая воля сторон и цель заключаемого договора. При установлении указанных обстоятельств необходимо принимать во внимание такие доказательственные факты, как предшествующие договору переговоры и переписка, практика, установившаяся во взаимных отношениях сторон.

2. Основными соображениями, которыми должен руководствоваться суд при определении содержания конкретного договорного пункта, выступают требования законности, разумности договорного условия и его справедливости для всех сторон договора, реальности исполнения договорного условия в расчете на добросовестность участников гражданского оборота, адекватности договорного условия общей воли сторон и цели договора, ясности, однозначности (недвусмысленности) и определенности содержания договорного условия, не допускающих затруднений при его толковании.

3. При наличии диспозитивной нормы, предусматривающей спорное договорное условие, содержание последнего по общему правилу должно определяться в соответствии с этой диспозитивной нормой. Указанное обстоятельство объясняется тем, что диспозитивная норма, с учетом презумпции разумности ее разработчика, содержит наиболее оптимальный и справедливый вариант поведения участников гражданского оборота в соответствующей ситуации*(356). Поэтому предложение одной из сторон об отступлении от диспозитивной нормы может быть принято судом лишь в случае, если необходимость отступления от нее вызвана такими существенными обстоятельствами, которые свидетельствуют о том, что соответствующая диспозитивная норма не содержит оптимального варианта поведения сторон ввиду заслуживающих внимание особенностей данного конкретного случая*(357). Указанные обстоятельства должны быть приведены в мотивировочной части решения суда.

4. Исходя из присущего гражданскому и арбитражному процессам принципу диспозитивности суд рассматривает дело в пределах заявленных истцом требований. Применительно к преддоговорным спорам это означает, что суд определяет лишь те условия договора, которые переданы на его рассмотрение истцом. Поэтому в случае, если на рассмотрение суда переданы не все разногласия, суду следует предложить истцу уточнить исковое требование, имея при этом ввиду, что договор не может быть утвержден в редакции, имеющей неурегулированные разногласия по отдельным пунктам, которые в связи с этим должны признаваться существенными.

Точно так же необходимо учитывать, что договор, по которому у сторон возникли разногласия, может противоречить закону или не содержать всех существенных условий, необходимых для признания его заключенным. Поэтому при рассмотрении преддоговорных споров по отдельным условиям договоров судам надлежит проверять договоры в целом на предмет их соответствия законодательству и наличия в них всех существенных условий, упомянутых в абз. 2 п. 1 ст. 432 ГК РФ. В случаях выявления противоречий законодательству в условиях договора, не переданных на его рассмотрение, а также обнаружения того обстоятельства, что договор содержит не все существенные условия, суд должен предложить сторонам до вынесения решения устранить выявленные недостатки договора. Если упомянутые предложения суда не будут выполнены, иск по преддоговорному спору подлежит оставлению без удовлетворения, так как суд не вправе утверждать договор в редакции, не соответствующей законодательству или не содержащей всех существенных условий, поскольку в указанных случаях сделка будет являться соответственно недействительной или несостоявшейся.

Суд выносит решение об отказе в иске по преддоговорному спору также в случае, когда в ходе рассмотрения дела будут установлены обстоятельства, свидетельствующие об отсутствии оснований для понуждения ответчика заключить договор (например, предусмотренных абз. 2 п. 1 ст. 274 ГК РФ оснований для установления сервитута). Во всех остальных случаях суд не вправе оставлять без удовлетворения иск по преддоговорному спору, поскольку в соответствии со ст. 173 АПК РФ по спору, возникшему при заключении договора, в резолютивной части решения указывается вывод арбитражного суда по каждому спорному условию договора, а по спору о понуждении заключить договор указываются условия, на которых стороны обязаны заключить договор*(358).