Поземельные споры

Тяжбы, касающиеся прав коллективных хозяйств и отлельных кол- хозников/рабочих совхозов на владение или пользование земельными угодьями, составляют примерно 42% судебных л ел, разобранных в советское и постсоветское время в сельской местности (подсчитано по материалам «Головых отчетов Наркомзема и Министерства сельского хозяйства ЛАССР»: ЦГА РЛ, ф.

Ослабить поземельные споры не смогли ни постановление Дагестанского ревкома от 4 мая 1920 r., бесплатно передававшее в руки дагестанских крестьян огромные массивы казенных и частновладельческих земель (441 600 га) (ЦГА РД, ф. 127, оп. 17, л. 204, л. 5; Красный Дагестан. 18.10.1926), ни наделение горных колхозов и совхозов землей на равнине (в 30-50-е годы они получили 1157 тыс. га) (Хану- каев: 1991, 26), ни переселение на равнину почти 200 тыс. малоземельных и безработных горцев, ни присоединение к Дагестану в 1921— 1957 гг. от бывшей Терской области и Ставрополья почти половины его нынешней территории. Демографический взрыв в Нагорном Дагестане 50-80-х годов свел на нет все усилия Советской власти решить земельный вопрос. Земельный голод остался характерной чертой республики, где до 40% всего населения по-прежнему проживает в горах, располагающих только 33% пашни и 26% пастбиш (История советского крестьянстваДагестана: 1986, т. 1, 18).

Об остроте и запутанности земельного вопроса в советском Дагестане свидетельствует обилие исков по земельным спорам, разобранных окружными земельными комиссиями B 20-е ГОДЫ: их обшее число составляло около 16 тыс.

Заменившая ЦКСЗД Особая коллегия высшего контроля по земельным спорам отметила в 1928 г. 36 «нерешенных остро стоящих поземельных споров между сельскими обществами». Почти в каждом округе и районе республики случались серьезные инциденты. B Аварском округе — тяжба селений Нитаб и Накитль. B Андийском округе комиссия отметила 9 споров между с. Чирката и принадлежавшим к Аварскому округу с. Ашильта; селениями Буцра и Унцукуль; джа- маатов Батлух и Morox с селением Заната (Аварский округ) и обществом Гидатль из Гунибского округа; между обществами Ботлих и Тандо; Ансалта и Годобери; Анди и Гагатль, Хуштада и Кванада; Нижнее Инхо и Арадирих. B Анчикулакском округе не был решен земельный спор с. Иргакли со станицей Степковское соседней Терской области. B Буйнакском округе было известно о тяжбах между джамаатами Муслим-аул и Нижнее Казанище, а также между селениями Верхнее и Нижнее Казанише; Дуранги и Охли. B Гунибском округе отмечены поземельные тяжбы селений Хвартикуни и Кудали с Арша-махи ОЗар- гинский округ); между селениями Гонода и Гоготль. B недавно присоединенном к Дагестанской ACCP Кизлярском округе были споры между станицами Ново- и Старо-Щедринская, а также поземельные конфликты в станице Старогладковская, связанные с организацией коллективных хозяйств. B Махачкалинском районе в тяжбы были вовлечены селения Альбурикент и Тарки; Губден и Урахи Даргинского округа. Больше всего тяжб приходилось на долю Самурского округа. Здесь на почве земельных споров враждовали джамааты Хрюг и Ka- лук; Каракюре и Мака; Кама-Кичун и Гоган; Мака и относящийся к Азербайджанской CCP Цахур; Каракюре и Тарджал; Усур, Хюре- хюр и Курах; Гогаз и Кукваз; Гра-Курах, Кимихюр и Хюрехюр; Ми- крах и Каладжух; Гапцах и Кочхюр; Филя и Бахцуг.

B 30-50-е годы земельный вопрос в Дагестане продолжал стоять крайне остро, поскольку появились новые основания для поземельных конфликтов. Во-первых, были обобществлены огромные массивы мелких частновладельческих участков (мулк) и более 10 000 га мечетных земель (вакф) (Отчет Наркомзема ДАССР//ЦГА РД, ф. р-127, оп. 1, л. 133, л. 59^>5). Сначала 400, а затем еше 650 семей бывших мелких землевладельцев были раскулачены и высланы из республики (ЦГА РЛ, ф. 127, оп. 17, л. 204, л. 6; ф. 168, оп. 10, л. 13, л. 2; подробнее см.: История советского крестьянства Лагеста- на: 1986, т. 1, 133, 206-207). B 1944 г. поменяли владельцев уголья, которыми ло этого распоряжались депортированные чеченцы и насильно переселенные на их земли горные дагестанские колхозы. Только в одном Цумадинском районе в госземфонд были переданы 58 818 га земель (включая 26 954 га сельскохозяйственных угодий) горных колхозов, переведенных на земли Веденского района (в 1944-

1957 гт. входившего в состав ДАССР) (Постановление Совета министров ЛАССР от 28 февраля 1945t., № 107; Постановление Совета министров ЛАССР и Бюро Лагестанского обкома КПСС от 16 апреля

1958 r., № 123/15). После возрашения чеченцев в 1957 г. дагестанские колхозники были вновь переселены в Лагестан: большинство на свои старые земли, некоторые — на равнину и в предгорья. Тогда же еше раз были изменены северные границы республики. Наконец, определенные проблемы создало массовое переселение горских народов на земли, прежде находившиеся в распоряжении коллективных хозяйств кумыков и терских казаков.

B конце 50-х — 80-е годы количество земельных споров не уменьшалось: судя по протоколам заседаний Лагестанского обкома КПСС, ежегодно на них слушалось до 100-120 жалоб и кассаций, поданных в обком и Совмин республики районными советами и коллективными хозяйствами, оспаривающими друг у друга различные земельные угодья (UTA РЛ, ф.

По сравнению с дореволюционными временами поземельные отношения в советском Лагестане стали намного более взрывоопасными. Обострение поземельных споров произошло по целому ряду причин. Наиболее серьезные из них отмечены земельными комиссиями в конце 20-х годов. Во-первых, это проведенные в 1920-1921 и 1928 гг. изменения административных границ внутри Лагестана, а также между Лагестаном, Чечено-Ингушетией и Ставропольским краем. Во-вторых, стремление сильных коллективных хозяйств оттеснить более слабые колхозы и совхозы от совместного пользования сельскохозяйственными угодьями. В-третьих, непонимание горцами целей землеустройства и опасение лишиться из-за него своих земель. В-четвертых, земельный голод. И в-пятых, волокита в решении поземельных споров земельными комиссиями (Отчет Комитета земледелия в UHK Лагестанской ACCP // ЦГА РЛ, ф. р-37, оп. 21, д. 14, л. 20). Bce эти обстоятельства крайне усложняли и запутывали земельные отношения и тяжбы в республике.

B ходе перераспределения большей части земедьного фонда республики в 20-30-е годы возникало множество конфликтов между

Пастбиша колхоза им. Мирзабекова возле заброшенного с. Шугьад

отдельными крестьянами и их семьями. Типичными примерами споров этого рода являются: поступившая в Наркомзем ДАССР кассационная жалоба крестьянина с. Санги Кайтаго-Табасаранского округа Кардаш Гаджиюглы, недовольного решением его дела Центральной коллегией по спорным земельным делам; тяжба о пахотном участке между его владельцем Ахмедом Магомаевым из с. Урари Даргинского округа и оспаривавшим его права Тайгибом Батома из с. Баршамай Кайтаго-Табасаранского округа; жалоба в Наркомзем от колхозника Абукара Ханкиши-оглы из с. Kyr того же округа на родственников жены, пытавшихся захватить его земельный участок; заявление Аббас- оглы Шабанова с жалобой на решение Самурской окружной земельной комиссии, присудившей его к сносу стены, загораживавшей вход в сад его брата (ЦГА РД, ф.

Предметом поземельных споров между селениями и коллективными хозяйствами обычно становились пастбиша (в основном — зимние), реже — леса и водные ресурсы. Так, в 1924 г. завязалась тяжба между джамаатами селений Кюринского округа Хнов и Борч из-за пяти участков летних горных пастбиш, до революции принадлежавших хновцам, а по новому землеустройству приписанных жителям с. Борч

Отношение Министерства сельского хозяйства ЛАССР о земельном споре между колхозами им. 1 мая и им. Орджоникидзе

(ЦГА РД, ф. p-37, оп. 21, л. 3, л. 6, 14). Другой характерный пример — столкновение межлу обшинами селения Худжи Кайтаго-Таба- саранского округа и селения Сурсабаки Даргинского округа за паст- бишный участок Муктакента, происшедшее летом 1926 г. (ЦГА РД, ф. р-37, оп. 21, д. 9, л. 49-50).

Подобные тяжбы время от времени случались и в 50-70-е годы. Например, в 1957 г. на заседании Бюро Дагестанского обкома КПСС разбиралась жалоба колхоза им. Димитрова с. Ушниг Табасаранского района о лишении его 142 га зимних пастбиш, в 1956 г. решением Совета министров республики переданных колхозу им. Куйбышева Хивского района (ЦГА РД, ф. р-1, оп. 2, д. 1148, л. 8; см. также: спор между колхозами им. Жданова и им. Орджоникидзе Лакского района ДАССР — ЦГА РД, ф. 1186, оп. 1, д. 16, л.45^18; спор между колхозами им. Орджоникидзе с. Джавгат Кайтагского района и им. Імая с.Дюбек Табасаранского района ДАССР — ЦГА РД, ф. 168, оп. 63, д. 33, л. 145-146). B 1976 г. колхозы им. XXII парт- съезда и «Красный партизан» Ахвахского района оспаривали друг у друга 83 га зимних пастбиш, полученные ими в 50-е годы в вечное пользование на территории Хасавюртовского района. Ахвахский райисполком не смог разрешить тяжбу, и дело было передано в Совет министров республики. Была создана республиканская комиссия по урегулированию конфликта (ЦГА РД, ф. р-168, оп. 71, д.

Типичный случай пограничного поземельного спора разбирался между дагестанцами с. Гакко Андийского округа и чеченцами соседнего горного селения Хуландой Чечено-Ингушской АО. Обе стороны претендовали на расположенные между ними зимние пастбиша и покосы. До революции эти земли арендовались ими у казны. Тяжба возникла при определении в 1927 г. границы между горной Чечней и Дагестаном (ЦГА РД, ф. р-127, оп. 17, д. 165; см. также: споры о пастбищах и сенокосах между с. Анди Андийского округа ДАССР и с. Хой Веденского округа ЧИАО — ЦГА РД, ф. р-127, оп. 17, д. 168; с. Ансалта Аварского округа ДАССР и с. Арсой Веденского округа ЧИАО — ЦГА РД, ф. р-127, оп. 17, д. 164; между Ауховским обше- ством ДАССР и обшеством Галайты ЧИАО — ЦГА РД, ф.р-127, оп. 17, д. 33). B подобные тяжбы нередко оказывались вовлечены десятки пограничных селений. Так, в 1937 г. возник спор о праве горных дагестанских колхозов и совхозов сезонно использовать 6873 га зимних пастбиш, расположенных в Ширакской степи (Грузинская ССР), и 30 000 га зимних пастбиш в Самухском, Касум-Измайловском, Зардобском, Кюрдамюрском и Шемахинском районах Азербайджанской ССР. Постановление Президиума ЦИК CCCP об отводе дагестанским скотоводам этих угодий не было выполнено. B свою очередь, Наркомзем ДАССР предъявил претензии коллективным хозяйствам

Чертеж спорных летних пастбиш колхозов Ахвахского и Цумадинского районов

Грузии, арендующим у республики зимние пастбища в Терско-Сулак- ской низменности и постоянно нарушающим правила скотопрогона. Для урегулирования этого конфликта пришлось создавать специальную Комиссию ЦК ВКП(б) при союзном Наркомземе (ЦГА РД, ф. п-1, оп. 1,д. 3799, л. 54-57).

Многие затяжные поземельные споры советского времени уходят корнями в начало XX и даже в ХѴИІ-ХКвв. Яркий пример такой тяжбы — поземельный спор между селениями Тлондода и Хуштада, претендовавшими на совместное использование пастбищных rop Tap- хуб, Бугада, Цагуни и Чанди, находившихся в совладении селений Кудияб-росо, Тад-Магитль и Изани. O нем уже говорилось в девятой главе этой книги. После революции этот спор вновь разгорелся: сначала в 1928 г. при проведении границы между Ахвахским и Цума- динским районами, а затем в 1933 и 1937 гт. в ходе разграничения владений пограничных колхозов (ЦГА РД, ф. р-127, оп. 85, д. 40; ф. р-37, оп. 20, д. 209, л. 51).

Другой характерный пример дел такого рода — уже разбиравшаяся выше тяжба за владение пастбищами на горе Игадах-меэр (авар. Игадах-мегІер). После революции давний спор о землях, теперь включенных в госземфонд ДАССР, вновь обострился. B 1928 r. дело дошло до вооруженного столкновения между обшинами селений Сасит- ли и Эчеда из-за части спорных пастбиш. Для примирения враждующих сторон Наркомзем ДАССР решил отселить джамаат с. Эчеда, выделив ему земли на равнине в Анчикулакском округе. Выездная сессия Главсуда республики разобрала возбужденное по факту столкновения уголовное дело. Зачиншики его были расстреляны, а остальные участники — оправданы (ЦГА РД, ф. р-37, оп. 20, д. 100, л. 99; оп. 21, д. 19, л. 1-5).

При сплошной коллективизации селений Цумадинского района Игадах-меэр в 1937 г. была передана колхозу им. Байдукова с. Силь- ди. Однако уже в 1944 г. сильдинцы были выселены на территорию Чечено-Ингушетии. Их пастбищные угодья были предоставлены в вечное пользование колхозу им. Сталина с. Хунзах Хунзахского района. После возврашения в 1958 г. на свои земли горцев Цумадинского района спорная гора плошадью 1961 га была закреплена за колхозом «Мир» с. Саситли (Постановление Совета министров ДАССР от 10 апреля 1946 r., № 180; Постановление Совета министров ДАССР и Дагестанского обкома КПСС, № 123/15// Архив Цумадинского района РД, с. Агвали).

B 1966 г. из-за Игадах-меэр произошло очередное столкновение, теперь уже между саситлинцами и сильдинцами. Конфликт едва не привел к кровопролитию. Местной милиции удалось стабилизировать обстановку, арестовав четырех руководителей выступления из с. Сильди. После этого о поземельном споре забыли до 90-х годов. Накануне

Постановление Президиума ЦИК ЛАССР «О вооруженном столкновении между обшествами Саситли и Эчеда из-за пользования пастбишной горой Эчеда-меер»

распала CCCP он разгорелся с новой силой. Воспользовавшись ослаблением Советской власти в последние годы «перестройки», сильдинцы вновь потребовали вернуть им спорные пастбища. Ha границе Игадах- меэр в 1991 г. произошло столкновение сильдинцев и саситлинцев. Благодаря вмешательству районного ОМОНа враждующие стороны удалось развести. После этого к разбору поземельного спора были привлечены районные и республиканские власти. Причем кроме Сильди и Саситли на части Игадах-меэр стали претендовать колхозы селений Кеди и Тинди Цумадинского района и Карата Ахвахского района, которые до революции пользовались этими пастбищами на основании местного адата.

Разрешить тяжбу не удалось, и в 1992 г. решением Цумадинского райсовета спорные земли были переданы в госземфонд (Жалоба от жителей села Сильди Цумадинского района ДАССР Камилова A.M., Сагитова H., Ибрагимова M., Маликова С.Г. и других Председателю Президиума BC ДАССР тов.МагомедовуМ.-А.М. от ...[29] 1990r.; Протокол встречи с представителями джамаата с. Сильди от 4 июня 1991 r.; Протокол сельского схода колхозников колхоза им. Энгельса с.Кеди от 14мая 1991г.//Архив райкомзема Цумадинского района РЛ, с. Агвали; полевой материал В.О.Бобровникова, собранный в 1996 г. в Цумадинском районе РЛ и Махачкале; подробнее см.: Бацадаса: 1994).

Я так подробно остановился на тяжбе вокруг горы Игадах-меэр, потому что этот случай наглядно показывает, в чем сходство поземельных споров советского времени с дореволюционными и дореформенными конфликтами и в чем их разница. Как и прежде, поводом к таким столкновениям служили изменения административных границ, частые смены владельцев и пользователей угодий, а также перемены и ослабление государственной власти в Лагестане и России. Недаром «пики» обострения конфликта вокруг пастбищной горы приходятся на годы проведения нового районирования и начала коллективизации (1928), возврашение на Северный Кавказ депортированных чеченцев (1957-1961), переход власти в стране к Л.И.Бреж- неву (сер. 60-х годов) и конец «перестройки» (1991-1992). Главными причинами оставались земельный голод в горах и запутанность поземельных отношений, обостренная коллективизацией и массовыми переселениями 1944-1957 гт.

Если дореволюционная администрация Лагестанской области пыталась решать подобные споры в Лагестанском народном суде, настаивая на мирном урегулировании конфликта, то Советская власть предпочитала быстрые силовые действия. Своевременное применение войск и сил ОГПУ-НКВЛ-МГБ-КГБ в 1928 и 1966 гт. помогло властям временно затушить конфликт вокруг Игалах-меэр, но не смогло предупредить его возобновления через каждые 25-30 лет. B 60-80-е годы республиканские власти пытались опереться при решении поземельных споров на «полезные адаты» горцев. Фактически речь шла об использовании объявленного вне закона адатного медиа- торства уже в новых, советских формах. Для достижения примире- ния-маслахата районные власти широко, хотя и не очень успешно использовали посредничество советов старейшин. Некоторые колхозы в обход советских законов обращались с этой целью к местным религиозным лидерам (ЦГА РД, ф. р-37, оп. 24, д. 31, л. 12). B постсоветское время в роли таких посредников чаше выступают сельские дибиры (полевой материал В.О.Бобровникова, собранный в 1995 г. в Цумадинском районе РД и Махачкале). Интересно отметить и применение такой заимствованной из адата меры, как выселение обши- ны, виновной в совершении убийств и других тяжких уголовных преступлений, с ее земель. B то же время адатные обряды, до 30-х годов обязательно сопровождавшие урегулирование поземельных конфликтов, оказались полностью забыты уже к 60-м годам.

B народном правосознании постепенно менялось понятие источников обычного права. Арабские записи решений дореволюционных адатных судов, устанавливавшие границы спорных земель, уже в 30-е годы утратили значение юридического документа. Людей, способных прочесть их, становилось все меньше. Кроме того, многие документы были уничтожены и потеряны. Поэтому в послевоенные десятилетия право селения на владение спорной землей стали подтверждать живым свидетельством стариков. Например, так поступили сильдинцы в 1966 и 1991 гг. Только после крушения советского режима сохранившиеся адатные записи досоветских и ранних советских решений поземельных споров вновь обретают силу источника права в глазах не только простых горцев, но и местного начальства. Их бережно собирают в частных и мечетных архивах, а наиболее важные нередко переводят на русский и дагестанские языки. B 1997 г. в Махачкале за перевод с арабского одной страницы старого правового акта платили 50 руб. Наряду с дореволюционными документами в поземельных спорах апеллируют и к свидетельству стариков (полевой материал В.О.Бобровникова, собранный в 1995 г. в Махачкале).

Конфликт вокруг Игадах-меэр в Цумадинском районе хорошо показывает также неспособность Советской власти разрешить поземельные споры, унаследованные Дагестаном от дореволюционных времен. B 30-80-е годы большинство таких конфликтов временно затихли. Однако вместе с крушением стабильного советского режима в 90-е годы латентный период их развития закончился.

Сегодня вновь обострились десятки поземельных споров, уходящих корнями в досоветское время. Большинство из них, как и в 20-е годы, сосредоточено в горных северо-западных и южных районах республики. Наиболее острые из них — это конфликты между селениями Анди и Гагатль, Ботлих и Тандо, Карата и Тад-Магитль, селениями Батлух, Могох, Заната, с одной стороны, и Гидатлем — с другой, селениями Годобери и Ансалта, Верхнее и Нижнее Казанише, Губден и Урахи, Верхнее и Нижнее Аршимахи, Ахты и Рутул, Хрюг и Калук, Лучек и Шиназ и др. (полевой материал В.О.Бобровникова, собранный в 1997 г. в разных сельских районах РЛ; cp.: ЦГА РД, ф. р-37, оп. 21, д. 9, 10, 14, 39; ф. р-127, оп. 17, д. 33, 55). Любопытно, что большинство из перечисленных выше конфликтов фигурировали в списке из 36 острых поземельных споров, составленном по данным земельных комиссий в 1928 г. Причем если в досоветское время все они носили характер чисто территориальных столкновений между отдельными небольшими обшинами-джамаатами, то под влиянием советских национальных реформ 20-70-х годов приобрели этническую окраску (подробнее см.: Бобровников: 1998в). B такие споры оказались вовлечены окончательно оформившиеся при Советской власти национальные общины аварцев и кумыков, аварцев и даргинцев, лакцев и чеченцев, лезгин, рутульцев и цахуров.

Негативным последствием советских преобразований в постсоветском Дагестане стал целый ряд новых поземельных конфликтов. Центр их сместился в районы чересполосного расселения горцев и коренных жителей равнины в Терско-Сулакской низменности, а также к границе Дагестана с другими республиками Северного Кавказа и Закавказья.

Один из наиболее острых таких конфликтов завязался в 1991- 1994 гг. между чеченскими и лакскими колхозами и совхозами Новолакского и Хасавюртовского районов Дагестана. Лакцы были насильно переселены на эти земли после депортации чеченцев-ауховцев в марте 1944 г. B 1991 г. на Съезде народных депутатов Дагестана было принято решение о возвращении потомкам депортированных чеченцев их прежних земель и перенесении Новолакского района на равнину севернее Махачкалы. Однако под влиянием сначала распада СССР, а затем чеченской войны 1994-1996 гг. это решение так и не было выполнено. Чеченские семьи начали захватывать под строительство домов земли лакских коллективных хозяйств. B ответ на это лакские крестьяне отказались покинуть занимаемые ими сейчас земли (подробнее см.: Бобровников: 1994, 18-20; Дагестан: этнополитический портрет: 1995, Г7). Этот то затухаюший, то вновь разгорающийся конфликт существенно обостряет обстановку на севере Дагестана.

Другим видом порожденных советскими реформами поземельных конфликтов стали столкновения между кумыками, ногайцами и терскими казаками, с одной стороны, и аварцами и даргинцами из числа горцев-переселенцев — с другой. Они периодически вспыхивают в поселках на равнине и в предгорьях со смешанным населением.

Характерным примером такого конфликта являются вооруженные столкновения 1991-1995 гг. между кумыками с. Старый Костек и аваро-даргинскими переселенцами, в 50-е годы основавшими соседний поселок Новый Костек. Причиной конфликта стала попытка новокос- текиев разделить на приусадебные участки часть земель их обшего со старокостекиами колхоза. Подобные столкновения происходили между аварскими переселенцами и ногайцами в совхозе поселка Главный Сулак под Махачкалой, между даргинцами и кумыками в с. Аль- бурикент и в некоторых других селениях СГенглик. Махачкала. 1992, № 3; полевой материал В.О.Бобровникова, собранный в 1992 г. в Махачкале, Махачкалинском и Хасавюртовском районах РД).