ВНЕШНЯЯ ОРГАНИЗАЦИЯ АКТИВНОСТИ

Мы уже говорили, что деятельность человека представляет

собой единство внутренних и внешних проявлений его актив-

ности. Последнее обычно называют поведением.

Поведение можно сравнить с пантомимой, смысл которой

требует расшифровки.

ленно восстановить картину внутренней динамики (помыслов,

чувств, побуждений, представлений о мире, подходов и т.п.),

которая скрывается за фасадом поведения и проявляется в

нем. Но это становится возможным только тогда, когда наряду

с собственной динамикой субъекта рассматривается и ди-

намика его окружения, ибо не только внутри, но и вне субъекта

содержатся истоки и ориентиры его поведения. Поведение

человека неоднородно. В соответствии с внутренней органи-

зацией активности в поведении (ее внешней организации)

можно выделить три основных <слоя>. Один из них связан с

мотивом активности, другой - с ее целями, третий - с инстру-

ментальной основой активности.

Целостный

смысловой акт

поведения

Суть данного аспекта поведения может

быть выражена посредством таких слов,

как <дело>, <действование>, <действо>, <дея-

тельность>. Так, например, в <Толковом

словаре> Владимира Даля <действо> опре-

деляе^тся как <проявление силы, деятельности>. <Сила>, о ко

торой идет^здесь речь, может быть понята как <мотив>, пред

ставленный в поведении. Своеобразно место, занимаемое

словом <действо> в ряду слов <дело> и <действование>. О деле

спрашивают: <в чем оно состоит?>, <что собой представляет?> В

отличие от него действование акцентирует не столько пред-

214

метную, сколько процессуальную характеристику поведения;

действовании спрашивают: <как оно протекает?>, <в какое

пемя осуществляется?> В слове <действо> как бы уравновеши-

ваются предметный и процессуальный моменты.

<совершается, или творится действо>, люди имеют в виду, что в

пазные моменты осуществляется что-то одно, сохраняющее себя

во времени (дело), и вместе с тем нечто такое, что раскрывается,

разворачивается во времени (<действование>). Имея в виду

<действо>, задаются вопросом: <в чем его смысл?>, что выражает

идею целостного акта поведения, соотносимого с мотивами

самого действующего. Слово это, однако, почти вышло из

употребления и навряд ли может быть возрождено включением

его в научный язык. Для обозначения смыслового акта поведе-

ния используется термин <деятельность>.

Выделить в поведении то, что соответствует интересам

действующего лица, значит расшифровать поведение как дея-

тельность. Порой это непростая задача. Так, при исследова-

нии уровня притязаний личности было выявлено, что некото-

рые люди устойчиво предпочитают выбор слишком простых

задач, а некоторые - слишком трудных. За видимостью раз-

личий в поведении испытуемых вырисовывается глубинная

общность побуждений участников испытания: как те, так и

другие одинаково стремятся избежать неудачи. Чтобы понять

этот парадокс, достаточно поставить такой вопрос: <Так ли

уж огорчителен для новичка проигрыш чемпиону?> В основе

выбора сверхтрудных задач - не надежда на успех, а стремле-

ние избежать неудачу. Об этом подробнее мы будем говорить в

главе <Личность>.

Особенности деятельности человека определяются не только

ее мотивами, но также окружением индивида. Так, стремление

человека превосходить общепринятые образцы в разных об-

стоятельствах и <временах> его жизни обнаруживает себя по-

разному: это может быть успех в учебе, стремление занять по-

четное место в кругу сверстников, добиться определенных дос-

тижений в науке, материального благополучия и т.п. Смысл

деятельности - изменение отношений, существующих между

субъектом и возможностями удовлетворения его потребно-

стей, предоставляемых ситуацией.

<В чем смысл данной деятельности для субъекта?> можно полу-

чить лишь в рамках анализа <драмы> его отношений с миром,

проблем, разрешаемых человеком в ходе всей его жизни.

Деятельность, наиболее крупная единица анализа внешних

проявлений активности, - целостный мотивированный акт

поведения. Результатом деятельности является динамика пере-

215

живаний, выражающих отношение между субъектом

потре ности и ее объектом.

Деятельность, совершаемая человеком, становится

объек-том переживаний других людей, получает

этическую оценку; оценивается как бескорыстная или

своекорыстная, добросове-стная или недобросовестная,

оправданная или неоправдан, ная, - словом, выступает в

ранге поступков.

Деятельность человека реализуется в его действиях.

Л " твие Этот термин употребляется при

описа-

---- нии процессов поведения, соответствую

щих целям, которые ставит субъект. Действия осознанны,

ибо осознанна их цель. Осознан и объект, на который на

правлено действие. Объекты действия - это не <вещи> в соб

ственном смысле слова, как фрагменты чувственно данной,

непосредственно воспринимаемой реальности. Объекты дейст

вия - это <вещи> как носители значений, в которых кристал

лизован совокупный человеческий опыт (А.Н.Леонтьев). Бе

лый лист, испещренный черточками, завитушками, точками,

как объект действия есть нечто большее, чем этот лист, эти

черточки и завитушки. Это - письмо, которое пишется дру

гу. Перед человеком, безусловно, <вещь>, которая создается

действием. Но в то же время - это особая вещь, не тождест

венная листу бумаги со следами чернил на нем. В сущности,

то же письмо может быть написано карандашом или флома

стером, напечатано на пишущей машинке, принтере, переда

но факсом; вместо писчей бумаги может быть использован

телеграфный бланк; сказанное в письме может быть выра

жено и другим образом, с помощью иных слов.

действия является в данном случае запись в значении лично

го послания. Материалы и инструменты действия играют

здесь подчиненную роль.

Итак, действие есть целевой акт поведения в поле значений

субъекта. Результатом действия является преобразование или

познание жизненной ситуации. В этой связи говорят о предметно-

преобразовательных и предметно-познавательных актах. В

первом случае человек изменяет ситуацию согласно имею-

щимся у него представлениям о том, какой она должна быть.

Во втором случае предметная ситуация должна оставаться как

бы нетронутой, активность познающего субъекта имеет ха-

рактер уподобления предмету. В обоих случаях благодаря дей-

ствию достигается более тесная, более совершенная связь че-

ловека с миром, преодолевается разобщенность между субъ-

ективной картиной мира (цели человека или его представления

о том, что есть) и реальностью.

216

Говоря о том, что объектом действия является вещь как

ель значений, подчеркивают возможность единого по-

Н°мания людьми эффектов производимого действия. В случае

Н тоудненности такого <прочтения> действие производит впе-

атление абсурдного, т.е. в глазах окружающих перестает быть

Чобственно действием, превращается, например, в бессмыс-

енное вождение пером по бумаге. В психологических текстах,

посвященных проблемам деятельности и общения, приводят

такой замечательный эпизод, рассказанный К.Лоренцем.

Однажды известный этолог водил <на прогулку> выводок утят,

замещая собой их мать. Для этого ему приходилось передвигаться на

корточках и, мало того, непрерывно крякать. <Когда я вдруг взгля-

нул вверх, - пишет К.Лоренц, - то увидел над оградой сада ряд

мертвенно-белых лиц. Группа туристов стояла за забором и со стра-

хом таращила глаза в мою сторону. И не удивительно! Они могли

видеть толстого человека с бородой, который тащился, скрючив-

шись в виде восьмерки, вдоль луга, то и дело оглядывался через

плечо и крякал, а утята, которые могли хоть как-то объяснить по-

добное поведение, были скрыты от глаз изумленной толпы высокой

весенней травой>.

Реакция недоумения на лицах зрителей может быть расце-

нена как свидетельство невозможности установить значение

действия; невозможность придать или установить общепонят-

ное в действии ведет к тому, что в глазах людей оно утрачивает

признаки действия, предстает в виде случайной, бессмыс-

ленной или причудливой комбинации движений и их матери-

альных следов.

Действие в составе активности является более дробной еди-

ницей ее анализа, чем деятельность; однако и оно может быть

представлено в виде сочетания более мелких фрагментов по-

ведения - операций.

Операции Когда поведение рассматривается в его

взаимосвязи с инструментальной основой

активности, оно выступает как последовательность операций.

Построение взаимодействий между средствами, отвечающими

цели субъекта, относится к области операций.

ся с материалом и инструментами действий, причем одно и

то же действие может осуществляться с помощью совершенно

непохожих друг на друга операций. Так, например, изображая

один и тот же предмет, но выполняя действие пером, кистью,

мелом, иглой (офорт), используют разные движения. Еще более

выразительно различие в операциях, осуществляемых при игре

на разных музыкальных инструментах: фортепиано, гитаре,

217

уГдЖц'*

Ov

I

B

трубе, флейте. Исполнение одного и того же музыкального

произведения (уровень действия) реализуется посредством со-

вершенно несходных движений (уровень операций).

Операции могут быть автоматизированы. Слово <автома-

тизация> выступает здесь в двух смыслах. Во-первых, это пре-

вращение операциональной части поведения в шаблонное

устранение волевого контроля над протеканием действия. Во-

вторых, возможность передачи этих процедур компьютеру.

Имея в виду оба этих момента, на вопрос <осознаваемы ли

операции>, можно ответить положительно. Однако необхо-

димо пояснить, что реализация операций находится на пери-

ферии сознания, вне поля внимания. Примечательно, что в

случае затруднений операции выступают на передний план

сознания, а ориентиры, призванные управлять их течением,

превращаются в промежуточные цели.

Итак, деятельность, действия, операции, проявляя вовне

мотивационные, целевые, инструментальные отношения ин-

дивида, образуют гибкую динамичную систему, соотносимую с

различными областями действительности: деятельность

выступает как преобразование отношений между потребно-

стями субъекта и возможностями их удовлетворения; действия

- как воссоздание и созидание новых предметов человеческой

культуры; операции - использование средств материального и

духовного освоения мира.

В обыденном сознании людей фиксируется в основном факт

зависимости внешних проявлений активности от ее внутренних

образующих.

активности человека явилось обнаружение обратной зависимости:

внутреннего - от внешнего. В поле зрения психологов оказался

ряд фактов, существенно расширяющих традиционные

представления о детерминации активности человека.

Потребностные состояния не только

Феномен людей, но и животных могут быть конкре-

J ^ г

потребностей

опредмечивания тезированы в широком диапазоне объектов.

Так, пищевая потребность животных

может быть зафиксирована на определен-

ном виде пищи настолько жестко, что замена вида питания

ведет к отказу от еды, истощению организма и гибели. Более

того - даже способ приема пищи, став привычным, может вос-

препятствовать питанию. К.Лоренцу принадлежит следующее

замечательное наблюдение за птенцами сорокопутами.

<Когда кто-нибудь есть в комнате, птенцы склонны продолжать

выпрашивание пищи, даже если они достигли того возраста, когда

способны питаться самостоятельно. И вот однажды я уехал на мото-

218

на четыре дня, и в течение этих четырех дней молодые сороко-ЦИ i

были в моей комнате предоставлены самим себе. Они отлично

омились самостоятельно и к моменту моего возвращения были К

ершенно здоровыми, гладкими и жирными. У меня в то время и ша

важная работа, и я сидел все время за своим письменным сто-а

сорокопуты находились в своей клетке и непрерывно клянчи-Л< V

меня пищу. Тогда я сказал им: <Постыдитесь! Вы уже в течение тих

четырех дней доказали мне, что можете самостоятельно питать-я и я

не собираюсь вас больше кормить>. Во вторую половину дня я

обратил внимание на то, что сорокопуты стали какими-то жалкими и

не съели ни одного кусочка. Дело в том, что реакция выпрашивания

пищи все еще не давала им питаться самостоятельно, и они бы умерли с

голоду, потому что я сидел в комнате, в то время как они продолжали

бы прекрасно расти и развиваться, если бы я отсутствовал>.

Имея в виду человека, следует признать, что не только спо

собы потребления, но и сами предметы потребности произво

дятся обществом. <До появления шоколада, - отмечал в этой

связи А.Н.Леонтьев, - не было никакой "шоколадной" по

требности>. Имея в виду акт <встречи субъекта с потенциаль

ным объектом его потребности>, говорят об опредмечивании

потребности. Фиксация потребности на объекте может быть

как источником роста и развития личности, так и причиной

болезненных отклонений. Не вызывает сомнения, что нет

никакой врожденной потребности в табаке, алкоголе, нарко

тиках. Подобные потребности фиксируются в индивидуаль

ном опыте, однако их предметы задаются общественным про

изводством. Примеры опредмечивания потребностей могут

быть взяты также из сферы межличностных отношений. Здесь

также предмет потребности может выступать источником как

роста личности (когда, например, им является значимый дру

гой человек, способный к ответному чувству), так и невроти

ческих отклонений (что бывает при неудовлетворенной люб

ви, неотреагированной обиде и т.п.). В последнем случае ино

гда говорят о невротической фиксации на объекте.

_ Часто считают цель предшественницей

Феномен действия. Менее очевидна противополож-

ощэобования ная зависимость. Между тем ее легко пред-

Дели действием ставить, проделав следующий мысленный

эксперимент. Положим, человек впервые

совершает прыжок в условиях изменения силы тяжести -

<прыжок на Луне>. Требуется заранее указать место, где он

окажется после прыжка. Вопрос состоит в следующем: можно

ли без предварительных попыток задать цель действия, т.е. в

Данном случае положение в пространстве, которое намерен

Достичь субъект? На первый взгляд, да, ибо в момент действо-

219

вания (прыжок) он будет исходить из определенного намере-

ния очутиться в намеченном месте. Но <поставленная> таким

образом <цель> очевидно нереалистична, такова лишь <ориен-

тировочная> цель действия; подлинная цель может быть по-

ставлена лишь тогда, когда человек приобрел определенный

опыт действования. Необходимо опробование цели действием

считал А.Н.Леонтьев. Здесь, как и в случае опредмечивания

потребностей, внутренний процесс целеобразования опосред-

ствуется <выходами> человека в план внешнего функциони-

рования, опирается на опыт действования вовне.

При исследовании мышления людей

Феномен было показано, что многократное исполь-

функциональной зование какого-либо объекта как инстру-

фиксированности мента решения тех или иных проблем ве

дет к психологическому закреплению за

ним соответствующей функции - функциональной фиксиро-

ванности. В так называемых задачах на сообразительность

условия содержат ловушку: предметы ассоциируются с ти

пичными способами их использования, а для решения требу

ется найти их новое функциональное значение, новую роль.

Простая задача иллюстрирует сказанное. <Вы находитесь на

крыше высотного здания. У вас в руках барометр и хроно

метр. Определите высоту здания>. Решение: <Бросьте вниз

барометр и засеките время>. Барометр в этой задаче должен

выступить в неспецифической функции - просто как падаю

щая вещь, к которой приложима формула расчета высоты

по ускорению свободного падения и времени. Как и в пред

шествующих двух случаях (опредмечивание потребности,

опробование цели действием), явление функциональной фик

сированноеT выражает зависимость внутренних факторов

активности от ее внешних проявлений, в данном случае роль

практического опыта - в построении инструментальной

основы активности.

Как можно было убедиться, внешние и внутренние обра-

зующие активности взаимопроникают, внутреннее не только

проявляется во внешнем, но и формируется в нем. Активность

как деятельное состояние человека есть целостность, связы-

вающая воедино процессы, протекающие во внутреннем плане

(становление мотивов, целей, схем действования) и в плане

поведения (деятельность, действия, операции).

Своеобразие этой динамической системы в том, что она сама

пребывает в движении, объединяя в себе множество динами-

ческих проявлений, обнаруживает свою собственную динамику,

или, иначе говоря, обладает свойством самодвижения.

220

Собственная динамика активности

человека проявляется в двух основных

ф0рмах.

Одной из них являются взаимопереходы между такими об-

разующими активности, как деятельность, действия и операции.

Имеется в виду, что между мотивами, целями, ориентирами

построения человеком своих взаимоотношений с миром

существуют отношения взаимопреемственности. Примером

может служить превращение мотивов деятельности в ее цели.

Хак, книга, купленная для подготовки к экзаменам, может

пробудить интерес сама по себе, - происходит то, что принято

обозначать как <сдвиг мотива на цель>. Встречаются и проти-

воположные превращения. То, что еще недавно мотивировало

активность, теряет непосредственную привлекательность,

занимает положение промежуточной цели: <Было дружбой -

стало службой>, - писала М.Цветаева об утрате любви... И

цели деятельности, подобно мотивам, подвержены превраще-

ниям в единицы более мелкие и конкретные при автоматизации

действия, а ориентиры при выполнении шаблонных операций,

в свою очередь, могут возвысить свой ранг до положения

промежуточных целей деятельности, если последняя стал-

кивается с затруднениями.

Другой формой проявления собственной динамики актив-

ности человека является надситуативная активность. Фено-

мен надситуативной активности заключается в том, что человек

свободно и ответственно ставит перед собой цели, избы-

точные по отношению к исходным требованиям ситуации.

Примером надситуативной активности могут послужить факты

из экспериментов В. И.Ленина.

В комнате две девочки, одна школьного, другая - дошкольного

возраста. Старшей девочке предлагают справиться с очень простой

задачей: достать предмет, лежащий посреди стола на таком расстоянии

от краев, отгороженных невысоким барьером, что дотянуться до него

непосредственно рукой нельзя, но для этого достаточно воспользоваться

здесь же лежащей палочкой. Девочка ходит вокруг стола, совершает

то одну, то другую пробу, а задача все не решается... Девочка

меньшего возраста сначала молча наблюдает, а потом начинает

подавать совет за советом: <подпрыгнуть> (подсказка явно не-

удачная), <воспользоваться палочкой> (то единственное, что может

спасти положение), наконец сама берет палочку и пытается достать

предмет. Однако старшая немедленно отбирает у нее это <орудие>,

объясняя, что достать палочкой нетрудно, что <так> всякий сможет. В

этот момент в комнате появляется экспериментатор, которому

испытуемая заявляет, что достать со стола предмет она не может.

221

Интересно, что девочка игнорирует палочку, но даже если

использует ее как инструмент достижения цели, то избегает

условленного вознаграждения (например, как бы случайно

забывает предмет-награду на столе). Поиск неординарного

решения в этом примере выступает как проявление

надситуативной активности - действования над порогом

требований ситуации.

Среди проявлений надситуативной активности особое место

занимает феномен неадаптивности человека. В чем суть этого

феномена? Обстоятельства жизни человека таковы, что только

в редких случаях можно гарантировать точное соответствие

между целями, которые человек преследует, и достигаемыми

результатами. Строго говоря, гарантии такого рода суть

иллюзии, за которые приходится платить. Основатель

экспериментальной психологии В.Вундт в качестве общего

закона психической жизни сформулировал закон <гетерогонии

целей>, согласно которому человек всегда достигает чего-то

иного, чем то, что входило в его первоначальные намерения.

Дорого расплатился один из персонажей романа М.Булгакова,

Берлиоз, за свою уверенность в том, что его планы

осуществятся, когда другой персонаж, Воланд, усомнился в

прогнозах первого... Если от литературных примеров перейти к

специальным исследованиям, то выяснится, что эффект не-

предсказуемости последствий действования характеризуется

не только избыточностью, но и противоположностью резуль-

татов активности ее исходным мотивам. Иначе говоря, ре-

зультаты активности человека неизбежно неадаптивны. <Есть

болезнь, от которой умирают все, это - жизнь> - такова бес-

спорная, хотя и печальная истина.

Не только в сфере своих витальных (жизнь) контактов с

миром, но и в познании, созидании, общении, самопознании

человек неизбежно выходит за границы предустановленного,

порождает последствия, озадачивающие его несовпадением с

первоначальными побуждениями. Отсюда и принцип

<недеяния>, принятый в ряде восточных учений. Иной

подход заключается в том, что человек вполне сознательно

(<ответственно и свободно>) ставит перед собой цели с

непредрешенным исходом; более того, постановка такой

цели мотивирована самой возможностью промаха. В этом

случае, как ни парадоксально, человек ощущает себя под-

линным субъектом происходящего, хотя успех достижения

цели не гарантирован. Такова суть активной неадаптивно-

сти. Примером последней может служить феномен беско-

рыстного риска.

222

Перед испытуемым была поставлена задача действовать точно,

остоятельно выбирая цель (мишень) и стремясь, не промахнув-03 сь

попасть в нее. Цель разрешено выбирать где угодно в пределах ан'ного

в эксперименте пространства, в котором существует опас-33 я зона.

Случайное попадание в нее, однако, чревато наказанием.

Выяснилось, что некоторые испытуемые, хотя их никто и ничто к

тому, казалось бы, не побуждает, стремятся работать в непосредст-

венной близости к опасной зоне, рискуя неблагоприятными послед-

ствиями любого случайного промаха. Другие же в этой ситуации не

позволяют себе подобного риска, выбирая цели, значительно уда-

ленные от зоны опасности. Многократные повторения и варьирова-

ние эксперимента позволили сделать вывод о выраженности у пер-

вой группы склонности к бескорыстному риску.

В последующих экспериментах было установлено, что люди,

способные к риску ради риска, гораздо чаще встречаются

среди монтажников-высотников, спортсменов-мотоциклистов,

монтеров высоковольтных линий и т.п. по сравнению с пред-

ставителями других профессий.

Экспериментально доказано также, что лица, обнаружи-

вающие способность к ситуативному риску, склонны рисковать

<ради риска>. Однако испытуемые, не продемонстрировавшие

при исследовании бескорыстный риск, как правило, не рискуют в

ситуации, когда ожидаемый выигрыш не больше ожидаемой

неудачи. Склонность к бескорыстному риску, которую можно

обнаружить в психологическом эксперименте, т.е. в результате

множественных испытаний, позволяет, таким образом, прогно-

зировать волевые действия людей в ситуации действительной

опасности. С помощью рискометра удается осуществить опти-

мальную расстановку людей в пожарной команде, выдвинув не

склонных к риску людей для работы не в зоне огня, а на обеспе-

чение средствами для тушения пожара вне опасной зоны.

ВОЛЕВЫЕ ДЕЙСТВИЯ*

К явлениям движения деятельности относится феномен воли

- сознательного преодоления человеком трудностей на

пути осуществления действия. Сталкиваясь с препятствиями,

человек либо отказывается от действия в выбранном направ-

лении, либо наращивает усилия, чтобы преодолеть барьер,

т.е. осуществляет особое действие, выходящее за границы его

изначальных побуждений и целей; это особое действие заклю-

чается в изменении самого побуждения к действию. Человек

* Написано А. В. Петровским.

223

намеренно привлекает дополнительные мотивы действования

иначе говоря, строит новый мотив. Важную роль в построе-

нии новых мотивов играет воображение человека, предвидение

и идеальное <проигрывание> тех или иных возможных

последствий активности.

Воля обеспечивает выполнение двух взаимосвязанных

функций - побудительной и тормозной, и в них себя проявляет.

Побудительная функция обеспечивается активностью че-

ловека. В отличие от реактивности, когда действие обуслов-

ливается предшествующей ситуацией (на оклик человек обо-

рачивается, брошенный в игре мяч отбивает, на грубое слово

обижается и т.д.), активность порождает действие в силу спе-

цифики внутренних состояний субъекта, обнаруживающихся в

момент самого действия (человек, нуждающийся в получении

необходимой информации, окликает товарища или, на-

пример, испытывая состояние раздражения, позволяет себе

грубить окружающим и т.д.).

Тормозная функция воли, выступающая в единстве с побу-

дительной функцией, проявляется в сдерживании нежелатель-

ных проявлений активности. Человек способен тормозить

пробуждение мотивов и выполнение действий, противореча-

щих его представлению о должном, способен сказать <нет!>

побуждениям, осуществление которых могло бы поставить

под удар ценности более высокого порядка. Регулирование

поведения было бы невозможным без торможения. Примеры

тормозной функции воли могли бы быть взяты как из области

высочайших проявлений человеческого духа (способность

выдержать жесточайшие пытки в плену, чтобы не выдать своих),

так и из сферы повседневной жизни (способность сдерживать

свои чувства, не давая выход агрессии во взаимоотношениях с

коллегами, способность довести до конца начатое дело, устояв

перед соблазном все бросить и заняться чем-то более

привлекательным и т.д.).

Волевые проявления человека в значительной мере опреде-

ляются тем, кому человек склонен приписывать ответствен-

ность за результаты собственных действий. Одна из уже отме-

ченных особенностей проявления активности человека харак-

теризуется несовпадением результата активности с ее целями,

что и обусловливает необходимость в ряде случаев ставить

перед собой и решать особую задачу - интерпретировать при-

чины ближайших и отдаленных последствий своих действии.

Само рождение этой задачи, несомненно, относится к эффектам

движения деятельности, ибо выходит за границы действия

исходных побуждений субъекта. Однако в ходе ее решения

224

оождаются импульсы, значимые для осуществления исходной

деятельности человека, вызывая в одних случаях волевые

проявления активности, а в других - безволие.

Качество, характеризующее склонность человека припи-

сывать ответственность за результаты своей деятельности

внешним силам и обстоятельствам или же, напротив, собственным

усилиям и способностям, называется локализацией контроля (в

психологической литературе используется термин <локус

контроля>, от лат. locus - местоположение и фр. controle -

проверка). Есть люди, которые склонны объяснять причины

своего поведения и свои деяния внешними факторами (судьбой,

обстоятельствами, случаем и т.д.). Тогда говорят о внешней

(экстернальной) локализации контроля. Относящиеся к этой

категории школьники найдут любые объяснения полученной

неудовлетворительной оценке (<Задание было неправильно

написано на доске>, <Мне неверно подсказали и сбили меня с

толку>, <К родителям пришли гости и помешали мне делать

уроки>, <Этого правила мы не проходили> и т.д.). Исследования

показали, что склонность к экстернальной локализации

контроля связана с такими личностными чертами, как

безответственность, неуверенность в своих способностях,

тревожность, стремление вновь и вновь откладывать осущест-

вление своих намерений и т.д.

Если индивид, как правило, принимает на себя ответствен-

ность за свои деяния, объясняя их, исходя из своих способно-

стей, характера и т.д., то есть основания полагать, что у него

преобладает внутренняя (интернальная) локализация контроля.

Получивший <двойку> учащийся, для которого характерна

внутренняя локализация контроля, объяснит это либо тем,

что задание ему неинтересно, либо забывчивостью, либо от-

влечением внимания и т.д. Выявлено, что люди, которым при-

суща внутренняя локализация контроля, более ответственны,

последовательны при достижении цели, склонны к самоана-

лизу, общительны, независимы. Интернальная или экстер-

нальная локализация контроля волевого действия, имеющего

как положительные, так и отрицательные социальные послед-

ствия, являются устойчивыми качествами человека, форми-

рующимися в процессе воспитания и самовоспитания.

Важнейшие звенья волевого акта - принятие решения и ис-

полнение - нередко вызывают особое эмоциональное состояние,

которое описывается как волевое усилие. Волевое усилие -Згпо

форма эмоционального стресса, мобилизующего внутренние

ресурсы человека (память, мышление, воображение и др.),

с°здающего дополнительные мотивы к действию, которые от-

Псих

225

сутствуют или недостаточны, и переживаемого как сое> ние

значительного напряжения.

В результате волевого усилия удается затормозить дейст

вие одних и предельно усилить действие других мотивов. Во

левое усилие, вызванное чувством долга, мобилизует человека

на преодоление внешних и внутренних трудностей (нежелания

отвлекаться от интересной книги, соблюдать режим и т.д)

Победа над ленью, страхом, усталостью в результате волевого

усилия дает значительное эмоциональное удовлетвопение

переживается как победа над собой. * '

Внешнее препятствие требует волевого усилия в том случае,

когда оно переживается как внутренняя трудность, внутренний

барьер, который необходимо преодолеть.

Приведем простой пример. Если отмерить на полу один

метр и попробовать перешагнуть через это препятствие, то

никаких трудностей это задание не составит, никаких волевых

усилий не потребуется. Но в условиях альпинистского восхо-

ждения ледниковая трещина такой же ширины выступает уже

как серьезнейшее препятствие и преодолевается не без усилий. В

обоих случаях движение, казалось бы, сходное - надо лишь

широко шагнуть. Трудность в том, что в горах этому шагу

предшествует борьба мотивов - чувство самосохранения бо-

рется со стремлением оказать помощь товарищу, желанием

выполнить взятое на себя обязательство. Победит первое - и

человек трусливо попятится от трещины, одержит верх второе -и

препятствие будет преодолено, хотя, быть может, для этого

понадобится значительное волевое усилие.

Воля как сознательная организация и саморегуляция ак-

тивности, направленная на преодоление внутренних трудно-

стей, - это прежде всего власть над собой, над своими чувст-

вами, действиями. Общеизвестно, что у разных людей эта

власть обладает разной степенью выраженности. Обыденное

сознание фиксирует огромный спектр индивидуальных осо-

бенностей воли, различающихся по интенсивности своих про-

явлений, характеризуемых на одном полюсе как сила, а на

другом как слабость воли. Человек, обладающий сильной

волей, умеет преодолевать трудности, встречающиеся на пути к

достижению поставленной цели, при этом обнаруживает

такие волевые качества, как решительность, мужество, сме-

лость, выносливость и т.д. Слабовольные люди пасуют перед

трудностями, не проявляют решительности, настойчивости, не

умеют сдерживать себя, подавлять сиюминутные побуждения

во имя более высоких, нравственно оправданных мотивов

поведения и деятельности.

226

Тиапазон проявлений слабоволия столь же велик, как и

актерных качеств сильной воли. Крайняя степень слабово-Xil^

находится за гранью нормы психики. Сюда относятся, к

примеру, абулия и апраксия.

Абулия - это возникающее на почве мозговой патологии

тсутствие побуждений к деятельности, неспособность при

°онимании необходимости принять решение действовать или П

поднять его. Отчетливо понимая необходимость выполнить

распоряжение врача, больной, страдающий абулией, не может

заставить себя что-либо для этого предпринять. Наиболее

характерно для него <полевое> поведение, т.е. управляемое

случайными стимулами, появившимися в <поле>. (Человек,

перемещающийся по комнате без видимой цели, входит в

дверь только потому, что она оказалась открытой, хотя никаких

намерений входить в дверь у него не было и делать ему в

другом помещении нечего.)

Апраксия - сложное нарушение целенаправленности дейст-

вий, вызываемое поражением мозговых структур. Если пора-

жение нервной ткани локализуется в лобных долях мозга -

наступает апраксия, проявляющаяся в нарушении произволь-

ной регуляции движений и действий, которые не подчиняются

заданной программе и, следовательно, делают невозможным

осуществление волевого акта.

Абулия и апраксия - сравнительно редкие явления, прису-

щие людям с тяжелым расстройством психики. Слабоволие, с

которым педагог сталкивается в повседневной работе, обу-

словлено, как правило, не мозговой патологией, а определен-

ными условиями воспитания; коррекция безволия возможна,

как правило, лишь на фоне изменения социальной ситуации

развития личности.