Персонализм.

В своей основной работе «Положительные задачи философии» (1886–1891) и в статьях, опубликованных в журнале «Вопросы философии и психологии», Л. Лопатин стремился опровергнуть материализм как цельное философское учение, проповедовал «монистический спиритуализм».

Отбросив диалектические элементы в монадологии Лейбница, Лопатин заимствовал ее телеологию. Основу мироздания, утверждал он, образует «творческая сила духа», духовное начало. Материальному миру предшествует некий «нравственный идеал», обладающий свободой воли и творчества. В мире имеется множество «индивидуальных духовных центров», которые «обладают своим независимым творчеством». Философ должен проникнуться спекулятивным мистицизмом, а философия призвана выступать не против религии, а в союзе с ней. С позиций спиритуализма Лопатин пытался опровергнуть материалистическую теорию познания. Мы, говорил он, не способны познать объективную истину, так как истина всегда субъективна; наши чувственные восприятия не отражение действительности, а, наоборот, «образы, чувственно воспринимаемые, суть сама внешняя действительность». Вслед за Лопатиным эту субъективно идеалистическую выдумку повторил махист эмпириокритик Базаров.

Подобно Маху, Авенариусу, Вилли и другим эмпириокритикам Лопатин ополчился против тех ученых, которые стихийно проводили материалистическую линию в естествознании.

По этому поводу Ленин писал, что «суть доводов г. Лопатина и г. Вилли против всякого материализма вообще и естественно исторического материализма в частности совершенно одинакова. Для нас, марксистов, разница между г. Лопатиным и г. Вилли, Петцольдтом, Махом и К° не больше, чем разница между протестантским и католическим богословами». Ленин охарактеризовал Лопатина как «философского черносотенца», у которого было «преимущественное „устремление“ в пограничную область философского и полицейского».