Загадочный семинар

Однажды в ясный и свежий зимний день 2005 года я напра­вил свой поскрипывающий «Форд» на север и, миновав Золотые Ворота, вскоре оказался в Винной долине. Задолго до того, как поселиться в Калифорнии, я видел фотографии этого места в ре­кламном проспекте виноделов и думал, что при съемке применя­лись светофильтры — дабы все выглядело прекраснее, чем есть на самом деле.

Я быстро миновал Саусалито, округ Сонома, Напу. Повернул направо, затем налево — в сторону Сильверадо. Осталась позади Калистога, скрывшись за неясными очертаниями приземистых виноградников. Сгустились сумерки, и вскоре наступила ночь. После Калистоги шоссе устремилось вверх, поднимаясь пример­но на 1800 футов, а езда стала напоминать американские горки с их подъемами и спусками — только дорога была настоящей. Вцепившись в руль так, что у меня побелели костяшки пальцев, я выписывал в пространстве кривые и всматривался вдаль, на­сколько мог. Наконец дорога пошла вниз, и я очутился в местеч­ке Миддлтон, штат Калифорния. Магазины, склады с винилом на стенах, дома фермеров.

Я повернул налево, затем направо, а потом потерялся в тем­ноте — непроглядной, как смола. Попробовал двинуться в одном направлении, сменил его и почувствовал: еще немного — и я дой­ду до белого каления. Но в конце концов шины моего автомо­биля захрустели по гравию, и я оказался прямо перед большим деревенским домом. Я вытащил из машины спальный мешок и набитый одеждой чемодан, которые свалил на пол перед са­мой дверью.

Я открыл дверь, заметив попутно, что замок поставлен на предохранитель — дабы не производить никакого шума. Вошел внутрь — в большую комнату с ковром. Он был красного цвета, а стены оказались разрисованы розовым. Несколько десятков человек сидели на полу, о чем-то болтая друг с другом, и их го­лоса сливались в какой-то устрашающий гул. Взглянув на лица собравшихся и почувствовав, что начинаю нервничать, я поднял глаза вверх. Высоко надо мной виднелись потолочные балки и медленно вращающиеся лопасти вентиляторов. Возникнув, казалось, ниоткуда, ко мне подошла женщина с глазами лани и сказала: «Хотите, обнимемся?»

Бог мой! Едва ли это то, чего я хочу. «Да, конечно», — ответил я, ощущая нечто вроде испуга и благодарности одновременно. Она прижалась ко мне — грудь к груди, бедро к бедру — и я ощу­тил аромат сандалового дерева. И еще запах мускуса. В таком положении она замерла. Меня осенило: эти объятия завершатся только тогда, когда я сам пожелаю их завершить. Она обхватила меня руками, будто я был норовистым животным и нужно было сделать что-то для моего успокоения. Наконец я мягко отстра­нился. Комната уже не раздражала так, как несколько мгнове­ний назад. Шум не казался слишком громким. Я улыбнулся ей. Она улыбнулась мне.