НЕСООТВЕТСТВИЕ МЕЖДУ ТЕОРИЕЙ И ПРАКТИКОЙ

Теперь должно быть ясно, что связь между морфемой и морфом не является чисто грамматической связью. Слова латинского языка можно разложить на дистрибуционные «множители» так же легко, как и турецкие слова.

Для языков, которые являются в основном «агглютинирующими» (считается, что к «агглютинирующему» типу приближается боль­шинство языков мира), это разграничение, без сомнения, полезно. Как мы видели, оно дает нам возможность описать в грамматике дистрибуцию грамматически эквивалентных слов одинаковым об­разом (boys: {boy} + {s},oxen: {ox} + {s}, mice: {mouse} + {s}, sheep: {sheep} + {s} и т.

Однако языки по преимуществу флектирующие ставят нас перед проблемой, которую до сих пор при рассмотрении этого «ти­па» мы лишь неявно подразумевали. Мы отметили, что такие сег­менты (при условии, что они выделяются в качестве сегментов), как а (или «нуль») в puella и us (или s) в domus, репрезентируют не такие минимальные грамматические единицы, как {единственное число} или {именительный падеж}, но сочетание {единственное число + именительный падеж}. По нашему определению морфемы как минимальной грамматической единицы (определению, которо­го придерживается в теории большинство лингвистов) именно та­кие элементы, как {единственное число} и {именительный падеж}, представляют собой морфемы. Тем не менее большинство лингвис­тов, которые касались морфемного анализа латинского языка, рас­сматривали а и us как алломорфы «морфемы именительного падежа единственного числа». Это и есть то несоответствие между теорией и практикой, о котором мы упомянули в начале данного раздела. Это несоответствие, без сомнения, объясняется исторически, а имен­но тем, что понятие морфемы было первоначально установлено для тех языков, в которых образование слов может быть описано в терминах соединения фонологически постоянных сегментов (имен­но в этом смысле данное понятие использовалось санскритскими грамматиками); позднее морфему стали определять как более «аб­страктную» дистрибуционную единицу, и это привело к разграни­чению морфемы и морфа. Для латинского языка эти два понимания морфемы вступают в конфликт. Если мы определим морфему как минимальную грамматическую единицу, то тогда она не сможет одновременно быть единицей, действующей при образовании слов в латинском языке; если, с другой стороны, мы определим ее как сегментный элемент строения слова, то тогда она не будет минималь­ной грамматической единицей в латинском языке (и универсальным понятием лингвистической теории).

5.4.