ЛИЦО
Ясно, что категория лица определяется через понятие ролей участников ситуации: «первое» лицо используется говорящим для указания на себя как на субъект дискурса; «второе» лицо используется для указания на слушающего; «третье» лицо употребляется для указания на лица и предметы, отличные от говорящего и слушающего.
Все это довольно очевидно. Однако в традиционной трактовке категории лица есть несколько моментов, требующих особого разъяснения.«Третье» лицо следует отличать от «первого» и «второго» по ряду особенностей. В то время как говорящий и слушающий наличествуют в составе любой ситуации, другие упоминаемые лица и предметы не только могут отсутствовать в самой ситуации высказывания, но оставаться вообще неидентифицированными. Это означает, что категория третьего лица может соединяться с такими другими категориями, как «определенный» или «неопределенный» и «ближний» или «дальний» (при этом категория «близости» определяется, как мы увидим, через ссылку на участников ситуации). Английские местоимения he ‘он’, she ‘она’ и it ‘он, она, оно (неодуш.)’ относятся к группе определенных в противоположность местоимениям someone ‘кто-то, кто-либо, кто-нибудь’, somebody ‘кто-то, кто-либо, кто- нибудь’ и something ‘что-то, что-либо, что-нибудь’, которые относятся к группе неопределенных.
В турецком языке категория определенности обязательно выражается (с помощью суффикса) в местоимениях первого и второго лица, точно так же как она выражается (факультативно) у существительных: ср. ben-i ‘меня’, sen-i ‘тебя’, kitab-i ‘книга (определенная)’ vers, kitab ‘книга (неопределенная)’. Но английские местоимения первого и второго лица являются не менее определенными, чем соответствующие местоимения в турецком языке. С грамматической точки зрения независимо от их фонологической реализации местоимения первого и второго лица с необходимостью являются «определенными» (+ опр), тогда как местоимения третьего лица могут быть либо «определенными», либо «неопределенными» (±опр), если, конечно, в рассматриваемом языке актуализуется соответствующее разграничение.
Более того, местоимения первого и второго лица всегда относятся к человеку. (В баснях и сказках с помощью языковых средств часто «персонифицируются» животные и вещи, и когда они начинают говорить о себе на языке с выраженной родовой системой, происходит, видимо, автоматическое переключение на категориальный признак «человеческий».) Местоимения третьего лица могут относиться к людям, животным и неодушевленным предметам. Зі о не означает, конечно, что указанные разграничения синтаксически релевантны в третьем лице для всех языков; это просто значит, что если такие разграничения проводятся в языке, то в соединении с первым и вторым лицом они будут нейтрализоваться. Наконец, представляется разумным говорить, что в то время как первое и второе лицо являются положительными членами категории лица, третье лицо является, по существу, отрицательным понятием; в противоположность первому и второму лицу оно не обязательно соотносится с участниками ситуации высказывания. Во многих языках отсутствуют внешние показатели того, что традиционно называется третьим лицом; в соответствующих случаях наблюдается просто отсутствие формальных показателей первого и второго лица.Традиционная терминология довольно искаженно отражает соединение категорий лица и числа. Ясно, например, что we ‘мы’ («1-е лицо множественного числа») обычно относится к I ‘я’ («1-е лицо единственного числа») не совсем так, как boys ‘мальчики’, cows ‘коровы’ и т. д. относятся к boy ‘мальчик’, cow ‘корова’ и т. д. Место- имение we ‘мы’ следует понимать как «я плюс одно или более других лиц»; и эти другие могут включать или не включать слушающего. Иными словами, we ‘мы’ не есть множественное число от I, скорее, оно включает соотнесенность с I и выражает множественность. В зависимости от того, включает или не включает местоимение «первого лица множественного числа» соотнесенность со слушающим, принято различать «инклюзивное» и «эксклюзивное» употребление этого местоимения. Хотя это разграничение, вообще говоря, не релевантно для английского языка, существует много языков, в которых разграничение между «инклюзивным» и «эксклюзивным» употреблением «первого лица множественного числа» систематически проводится в предложениях всех типов и реализуется как разграничение между двумя фонологически не связанными местоимениями.
Можно было бы также провести разграничение между «инклюзивным» и «эксклюзивным» употреблением «второго лица множественного числа» (в несколько ином смысле терминов «инклюзивный» vs. «эксклюзивный»). Английское местоимение you ‘ты, вы’ может, конечно, выражать единственное или множественное число (ср. wash yourself ‘умойся’ и wash yourselves ‘умойтесь’). Будучи употреблено как форма множественного числа, оно может быть либо «эксклюзивным» (относиться только к присутствующим слушателям — ив этом случае оно представляет собой форму множественного числа от местоимения единственного числа you в том же самом смысле, что и cows ‘коровы’ является формой множественного числа от cow ‘корова’), либо «инклюзивным» (относиться одновременно к слушающему или слушающим в совокупности с другим лицом или лицами). Следовательно, можно с полным основанием считать, что «первое лицо» (ego) и «второе лицо» (tu) обладают разным статусом в рамках категории лица: первичным является разграничение между «первым лицом» (+ego ‘плюс эго’) и «не-первым лицом» (—ego ‘минус эго’), а разграничение между «вторым лицом» и «третьим лицом» вторично. Если это так, то наиболее правильный синтаксический анализ традиционно выделяемых личных местоимений единственного числа в английском языке в терминах их компонентных дейктических признаков должен был бы выглядеть так: I = [+egol; you (единственного числа) = [—ego, +tul; he ‘он’, she ‘она’, it ‘он, она, оно’ = [—ego, —tu]. (Не, she и it различаются, далее, с помощью недей- ктических признаков рода. Эти признаки рода в английском языке нейтрализуются, когда признак лица объединяется с признаком множественности, то есть they ‘они’ является формой, нейтральной по отношению к роду. Этот вид нейтрализации весьма распространен: его мы находим, например, в русском и немецком языках. В противоположность этому, другие языки, включая французский и итальянский, сохраняют различия по роду и в личных местоимениях множественного числа. Во французском языке, например, местоимениям ІІ ‘он’ и el le ‘она’ соответствуют во множественном числе ils ‘они’ (мужского рода) и elles ‘они’ (женского рода). Зато здесь действуют нейтрализации другого рода. Elles является местоимением женского рода в том смысле, что все лица или предметы, к которым оно относится, принадлежат к женскому роду; ils является местоимением мужского рода в том смысле, что по крайней мере одно из лиц или предметов, к которым оно относится, принадлежит мужскому роду. Другими словами, мужской род является доминирующим членом родовой системы, подобно тому как первое лицо является доминирующим членом категории лица.)
Еще по теме ЛИЦО:
- Работодатель - физическое лицо или юридическое лицо (организация), вступившее в трудовые отношения с
- 4-е ЛИЦО
- ЛИЦО
- ЛИЦО
- 6. Выгодоприобретатель и застрахованное лицо
- § 2. Физическое лицо
- ЛИЦО И ГЛАГОЛ
- Каменное лицо
- § 3. Должность и должностное лицо
- ОБЩЕЕ И РОДОВОЕ ЛИЦО
- ПОНЯТИЙНОЕ И ГРАММАТИЧЕСКОЕ ЛИЦО
- Тема № 54. Возложение исполнения обязательства на третье лицо.
- Лицо, привлекаемое к ответственности за нарушение таможенных правил
- Тест № 13 Лицо, осуществляющее самовольную постройку: приобретает на нее право
- Признаки: Орган государства - это организация или единоличное лицо.
- § 2. Юридическое лицо как субъект гражданского права
- Взглянуть в лицо матери — родоначальницы миллиарда семейств
- Всякое заинтересованное лицо является субъектом процессуального права на обращение в суд (ст.
- Тест № 7 Юридическое лицо считается реорганизованным, за исключением случаев реорганизации в форме