ПРИМЕНЕНИЕ ЭТОГО ОБЩЕГО ПРИНЦИПА К НЕСКОЛЬКИМ СИЛЛОГИЗМАМ,КОТОРЫЕ КАЖУТСЯ ЗАПУТАННЫМИ

Итак, зная пз того, что было сказано во второй части, что такое объем и содержание терминов, благодаря чему мы можем судить о том, когда одно предложение содержит или не содержит другое, можно судить о правильности или ошибочности всякого силлогизма, не принимая в соображение, простой он или сложный, составной или несоставной, и ие обращая внимания ни на фигуры, ни на модусы, на основе одного только следующего общего принципа: Одно из двух предложений должно содержать заключение, а другое — показывать, что оно его содержит.

Первый пример

Я сомневаюсь, правильно ли следующее умозаключение:

Долг христианина — пе одобрять тех, кто совершает преступные действия.

Те, кто сражается на дуэли, совершают преступное действие.

Следовательно, долг христианина — не одобрять тех, кто сражается на дуэли.

Мне надо только дать себе труд выяснить, к какой фигуре или к какому модусу его можно привести. Но достаточно просто рассмотреть, содержится ли заключение в одном из первых предложений и показывает ли это другое предложение. И я сразу же нахожу, что первое предложение отличается от заключения только тем, что в нем есть те, кто совершает преступные действия, а в заключении — те, кто сражается на дуэли, и, значит, предложение, в котором есть термин совершать преступные действия, будет содержать предложение, в котором есть термин сражаться на дуэли, при условии, что термин совершать преступные действия содержит в себе термин сражаться на дуэли.

Но по смыслу видно, что термин те, кто совершает преступные действия берется как общий и что под ним понимаются все те, кто совершает такие действия, каковы бы эти действия ни были. И следовательно, меньшая посылка — Те, кто сражается на дуэли, совершают преступное действие, показывая, что термин сражаться на дуэли содержится в термине совершать преступные действия, показывает также, что первое предложение содержит заключение.

Второй пример

Я сомневаюсь в правильности такого умозаключения:

Евангелие обещает спасение христианам.

Есть злые лрди, являющиеся христианами.

Следовательно, Евангелие обещает спасение злым людям.

Чтобы вынести суждение об этом умозаключении, я должен только учесть, что большая посылка не может содержать заключение, если слово христианин не обозначает в ней вообще всех христиан, а не только некоторых христиан.

Но чтобы узнать, должно ли это слово пониматься в общем смысле, следует применить другое правило, помещенное во второй части, а именно: Помимо фактов, все, о чем что-либо утверждается, понимается в общем смысле, когда оно выражено неопределенно25. Ибо, хотя те, кто совершает преступные действия в первом примере или христиане во втором составляют часть атрибута, они, однако, занимают место субъекта по отношению к другой части того же атрибута, так как они суть те, о ком утверждается, что их пе должно одобрять или что пм обещано спасение. И следовательно, не будучи ограниченными, они должны пониматься в общем смысле. Таким образом, и то и другое доказательство правильны по форме, но во втором большая посылка ложна, если под словом христианин не разумеют тех, кто живет по Евангелию, в каковом случае и меньшая посылка была бы ложной, потому что не существует злых людей, живущих по Евангелию,

Третий пример

Благодаря тому же принципу легко усмотреть, что следующее умозаключение не имеет никакой силы:

Божественный закон повелевает подчиняться пред-ставителям светской власти.

Епископы пе являются представителями светской власти.

Следовательно, божественный закон ие повелевает подчиняться епископам.

Ни одно из первых двух предложений по содержит заключения, ибо из уого, что божественный закон повелевает одно, ие следует, что он не повелевает другое. Меньшая посылка яспо показывает, что епископы не входят в объем термина представители светской власти и что повеление почитать представителей светской власти па епископов не распространяется.

Четвертый пример

Христианская вера обязывает слуг служить своим господам лишь в том, что не противоречит закону Божию.

Дурное дело противоречит закону Божию.

Следовательно, христианская вера ие обязывает слуг слуэюить своим господам в дурных делах.

Большая посылка содержит заключепие, поскольку меньшая — Дурное дело... содержится в числе тех вещей, которые противоречат закону Божию, а большая, будучи выделительной, озпачает то же самое, как если бы сказали: Божественный закон не обязывает слуг служить своим господам во всем том, что ему противоречит,

Пятый пример

Исходя из одпого этого принципа, можно легко разрешить следующий известный софизм:

Тот, кто говорит, что вы животное, говорит истину.

Тот, кто говорит, что вы гусенок, говорит, что вы животное

Следовательно, тот, кто говорит, что вы гусенок, говорит истину.

В самом деле, достаточно сказать, что ни одно из двух первых предложений не содержит заключения. Если бы его содержала большая посылка, отличающаяся от заключения только тем, что в пей есть животное, а в заключении — гусенок, то термин животное содержал бы в себе термип гусенок. Но термип животное в большей посылке берется как частный, поскольку он является атрибутом утвердительного придаточного предложения вы животное, и, значит, оп мог бы иметь гусенка только в своем содержании. Чтобы показать это, нужно было бы взять слово оісивотноев меньшей посылке как общее, утверждая термин гусенок относительно всякого животного. Но этого сделать нельзя и этого не делают, потому что слово животное берется как частное также и в меньшей посылке, будучи, как и в большей посылке, атрибутом утвердительного придаточного предложе-ния вы животное,

Шестой пример

Таким образом можно разрешить и древпий софизм, который приводит святой Августин:

Вы — не то, что я.

Я человек.

Следовательно, вы не человек.

Это доказательство по правилам фигур не имеет пи- какой силы, потому что оно относится к первой фигуре и первое предложение, являющееся меньшой посылкой, отрицательное. Но достаточно сказать, что заключение не содержится в первом из этих предложений и что второе предложение — Я человек не показывает, что оно в нем содержится. Действительно, поскольку заключение отрицательное, термин «человек» берется в нем как общий и, таким образом, он не содержится в термине я. Ведь тот, кто так говорит,— пе всякий человек, а только некоторый человек, как это видно уже из одного того, ЧТО ОП говорит В добавочном предложении — Я человекі в котором термин «человек» ограничен до частного значения, потому что ои является атрибутом утвердительного предложения. А общее пе содержится в частном.