Формирование общего подхода к политико-правовой оценкесферы применения института exceptio.
Какой же принцип мог быть стать индуктивным обобщением всех вышеобозначенных частных политико-правовых выводов? Думается, он мог бы быть сформулирован следующим образом.
Кредитор вправе всегда приостановить исполнение своего встречного обязательства, находящегося в синаллагматической (обменной) взаимосвязи с нарушенным должником обязательством или обязательством, чье нарушение в будущем становится очевидным. Но кредитор вправе приостановить исполнение своего обязательства и в тех случаях, когда его обязательство и нарушенное обязательство должника не находятся в синаллагматической связи. Правда, в этих случаях требуется соблюдение некоего дополнительного условия. При анализе ряда вышеперечисленных случаев, когда приостановление исполнения оправданно в отношении обязательств, не находящихся в синаллагматической связи, мы неоднократно оговаривались, что использование права приостановить исполнение является здесь оправданным "в ряде случаев". Иначе говоря, в других случаях такое применение института exceptio будет необоснованным. Следовательно, имеется некий дополнительный критерий, который позволяет отразить соответствующий контекст и соблюдение которого должно открывать доступ к институту приостановления и в ситуации отсутствия строгой синаллагматической связи между нарушенным и приостанавливаемым обязательствами.
И здесь нельзя не вспомнить, что де-факто право многих зарубежных стран такой критерий вводит.
Вспомним, что в Германии помимо права приостановить исполнение, которое реализуется в случае наличия синаллагматической связи обязательств, закон признает и право удержания исполнения, которое может быть реализовано и за рамками строгой синаллагматической связки обязательств. При этом право "удержания исполнения" может быть реализовано и тогда, когда между обязательствами нет синаллагматической связи, но они оба вытекают из некоего общего правоотношения <1>. Причем под общим правоотношением в Германии подразумевается фактическая экономическая взаимосвязь, которая связывает оба исполнения настолько, что удовлетворение требования одной стороны без учета исполненное™ этой стороной своего обязательства по отношению к контрагенту будет противоречить принципу добросовестности <2>. В Голландии, как уже отмечалось, действует близкий режим. В случае отсутствия синаллагматической связи кредитор может приостановить исполнение, если между двумя обязательствами существует "достаточная взаимосвязь". Причем данная "достаточная взаимосвязь" презюмируется, если обязательства вытекают из общего правоотношения или предыдущей практики взаимодействия сторон <3>.<1> Markesinis В., Unberath Н., Johnston A. The German Law of Contract. A Comparative Treatise. 2nd ed. Entirely Revised and Updated. 2006. P. 352.
<2> BGHZ 64.122 (124); 47/157 (167) (цит. no: Beale H., Hartkamp A., Kotz H., Tallon D. Cases, Materials and Text on Contract Law. Oxford, 2002. P. 742).
<3> The Principles of European Contract Law and Dutch Law. A Commentary / Ed. by: D. Busch, E.H. Hondius, H.J. van Kooten, H.N. Schelhaas, W.M. Schrama. The Hague, 2002. P. 361; Hartkamp A.S., Tillema M.M.M. Contract Law in the Netherlands. The Hague, 1995. P. 137.
По сути, в этих правопорядках приостановление исполнения в отношении синаллагматической "связки" обязательств является лишь частным случаем более общего режима приостановления (в
Германии - удержания) исполнения. В этих странах в случае обязательств, находящихся в синаллагмати ческой связи, наличие такого общего правоотношения, достаточной взаимной связи или иного аналогичн ого и по сути оценочного критерия презюмируется и не вызывает сомнений.
В случаях же, когда между о бязательствами нет синаллагматической связи, кредитор, рискнувший приостановить свое исполнение, д олжен быть готов доказывать соблюдение подобных специальных критериев в суде.Если вдуматься в суть этих критериев, которые мы встречаем в немецком, голландском и других правопорядках, то нетрудно заметить, что за словами о достаточной взаимосвязи и некоем общем правоотношении между двумя обязательствами де-факто стоит оценка политико-правовой адекватности этого средства защиты в конкретных обстоятельствах. Иначе говоря, речь идет об оценочных критериях справедливости, добросовестности и пропорциональности. В голландской литературе прямо признается, что категория достаточной взаимосвязи является де-факто проявлением общеправовых принципов справедливости и разумности <1>. На необходимость использования института приостановления разумно и добросовестно указывают и законодатели многих других стран (например, п. 3 § 6.207 ГК Литвы).
<1> Hartkamp A.S., Tillema М.М.М. Contract Law in the Netherlands. The Hague, 1995. P. 191.
Думается, что именно такое решение и является наиболее адекватным. Приостановление исполнения возможно и в тех случаях, когда речь идет о нарушении должником своей обязанности (обязательства), не находящейся в строгой синаллагматической связи с приостанавливаемым кредитором исполнением, если эти обязательства взаимосвязаны настолько, что приостановление исполнения в данной ситуации будет соответствовать принципам соразмерности и добросовестности. Такое решение будет в полной мере соответствовать опыту большинства зарубежных стран, которые выводят сферу применения института приостановления за рамки сугубо синаллагматически связанных обязательств.
Такой же подход mutatis mutandis применим и к случаям, когда приостановление исполнения используется в обстоятельствах, очевидно свидетельствующих о том, что контрагент в положенное время свое обязательство не исполнит.