§ 1. КОМИССИЯ 1872 ГОДА ПО ТЮРЕМНОМУ ПРЕОБРАЗОВАНИЮ

Вэтом томе нашего исследования по истории царской тюрьмы нас интересует период начиная с 1870 года.

С этим годом почти совпало важное событие в истории тюремного законодательства, а именно в 1872 году была учреждена специальная комиссия для составления «общего систе- * матического проекта тюремного преобразования».

Учреждение новых судебных установлений и издание Устава уголовного судопроизводства оказали большое влияние на изменения судебной репрессии и, в частности, на роль тюрьмы как карательной меры и как средства предупреждения способов уклонения от следствия и суда.

При таких условиях неизбежно вставал вопрос о тюремной реформе. Поскольку существовавшее до 1872 года тюремное законодательство было не систематизированным сборником прежде изданных законов, учрежденная в 1872 году комиссия тюремного преобразования поставила себе задачу выработать «систематический проект тюремного преобразования».

Однако дело составления нового тюремного законодательства не пошло дальше работ по составлению проекта. Поэтому отпадает интерес к подробному ознакомлению с плодами бюрократиче-

ского проектирования. Для наших целей достаточно выявить основные черты тех предположений, которые сделала названная нами комиссия, но которые не претворились в действительность.

Комиссия работала по всем правилам того времени.

Вся «систематичность» составленного проекта свелась к очень немногому: проект тюремного устава состоял из пяти частей. С таким же успехом их можно было дать и больше и меньше.

В первой части проводилась классификация мест заключения. Они разделялись на предварительные и исполнительные, последние в свою очередь делились на краткосрочные, среднесрочные и долгосрочные. Авторы проекта, увлекаясь систематизацией, делили места заключения на губернские и центральные 7 При такой «систематике» одно и то же место заключения попадало в группу «исполнительных», «краткосрочных» и «губернских». Очевидно, что эта «систематика» была хуже всякой бессистемности. Неизвестно, по каким соображениям авторы проекта вспомнили, что в природе существуют сады, и решили «наградить» ими дома судебного заключения, арестные и смирительные дома, предложив развести при них эти сады. Припомним, что эта маниловщина разводилась авторами проекта в те самые годы, когда большинство тюрем находилось в абсолютно антисанитарных условиях (см. главу об общеуголовных тюрьмах).

Проект в самой категорической форме объявлял: «Система общего содержания заключенных на нарах отменяется», но никакой системы общего содержания заключенных на нарах никогда не существовало, а потому было излишне и отменять ее. Нары же благополучно продолжали свое существование во многих тюрьмах не только в XIX, но и в XX веке. Проект проводил в одних тюрьмах одиночное заключение, а в других — лишь ночное разобщение.

Очень «либеральными» казались размышления авторов проекта о дисциплинарных наказаниях. Они высказались против ограничения пищи, против лишения права свиданий, против денежных штрафов, против «выговоров и оскорбления самолюбия», но это не помешало им оставить телесные наказания для осужденных к каторге, а для всех арестантов — карцер на том основании, что «на опыте доказано», что карцер внушает арестантам

1 Проект положения о тюрьмах, ст.

ужас несравненно выше всех других наказаний !. Мы не удивляемся тому* что внушавшие арестантам ужас карцеры были сохранены «либеральными» авторами проекта. Предложения авторов проекта отменить все дисциплинарные наказания и оставить из них лишь карцеры и телесные наказания свелись на практике к тому, что остались все без исключения наказания. Дальше слов о вреде ограничения пищи, о тягости лишения права свидания и т. п. дело не пошло.

Вероятно, результатом заграничных командировок чинов тюремного ведомства явилось предложение переправлять арестантов, если они идут пешком, в особых башлыках с отверстиями для глаз. Здесь комиссия проявляла трогательные заботы о стыдливости пересыльных арестантов. Добавим, что эти башлыки, плод досужей фантазии комиссии тюремного преобразования, никогда не существовали в России. Едва ли кто-нибудь об этом пожалел. Не забывая, что проект тюремного устава должен отвечать требованиям систематичности, комиссия разделила работы арестантов на «черные», «серые» и «белые». С таким же успехом она могла бы их распределить по всем цветам радуги, так как только название «черных» работ было общепринятым. Работы же, названные «серыми» и «белыми», никакого отношения к названным краскам не имели. Работы в тюрьмах переходили от безвозмездных к платным с возрастающей оплатой. Они должны были производиться по преимуществу артелями и от подрядчиков.

•Комиссия по тюремному преобразованию «забыла» предъявленные к ней требования выработать такую систему тюремного заключения, «которая, удовлетворяя всем современным требованиям науки и практики, достигала бы этой цели с соблюдением возможной экономии». Такую забывчивость нельзя поставить в вину комиссии: переустройство мест заключения на новых началах не могло происходить под флагом экономии. Сама комиссия определяла эти начала очень туманно и неясно. Она громко провозглашала, что «порядок содержания в местах заключения имеет в своем основании три начала: правосудие, попечительство и народность».

Проект положения о местах заключения гражданского ведомства, разработанный комиссией под председательством графа

1 Б и н ш т о к, Материалы для истории русской тюрьмы («Сборник правоведения», т. III, СПБ, 1894, стр. 163).

Соллогуба, был 19 мая 1873 г. по повелению Александра II передан на рассмотрение особого комитета для окончательного обсуждения тюремного преобразования под председательством графа Зубова.

Комитет определил, что на переустройство тюрем потребуется 42 млн. руб. Эта огромная сумма была совершенно непосильна государственной казне. Проект тюремного преобразования был передан новой комиссии под председательством Грота («высочайшее» повеление 28 февраля 1877 г.).

Эта новая комиссия, считаясь с недостатком денежных средств, остановила свое внимание на той части проекта, которая создавала центральный орган управления всеми тюрьмами империи.