§11. ЗАКОН 1781 ГОДА О ТРЕХ ВИДАХ ВОРОВСТВА. «УСТАВ БЛАГОЧИНИЯ ИЛИ ПОЛИЦЕЙСКИЙ» 1782 ГОДА
3 апреля 1781 г. был издан указ Сената, который расширял круг лиц, направлявшихся в работные дома. Этот указ установил три вида воровства: воровство — грабеж, воровство — мошенничество и воровство — кража.
За кражу на сумму до 20 рублей предписывалось направлять в административном порядке в работные дома[57]. Указом Сената от 31 января 1783 г. было предписано открыть работные дома во всех губерниях и направлять туда «обличенных в краже, грабеже и мошенничестве».Еще в своем «Наказе» Екатерина, заимствуя идеи у Бекка- риа, в целом ряде статей останавливалась на взятии под стражу как на способе воспрепятствования уклонения от следствия и суда. Она повторяла за Беккариа предложение осторожно пользоваться этой высшей мерой принуждения. Но как далеко ушел от этих предложений ее «Устав благочиния или полицейский» от 2 апреля 1782 года!
Этот «Устав» в одно и то же время пытается перечислить случаи, когда допустимо предварительное взятие под стражу до суда, а с другой стороны, широко допускает взятие под стражу в виде меры репрессии за разнообразные полицейские нарушения.
ДеЛая попытку перечислить случаи, когда допустимо взятие под предварительный арест, «Устав благочиния или полицейский» перечисляет в отдельных статьях преступления религиозные (совращение с православия, нарушение церковной службы и пр.), служебные преступления, преступления против личности, против собственности и др. При этом закон считается не с теми или иными обстоятельствами данного преступления, а исключительно с его родом, и, таким образом, на возможность ареста или на его недопустимость не оказывает влияния наличие определенного местожительства, занятий и пр.
Что касается полицейского ареста как наказания, то он применялся за ряд разнообразных проступков и притом часто как последствие неуплаты денежной пени. Таким образом, сюда привносился тот момент имущественного характера, который создавал наряду с сословными различиями еще и новое различие между состоятельными и несостоятельными правонарушителями.
Приведем некоторые из статей этого устава. Так, из соображений политической цензуры «Устав благочиния или полицейский» предписывает сажать на хлеб и воду за устройство без надлежащего разрешения «народных игр, забав и театральных представлений» (ст. 261, п. 1). За вход мужчины в женскую баню и за вход женщин в мужскую назначается пеня. Таким образом, этот вид «развлечения» карается мягче, нежели устройство без разрешения театрального представления. Интересно, что при неуплате пени налагается оригинальная обязанность топить баню в смирительном доме до тех пор, пока не будет уплачена пеня (ст. 262).
Открытие публичного дома «для непотребства» карается легче, нежели посещение такого дома, так как за открытие такого заведения полагается денежный штраф, при неуплате которого наступает заключение в смирительный дом (ст. 263), а посещение такого заведения влечет за собой отправку в смирительный дом. Нужно думать, что открывшие дома «для непотребства» всегда находили средства уплатить полиции нужную ей пеню.
Добавим, что «Устав благочиния или полицейский» не определяет срока содержания в смирительном доме и нередко ограничивается предписанием содержать в том доме до тех пор, иоцд виновный не уплатит наложенной пени. Конечно, такие предписания ставили арестованных из неимущих классов в особенно тяжелое положение [58].
При таком содержании «Устава благочиния или полицейского» ясно видно, во что обращались фактически в русской действительности идеи «Наказа» и, в частности, восьмая его статья, рекомендовавшая «не приводить дух граждан в уныние казнями» [59].