ИНДИКАТОРЫ ГЛОБАЛИЗАЦИИ И ИХ КЛАСТЕРЫ

Последние десятилетия XX в. (а именно с 70-х гг. прошлого века датируются процессы глобализации и многосторонний анализ этих процессов) кардинальным образом изменили жизнь человека и общества.

Среди всех показателей процессов глобализации можно выделить экономические, социально-политические и научно-технические индикаторы уровня и степени глобализации.

Экономические индикаторы характеризуют прежде всего возникновение транснациональных компаний, корпораций и фирм, формирование глобальных взаи- мосвязанностей экономик различных стран, превращение социального разделения труда в глобальное разделение труда и дифференциацию между различными индустриальными и сельскохозяйственными регионами, быстрое развитие электронной коммерции, создание наднациональных — всемирных и общерегиональных организаций, регулирующих финансово-экономическую жизнь (ВТО, Международный Валютный Фонд и др.), культивирование новых потребностей и потребительского сознания, трансфер потребительских предпочтений и вкусов с помощью средств массовой коммуникации и др.

Социально-политические индикаторы связаны со становлением новой системы международных отношений между национальными государствами, с кодификацией норм и правил, обеспечивающих соблюдение общих интересов, возникновение новых наднациональных политических организаций, обеспечивающих контроль над соблюдением договоренностей и мониторинг их реализации, расширение пространства международных организаций, Большое место среди индикаторов социально-политической интеграции занимает трансплантация идеалов и норм демократии, которая обусловлена, с одной стороны, их рецепцией и легитимацией в различных странах и соответствующими действиями и гражданскими инициативами «снизу», с другой.

Среди научно-технических индикаторов глобализации отметим прежде всего уровень вовлеченности национального научного сообщества в международные исследовательские и технологические исследования, проекты и разработки (например, в международном проекте «Геном человека»), степень участия зарубежных компаний в поддержке и развитии научно-технических исследований и разработок , участие отечественных ученых в работе международных научных организаций, их съездов, конференций и симпозиумов степень развитости информационных и коммуникативных технологий, уровень интеграции национального научного сообщества в международные коммуникации и др.

И гораздо более сложная задача — перейти к операционализируемым индикаторам глобализации, упорядочить их в соответствии с фундаментальными направлениями глобализации.

Причем особо следует подчеркнуть, что это индикаторы сложной динамической системы со взаимосвязанными уровнями и факторами, которые можно выделить и отделить друг от друга только аналитически, а обособление их в качестве автономных индикаторов сугубо условно. Ведь в любых саморазвивающихся системах, в том числе и социальных, постоянно происходит взаимопревращение одних факторов в другие: экономические показатели оказываются социально- психологическими мотивами, доминирующими в экономическом поведении, а социально-психологические — экономическими. Так, паника на рынке может вызвать не только обвал определенного банка, но и привести к дефолту всей экономической системы и социально-политическому коллапсу. Эти индикаторы можно объединить в определенные кластеры. Построение такого рода кластеров предполагает выявление корреляций и зависимостей между различными индикаторами, их иерархизацию по «весу» связей между индикаторами. Само собой разумеется, что интерпретация и индикаторов, и их ранжирования не может не быть по крайней мере альтернативной. Наконец, можно построить матрицу этих индикаторов, их зависимостей и корреляций. Иными словами, кластеризация индикаторов далека от выделения какого-то уровня в качестве фундаментального (например, индикаторов экономики как базиса общества), а всего остального как чего-то производного, чем всегда «грешила» марксистская мысль. «Вес» каждого из индикаторов и их зависимостей не распределяется по уровням социальной системы: в той или иной стране или в том или ином регионе причины эмиграции ученых могут быть различными, приоритетными могут оказаться со- циально-психологические мотивы, а миграционные процессы в науке могут быть интерпретированы и как «утечка мозгов», не находящих своего применения на родине, и как повышение уровня вовлеченности научного сообщества в международное сообщество ученых. Построение кластеров индикаторов глобализации с самого начала допускает и исходит из возможности «конфликта интерпретаций».

Кое-кто добавляет к этим индикаторам глобализации экспансию западных институтов, в том числе политических институтов, характеристики процессов вестернизации и глобального доминирования США, что связано, конечно, со специфической совокупностью индикаторов глобализации.

Итак, мы видим, что ныне выделено большое число особенностей и показателей глобализации. В принципе можно согласиться с тем феноменологическим описанием глобализации, которое дает Гидденс. Для него глобализация — это «интенсификация социальных отношений всемирного масштаба, которые связывают удаленные локальности таким образом, что события, происходящие в одном месте, формируются тем. что происходят за много миль от него, и наоборот» Такого рода феноменологическим описанием процессов глобализации ограничиваются многие социологи, культурологи и философы. Правда, надо отметить, что во многих оценках всемирного масштаба глобализации и интенсификации социальных отношений нередко абсолютизируется интеграция мирового сообщества и недооценивается (если вообще не обесценивается) многообразие культур мирового сообщества, существующие в нем тенденции к регионализации и даже диссоциации. Линейная «всемирно-историческая точка зрения», рассматривающая историю человечества как единый процесс, подвластный унификации (то ли как «естественно-исторический процесс» от добуржуазных обществ к буржуазному и от него к социалистической цивилизации, то ли как социальной эволюции от этнических общностей к развитому и дифференцированному обществу, от Gemeinschaft к Gesellschaft), уже не релевантна современным условиям жизни, поскольку она не учитывает своеобразия региональных и локальных культур и цивилизаций, множественность проектов модернизации локальных обществ и фундаментальности процессов глобализации. Для этой позиции характерны не только отстаивание неких единых универсалий культуры, единых ценностей, вытекающих из ситуации глобальной взаимозависимости мира, но и экспансия единой системы ценностей и даже ее навязывание другим регионам и локальным культурам .

Однако нельзя ограничиться критикой унифицирующих моделей глобализации. Необходимо осмыслить противоречивые процессы внутри глобализации и уяснить разнонаправленные векторы глобализирующегося развития. Все многообразие оценок, идей, концепций глобализации можно типологизировать в соответствии с двумя установками: исходить или из «единства в многообразии», или из «многообразия в единстве», или делать акцент на единстве, понимая его как движение по вектору универсалий, универсального и универсализации, или выбрать в качестве системы отсчета многообразие, фиксируя внимание на пространственных и временных координатах, специфицирующих и локализирующих культуры и цивилизации, отстаивать многомерность процессов глобализации, понятых как межцивилизационное и межкультурное взаимодействие в различных формах. Конечно, можно исходить из «единства без многообразия» или из «многообразия без единства». Первая установка ведет к утверждению единых универсалий в человеческой истории, к элиминации культурных и социальных различий, к поиску единого глобального мира. Вторая позиция ограничивается указанием на плюрализм культур и цивилизаций, фиксирует их множественность и не ищет путей гомогенизации опыта различных культур и цивилизаций, не допуская ни универсалий, ни процессов глобализации.