АЛЬТЕРНАТИВНЫЕ ПОДХОДЫ И МОДЕЛИ

Итак, в сознании и обывателей, и высоколобых интеллектуалов нередко сливаются воедино глобальный мир и глобализация, сложная конфигурация и сплетение процессов глобализации с одновекторным движением, универсализация базисных социальных норм с глобализацией норм и институций одного типа общества.

Существуют различные подходы к определению сути глобализации, ее временных параметров, исторических форм. Одни исследователи полагают, что глобализация уходит корнями в далекую старину, усматривая свою задачу в фиксации и описании различных этапов глобализации — от Античности до империализма как высшей и последней стадии капитализма. Таково было мнение Г. Г. Дили- генского, который считал, что «глобализация — это в принципе явление абсолютно не новое.

Иным было мнение А. Б. Вебера, который, полемизируя с Дилигенским, подчеркнул: «Иногда говорят, что мир всегда был глобальным. Да, если речь идет о физическим мире. Но мир человеческий не был». Поэтому и определения глобализации разные. Если для Дилигенского глобализация — это процесс, начавшийся давно и принимавший разные формы, то для Вебера — это «втягивание всего мира в открытую систему финансово-экономических, общественно-политических и культурных связей на основе новейших коммуникационных и информационных технологий» .

Различные временные параметры глобализации также определяются теми или иными авторами в зависимости от того, что вкладывается в содержание понятия «глобализация», какие строятся модели глобализирующихся процессов, какие сферы глобализации выделяются. Те, кто растягивает процесс глобализации на всю человеческую историю, исходят из линейной модели глобализации, подчеркивая, что человечество живет не в замкнутом, а в открытом мире, который по мере прогресса человеческой истории все более и более принимает глобальный, всемирно-исторический характер. Те же, кто настаивает на новизне процессов глобализации, связывают с ними возникновение транснациональных социальных связей и обесценение локальных культур и цивилизаций.

Исследование процессов глобализации, как не известных ранее человечеству и принципиально новых, сопровождается созданием разных моделей глобализации. Среди наиболее известных из них назовем модель «мировых систем» И. Вал- лерстайна, модель глобальной культуры У. Фезерстоуна и Дж. Ритцера, модель глобального общества Р. Арона, модель структуризации Гидденса. Для одних глобализация — это разновидность модернизации (Р. Робертсон, Ритцер, Ф. Фу- куяма, С. Хантингтон). Для других — это лишь продолжение и, возможно, завершение модернизации (Гидденс, У.

Итак, в зарубежной и отечественной литературе предложено немало понятий, моделей и теорий, имеющих целью сформировать представление о специфических процессах глобализации, найти аналитические, в той или иной степени операциональные и достаточно строгие индикаторы процессов глобализации, которые вместе с тем не просто поддавались бы количественному выражению, но и описывали бы собой особенности современного мира, его противоречия и соответствовали бы оптимальным стратегиям развития человечества.

В этой связи необходимо упомянуть о той трактовке глобализации, которая связывает ее с продолжением и завершением модернизации, а в постмодерне усматривает не некий принципиально новый феномен, а продолжение и завершение проекта модерна. Эта позиция наиболее полно и ясно выражена в работах Гидденса, Хабермаса и Бека. Так, для Гидденса глобализация — это интенсивная реализация технологий модерна, современной фазы единого и универсального проекта модерна . Для него центральной характеристикой глобализирующегося общества становится понятие риска: «Понятие риска становится центральным в обществе, которое порывает с прошлым, с традиционными образцами действия и которое открывается проблематичному будущему» .

Если для западноевропейских и американских аналитиков процессов глобализации глобализм — это идеология неолиберализма, отстаивающая ценности и нормы действующих транснациональных компаний, то мы усматриваем в глобализации объективную тенденцию взаимодействия и развития различных миров с их парадоксами и противоречиями. Как ни странно, неолиберальные апологеты глобализации смыкаются с антиглобалистами . Но все же есть все основания для того, чтобы видеть в глобализации один из процессов, присущих обществам, которые перешли к реализации финальных проектов модерна, расширив до планетарных масштабов показатели объема глобализации, ее пространственной экспансии и экстенсивных показателей мирового рынка товаров, технологий, финансов. Коммерциализация задела и «массовую культуру». В противовес одномерной идеологической картине глобализации, в которой усматривается лишь один вектор, лишь одна линия — вектор неолиберальной доктрины и линия на расширение масштабов модернизации, следует акцентировать внимание на изучении противоречивых тенденций внутри глобализации как общего тренда мирового развития, охарактеризовать составляющие этого тренда, имеющие непосредственное отношение к судьбам науки и техники в новом тысячелетии, к философскому образу науки, который складывается на наших глазах и который был бы наиболее адекватен новым условиям развития научно-технического комплекса.

Когда-то А. Тойнби отметил одну особенность мышления западных историков и социологов. По его словам, их мировоззрение находится в плену индустриализма и демократии — двух главных социальных институтов западного общества: «наблюдается тенденция рассматривать историю всех обществ и всех эпох под углом зрения демократии и индустриализма. Подобный подход к познанию истории представляется нам ложным, причем это касается не только исследования других эпох и цивилизаций, но и истории нашего общества на ранних его этапах.

Унифицирующей линии в интерпретации глобализации противостоит ее трактовка как результата взаимодействия (научно-технического, финансово- экономического, военно-политического, колонизаторского, торгово-технологи- ческого, культурно-религиозного) западной цивилизации с остальным миром. При таком «реляционистском» понимании, которое отстаивает, например, Ро- бертсон, возникает идея «глобальных модерностей», т. е. многообразия проектов модернизации социальной жизни. Тем самым акцент изменяется. Он делается не на единой, унифицирующей линии модернизации различных культур и обществ, не на одновекторном транскультурном взаимодействии, а на разнообразии и проектов, и реальностей модернизации. Глобализация, понятая как общий тренд модернизации социальной жизни цивилизаций, находит свое выражение и воплощение в различных глобализирующихся практиках, в разнообразных взаимоотношениях глобальных процессов с реальными формами и региональными и локальными структурами социокультурной жизни, в разнообразно дифференцированных и непрерывно дифференцирующихся формах культурной и социальной практик — в новом регионализме, мультикультурализме, во взаимосвязях между странами, нациями и этносами.