Стандартные слитки металла на Ближнем Востоке в эпоху энеолита - бронзового века.

Л.И. Авилова, H.H. Терехова

Среди многочисленных аспектов истории развития металлопроизводства на Ближнем и Среднем Востоке существуют проблемы, которым до сих пор не уделено должного внимания.

B данном разделе представлена попытка систематизировать и проанализировать ту информацию, которая имеется по данной теме на сегодняшний день.

Слиткилюбого металла- достаточно редкая находка, особеннодляраншіх периодов (Ѵ—Ш тыс. до н.э.). B этом разделе представлены данные по слиткам различных металлов (медь/бронза, золото, серебро) с территории Ближнего и Среднего Востока (Анатолия, Месопотамия, Палестина, Иран, Центральная Азия) (рис. 47). Хронологический диапазон находок в основном энеолит - средний бронзовый век (V-II тыс.

Рассмотрение материала строится не по хронологическому', а по морфологическому принципу. Это связано как с недостатком материалов из ранних (энеолитических) памятников, так и с тем. что определенные формы слитков бытуют иа протяжении нескольких периодов.

Находки слитков металла в делом достаточно редки (возможно, здесь играет роль и то, что их не всегда удается идентифицировать именно как слитки), тем не менее, можноутверждать, что в III тыс.

Плосковыпуклые слитки известны в 1II—U тыс. до н.э. в ряде регионов Ближнего Востока (рис. 47). B частности, из памятников UI-II тыс. до н.э., расположенных по берегам Персидского залива (там, где локализовались “страна Маган" и “странаДильмун”, известные по клинописным текстам как поставщики металла в Месопотамию), происходит ряд харакгерных находок (Moorey, 1994. с. 244). Два таких же слитка найдены в Телль Хуэре в Сирии, они датируются серединой Ш тыс. до н.э. (Moortgat. Moortgat-Correns, 1978, с. 66, рис. 29).

K сожалению, анализы состава металла из слитков чрезвычайно редки. Тем более важным представляется комплекс из Суз времени РД III В, т.е. середины III тыс. до н.э.. известный как “ваза с кладом”. B состав клада входил крупный медный сосуд, атакже второй, керамический расписной. B расписном сосуде было обнаружено 48 различных предметов и шесть плосковыпуклых слитков (Tallon, 1987, № 687-692) (рис. 48: 1-3). Опубликованы описания всех шести слитков и анализы пяти из них. Пробы на всех пяти слитках брались из нескольких участков, так что для каждого слитка имеется несколько анализов (Tallon, 1987, с. 195,321, 328, табл. 262-264).

Приведем описание слитков.

Слиток № 687: вес 2.930 кг, Д 139 мм, высота 48 мм, состав металла: медь, As l%,Fe0.26,Ni 1.1.

Слиток № 688: вес 2.073 кг. Д 122 мм, высота 42 мм, состав металла: медь, As 2%, Fe 0.34, Ni 0.21.

Слиток № 689: вес 2.033 кг, Д118 мм, высота 42 мм, состав металла: медь. As 1.3%,Ni 0.86.

Слиток № 690: вес 1.885 кг, Д 110 мм, высота 42 мм, состав металла: медь, As 1-1.2%, Fe 0.44, Ni 1.2-1.8%.

Сл riTOK № 691: вес 1.440 кг, Д 120 мм, высота 34 мм, состав металла: медь, As 2.2%, Fe 0.24, Ni 0.38-0.59.

Слиток № 692: вес 1.556 кг, Д 128 мм, высота 57 мм. Анализа нет.

Итак, вес слитков колеблется от менее 1.5 кг до почти 3 кг, диаметр от 110 до 139 мм. высота от 34 до 57 мм.

Bo всех пяти проанализированных слитках присутствует 1-2% мышьяка, в четырех обнаружена примссь железа 0.2-0.4%, никсль имеется во всех пятп. его концентрация колеблется от 0.2 до 1.8%.

TTo составумсташта можно отождествить эти находки с продукцией одного из наиболее крупных месторождений медных руд на территории Ирана — Талмесси-іѴГескани. Именно эти руды характеризуются присутствием примеси мышьяка и повышенным содержанием никеля.

Находки слитков медн/бронзы известны н в Анатолии. Замечательная находка 18 слитков из нарушенного памятника Махматлар (Центральная Анатолия) относится к тому же периоду ссредины П1 тыс. до н.э. (pirc. 49: 2—6). K сожалению, коіггскст нс позволяет уверенно определить характер комплекса, авторы публикации (Ko?ay, Akok, 1950) предполагают, что это клад. Bcc слитки имеют форму довольно плоской лепешки, насколько можно судить но некачественной фотографии. K сожалению, подробное описание не приводится, указан лишь uec слитков: самый большоЙ—4.630 кі; вес остальных 17 колеблется от 0.416 до 0.494 кг (0.424,0.425-0.426,0.428,0.430,0.436, 0.440 кг). Более подробных сведений не приводится, исходя из линейного масштаба, можно приблизительно вычислить, что диаметр большого слитка составлял 17-18 см, малых - 6-7 см.

Форма плосковыпуклых слитков оказалась устойчивой во времени, поскольку она обусловлена технологическим процессом плавки. Такие слитки бытовали и позже, во П тыс. до н.э. B частности, опубликован фрагмент (примерно четвертая часть) плосковыпуклого слитка, найденный на о. Файлака в Персидском заливе в ходе работ французской экспедиции на телле F 6, слой V C (Hih'tel, TalIon, 1990). Находка (рис. 48:4) датируется началом Il тыс. до н.э. Диаметр целого слитка был 14-15 см, высота - 4,5 см, вес не указан. Состав металла (в %%): медь, Zn 0.107. Fh 0.054, Sn 0.0180, As 0.096, Sb 0.005, Fe

0. 805, Ag 0.005. Ni 0.700, Bi 0.003, Co 0.094.

K этому же врсмсии - началу II тыс. до н.э. относится слиток в виде плоской лепешки из памятника Телль Сифр (Шумер), найденный в составе клада сельскохозяйственных орудий. Ori интересен тем, что известен состав металла — «чистая» медь с небольшой примесью железа, причем состав металла слитка отличается от того, из которого изготовлены орудия (Moorey, 1994. с. 244).

Судя по устойчивой форме и достаточно большим размерам плосковыпуклых слитков, скорее всего, мы имеем дело со стандартной формой хранения сырого металла и торговли такими металлургическими слитками на всей обширной территории Ближнего Востока, а не только между «страной Маган» н Месопотамией.

B позднем бронзовом векс характерной чертой оживленной торговли медью в Средиземноморье стали стандартные крупные слитки «в форме бычьей шкуры» (ox-hide ingots). Их вес достигает 30 кг, размер -- 45*33*6 см (Hood, 1971, рис. 82). Наиболее впечатляющей находкой, дающей понятие о масштабах торговли металлом, перевозившимся в виде таких слитков, является местонахождение Учубурун в Южной Турции. Здесь подводными раскопками выявлены остатки корабля XIV в. до н.э.. груз которого состоял в основном из слитков меди, имевших форму бычьей шкуры и подобных по форме слитков олова. Общее число медных слитков - 354, вес одного слитка колебался в пределах 21-28 кг, их общий вес — около 10 т. Общий вес груза олова - около 1 T (Pulak, 2000, e. 137, рис. 1). Кроме того, в составе груза корабля находился 121 слиток меди плосковыпуклой формы. Bec одного такого слитка составлял 6-7 кг (Pulak, 2000, с. 143, рис. 8). По мнению P. Тайлекота, форма отливок в виде бычьей шкуры должна была облегчить их погрузку и транспортировку (Tylecote, 1987, с. 194-195). Известны нс только сами многочисленные слитки (рис. 49: 13, 15), но и изображения данников, несущих такие слитки — обелиск Рассама(ЛшшурназирпалаИ), пьедестап тронаСалманассараШсизображешіем сирийских данников, роспись гробннцы в Фивах, где человек несет на плече слиток, а в руке — вазу мынойского типа (Tylecote. 1987, рис. 82) (рис. 49: 14).

Кроме крупных плосковыпуклых слитков меди/бронзы существовали и слитки небольшого размера, имеющие форму довольно правильных брусков. B частности, известно 4 слитка мышьяковой брошы с поселения Игдыр куро-аракской культуры III тыс. до н.э. (Кушнарева, 1993, с. 211, рис. 31: 14) (рис. 49:8-11). Существуютилитейные формы для отливки подобных изделий, в частности, глиняные формы с поселения Арслантепе VI D в Восточной Анатолии (слой с керамикой триалетского типа, датируемый концом Щ тыс. до н.э.). Ha одной из форм имеются три негатива длинныхровных брусков (Palm i eri, 1973, рис. 45: 7) (рис. 49: 7). Видимо, если внимательно изучить литейные формы ближневосточного региона, мы сможем среди довольно большого количества неопределенных длинных и ровных матриц определить негативы, предназначенные для изготовления таких товарных слитков-прутков.

Месопотамские тексты упоминают о брусках металла как удобной форме его перевозки (Moorey, 1994, с. 245). Отливки в форме брусков и глиняная лнтейная формадля отливки как минимум трех брусков найдены в мастерской месопотамского поселения Телль эд-Дхиба (период Исин-Ларса, начало II тыс. до н.э.) (Moorey, 1994, с. 244, рис. 16: 4), два таких слитка найдсны в Уре и датируются тем же периодом (Woollcy, 1976, с. 56, U 6622, 6685).

Слитки-прутки представляли собой товарную форму металла стандартизованной формы и размеров, они были пригодны для изготовления орудий средней величины кузнечным способом. Отметим, что их изготовление должно было иметь достаточно массовый характер, судя по наличию трех негативов на одной литейной форме.

Существует гипотеза P. Тайлскота о том, что ранние слитки металла могли иметь форму колец. Количество металла, получаемого при плавке руды, было очень невелико, фактически, это были металлические включения в шлакс, которые извлекали и плавили в тиглях для получения небольших слитков (Tylecote, 1980.c. 193-196).

Для нашей темы важно, что среди поделок, обнаруженных в ранних пропзводствеі]НыхкомплексахТаль-іі-Иблиса(ѴІ—ГѴтыс.дон.э.),действительно имеются медные кольца. По мнению Дж. Дэйтона, многочисленные медно- бронзовыс кольца, находимые на месопотамских памятниках, представляют собой не что иное, как стандартные елптки металла, предназначенные для обмена. Ученый даже попытался выяснить соотношение между весом кольцевидных слитков и стандартными вссовыми мерами ячменя и пшеницы в Месопотамии (Dayton, 1974). Уязвимым местом этой точки зрения остается то, что мы не можем в каждом конкретном случае достоверно отличить кольцевидные слнткн от колец, использовавшихся как украшения, а их роль как весового эквивалента обмена недостаточно подкрепленаархеологическими материалами: установить весовые стандарты кольцевидных слитков не удалось. Несомненно, большую роль играла потеря веса в результате коррозии металла. Ho даже ссли бы и удалось доказать, что мелкие кольцевидные слитки играли роль весовых эквивалентов обмена (ранней формы “денег”), то н тогда вес каждой единичной находки можетдостаточно сильно варьировать, т.к. наиболее вероятно взвешивание не одного кольца, аих связок (подобно тому, как в дрсвнем и средневековом Китае счет велся на связки монет). Шумерские тексты Ш тыс. до н.э. содержат упоминания колец металла в качестве платежного средства, что позволило P. Мури предположить, что основной функцией кольцевидных слитков была не переработка, а обмен (Moorey, 1994, с. 245).

Тем не менее, кольцевидные слитки металла, несомненно, существовали уже в РБВ (рис. 50). B комплексе пещерного могильника Нахаль-Кана в Палестине обнаружено 8 золотых массивных колец весом 120-130 г. Кольца не являются украшениями: они подпрямоугольного сечения без следов обработки (лишь наодном заметны следы очень слабой проковки, видимо, для устранения поверхностных дефектов). Раковистые углубления на поверхности слитков - явные признаки усадки металла в литейной форме (рис. 50: 1, 2). По мнению авторов раскопок, это стандартные слитки драгоценного металла (Gopher ct al., 1990). Могильникотносится к местномуэнеолиту, представленному культурами Гхассул-Беершева, синхронными Уруку. Ha основании этой сннхронизацнп комплекс датируется РБВ по историко-металлургической периодизации. Это единственный случай находки стандартных слитков драгоценного металла для столь раннего времени.

Слитки драгоценных металлов нзвестны и в СБВ. B нашем распоряжении имеются материалы из кладов Трон H (середина Ш тыс. до н.э.).

B большом кладе A находились 3 слитка серебра (№ 5968, 5970, 5971 но каталогуГ. Шмидта — Schmidt, 1902) (рис. 50: 3-5). Они совершенно одинаковы по форме, но несколько отличаются по размерам и весу: слиток 5968: длина 17.4 см, вес 172 г, слиток 5970:длина21.3 см, вес 182.7 г, слиток 5971:длина18.3 см, вес 273.8 г.

Известны и слитки золота из Трои.

Это слитки-заготовки из клада F: 5 длинных стержней с регулярно расположенными насечками паповерхности (в Археологическом музее Стамбула хранится еще 11 таких стерла іей), очевидно, предназначенными для того, чтобы отрубать кусочки металла для изготовления мелких украшений (X® 128-132 по каталоіу выставки «Сокровища Трои из раскопок Генриха Шлимана» 1996 г.) (рис. 50:7-9).B составетогожекладаестьтри болеепроработанныхстержневидных заготовки меньшего размера с регулярно расположенными литыми отверстиями (№ 124), вероятно, для изготовления бус (рис. 50: 6). Приведем характеристики слитков-заготовок из кладаГ по размеру и весу. Слиток-заготовка № 128 - длина 9.5 см, вес 10.4 г; Xi 129 - длина 9.8 см, вес 10.21 г; Xs 130 - длина 9.85 см, вес 10.48 г;Х® 131 - длина 10.4см,вес 10.39r;Xa І32-длина9.7см,вес9.87г;слиток- заготовка с отверстиями X» 124 — длина 5.3 см, вес 2.24 г. Следует огметить, что слитки-загоговки с насечками имеют стандартный вес (как известно, золото не подвержено коррозии) и размер. Их длина — около 10 см, вес - около 10 г.

B составе клада R есть іри куска спирально скрученной золотой проволоки (X® 242-244). Это не готовые изделия (серьги), а проволока с обрубленными концами, т.е. также слитки-заготовки драгоценного металла (рис. 50: 11). Это особенно ясно, если сравнить эти примитивные проволочные заготовки с высокохудожественными ювелирными изделиями троянских кладов. Приведем характеристики проволочных заготовок по размеру и весу: Xa 242 - размер 2.8x2.6 см, Д проволоки 0.21-0.24 см, вес 9.45 г; Xs 243 - размер 2.1*1.8 см, Д проволоки 0.14-0.15 см, вес 2.01 г; Xs 244 - размер 1.7* 1.8 см, Д проволоки

0. 134).15 см, вес 2.06 г. Две последние заготовки также весьма близки по размеру и весу.

Интересна находка 61 золотого колетеа R кладе J. Bce колечки одинаковы и очень просты по форме, это 1 оборот четырехгранной в сечении проволоки. Bec колец стандартный - 9.4 г, диаметр 58 более узких колец 0.6 см, диамстр 3 более широких — 0.64- см (рис. 50: 10).

Показательно, что эти колечки составляют целую связку простейших предме тов одного размера и веса. Возможно, здесь мы сталкиваемся именно с тем явлением, которое предполагал Дж. Дэйтон — с мелкими кольцевидными слитками металла, удобными при транспортировке и обменных операциях.

Среди древностей Ирана н пограничной зоны Центральной Азии (Южная Туркмения. Геоксюрский оазис) имеется специфическая категория металлических изделий из меди/бронзы — так называемые «большие булавки» (рис. 51). Они известны в энеолите, раннем и среднем бронзовом веке. B зависимости от оформления наверший в литературе их именуют «косметическими шпателями», «длинными булавками», «жезлами» (Schmidt, 1937, с. 196; Ame, 1945, с. 298). Морфология стержней характеризуется некоторыми стабильными признаками: прежде всего это округло-вытянутое утолщение на нижнем конце, иногда такая «капля» бывает в два-три раза толще самого стержня. Верхний конец стержня может иметь различную форму: пирамидальной н конической головки (Ghirshman, 1938, табл. LXXXIV; Schmidt, 1937,та6л.ХЬѴІІІ), плоскойлопаточки-шпателя, серпика, повернутого концами вниз (Arne, 1945, табл. XCII), головок и фигурок животных.

Стержни с каплевидным утолщением на конце известны в памятниках трех последовательных хронологических этапов на территории Ирана и Центральной Азии;

1) энеолпт (Убейд) - Спалк III, серия около 10 изделий (Ghirshman, 1938, табл. LXXXIV, LXXXV), Tene Габристан (Amiet, 1986, с. 40, 41; Tailon, 1987. с. 251);

2) РБВ-Тепе Яхья IV C (Lamberg-Karlovsky, Tosi, 1973, рис. 124), Мундигак IU-V, Tene Габристан II (Ta!lon, 1987, с. 254)

3) СБВ - Гиссар III (Schmidt, 1937, табл. ХГѴШ), Шах Tene B П (Arne, 1945, рис. 644>6, 90), некрополь Шахр-и-Сохты (Piperno, Tosi, 1975, рис. 195 А), Сузы РД 3 (Tallon, 1987. с. 254, № 1066). Tene Габристан TV (TaIlon, 1987, с- 254).

Уцалось идентифицировать такие стержни и на территории соседней Месопотамии: в Уре, на участке F, в слос эпохи Джемдет Hacp (РБВ) (WoolIey, 1956, табл. 30, U 14922) фис. 51: 4), и в Tene Гавре VI (Раннединастический период, СБВ) (Speizer, 1935, табл. LXXXH, 17) (рис. 51: 14).

B очень большом количестве «большие булавки» известны на территории Южной Туркмении (рис. 52). B конце IV — начале III тыс. до н.э. многочисленные находки этого типа представлены на поселенин Геоксюр I (культура поздняя Намазга И - ранняя Намазга III). Затем, в Ш и U тыс. до н.э. они распространяются и на других памятниках, в частности, Хапуз-депе, Улуг-депе, Алтын-депе (Кирчо, 2001). Они известны и в Южном Таджикистане (Тулхарский могильник - Мандельштам, 196S, табл. VIII), и в Узбекистане (могильник Заман-баба- Гулямов н др., 1966, табл. XVI). Следует отметить, что на сходство центральноазиатских «больших булавок» с аналогичными находкамистерритории ИранауказываетФ. Галлон, предполагая, в частности, что такая «булавка» из Суз (№ 1066) является импортом с территории Центральной Азпи (Tallon, 1987, с. 251).

Центральноазиатские «большие булавки» изучены не только морфологически, но и технологически. Проведенное технологическое исследование массовых южнотуркменских материалов IV-II тыс. до н.э. (Терехова, 1974. с. 177, 178; 1975, с. 34,35) позволило по-новому взглянуть на проблему функционального назначения «больших булавок».

Установлено, что стержни отливали по восковой модели в закрытой форме целыми сериями, в вертикальном положении. Их поверхность обрабатывали не слишком тщательно, лишь с целыо устранения внеганих дефектов (рис. 53). B заключение изделия подвергались отжигу, таким образом им возвращалась пластичность, что облегчало возможность их дальнейшей обработки. Есть основания полагать, что стержни с каплевидным утолщеннем представляют собой удобную форму хранения и транспортировки металла, стандартный слиток, полуфабрикат, из которого впоследствии изготовлялись различные категории изделий. Данное предположение основано на результатах металлографических исследований остальных категорий изделий. Bce орудия из проанализированных южнотуркменских коллекций изготовлены кузнечным способом из заготовок, имевших форму литого стержня, круглого в сечении, каковым могли, скорее всего, служить именно «большие булавки». Это подтверждаегся и тем, что стержни в ряде случаев найдены разрубленными на части. Косвенным подтверждением использованию «больших булавок» в качестве слитков-заготовок является тот факт, что форм для отливки различных орудий на поселениях не найдено.

K большому сожалению, материалы с других территорий Ближнего и Среднего Востока не изучались металлографически. Однако, имея в виду раннее (начиная с энеолита) н мощное распространение североиранских культурных традиций на территорию Южной Туркмении (Сарианнди, 1970), кажется обоснованным интерпретировать «большие булавки» из Сналка III, ГиссараШ, Шах Tene и других иранских памятников как стандартные товарные слитки металла.

Это хорошо согласуется с фактом бытования на протяжении всего бронзового века полуфабрикатов и слитков металла, которым придавалась обобщенная форма широко распространенных готовых изделий: колец, браслетов, серпов (Tyiecote, 1962, с. 206). B данном случае мы имеем дело со слитками в форме булавок.

Поскольку имеются данные охимическом составе срсді іеазиатского металла (Терехова, 1975, с.