Природные ресурсы регионального металлопронзводства на Ближнем Востоке.

Период становления металлургии меди был, скорее всего, более сложным и неоднородным, чем это кажется на первый взгляд.

Рудные месторождения расположены в рассматриваемой зоне неравномерно. Анатолия имеет богатые рудные запасы (Ryan, 1960), число месторождений, которые потенциально могли разрабатываться в древности, чрезвычайно велико (Gale, Stos-Gale, Gilmore, 1985). Особенно важны хорошо известные в археологической литературе месторождения сульфидных медных руд на востоке, в районе Эргани Маден (Wallace, Griffits, Albers, Oner, 1972).

B Восточной Анатолии, в районе Ксбана (Верхний Евфрат) известны богатые месторождения меди и серебра (Ry^an> 1960).

Единственный пунктвАнатолии, где достаточно подробно зафиксированы и достоверно датированы следы древней добыта медной руды, расположен в центральном районе Анатолийского плато, в 15 км от известного памятника середины IlI тыс. до н.э. Хорозтепе; это рудник Козлу, где в начале Ш тыс. до и.э. добывали сульфидную медную руду (Giles, Kuijpers, 1974). Ha территории месторождения обследованы обширные подземные выработки и отвалы породы; находки керамического материала свидетельствуют о том, что здесь функционировали временные поселения горняков и металлургов. Выявлены следы плавления руды, в частности, крупный плосковыпуклый слиток сырой меди 40 см в диаметре. Масштаб разработок был очень значительным - корытообразные следы разрушенных выработок достигают 300 м в длину и около 45 м в глубину. Обнаруженные остатки деревянных крепежных конструкций дали радиоуглеродную дату 2800 г. до и.э.

Число меднорудных месторождений, которые потенциально могли разрабатываться в древности на территории Анатолии, чрезвычайно велико фис. 2). Предпринятая группой H. Гейла программа свинцово-изотопных исследований древнего металла с целыо локализовать рудные источники, использовавшиеся при изготовлении медно-бронзовых предметов из Трои, Иортана, БсЙджесултана и Мерсина, дала чрезвычайно интересные результаты.

Так. удалось установгггь, что медные изделия Трои II происходят как минимум из пяти месторождений, что заставляет отказаться от точки зрения К. Брэниган, в соответствии с которой троянский металл получали из местных меднорудных источников fl3ranigan, 1974). B Троаде известно 14 месторождений fliyan, 1960), причем в трех зафиксированы древние выработки (точно не датированные), а вблизи двух — следы металлургической деятельности. Данные H. Гейла указывают на возможность использования не только местных руд, но также еще четырех месторождений, расположенных вдоль черноморского побережья Малой Азии.Длятроянских бронз этого времени характерно высокое содержание олова, перешедшего в металл изруды (Gale, Stos-Gale, Gilmore, 1985, с. 151). Ha использование металла из целого ряда месторождений указывает н E. Перницка с соавторами: на основании исследования 33 рудных источников в Северо-Западной Анатолии сделан вывод о массовом использовании в Tpoe металла неместного происхождения (Pernicka et al., 1984). Я. Якар подчеркивает, что население Трои II контролировало морские пути, по которым осуществлялась торгов.ші, в том числе и металлом. Именно благодаря свосму выгодному географическому положению город стал местом сосредоточения огромных богатств и центром притяжения квалифицированных ремесленников, которые находили здесь заказчиков и рынок сбыта (Yal', происходят в основном из слоя X (СБВ) и могут быть отнесены к одному рудному источнику, тогда как в FffiB использовалось уже несколько месторождений.

Недавнее исследование металлургии Икизтте показало, что наиболее вероятным источником металла с характерной высокой примесью мышьяка (3-5%) здесь служили рудные выходы в горном массиве Тавшан Даг, находящемся вблизи памятника. Можно также предполагать, что руду добывали из нескольких источников, расположенных в данном районе (Ozbal et al., 2002). Тезис об эксплуатации одного месторождения на протяжение длительного периода от позднего энеолита до СБВ хорошо согласуется со своеобразным и несколько архаичным обликом металлического инвентаря Икизтепе (это, в частности, большая серия черенковых листовидных копий и чстырехспиральных плоских блях типа Арслантепе VIA).

B целом представляется, что особенности использования меднорудных мссторождсиийдемонстрируютопределеннуюзависнмостьотместоположения памятника: если производство расположенных во внутренних районах Иортана и Бейжесултана как в РБВ, так и в СБВ базировалось на одном источнике, то прнбрежные города Троя и Мерсин, являвшиеся центрами морской торговли, использовали металл, доставлявшийся из разных месторождений (Gale, Stos- Gale, Gi1more, 1985, с. 171).

Иранское нагорье богато месторождениями металлов, они широко распределены по стране, что в древности создавало условия для сложения самостоятельных очагов производства металла. Внимание исследователей концентрировалось в основном на месторождениях Талмессн и Мескани в районе Анарака, которые поставляли самородную медь и так называемую мышьяковую медь с примссыо никеля (Pemicka, 1995, с. 88; Pigott, 1999). Известные археологические памятники рассеяі іы по территории страны так, что часто оші концентрируются в металлоносных зонах фис. 3), поэтому возможно, что меднорудный район Талмесси-Мескани был далеко не единственным крупным центром добычи меди.

Древнне разработки медных руд исследованы в районе Вешиове (Анарак) (Moorey, 1982, с. 82). Здесь были открыты длинныеузкие штольни, конфигурация которых определялась формой рудных жпл. Куски породы откалывали с помощью деревянных или костяных клиньев, затем породу дробили кувалдами. Руда представлена малахитом, реже азуритом, с вкраплениями самородной меди. Находки керамики типа Сиалк IV (Урук - РД 2) датируют разработки временем РБВ по историко-металлургической периодизации. Новые исследования горных разработок Вешнове Германским музеем горного дела в Бохуме подтверждают масштабность работ и важность этого месторождения для ранней добычи медных руд в Иране концаГѴ— начала UI тыс. до н.э. (St611ner, 2002, с. 67-69).

Следы плавки металлов в виде шлаков и других остатков производства заинтересовали археологов относительно недавно. Так, P. Гнршман не упоминает о находках шлака на территории Tene Сиалка, в то время как P. Тайлекот отмечает медные шлаки на поверхности южного холма и в слое Сиалк II, где обнаружены кускихалькошірита (Tylecote, 1970, с. 290). Находки следов металлургического производства обнаружены новыми раскопками на Tene Гиссаре, а также в Шахр-и Сохте и других памятниках Систана (Юго- Восточный Иран). B Гиссаре H (РБВ) зафиксированы находки медной руды, медных шлаков и фрагментов металлургической печи, что свидетельствует о местном производстве металла (Pigott, Howard, Epstein, 1982). K этому же времени относятся литейные мастерские иа поселениях Шахдад fPigott, 1999, с. H6-117) и Tene Габристан (Amiet, 1986, с. 43).

Существуют сведения по Таль-и Иблису файон Кермана) о находках многочисленных обломков тиглей с остатками меди в слое 2 (V тыс. до и.э.), при этом количество шлака невелико, а остатки плавильных горнов не обнаружены. Подобнос сочетание находок скорее документирует плавление самородной меди, чем ее выплавку' из руды. Однако зафиксированы и находки руды - халькоцита (медного блеска). Можно предполагать, что население некоторых поселков специализировалось на производстве меди (подобно тому, как существовала специализация в производстве других видов сырья). Возможно также, что жители крупных поселений имели больше доступа к целому ряду местных ресурсов и, соответственно, специализировались B несколькіп< ремеслах в рамках местных рынков обмена (Moorey, 1982, с. 83). Неслучайно поселения, на которых зафиксированы следы ранней металлургии, концентрируются на Иранском плато, близко к источникам металла. Медные изделия появляются на территории Ирана чрезвычайно рано. Древнейшие находки изделий из металла (самородной меди) происходят с гор Загра: это бусина из Али Коша (VII тыс. до н.э.) (Muhly, 1983, с. 350).

Источники левантинского металла изучены достаточно хорошо. Геологически зафиксированы известные в древности источники меди и свидетельства ее добычи в расположенной между Мертвым и Красным морями долине Вади Араба (рис. 1). Это крупный меднорудный район, восточная часть которого находится в предгорьях Иордании, а западная-уграницы с пустыней Негев. B древности в обоих районах разрабатывалась медная руда. I-Ia западе Вади Араба был исследован район Тимна с многочисленными п хорошо сохранившимися шахтами и следами выплавки. Считается, что разработка месторождений меди здесь началась еще в ГѴ тыс. до н.э. Интенсификация этого процесса была зафиксирована во время египетского Нового царства (XIII— ХП вв. до н.э.), когда сюда снаряжались специальные экспедиции из Египта по разработке месторождении. Эта деятельность практиковалась вплоть до римского времени (Antikes Kupfer..., 1980).

B 60-х гг. геолог Х.Д. Кинд изучил древние месторождения меди, работая на восточной стороне Вади Араба. Эти работы показали, что район Фейнана уникален для всего юго-восточного Средиземноморья по масштабам добычи н плавки руды, с ним можно сравнивать только медные разработки эпохи ПБВ на Кипре. Достаточно сказать, что в Фейнане обнаружено около 150.000-200.000 тонн медных шлаков.

Разработка меди здесь начинается с энеолита и продолжается до средневековья. Руда месторождения Вади Феинан необычайно богата медью, это малахит с содержанием металла ок. 56% (Hauptmann et al., 1992), поэтому могла быть оправдана ее доставка на поселения (Anati, 1963, с. 311). Разработки датируются серединой IV тыс. до н.э.

O процессах, применявшікся в древней металлургии, можно судить по открьггиям, сделанным под руководством Б. Ротенберга в Вади Тимне (в 20-30 км к северу от залива Акаба). Ha площади ок. 100 кв. км были обнаружены осгатки легких жнпшц, керамика и кремневая индустрия, типологически сходная с материаламипосслснияАбуМатар.Былиобнаруженьгбазальтовыекувалды,плиты для дробления руды (малахита), песты и стуггы для ее измельчения (.Roihcnberg, 1962). Процесс вышіавки был довольно примитивным: псчи открытого типа представляли собой ямы без следов искусственного дугья. Топливом служил древесный уголь из акацин. Металл не умели отделять от шлака в процессе плавки, руду размельчали недостаточно, поэтому капли металла задерживались в шлаке, и чтобы его извлечь, куски шлака дробили. Это вело к большим потерям металла. Наиболее раніше производственные комплексы относятся к IV тыс. до н.э. Масштабные разработки медных руд и следы выплавки меди (100.000 тонн медных шлаков), датируемые начиная с Ш тыс. до н.э., исследованы на Синайском полуострове (Weisgerber, 2002, с. 59-61).

Металлургическая деятельность, зафиксированная в районе Бесршевы, имела болес прогрессивный облик. Руду также дробили каменными молотами на плитах или в ступах Видимо, имел место вначале процесс восстановления руды (возможно, на костре), а затем - плавка в горнах. Сохранились нижние части горнов, построенных из глины с примесью рубленой соломы. Внутренняя поверхность печей былапокрытастекловидной массой, в ec составе обнаружена медь и шлаки. Имелся под из трамбованной земли и глины. Tlo мнению Ж. Перро, верхняя часть печей сооружалась из особых плоских кирпичей. Размеры печей невелики, не более 50 см в диаметре (Perrot, 1955). Уголь добывали из деревьев тамариска. Найдены глиняные сопла. Процесс плавления металла и литья производился в небольших круглодонных тиглях. Остатков литейных форм не зафиксировано, поэтому Перро предполагает, что отливки заготовок могли делаться в земляных формах. Интересно, что весь металлургический процесс шел на поселении.

Состав руды, найденной в АбуМатаре, соответствуструде месторождения Вади Фейнан, расположенного к югу от Мертвого моря (Hauptmann et al., 1992). Расстояние до него от Абу Матара - ок. 100 км, т.е. руда доставлялась на поселение сравнительно издалека.

Ha территории Фейнана плавка медной руды производилась в более чем 20 разновременных производственных комплексах.

Так, энеолитические медеплавильные комплексы были обнаружены в Вади Фидан 4. B эпоху ранней бронзы века многочисленные медеплавильни различных типов располагались обычно поблизости от шахг, но иногда omi находились на значительном расстоянии от центров добычи руды. Внешне разновременные шлаки мало отличаются. Характерны мелкие кусочки шлака, имеющие однородную структуру и содержащие много включений древесного угля. Это во многом результат выветриванпя, а не только плавильного процесса. Находки обломков горнов и печей свидетельствуют об использовании низких плавильных печей небольшого размера. Эти печи всегда строились на уступе или склоне для лучшей тяги и составляли комплекс из нескольких печей. B Pac эн-Накаб были обнаружены остатки 12 печей из тонких, плоских кусков песчаника. B Фейнане 8—11 было пайдсно более 20 печей, дно и края которых были сделаны из слоев глины толщиной несколько сантиметров. Печи были построены на склоне, а ямы для выпуска шлака находились ыиже и были облицованы камнем.

C древности были известны также месторождения медных руд на Синайском полуострове, активно эксплуатировавшиеся, в частности, Египтом (Чайлд, 1956, с. 112, 146). Для периода поздней бронзы имеются сведения о том, что медь добывалась в «горах Ханаанских» (Втор. ѴШ, 9). Известны залежи медных руд и на севере рассматриваемой территории—в районе Алеппо (Сирия), но там не обнаружено следов их древней разработки, несмотря на мнение P. де Bo о возможности их эксплуатации (Vaux de, 1966).

B отличие от трех предыдущих регионов, Месопотамия практически лишена рудных источников и вообще очень бедна минеральными ресурсами (в особенности Южная). Основная черта месопотамской цивилизации—изобилие продуктов питания, связанное с высоким плодородием почв в аллювиальной долшю Двуречья, что создавало предпосылки для накопления излишков продуктов и широкого обмена. Однако неверно считать, что Мссопотамім вовсе не имела минеральных ресурсов. Ha ее территории в древности добывали, кроме глины, битум, широко применявшийся в разных сферах деятельности, в частности, строительстве; так, Геродот описывает стены Вавилона, сооруженные с использованием битума (1, 179).

Имеются в Южной Месопотамии и выходы известняка. Известно, что многие центральные сооружения религиозного назначения в Уруке периодов Урука и Джемдет Hacpa имеют детали, изготовленные из белого, сероватого и желтоватого известняка. Это «известняковый храм» (К alksteintempe 1), «храм каменныхконусов» (Steinstifltempel), «постройкаРимхсн» (Riemchcngebaude), храм-дворец E, «каменная постройка» (Steingebaude) (Boehmer, 1984, с. 142). Некоторые здаыия были построены на извеетшшовых фундаментах из крупных блоков ок. 10 см толщшюй и 60-80 см длиной. Такой авторитет в области архитектурной археологии, как Э. Хайнрих, заметил, что светлосерый известняк позднеурукских построек происходит из выходов этого камня, расположенных всего в 60 км от Урука; тот же известняк применялся и в Уре, находившемся значительно ближе к выходам камня (Heinrich, 1934, с. 46). Скорее всего, камень доставляли в Урук по воде. B 1983 г. каменоломни посетил P. Бёмер и был поражен визуальным сходством камня с тем, который использовался в Уруке в ГѴ тыс. до н.э. Петрографический анализ подтвердил это сходство (Boehmer, 1984, с. 146). Кварцит был широко распространен на

p. Дияле, известны мастерские эпохи Убейда по его обработке. Итак, притом, что основная масса камня импортировалась в виде сырья, полуфабрикатов или готовых изделий, был доступен и применялся для изготовления орудий местный известняк, кварц и кварцит.

Соль - один из важных минеральных ресурсов, применявшихся для приготовления пищи. Известны шумерские и аккадские термины для ее обозначения. Интересно, что соль практически не попадала в поле зреішя исследователей питания и экономики Месопотамии. Подразумевается, чгго потребление соли для охотников и собирателей нс имеет значения, и становится необходимым лишь с переходом к земледелию. Реки Тигр и Евфрат несут много растворенной соли, но ее извлечение трудоемко, гораздо более производительно получение соли из соляных болот и озер, высыхающих B жаркий период. Сохранились сведения о расположении и производительности соляных источников использовавшихся в XEX в., т.к. добыча соли составляла государственную монополию Османской империи. Есть упоминания о сборе соли в досаргоновскую эпоху в текстах из Фары и в текстах из Ура эпохи 3-й династии. B более позднее время (вероятно, и в более раннее тоже, но письменных сведений об этом мало) соль из соляных болот Юга в основном добывали кочевники, которые использовали ec как эквивалент обмена с городским населением (Potts, 1983, с. 205-215).

Соль применяли и в некоторых производствах — при выделке кож и заготовке рыбы, н, что важно да и данной темы, в процессе купеляции (отделения золота от серебра): имеется текст из Ура эпохи 3-й династии о наличии соли в мастерской златокузнеца O>otts, 1997, с. 103-106).

B этих условиях месопотамское металлопроизводство базировалось на импорте. Тем не мснсе, именно здесь в ГѴ-ВІ тыс. до н.э. возникает мощная цивилизация городского типа и формируются ранние государства. B Щ тыс. до н.э. в Двуречье известны огромные серии металлических предметов. Кэтому же времени относятся шумсрские тексты с упоминаниями стран, откуда доставлялись различные металлы и разработанной терминологией, отражающей высокий уровень знаний о различных металлах, сплавах и их свойствах (Моогеу, 1994). Удалось отождествить ряд регионов, в частности, «страну Маган» с месторождениями медных руд на территории современного Омана (Моогеу, 1994, с. 247). Поставки металла шли также из Анатолии и с ■территории Ирана, в частности, из района Анарак (Bertfaoud, FranQaix, 1980).