Проблема последовательности занятий

Как уже было сказано, у Августина впервые мы сталкиваемся с мыслью о самозамкнутом цикле семи свободных искусств. Она появляется во второй книге De ordine, где излагается последовательность занятий.

Интересующий нас текст представляет собой подступ к ответу на вопрос: может ли беспорядок, то есть зло, найти свое место в порядке, изволенном и установленном Богом? Августин отмечает, что его юные собеседники еще не подготовлены к тому, чтобы найти решение столь серьезного вопроса, поскольку они не прослушали некоторое число фундаментальных курсов в определенной последовательности . Он объясняет им, что существует наука, «которая обещает умам ревностным и любящим Бога и души» найти решение этого вопроса, и что эта наука не что иное, как божественный закон, «который, хотя и пребывает вечно неизменным и неподвижным в Боге, записан, если можно так выразиться, в душах мудрых таким образом, что они знают: их жизнь будет настолько превосходнее и возвышеннее, насколько тщательно они будут созерцать этот закон разумом и насколько точно они станут соблюдать его в жизни. Эта наука требует от тех, кто хочет ее знать, следовать порядку в двух планах, один из которых касается жизни, другой - познаний» . Таким образом, пусть они выберут жизнь спокойную и удаленную от треволнений, вызываемых чувствами, и «определенную последовательность в своих занятиях (optent certum cur sum studiis suis)» .

Запомним на данный момент заявленное Августином тесное единство между порядком божественным и порядком занятий: именно первый устанавливает второй. Запомним также утверждение, что божественный закон, хотя и пребывает неизменным в Боге, записан в душах мудрых. Позже мы вернемся к этим двум пунктам.

Что касается процесса обучения, - продолжает Августин, - то мы приходим к нему двояким способом: через авторитет и через разум: «Поскольку человек не становится образованным без того, чтобы до этого не получить образование, и поскольку ни один необразованный не знает, ни в каком состоянии ума он должен предстать перед своими учителями, ни какой именно образ жизни сделает его способным воспринимать, то отсюда следует, что существует лишь авторитет, ко-торый может открыть дверь всем тем, кто хочет постичь высшие и тайные блага» .

В связи с этим, Августин удерживается от желания заявить о своем собственном авторитете и утверждает, что содержание его собственного образования, касающееся божественного порядка и последовательности занятий, происходит из книг «тех великих, почти божественных мужей» ; эти «великие мужи», без сомнения, - неоплатоники .

Неоплатоническое влияние во второй книге De ordine Неоплатоническое влияние на страницах П книга De ordine в самом деле значительно.

«Существует лишь малое число людей (pauci), которые приходят к этому знанию (то есть к знанию трех ипостасей и в особенности последней) в этой жизни (in hac vita), и даже после этой жизни (post hanc vitam) невозможно его превзойти» .

А в X книге «О граде Божием» Августин частично повторяет это утверждение, обращаясь к Порфирию:

«Ты, тем не менее, признаёшь Божью милость, когда говоришь, что лишь малому числу людей было дано прийти к Богу в силу своей разумности. Ведь ты не говоришь: "немногие решили" или "захотели"; но когда ты говоришь, "им было даровано", то, без сомнения, признаешь Божью милость, а не человеческие возможности. Еще более ясно ты употребляешь это слово в том месте, где вслед за Платоном ты сам без колебаний утверждаешь, что в этой жизни (in hac vita) у человека нет никакой возможности достичь совершенства в мудрости, но что некоторые, если они живут согласно разуму, могут после этой жизни (post hanc vitam) получить от провидения и милости Божьей все, чего не хватает для их совершенства» .

Если оставить в стороне то, что Августин хочет заставить сказать Порфирия и чего тот, без сомнения, не говорил, а именно, что все зависит от милости Божьей, ясно, что Августин ссылается на два места из сочинения Порфирия, название которого он приводит несколько позже : речь идет о трактате «О возвращении души».

Это отступление было необходимо для того, чтобы определить общую ориентацию, но все-таки одной фразы из трактата De ordine, говорящей о знании, которого трудно достичь в этой жизни и даже после этой жизни, не достаточно, чтобы отнести все последующее рассуждение к этому сочинению Порфирия; однако мы увидим, что есть другие указания в сходном направлении. Прежде всего, внешнее указание, которое, тем не менее, обретает всю свою значимость лишь после того, как прибавится к прочим, которые нам предстоит обнаружить позднее: диалог De ordine входит в состав произведений, написанных Августином в Кассициаке в 386 году, вскоре после его обращения. В результате исследований П. Курселя в целом сегодня признают влияние, оказанное чтением неоплатонических книг в латинском переводе именно на эти диалоги, то есть Contra Academicos, De beata vita и De ordine. П. Курсель придерживается мнения, что Августин прочитал во время своего обращения по крайней мере одно сочинение Порфирия в латинском переводе, трактат «О возвращении души», намеки на который он обнаруживает в произведениях Contra Academicos и De beata vita .