XVII. О внутренних распрях

Это был второй возраст, как бы отрочество римского народа, когда он окреп, расцвел доблестью и заклокотал силами. В нем была какая-то пастушеская неотесанность, дышало нечто неукротимое.

Первая распря — из-за необузданности ростовщиков. Они свирепствовали, словно имели дело с рабами, и плебс, вооружившись, удалился на Священную гору. Он был возвращен лишь благодаря авторитету Менения Агриппы красноречивого и мудрого мужа, и то при условии, что получит трибунов. (2) До нас дошла древняя притча из его речи, которая помогла Агриппе восстановить порядок. Некогда не поладили человеческие органы: все-де выполняют работу, один живот освобожден от повинностей. Отделив его и начав от этого умирать, они поняли, что пища поступает в кровь благодаря его деятельности, и вернулись к взаимному согласию.

Вторая распря разожжена в самом Риме произволом децемвиров.

25- Третий мятеж возник из-за вопроса о достоинстве брака — предложения, чтобы плебеи могли сочетаться с патрициями. Эта смута вспыхнула на холме Яникул под водительством народного трибуна Канулея 82, 26. "Четвертый — стремление к обладанию почетными долж-ностями, чтобы магистраты избирались также и из плебеев. (2) фабий Амбуст 83, отец двух дочерей, одну выдал за Сульпиция 84 патрицианской крови, (3) другую взял в жены плебей Столон 85. Когда однажды она испытала ужас от неведомого в ее пенатах' звука ликторской розги и была высокомерно высмеяна своей сестрой, Столон не снес обиды. (4) Добившись трибуната, он вырвал у ^шт^ хотя и против его воли, равное участие плебеев в магистратуре. (5) Даже в этих мятежах поистине отличишь харакТЄр народа-принцепса. Ибо если раньше он мстил за попранную свободу, за целомудрие, то потом — за достоинство рождения, за украшения и отличия почетных должностей; и среди всего этого он был прежде всего решительным стражем свободы. (6) Свободу он не мог отдать ни за какие блага, хотя в великом и со временем еще более могущественном народе появились опасные сограждане. (7) Расточительная щедрость Спурия 86 и проведение аграрного закона Кассием 87 вызвали у римского народа подозрение, что они стремятся к царСКОЙ власти. И оба были приговорены к смерти. Наказание Спурия поддержал даже его собственный отец, Кассия же по приказу диктатора Квинкция 88 убил посреди форума начальник конницы Сервилий Агала 89. (8) Напротив, спасителя Капитолия Манлия 90 римский народ сбросил с той самой крепости, которую он защищал. Манлий поплатился за высокомерие, деспотизм и за дарование свободы большому числу должников, попавших в неволю. (9) Таков был римский народ дома и вне его, в мире и на войне. Пребывая в расцвете отрочества, то есть во втором возрасте своей империи, он покорил оружием всю Италию между Альпами и проливом.