Лристид происходил из обедневшего аристократического рода.

Он был соперником Фемистокла, и говорят, что их соперничество началось еще в детстве. Фемистокл вырос плутоватым, решительным и очепь умным. Аристид же отличался благоразумием, постоянством характера, честностью и справедливостью.

Когда Аристид и Фемистокл выросли, они стали участвовать в общественной жизни Афин. B это время Афинам угрожала серьезная опасность со стороны огромной Персидскойдержавы. Псрсызахватили греческие города на побережье Малой Азии и приближались к Балканскому полуострову. Материковая Греция была расчленена па множество враждующих между собой государств. Некоторые из них готовы были добровольно подчиниться Персии.

В Афинах в эти годы разгорелась острая политическая борьба. Аристид был сторонником установленных издревле порядков. Образцом для себя он избрал спартанца Ликурга, которого считал лучшим политическим деятелем, достойным подражания. Bce это заставило его примкнуть к афипским аристократам. Фемистокл же примкнул к демократической партии.

Как и в детствс, Аристид был необычайно честен и справедлив. Его верность своим убеждениям производила сильное впечатление на современников, и его прозвали Справедливым. Аристид считал, что во всех нововведениях пужпо соблюдать осторожность и не нарушать старинных установлений. B этом он был непримиримым противником Фемистокла, призывавшего народ к серьезным переменам. Аристид опасался, что, придя к власти, Фемистокл коренным образом изменит установившиеся веками порядки. Поэтому он всегда выступал против Фемистокла, стремясь подорвать его влияние.

Однажды, выступая против одного из предложений Фемистокла, Аристид добился победы. Предложение было отклонено. Ho успех нс обрадовал Аристида. B душе он понимал, что предложение Фемистокла было полезным и что соперничество завлекло его слишком далеко. Покидая народное собрание, Аристид с горечью заметил, что их борьба приносит отечеству не пользу, а вред и что государственные дела только выиграют, если и его, и Фемистокла сбросят в пропасть.

Эти качества Аристида обеспечили ему безусловное доверие сограждан. B спорах между собой афиняне больше доверяли решениям Аристида, чем приговорам судей, назначенных государством. Как-то Аристид разбирал спор между двумя гражданами. Один из них, желая привлечь его на сиою сторону, напомнил, что его противник в cuoe время причинил много неприятностей Аристиду. «Почтеннейший, - спокойно заметил Аристид,-ты лучше говори, чем OH обидел тебя. Ведь его судят именно за это».

B другой раз Аристид сам обратился в суд с жалобой на своего врага. После речи Аристида судьи, уверенные в его честности, не хотели даже выслушать обвиняемого. Тогда Аристид вскочил с места, возмущенно требуя дать возможность высказаться своему противнику.

B это время персидский царь Дарий па- чал иовый поход против греков (490 г. до н. э.). Согласно обычаю, командование афинским войском поручили 10 стратегам. Каждый из них по очереди на один день брал на себя верховное руководство. Одним из стратегов назначили Аристида. Когда руководство перешло к нему, он уступил его Мильтиаду, как самому опытному и способному военачальнику. Аристид понимал, что ведение войны требует единоначалия, и убедил всех стратегов последовать его примеру.

Хорошо знавший как сильные, так и слабые стороны персидского войска, Миль- тиад был убежден, что с лерсами можно бороться и добиться победы. He следует только ждать, пока враги подойдут к степам Афин, а немедленно идти на них и преградить им путь. Мильтиад двинул войско навстречу врагу и расположил его на узкой равнине у подпожья гор близ селения Марафон. Когда с ѵюря высадились персы, афиняне первыми атаковали врага. B ожесточенной битве мужественно, забыв о своей вражде, сражались плечом к плечу Фемистокл и Аристид.

Наступление афинян было стремительным. He успели персы высадить с кораблей свою конницу, как их'пехота уже была сброшсна в море. Греки использовали преимущества своего вооружения, свой боевой опыт и умепие сражаться в тесно сомкнутом строю. Обратив врагов в бегство и заставив их сесть на корабли, афи- пяне увидели, что персы плывут не на восток, а к Афинам. Опасаясь, что персы захватят город, в котором почти нс осталось защитников, Мильтиад отправил большую часть войска быстрым маршем к

Афинам. B Марафонс для охраны пленников и захваченной добычи остался только Аристид с небольшим отрядом воинов. Ho Аристиду и в голову не пришло взять что-нибудь из этих богатств. He позволил он этого и никому другому.

Спустя г.од после сражения при Марафоне Аристид занял должность первого архонта^{[10] [11]. Ho прошло несколько лет, и прославленного Аристида изгнали из Афин остракизмом. Рассказывают, что причиной изгнания явился распространившийся в народе слух, будто Аристид, разбирая сам судебные дела, хочет подорвать значение народного суда и захватить единоличную властьд}

Остракизм не был наказанием за преступление. Человека изгоняли из Афин только за то, что его влияние становилось опасным для демократии и возникало опасение, что он может попытаться захватить власть. Остракизм происходил так. Гражданин нацарапывал па глиняном черепке (остраконе) имя человека, которого считал опасным для государственного строя. Черепки" затем собирались и подсчитывались. Если общее число поданных черепков составляло менес шести тысяч, то остракизм считался несостоявшимся. Если же было подано более 6 тысяч, то черепки с одним и тем же именем складывались в отдельные кучки. Тот, чье имя упоминалось на наибольшем числе черепков, объявлялся изгнанным на 10 лет. Однако изгнанный продолжал владеть своим имуществом и по прошествии 10-летнсго срока мог вернуться в Афины и снова заняться политической деятельностью. Рассказывают, что одип неграмотный крестьянин обратился к незнакомому горожанину с просьбой написать на черепке имя Аристида.

тами и демократами.

«Что плохого сделал тебе этот человек?» — спросил незнакомец, оказавшийся самим Аристидом. «Ничего, ответил тот.— Я его даже не знаю. Ho мнс надоело слушать, что его постоянно называют Справедливым».

Ничего не сказав, Аристид написал свое имя на черепке и вернул его крестьянину. B результате остракизма Аристид был изгнан на 10 лет. Спустя три года, в 480 г. до н. э., новый персидский царь Ксеркс вторгся в Грецию. Опасность была так велика, что афиняне разрешили возвратиться всем изгнанникам. Многие онасались, что Аристид, вернувшись в Грецию, перейдет на сторону персов и это побудит последовать его примеру и других сторонников аристократической партии. Ho они, как видно, нс понимали этого человека. Еще до постановления о возвращении изгнанников Аристид призвал их всех принять участие в обороне Аттики.

Положение было крайпс тяжелым. Войско Ксеркса, пройдя Северную Грецию, сумело через Фермопильский проход прорваться в Среднюю Грецию к Афинам. Bce способные носить оружие мужчины сели на корабли, чтобы продолжать борьбу на морс. Детей, женщин и стариков успели вывезти из Афин на лежащий у берегов Аттики остров Саламин. Вскоре после этого персы заняли Афины, а их флот подошел к Саламину.

Командовавший объединенным греческим флотом спартанский флотоводец хотел дать приказ греческим кораблям отойти от Саламина. Тогда афинские женщины и дети попали бы в руки персов. Ho ночью, чтобы предотвратить бегство греческих кораблей, персидские корабли заняли оба выхода из Саламинского пролива.

Как раз в это время на маленькой лодочке к афинским кораблям подплыл возвращавшийся из изгнания Аристид. Он отважно провел свою лодку между вражескими судами и причалил ночью к кораблям Фемистокла.

Услышав это, Фемистокл обрадовался и попросил Аристида, к которому особенно благоволили спартанцы, убедить их флотоводца в необходимости немедленно начать морской бой. Однако когда был собран военный совет, Аристид не попросил слова. Видя это, один из стратегов сказал: «Вот видишь, Фемистокл, Аристид тоже не одобряет твоего нлана». Ho Аристид возразил, что он не стал бы молчать, если бы не считал план Фемистокла наилучшим.

B Саламинском бою Аристид бился вместе со всеми афинянами. Он обратил внимание на находившийся недалеко от Саламина островок ІІситталию. Ha этот остров спасались с разбитых кораблей персидские ноипы. АрисТид с созданным им отрядом высадился на Пситталию. Возле этого островка скопилось больше всего персидских кораблей и здесь шла самая горячая битва. Воины Аристида уничтожили множество персов, подплывающих к острову с топущих кораблей. Поэтому и трофей¹ в честь Саламинской битвы был поставлен на Пситталии.

После боя Фемистокл предложил немедленно плыть к Гсллеспонту и, разрушив построенный персами мост через пролив, не дать войску Ксеркса возможности вернуться домой. Аристид решительно воспротивился этому предложению. Он хотел, чтобы персы как можно скорее покииули Грецию. По мпспию Аристида, персы, потеряв воз-

Трофей — памятник, воздвигавшийся из отобранных у неприятеля доспехов на месте одержанной победы. B современном языке трофеями называют имущество противника, захваченное на поле битвы.

можность вернуться иа родину, станут сражаться более ожесточенно.

Потерпев поражение при Саламине, Кссркс поспешно повел часть своего войска назад в Азию, поставив во главе оставшихся в Греции войск своего полководца Map- дония. Он попытался ослабить сопротивление греков, расколов их союз. Мардоний направил афинянам письмо, в котором обещал отстроить город и сделать их владыками всей Греции, если они захотят заключить мир с Персией. Испугавшись, что афиняне примут это предложение, спартанцы поспешно отправили к ним посла. Они уговаривали нс соглашаться па предложение Мардония и обещали приютить афинских женщин и детей и содержать их па счет государства.

По предложению Аристида афиняне послали спартанцам гордый ответ. «Неуди- витсльно,— писали афиняне,— что нас пытаются подкупать враги. Они могут не знать, что нет такого количества золота ни па земле, нн под землей, которое афиняне предночлн бы свободе греков. Спартанцам же стыдпо предлагать подаяние нашим женщинам, для того чтобы мы не прекратили сражаться за родипу».

Послам Мардония Аристид, указывая на солнце, сказал: «Пока солнце движется по своему пути, афиняне пе перестанут воевать с персами, мстя за оскверненные святыни, за нашу разоренную страну».

Зимой персидские войска оставили каменистую Аттику и отступили в более плодородные районы, где легче было обеспечить- корм лошадям. Воспользовавшись этим, афиняне вернулись и родной город. Ho весной следующего года (479 г. до н. э.) Мардопий вторично вторгся в Аттику, и жителям се снова пришлось бежать. По предложению Аристида, афиняне попросили спартапцев немедленно прийти к ним па помощь. Правители Спарты послалп 5 тысяч воинов, каждого нз которых сопровождало 7 илотов.

Избранный стратегом, Аристид прибыл во главе тяжеловооруженных афинских воинов к маленькому городку Платеи, расположенному недалеко от северной границы Аттики. Здесь афиняне присоединились к общегреческому ополчению, которым командовал спартанский царь Павса- ний. Персидский лагерь находился на другом берегу протекавшей здесь реки Асопа.

Незадолго до начала сражения в греческом лагере возникла распря. Прибывший из пелопоннесского города Тегеи отряд потребовал, чтобы его поставили на левый фланг. Сражаться на фланге (занимать крайнее положение в шеренге) считалось особо ответственным, а потому наиболее почетным. Правый фланг предназначался спартанцам, а на левый претендовали афиняне. Это показалось тегейцам обидным, и они запротестовали. Афиняне пе уступали. Тогда Аристид подошел к соотечественникам и сказал: «Сейчас не время спорить. Какое бы место в строю нам ни назначили, мы постараемся не посрамить славы наших предков. Мы пришли сюда нс ссориться с союзниками, а сражаться с врагами Греции. Место в строю не делает человека храбрее. Само сражение покажет, кто больше достоин почета».

Ho не только несогласие между союзниками подрывало силы греков. Накануне битвы стало известно об опасном заговоре. Разоренные войной богачи были недовольны, что их влияние силыю упало. Они собрались тайно в Платеях и организовали заговор для свержения демократии. B случае неудачи опи готовы были даже пойти на измену и перейти на сторону персов. У них были сторонники в войске. Аристид узнал о заговоре, но счел, что в момент смертельной опасности не стоит начинать расследование. Однако и пренебречь этим делом было нельзя. Из многих участников заговора Аристид арестовал только восемь человек. Из них двое наиболее виновных бежали. Остальных Аристид отпустил. On хотел дать им возможность раскаяться и честно искупить свою вииу в бою.

Тем временем Мардоний готовился к решающему сражению. Он надеялся на свою конницу, которая на равнине представляла грозную силу.

Основные силы греков засели в скалистых предгорьях горы Киферона, отделявшей Беотию от Аттики. Лишь три тысячи мегарпев расположились лагерем на равнине. Ha их лагерь, открытый со всех сторон, и обрушилась персидская конница. Merap- цы послали гонца к спартанскому полководцу Павсанию с просьбой о помоіци. Однако Павсаний не решился бросить в бой спартанцев, не умевших сражаться с конницей. Никто не приходил на помощь мегарцам. Тогда Аристид послал к ним 300 отборных афинских воинов, которые бегом двинулись на равнину. Начальник персидской конницы Масистий, человек знаменитый своей силой и ростом, увидев афинян, поскакал им навстречу. Завязалась жаркая схватка. Греки отчаянно отражали нападение персов. Конь Масистия, раненный стрелой, сбросил своего седока. Персидский полководец был в тяжелых доспехах и не мог сам подняться. Один из афинских воинов, просунув дротик в отверстие в шлеме, сделанное для глаз, убил его. Уцелевшие персы, бросив труп полководца, бежали.

После этого столкновения с персидской конницей бои надолго прекратились. Гадатели предсказывали победу тем, кто будет обороняться, а нс нападать. Дело в том, что персы могли победить только на равнине, а греки хотели сражаться в гористой местности, где конница не могла бы развернуться. Ho выжидать долго Мардоний не мог. У него оставалось продовольствия всего на несколько дней, и он решил больше не ждать и не откладывать битву.

B полночь к греческому лагерю тихо подъехал человек верхом на коне. Он вызвал Аристида и сказал ему: «Я — царь македонян Александр^[12]. Хотя это и угрожает мпе величайшей опасностью, я все же приехал предупредить: завтра Мардоний нападет па вас». Сказав это, Александр попросил Аристида, чтобы тот никому не рассказывал о его приходе.

«Я не могу скрыть твое сообщение OT Павсания, но кроме него никто нс будет об этом знать»,— обещал Аристид.

Узнав о предупреждении царя македонян, Павсаний пригласил к себе всех греческих стратегов и приказал им привести войска в боевую готовность. Афинским воинам, имевшим опыт сражений с персами, Павсаний предложил перейти на правый ф'ланг самое опасное место, против кото

рого стояли отборные персидские войска. Афинские стратеги считали, что спартанец поступает очень несправедливо, ставя афинян туда, где опасность наиболее велика. Ho Аристид переубедил их. «Чего нам бояться?! — сказал ои.— Ничто не изменилось со времен Марафонской битвы. Разве враг стал храбрее? Или его оружие стало лучше? Мы победим, как побеждали раньше!»

Узнав от перебежчиков о передвижении греческих отрядов, Мардоний тоже перестроил свои войска таким образом, чтобы его главные силы оказались против спартанцев. B ответ на это Павсаний тоже начал новое перемещение боевых рядов. День прошел, а сражение так и пе началось. C наступлением ночи греки решили отойти к гористой местности, чтобы занять более удобные позиции.

От Мардония пе укрылось, что греки покинули прежний лагерь. Он подумал, что враги отступают, и бросился преследовать их. Персы громко кричали и бряцали оружием. Опи полагали, что им предстоит нс сражаться, а только убивать и грабить.

Заметив приближение персов, Павсаний приказал спартанцам закрыться щитами и ждать, пока враги подойдут вплотную. Персидские стрелы стали уже достигать греческого войска, но спартанцы не двигались с места. Многие падали, пронзенные стрелами, но уцелевшие смыкали ряды, и строй нс нарушался. Наконец Павсаний дал сигнал к бою. Только теперь персы поняли, что им придется сражаться

сандр всегда сочувствовал грекам, за что даже получил прозвище Филэллина (Друга эллинов).

не с перепуганными беглецами, а с людьми, решившимися биться насмерть.

Спартанцы вступили в бой, сохраняя сплоченный строй. Они подошли вплотную к врагу, поражая персов копьями. Персы хватали копья руками, ломали их, а затем выхватили мечи и кинжалы. Закипел кровавый и жестокий бой.

Когда афиняне услышали звуки сражения, они поспешно устремились на помощь спартанцам. C громким криком побежали они вперед. Навстречу им двинулись греческие иоины, сражавшиеся на стороне персов. Увидев соотечественников, Аристид вышел вперед и, заклиная их всеми греческими богами, просил не участвовать в сражении. Ho те не вняли его мольбам. Аристиду пришлось вместо того, чтобы идти на помощь спартанцам, сразиться с греческим отрядом. Враги не выдержали натиска и отступили.

Тем временем спартанцы тоже обратили персов в бегство и принудили их засесть за стены, окружавшие вражеский обоз. Зная, что спартапцы пе умеют штурмовать укреплений, афиняпе немедленно поспешили им на помощь. Персидский лагерь был взят, и враги понесли огромные потери, но и греки потеряли около 1500 человек.

После битвы греческие стратеги начали спор о том, какое государство больше заслуживает награды. Cnop между афинянами и спартанцами достиг такой остроты, что, казалось, мог быть разрешен только оружием. B этот напряженный момент Аристиду удалось уговорить стратегов передать решение спора всему греческому ополчению. Bce воины приняли участие в обсуждении. После долгих размышлений было решено присудить награду платей- цам, на земле которых произошла великая битиа.

Вскоре Аристид в должности стратега был отправлен на войну с персами к бе- ре'гам Малой Азии. Прибыв туда, он увидел, что командовавший там Павсаний держится высокомерно и жестоко обращается со всеми греками, кроме спартапцев. Рядовых воинов он приговаривал к суровым наказаниям, а спартанцам предоставлял лучшие условия, чем остальным.

Аристиду удалось завоевать расположение союзников. Военачальники многих государств, особенно островных, стали уговаривать Аристида взять на себя руководство общегреческим войском. Аристид не хотел ссориться со спартанцами, пока не был уверен, что в решающий момент союзники поддержат его. Чтобы доказать, что они готовы идти за Аристидом до копца, союзники напали па корабль Павсания. По их требованию Павсапий был вынужден отказаться от командования.

Спартанские законодатели решили не вступать в борьбу с Афинами за руководство общегреческим союзом. Отозвав Павсания, они не послали взамен нового военачальника, и спартанские войска больше не принимали участия в войпе с персами. Спартанцы понимали, что если они станут спорить за владычество па море, им нс хватит сил удержать господство в Пелопоннесе. Так вместо возглавляемого Снартой аптипсрсидского союза возник Афинский морской союз (478 г. до н. э.).

Еще во время спартанского руководства было решено, что каждое греческое государство будет вносить определенные средства на нужды войны. Одпако размеры взносов вызывали много споров, и после перехода руководства к Афинам Аристиду было поручено установить размер взносов сообразно с территорией и доходами каждого государства.

B руках Аристида оказалась огромная власть, но он не использовал ее для личного обогащения. Справедливостью распределения союзнических взносов Аристид приобрел такую славу, какой до пего не имел пи один человек.

Аристид умер в Афинах глубоким стариком, почитаемый и любимый согражданами. Он был настолько'беден, что в его доме не нашлось депег па похороны, и надгробный памятник ему был сооружен на средства государства.

сантипп, отец Перикла, и cro мать Агариста принадлежали к самым знатным афинским родам. Ксантипп прославился во время греко-персидских войн. Он командовал афинским флотом и одержал победу над персами при мысе Микале у берегов Малой Азии. Агариста происходила из знаменитого и богатого рода Алкмеони- дов.

Перикл родился сильным и здоровым ребенком, но поражал всех необыкновенной величиной и формой своей головы. Этот недостаток так и остался у пего на всю жизнь, и чтобы скрыть его, художники и скульпторы всегда изображали Перикла в шлеме.

Зато сочинители комедий издевались над необыкновенно большой головой Перикла и придумали для него прозвище «Луковицеголовый».

Перикл получил прекрасное образование. Он слушал лекции философа Зенона, обучавшего ораторскому искусству и умевшего рядом ловких возражений сбить противника с толку и поставить в безвыходное положение. Кроме обязательного для всякого афинянина изучения музыки и стихосложения, Перикл обучался также естественным наукам под руководством переехавшего в Афины из Малой Азии философа Анаксагора. Этот человек утверждал, что движением Солнца и Луны управляют не боги, а законы природы, постигнуть которые необходимо человеку. Перикл восхищался Анаксагором и под его руководством, основательно изучил пауку о небесных явлениях.

Большие познания и природные способности сделали Перикла блестящим оратором, вызывавшим восхищение сограждан. Речи его были прекрасными по форме и глубокими по содержанию, походка размеренной, одежда всегда лежала правильными складками. Никто не мог вывести его из себя. Однажды какой-то распущенный человек, рассердившись за что-то на Перикла, стал при всех ругать и оскорблять его. Крик и проклятья пе прекращались целый день. Перикл ничего не отвечал обидчику. Однако тот не успокаивался. Уже вечером, когда Перикл пошел домой, этот человек последовал за ним, громко выкрикивая оскорбительные слова. Было уже темно, когда они подошли к дому Перикла. Прежде чем войти в дом, Перикл приказал своему рабу взять факел и проводить незнакомца до его дома.

Так жс как и cro учитель Апаксагор, Перикл был чужд всяких суеверий. Однажды к нему явился гадалыцик и, неся в руках отрубленную голову однорогого барана, предсказал, что скоро вся власть в государстве сосредоточится в руках одного человека. Действительно, вскоре Периклу удалось устранить своего соперника, и все государственные дела оказались в его руках. Гадалыцик потребовал награды за свое исполнившееся предсказание, утверждая, что успех Перикла связан с благоприятной приметой. Однако Псрикл не поверил ему и поручил Анаксагору разобраться, в чем была причина уродства однорогого барана. Ученый доказал, что из-за неправильного строения черепа животного второй рог не смог вырасти и чудес здесь никаких нет.

B молодости Перикл боялся подвергнуться остракизму, так как принадлежал к знатному роду и был похож на некогда правившего Афинами тирана Писистра-

та^[13]. Старики даже поражались тому, насколько cro голос и мансра говорить походили на речь афипского тирана.

Боязнь изгнания заставила Перикла отдалиться от государственных дел. Ho в военных походах оп участвовал и отличался там доблестью и отвагой.

B это время в Афинах не было выдающихся политических деятелей: Аристид уже умер, а Фемистокл был изгнан. Почти против своей воли Перикл оказался вовлеченным в государственные дела и избирался на высокие должности. Перикл, несмотря на свое знатное происхождение, примкнул к партии демоса и оставался ей верен в течение всей своей жизни. Он резко переменил образ жизни, перестал встречаться со своими родственниками и прекратил дружбу со знатными друзьями.

Перикл нечасто выступал в народном собрании, так как не хотел, чтобы его выступления етали привычными для народа. Речь Перикла была красочной и образной. Хорошее образование позволило ему развить свои природные ораторские способности. Современники уподобляли Пе- рнкла богу и прозвали его Олимпийцем.

Когда Перикл был еще молод, вождем демократической партни был Эфиальт, ближайший друг Перикла. Эфиальт был страшен для аристократов и безжалостен к людям, совершившим преступление против народа. Враги подослали к Эфиальту наемного убийцу, и вождь демократов пал от его руки. Bo главе демократической партии остался один Перикл. Вождь аристократов Кимон, сторонник спартанских порядков, был изгнан из Афин за организацию похода в помощь Спарте, воевавшей с восставшими илотами.

He успел еще окончиться срок изгнания Кимона, как завязалась война Спарты с Афинами. Болыпое спартанское войско вторглось в пограничную с Аттикой Беотию.

Афиняне выступили против спартанцев. Узпав об этом, Кимон самовольно вернулся из изгнания, чтобы принять участие в сражении. Этим оп стремился доказать, что интересы родины ему дороже Спарты. Однако сторонники Перикла, пом- ия, что Кимон был изгпан за сочувстпие к Спарте, пе разрешили изгнаннику встать в строй.

При Танагре, на границе Беотии и Аттики, в 457 r. до н. э. разыгралась жестокая битва. Перикл мужественно сражался, пе щадя своей жизни. Bce же афипяне потерпели поражение.

B Афинах жалели об изгнании опытного полководца Кимона, так как считали, что оы нс довел бы Афины до такого позора. Перикл, почувствовав недовольство граждан, решил пойти навстречу их желаниям: он сам предложил возвратить Кимона. Предложение было принято. Кимон вернулся, и ему удалось добиться заключения перемирия со Спартой, но одновременно он начал войну с Персией за остров Кипр. Bo время кипрского похода Кимон заболел и умер.

Смерть Кимона ослабила арнстократов, которые не знали, кого противопоставить Периклу. B конце концов они избрали своим вождем зятя Кимона, Фукидида, сына Мелесия, человека безукоризненной репутации^[14]. Хотя у него и не было таких военных талантов, как у Кимопа, он был хорошим оратором, сумел объединить аристократов и успешно защищал их интересы в народном собрании. Подобно Кимоиу, Фукидид старался привлечь граждан на свою сторону подарками, оказывал помощь беднякам.

Ипаче действовали демократы. Они считали, что бедняки должны иметь такие же права, как и богатые граждане. Хотя в Афинах для занятия общественных должностей не обязательно было обладать бо-

Писистрата см. выше биографию Солона. He следует путать этого Фукидида с его знаменитым современником историком Фукидидом, сыном Олора.

гатством, бедный человек не мог заниматься государстпепной деятельностью, так как все его время уходило на добывание средств к существованию. Mo предложению Перикла, за исполнение государственных обязанностей беднякам стали выдавать небольшую плату за каждый день, потраченный ими на общественные дела.

Однако оплачиваемые должности доставались не всем беднякам. Чтобы облегчить положение остальных, Перикл предложил ежегодно снаряжать 60 триер, экипаж которых набирался из свободных граждан, получавших плату за свою службу на корабле. Ha земле государств, входивших в Афинский союз, создавались афинскне поселения (клерухии): всякий афинянин мог получить там участок земли для обработки. Этими поселениями решались сразу две задачи: создавались гарнизоны за пределами Аттики и облегчалось положение простого народа.

Позаботился Перикл и о том, что доставило Афинам наибольшую славу, а у жителей других городов вызывало зависть и восхищение. B годы, когда он руководил государством, афинский кремль — Акрополь — был украшен замечательными произведениями архитектуры и скульптуры. Это строительство вызвало больше всего нападок со стороны врагов Перикла.

«Афинский парод,— кричали они,- - теряет уважение греков! Союзники ругают нас за то, что мы перенесли общегрсче- скую казну с острова Делос в Афины. Раньше мы могли но крайией мере оправдываться тем, что казна у нас находится в большей безопасности, чем в любом другом месте. Теперь Перикл лишил нас этого оправдания. Деньги, собранные для ведения войны, растрачиваются на то, чтобы украсить город золотом и драгоценными камнями».

Перикл отвечал своим обвинителям: «Мы не обязаны давать отчет в расходовании союзных денег. Честно выполняя свои обязательства по отношению к союзникам, мы защищаем их от нападения варваров. Всякому ясно, что деньги, отданные сторожу, принадлежат не тому, кто их заплатил, а тому, кому они уплачены, если только он честно выполняет обязанности сторожа. C тех пор как создан наш союз, мы пи разу не отступали от своих обязательств. Мы достаточно обеспечены всем, что нужно для войны, и имеем право тратить поступающие от союзников деньги па то, что даст жителям заработок, a ropo- ду- вечную славу. Граждане, способные к военной службе, получают плату во время походов или обучения. Ремесленники тоже имеют право па поддержку государства. Для того чтобы эти деньги не доставались им даром, надо проводить такие работы, где любой нашел бы применение своим знаниям и способностям».

Перикл постоянно предлагал пароду проекты, рассчитанные па длительные работы и требовавшие применения труда свободных ремесленников. Строительство давало также работу и тем, кто подвозил н добывал ценные породы камня, золото, серебро и другие материалы. Сооружения, воздвигнутые нри Перикле, были замечательны не только дорогими материалами, из которых они были построены, но и удивительной пропорциональностью всех зда- ннй, предопределившей развитие архитектуры на много веков вперед. Поразительна была также быстрота выполнения всех работ. Кажется, что каждая их этих построек могла быть доведена до конца лишь в результате труда нескольких поколений, в действительности же почти все было сделано за тот короткий срок, пока во главе государства стоял Перикл.

Всем строительством руководил великий греческий скульптор и архитектор Фидий, прославившийся огромпой статуей Зевса, которую он сделал для храма в Олимпии. B работах по украшению афииского Акрополя принимали участие и другие великие архитекторы и строители.

Всеобщее восхищение вызывал украшенный колоннами вход на Акрополь— Пропилеи. Строительство этой колоннады длилось 5 лет, и постройка, сохранившаяся до наших дпей, настолько прекрасна и так

\

гарѵонирует с остальными зданиями Ак- ропс.ля, что кажется, будто онастоит здесь вечно. Храм покровительницы города богини Афины Парфенон¹ сооружали архитекторы Калликрат и Иктин. Внутри храма стояла 11-метровая статуя богини работы Фидия. B правление Перикла на Акрополе были построены несколько храмов и здапие для музыкальных состязаний — Одеоп².

Фукидид и его сторонники продолжали нападать на Перикла за то, что он расходует слишком много средств на строительство. Наконец борьба между ними достигла такой остроты, что в народном собрании был поставлен вопрос об остракизме. Перикл был в опасности, но большинство народа поддержало его, и изгнан был Фукидид. Этим был положен конец внутренней борьбе. Аристократы, потеряв вождя, утратили влияние в народном собрании. Перикл не имел болыпе соперников. Народ поручал ему все важнейшие дела: войско, флот, управление государственными доходами. B течение пятнадцати лет (445— 430 гг. до н. э.) Нсрикл ежегодно избирался стратегом. Народ полностью доверил ему управление государством.

Перикл заботился о благе государства, не делая никаких послаблений нрихотям отдельных граждан. Он не боялся выступать против толпы, если под влиянием момента она хотела принять неверное решение. Перикл как бы походил на врача, который ради пользы больного причиняет ему боль или дает горькое, но целительное лекарство. Своей властыо Перикл был обязан не столько красоте и убедительности своих речей, сколько всеобщей уверенности, что его действия всегда направлены на благо народа. Bce знали его бескорыстие. Превратив Афины в богатейший город, Перикл нисколько не увеличил собственного состояния.

Увлечение Перикла науками сблизило его со знаменитой жепщиной-философом Ac- пасией. Она была уроженкой Милета и переехала в Афины, так как этот город при Перикле стал центром научной и культурной жизни. Сюда из различных государств Греции стекались ученые, писатели, поэты и художники. Аспасия увлекалась красноречием, и даже выдающиеся афинские мудрены приходили к ней, чтобы послушать ec выступление. Занималась Аспасия и философией. B ее доме постоянно можно было встретить талантливых писателей, драматургов, художников и других замечательных людей.

Аспасия резко отличалась от остальных афипских женщин, привыкших к затворнической жизни; ведь афинянке считалось неприличным заниматься чем-либо кроме домашнего хозяйства. Перикл увлекся этой выдающейся женшнпой и женился на ней. Любовь Перикла к Аспасии была так сильна, что он разрешал жене, нарушая афипские обычаи, выходить к гостям мужа, разговаривать с пими и даже принимать участие в спорах.

Возраставшее могущество Афин вызывало беспокойство Снарты, которой еще со времени греко-нерсидских войн принадлежала руководящая роль в греческом мире. Это беспокойство еще усилилось, когда Перикл предложил собрать в Афинах съезд всех греческих государств для заключения между ними всеобщего мира. B Спарте поняли, что если план Перикла осуществится, то это превратит Афины в политический центр всей Греции. Спарта запретила завнеимым от нее государствам посылать своих представителей в Афипы, и попытка Перикла созвать общегреческий съезд потерпела неудачу.

Перикл не раз стоял во главе войска. Как полководец он пользовался большим уважением, так как никогда не действовал наудачу, не решался иа битву, если исход ее был сомнителен. Никогда войска, которые вел Перикл, не терпели поражения. Он пе признавал хорошими воепачальни-

Название этого знаменитого храма происхо- ² Греческое название «одеон» происходит от дит от греческого слова «парфенос» (дева). слова «оде» — песня.

ками тех стратегов, которые, бросившись в рискованное предприятие, добивались случайного успеха.

Однажды полководец Толмид, которого прежиис удачи сделали чрезвычайно самонадеянным, решил в самый неблагоприятный момент вторгнуться в Беотию. Он убедил принять участие в этом походе тысячу знатных афинян. Перикл пытался удержать его, но, видя, что тот не поддается уговорам, сказал: «Если ты не веришь моим советам, то во всяком случае не ошибешься, избрав мудрейшего из советников — время».

Тогда никто не обратил внимание на эти слова Перикла. Когда же спустя несколько дней в Афинах получили известие, что Толмид и его соратники погибли, афиняне оценили осторожность и ум Перикла.

Наиболее удачным из походов, которыми руководил Перикл, был поход во Фракию. Ha узком полуострове Херсонесе Фракийском, прикрывавшем вход в пролив Геллеспонт, жили афиняпе. Этот полуостров имел огромное значение, так как владение им обеспечивало возможность беспрепятственно привозить дешевый хлеб в Афины из богатых черноморских колоний. Однако фракийцы постоянно нападали на афинских колонистов, грозя их уничтожить. Перикл разбил фракийцев и перегородил перешеек укреплениями от моря и до моря, благодаря чему нападения на колонию стали невозможными. Кроме того, Перикл переправил на Херсонес еіце тысячу поселенцев, чем усилил эту колонию.

Чтобы показать могущество Афинского государства, Перикл совершил дальний морской поход (437 r. до н. э.). Большая, богато украшенная афинская эскадра прошла проливы, вошла в Черное море и проплыла вдоль всего побережья. Этим была оказана помощь причерноморским грекам, и цари варварских племен увидели, сколь велико могущество Афин.

Ho часто Перикл старался сдержать стремление афинян к новым завоеваниям. Например, когда афиняне собирались захватить Египет, Перикл отговорил их от этого рискованного предприятия. Bce силы государства он направлял на защиту уже имеющихся земель, опасаясь восстаний в подчиненных Афинам государствах, если афинское войско окажется далеко за морем.

Опасения Перикла подтвердились. Достаточно было членам Афинского союза узнать о поражении Толмида в Беотии, как многие города попытались отложиться от Афин. Сначала мятеж вспыхнул на острове Эвбее, и Перикл отправил туда большое войско (446 г. до н. э.). Вскоре он получил известие, что Мегары (государство, расположенное к югу от Аттики) призвали на помощь против Афин Спарту и войско спартанцев приблизилось к афинским границам. Перикл не решался вступить в сражение со спартанцами, полагая, что их войско сильнее афинского. Он решил действовать хитростью. Он знал, что молодой и неопытный спартанский царь во всем слушается своего советника. Периклу удалось, подкупить этого советника, после чего спартанцы прекратили наступление и отошли от границы Аттики. B Спарте были возмущены поведением молодого царя. Ha него наложили такой большой штраф, что он не смог его уплатить и вынужден был уйти в изгнание.

B конце года, когда Перикл давал отчет народному собранию об израсходованных деньгах, он упомянул, что 10 талантов истрачены на «нужное дело». Народ настолько доверял Периклу, что принял его отчет, не требуя раскрытия секрета.

Оградив Аттику от опасности, Перикл с 50 кораблями и пятитысячным войском переправился па Эвбею. Восстание было подавлено, и эвбейские города снова были включены в Афинский союз. Вскоре между Афинами и Спартой было заключено перемирие на 30 лет.

B это время два участника Афинского союза — Самос и Милст — вели войпу за обладание одним небольшим городом па побережье Малой Азии. Самосцы уже одерживали верх, но афиняне приказали им прекратить войну и решить спорные вопросы третейским судом. Самосцы не послушались, и Перикл провел через пародное собрапие постановление об отправке на Самос карательной экспедиции.

Главной причиной непреклонности афинян было то, что на Самосе господствовали аристократы, а Перикл хорошо понимал, что в борьбе между Афинами и Спартой аристократы всегда будут па стороне последней.

Перикл сам командовал 40 кораблями, отправившимися к Самосу. On добился установления на острове демократии, а чтобы жители не вздумали после ухода афинян вернуться к старым порядкам, взял заложниками 50 самых знатных граждан и 50 мальчиков из богатых семейств. Однако заложников вывезти в Афины не удалось, самосские аристократы сумели похитить их. Ha острове началось восстание. Неподалеку от Самоса произошло ожесточенное морское сражение. Перикл одержал блестящую победу, хотя у него было только 44 корабля, а у противника 70. Получив из Афин подкрепление, Перикл начал осаду острова. Она длилась долго. Только на девятый месяц осажденные островитяне сдались (440 г. до п. э.). Перикл срыл стены города, отобрал у самосцев все корабли и заставил их уплатить большой денежный штраф. Часть этнх денег была уплачена немедленно, а остальные обещали выплачивать постепенно. Чтобы афиняне были уверены, что долг будет выплачен, самосцы вынуждены были дать заложников.

Возвратившись в Афины, Псрикл устроил торжественное погребение погибших при осаде Самоса воинов. Речь Перикла над могилами павших произвела такое сильное впечатление, что когда он сходил с трибуны, многие спешили пожать ему руку, а женщины украшали его венками, как победителя на состязаниях.

Покорение Самоса укрепило власть и влияние Перикла. Ему удалось подчинить одно из самых сильных государств Греции, которое едва не отняло у Афин их владычество на море. Отношения со Спартой становились все более напряженными, и Перикл считал, что Афинам необходимо обеспечить себе союзников пе только среди государств Восточной Греции, но и на Западе. B это время жители острова Kep- киры¹ вели войну с пелопоннесским городом Коринфом. Перикл убедил парод послать на помощь керкирянам 10 кораблей. Этой эскадре было приказано не вмешиваться в войну и принять участие в сражении только в том случае, если пелопоннесцы попытаются высадиться и занять остров.

Однако афиняне опасались, что столь малая помощь не спасет керкирян. Перикла стали обвинять в том, что оп, пе принеся пользы своим союзникам, дал врагам прекрасный повод обвинить афинян в нарушении перемирия. Тогда Перикл послал еще 20 кораблей на помощь керкирянам. Корабли пришли как раз в тот день, когда произошла большая морская битва у Си- ботских островов близ Керкиры (433 г. до и. э.). Коринфяне одержали победу и готовились уже высадиться на остров, когда появившиеся афинские корабли вынудили их отступить.

Это выступление афинского флота против коринфян сочли за нарушение перемирия с Пелопоннесским союзом. Коринфяне обратились с жалобой к главе союза Спарте. K ним присоединились Мегары, которые были недовольны тем, что афиняне запретили им торговать с членами Афинского союза. Однако Спарта пе была готова к войне; царь Архидам пытался успокоить спартанских союзников и удовлетворить их требования путем переговоров. Важнее всего было добиться отмены постановления афинян о запрещении торговли с Мегарами, обрекавшего жителей на голодную смерть. B Афины отправили несколько посольств, но Перикл воспротивился отмене постановления о Merapax. «Если мы уступим пелопоннесцам,— говорил он в народном собрании,— то они тотчас предъявят нам новые требования, полагая, что мы пошли на уступки из страха».

Керкира (ныне греческий остров Корфу) лежит у западного берега Средней Греции.

Отказ Перикла отменить постановление

0 блокадс Merap некоторые историки объясняют личными причинами. Афинская беднота последнее время была недовольна Периклом. Ей казалось, что он недостаточно решительно борется за расширение Афинского морского союза. Взносов, поступавших от союзников, не хватало на раздачу денег беднякам. Жить становилось труднее. Периклу было ясно, что только военные успехи помогут ему восстановить свой пошатнувшийся авторитет.

Враги Перикла боялись выступать против него открыто, но стали преследовать его друзей. Руководившего строительными работами на Акрополе скульптора Фидия они обвинили в присвоении части золота, отпущенного на сооружение статуи богини Афины. Однако эту клевету легко удалось опровергнуть. По совету Перикла, Фидий сделал золотую одежду статуи так, что ее легко можно было снять и взвесить. Проверка подтвердила честность Фидия. Тем пе менее Фидия продолжали преследовать. Вскоре его обвинили в святотатстве: на щите Афины был изображен бой с амазонками. Говорили, что среди сражавшихся Фидий изобразил своего покровителя Перикла и самого себя^[15]. Ha этот раз Фидий не сумел оправдаться и был заключен в тюрьму, где вскоре умер. Ходил слух, что его отравили враги Перикла.

Добившись осуждения Фидия, враги стали преследовать учителя Перикла Анаксагора. Было принято постановление о наказании тех, кто не почитает богов и за- нимается^изучением небесных явлений. Стало ясно, что это постановление направлено против Анаксагора, и Перикл посоветовал философу бежать из Афин.

Почувствовав свою силу, враги Перикла решили привлечь к суду его жену Acna- сию. Ee обвинили в безбожии, и для того, чтобы добиться ее оправдания, Псриклу пришлось самому прийти в суд и униженно просить судей не подвергать Аспасию наказанию.

Спартанцы справедливо видели в Перикле падежного руководителя афинского народа и полагали, что если отстранить его от власти, афиняне станут сговорчивее. Они отправили в Афины послов, чтобы те напомнили афинянам,что по матери Перикл происходит из проклятого богами рода Алкмеонидов и поэтому должен быть изгнан из государства^[16]. Однако афиняне разгадали замысел спартанцев. Вражда неприятелей не только не привела к новым нападкам на Перикла, но, наоборот, вызвала у афинян еще больше уважения к человеку, изгнания которого так добивается могущественная Спарта.

Вскоре началась Пелопоннесская война^[17]. Спартанцы с союзниками вторглись в Аттику (431 r. до н. э.). Опустошая страну, они дошли до афинских укреплений. Они вырубали сады, угоняли скот, разоряли жилища. Спартанцы полагали, что афипя- пе не выдержат, выйдут из-за стен и вступят в бой в открытом поле. Спартанцы не умели брать крепостей, но в открытом бою пе знали себе соперников. Перикл удерживал афинян от опасного шага, утешая крестьян, оплакивавших свои погибшие сады и угнанные стада. Он говорил, что вместо вырубленных деревьев вырастут

событий Алкмеониды зверски расправились со своими противниками, убив даже тех, кто искал спасения в храме у алтаря Афины. Это считалось святотатством, и все представители рода Алкмеонидов были изгнаны. Впоследствии их потомки вернулись, и многие из них занимали в Афинах высокие должности.

' Пелопоннесская война (431—404 rr. до н. э.) велась между Пелопоннесским союзом и Афинами. B войну постепенно были втянуты почти все греческие государства. Война закончилась поражением Афин.

новые, а погибших воинов заменить невозможно.

Когда спартанцы окружили Афины, Пс- рикл решил не проводить народных собраний, чтобы распаленные гневом граждане не приняли' неблагоразумного решения. Подобно тому, как во время бури капитан отдает приказания, не обращая внимания на вопли испуганных путешественников, Перикл решил не считаться с возмущением крестьян. Перикла пе пугало и то, что друзья постоянно упрекали его, а многие называли даже трусом. Сохраняя самообладание, Перикл спокойно переносил оскорбления.

Вскоре Перикл снарядил морской поход вокруг Пелопоннеса, но сам не принял в нем участия, а с небольшим отрядом пехоты вторгся в Мегарскую область и опустошил ее. B первый год войны спартапцы вырубали сады афинских крестьян и причиняли им большие убытки; теперь они сами терпели не меньше.

Спартанцам пришлось бы прекратить войну, если бы неожиданное бедствие не расстроило планы Перикла. Ha второй год войны в Афинах вспыхнула страшная болезнь- чума, похитившая больше жизней, чем самое кровопролитное сражение.

Эпидемия озлобила афинян. Гнев народа обратился против Перикла. Враги Перикла говорили, что чума вызвана скоплением в городе сельского люда. Запертые как скот в хлеву, афиняне заражают друг друга, а Перикл не позволяет им выйти за стены и сразиться со спартанцами. Чтобы успокоить граждан, Перикл снарядил 150 кораблей, собрал войско и готовился возглавить новый поход в Пелопоннес. Эти приготовления внушили афинянам большие надежды. Когда флот готовился к отплытию, началось солнечное затмение. Это испугало суеверных афиняп, увидевших в этом дурное предзнаменование. Тогда Перикл, подойдя к рулевому своего корабля, накипул ему па голову плащ и спросил: «Тебя пе испугал мой плащ?» «Нет, конечно»,— отвечал рулевой. «А между тем,— сказал Перикл, различие между моим плащом, который закрыл тебе свет, и тем, что напугало воинов, только в размерах. Солнце стало невидимым потому, что его закрыл предмет гораздо больший, чем мой плат!»

Поход Перикла не имел успеха, так как в войске свирепствовала чума. Bo всех неудачах обвиняли Перикла. Ha следующий год (430 г. до п. э.) он не был избран стратегом. Несмотря на то, что Перикл славился своим бескорыстием, его обвинили в хищениях и приговорили к большому штрафу.

Чума унесла обоих сыновей Перикла от первого брака. Эта беда сразила его. После похороп Перикл долго не выходил из дома, что не могло нс отразиться на ходе государственных дел. B Афинах в это время пе было руководителя, который, подобно Периклу, мог бы умело управлять государством. Афиняне решили принести Периклу извинения за несправедливо наложенный штраф и пригласить его спова стать во главе государства.

Ho на этот раз Периклу пе суждено было долго управлять Афинами. Вскоре после своего избрания он заболел чумой. Болезнь протекала вяло, но болыюй был уже немолод и часто терял сознание. Когда он умирал, друзья и родственники, сидя у постели Псрикла, вспоминали, какой это был замечательный государственный деятель и сколько блестящих побед одержал он над врагами. Друзья думали, что умирающий их не слышит. Вдруг Перикл приподнял голову и сказал: «Вы хвалите меня за то, что совершали и многие другие, а о самом замечательном из того, что я сделал, пе говорите ни слова. Ведь за все годы моего правления по моему приказу нс был казнен пи один афинский гражданин».

Когда Псрикл умер (в сентябре 429 r. до н. э.), афипяпе поняли, какого замечательного руководителя они потеряли. Даже его противники признали, что огромный авторитет Перикла, основанный на любви и поддержке народа, был спасительным оплотом государства. Многие не замечали этого, пока Перикл был жив, но теперь, когда оп умер, это стало ясно каждому.

сликий трагический поэт Софокл родился во второй год 71-й Олимпиады (496/495 г. до н. э.) в небольшом селе Колоп, в получасе ходьбы от Афин. Ha всю жизнь сохранил Софокл привязанность к родным местам. Уже стариком он с любовью вспоминал о храмах и домах Колона, о вечно бегущих водах реки Кефис, о виноградниках и холмах, с вершины которых открывался великолепный вид на афинский Акрополь и далекое синее море с виднеющимся на горизонте берегом Арголиды. Став известным поэтом, Софокл увековечил свою родину в пьесс «Эдип в Колоне», где он назвал «светлый Колон с его сладкозвучными соловьями» украшением афинской земли.

Софокл был сыном состоятельного человека ^- владельца оружейной мастерской и получил прекрасное по тому времени образование. Он увлекался всеми видами искусств — гимнастикой, музыкой, хоровым пением. Отец нанял сыну в учителя лучшего музыканта и певца, какого смог найти. Ученик оказался достойным своего учителя. K 16 годам Софокл стал замечательным музыкантом и прекрасно пел. Когда греки праздновали победу над персами при Саламине, Софоклу предложили руководить хором юношей. B коротком плапіе, с лирой в руках вел Софокл танцующих вокруг груды захваченного в Саламинской битве вражеского оружия.

Вся его долгая жизнь — оп прожил 90> лет — была связана с афинской демократией эпохи ec расцвета.

B жизни афинских граждан большую роль играл возникший в VI в. до н. э. театр, которрій называли «школой для

И поныне существует выражение «петь дифирамбы», то есть непомерно прославлять кого-либо.

взрослых». Раньше лучшие поэты обращали свои песни, исполнявшиеся под аккомпанемент лиры, к небольшому кругу знатных сотрапезников. Теперь, сочиняя для театра, поэты обращались сразу ко всем гражданам полиса.

Ha склонах холма полукругом сооружались скамьи, на которых могли разместиться тысячи людей. Внизу устраивалась площадка (орхестра), на которую выходил хор, исполнявший хвалебные песни в честь богов и героев. Слова песен были слышны даже на самых отдаленных скамьях. Уже самим грекам было не совсем ясно, как эти хвалебные песни превратились в театральные представления. Их происхождение, но-видимому, было связано с почитанием крестьянского бога, покровителя виноградарства Диониса, спутниками которого считались козлоногие сатиры. Осенью и весной во время сбора винограда и открывания бочек молодого вина в Афинах и других городах было принято представлять «страсти Диониса», когда хор переодетых сатирами крестьян прославлял своего бога и в песнях рассказывал о его злоключениях. Эти песни назывались дифирамбами¹. Сперва пели только одетые в козлиные шкуры участники xop,a, но потом их предводитель (корифей²) и актер, изображавший бога Диониса, стали вести разговор с хором и друг с другом (диалог). Так возникла трагедия (буквальный перевод— «песня козлов»), само название которой говорит о се происхождении.

Ko времени жизни Софокла содержание трагедий стало разнообразней. B них уже рассказывалось не только о страданиях и конечном торжестве Диониса. Действующими лицами трагедий становятся также

² Корифеями в современном языке называют выдающихся деятелей науки, искусства и др.

другие боги, герои и даже смертные. Однако по-прежнему женские роли исполнялись мужчинами и хор остапался исключительно мужским. Участники его уже не изображали козлоногих спутников Диониса — сатиров, по в зависимости от содержания пьесы — то почтенных старцев, то юных или старых женщин, то есть тех, устами которых автор выражал свое отношение к происходящим на орхестре событиям. Песни хора порицали или восхваляли поступки героев трагедии.

Актеры (их было обычно два или трн) надевали налица глиняные маски. Эти маски, грубо раскрашенные, изображали человеческие чувства — жестокость, радость, горе, боль и были видны издалека. Для выражения каждого чувства была особая маска, так что актеру в течение представления приходилось несколько раз менять маску. B отверстие рта маски было вделано нечто вроде рупора, усиливавшего голос актера. Чтобы актеры, особенно игравшие богов, не казались зрителям ничтожно маленькими, они прикрепляли к ногам небольшие скамеечки, нечто вроде обуви на высокой подошве — котурны.

Хотя содержание трагедий все дальше отходило от мифов и религии, а их авторов все больше занимали вопросы общественной и духовной жизни их сограждан, тем не менее дни театральных представлений приурочивались к праздникам и на них царила торжественность и атмосфера священнодействия.

Театральные представления происходили несколько раз в году и продолжались несколько дней с утра до темноты. Зрители начинали собираться на рассвете и в течение дня успевали посмотреть три-четыре пьесы. Поэты вступали в соревнование, и победители получали три награды. Их присуждали несколько наиболее уважаемых граждан. Они жс объявляли, какую из пьес этого дня они считают самой лучшей. Такой порядок позволял отмечать наградами действительно выдающиеся произведения, которыми зрители восхищаются уже более двух тысяч лет.

Время жизни Софокла падает на период расцвета Афин и на годы правления Перикла. Софокл был другом Перикла, участником его знаменитого кружка, куда входили поэты, художники, философы. Как все греки, Софокл участвовал в политической жизпи своего государства. Однажды афиняне избрали его вместе с Периклом стратегом, и он участвовал в походе против острова Самоса.

Однако прославился Софокл не как политический деятель, а как замечательный драматург. Каждая его новая пьеса становилась событием для афинян.

B 468 г. до н. э. на празднике великих Дионисий 27-летний Софокл поставил свою первую трагедию о легендарном герое, обучившем афинян земледелию («Трипто- лем»). Ему предстояло соревноваться с самим Эсхилом. Это было состязание старого искусства — искусства торжественного стиха — и нового, стремившегося увлечь зрителя занимательностью действия. Мнение публики разделилось: одни были за Эсхила, другие — за Софокла. Ьурные споры грозили перейти в рукопашную схватку. Руководитель празднества, который должен был назвать судей для присуждения награды, был в затруднении, как выбрать таких людей, авторитет которых будет непререкаем.

B этот день после успешного похода в Афины вернулся флот, возглавляемый всеми десятью стратегами. Стратеги пришли в театр, чтобы после представления принести благодарственную жертву богу Дионису. Им и было поручено вынести решение о награде. Поклявшись, что будут беспристрастны, стратеги посовещались и присудили первую награду Софоклу. Это был блестящий успех молодого драматурга.

Согласно легенде, Эсхил был этим так огорчен, что покинул родину и уехал на остров Сицилию. Рассказ этот, скорее всего, позднейшая выдумка: Эсхилу не было свойственно мелкое тщеславие, а Софокл всегда подчеркивал свою любовь и уважение к «отцу трагедии».

После первой пьесы Софокл в течение своей долгой жизни написал еще более 100 трагедий и 18 раз получал высшие награды. K сожалению, из его пьес до нашего времени дошло только 8, но и этого достаточно, чтобы попять и оцепить гениальность драматурга.

Пьесы Софокла были следующим шагом в развитии греческого театра. Эсхил писал трилогии. Каждая пьеса трилогии отражала только одип какой-нибудь эпизод мифа: лишь познакомившись со всеми тремя трагедиями, зритель получал представление о мифе в целом. У Софокла же каждая пьеса являла собой самостоятельное целое, со своей завязкой, развитием действия и развязкой. Если героями Эсхила были обычно боги или люди, наделенные титаническими силами, то герои Софокла были обыкновенными людьми, характеры которых он идеализировал. При этом он всегда выделял какую-нибудь одну основную черту характера — храбрость, мудрость, гордость и т. п. B изображении душевных переживаний драматург достиг большого искусства. B трагедиях Софокла героев влекут к гибели не страсти и недостатки характера, а неодолимый рок, еудьба, предопределенная человеку еще до его рождения. Идея неотвратимой судьбы не случайно играет такую большую роль в трагедиях Софокла. Хотя время его жизни и пришлось на период расцвета Афин, непрерывные войны и глубокие внутренние противоречия невольно наводили наиболее дальновидных афинян на мысль о неизбежном конце их благополучия. Идея неотвратимости судьбы наиболее ясно чувствуется в партиях хора, который все время присутствует на орхестре и своим пением сопровождает развитие действия. Xop у Софокла стоит выше страстей, владеющих героями, и выражает высшую мудрость, общую волю сограждан, которой отдельный человек должен подчиняться.

B историю мировой литературы Софокл вошел как создатель трагического образа мудрого царя Эдипа, принадлежавшего к роду, над которым за грехи предков тяготело проклятие богов. Трагедия «Царь

Эдип» была представлена па третий год Пелопоннесской войны, когда в Афинах свирепствовала эпидемия чумы.

Миф о царе Эдипе знал каждый афинянин. Эдип был найдепышем; его родителям предсказали, что их сып станет убийцей родного отца и женится на матери, и они решили избегнуть страшного будущего, замыслив убить ребенка. Только благодаря случайности он спасся от гибели. Его усыновил бездетный коринфский царь Полиб. Юный Эдип ничего не знал о тяготевшем над ним страшном роке. Только когда Эдип стал уже сильным и красивым юпошей, Дельфийский оракул предсказал ему, что он убьет отца и станет мужем матери. Эдип немедленно покинул Полиба и его жену, которых он считал своими родителями, и решил никогда нс возвращаться в Коринф, чтобы избежать страшпой участи. Простым етранпиком подошел Эдип к столице Беотии - городу Фивам. У самого города, па перекрестке трех дорог, па него чуть не наехала колесница, сопровождаемая тремя всадниками. Они осыпали нерасторопного юношу оскорблениями и ударами. B завязавшейся драке Эдипу удалось убить сидевшего в колеснице старца и троих из четырех его спутников.

У Фив Эдипа поджидала новая опасность. Сфипкс — чудовище с львиным туловищем, птичьими крыльями и головой женщины останавливал всех проходящих и загадывал им загадку: «Кто утром ходит на четырех ногах, днем на двух, а вечером на трех ногах?» Никто нс мог разгадать эту загадку, и чудовище пожирало путников.

Мудрый Эдип разгадал загадку сфинкса. «Это человек,— сказал он.— Первый год жизни он ползает, в зрелом возрасте ходит на двух ногах, а состарившись, нуждается в посохе».

Убедившись, что его загадка разгадана, чудовище бросилось в пропасть, а жители Фив получили возможность выходить за городские стены. Благодарные фиванцы избрали Эдипа своим царем и дали ему в жены Иокасту вдову предшествующего ца- ряЛаия, незадолго перед тем убитого неизвестными разбойниками.

Прошло 15 лет. Фивы процветали под властью Эдипа, и жители славили мудрого правителя. Внезапно на страну обрушился гнев богов. B Фивах вспыхнула эпидемия чумы. Описанием страшных бедствий, вызванных болезнью, и начиналась трагедия Софокла. Трудно было придумать более волнующее зрителей начало. B этом году и в Афннах свирепствовала страшная болезиь. Слушая стихи Софокла, каждый гражданин думал о собственном горе и, следя за судьбой мудрого и справедливого Эдипа, сравнивал ее с участью Перикла, недавпо еіце первого гражданина Афин. Мудрый Псрикл, так же как Эдип, миого лет счастливо правил в родном городе. Как оиытный кормчий, твердой рукой вел он Афинское государство, минуя все опасности. Ho началась война со Спартой. Военные действия первый год шли так, как предполагал Перикл. Однако на второй год войны случилось то, чего ни Псрикл, ни кто-либо другой не мог предвидеть: в городе началась эпидемия чумы. Эта неожиданная беда подорвала положеиис Перикла. Он был отстранен от руководства государством и должен был заплатить большой штраф. Несчастья преследовали Перикла: оба его сына, сестра, близкие друзья умерли от чумы. Хотя афиняне вскоре поняли, что несправедливо возлагать на Перикла ответственность за обрушившиеся па пих бедствия, и спова доверили ему управление Афинами, воля и силы Перикла были подорваны, и он вскоре умер. Бедствия, обрушившиеся на героя трагедии Софокла, напоминали афинянам печальную судьбу их недавнего руководителя; казалось, что Софокл в пьесе ведет речь нс о далеком легендарном прошлом, а о сегодняшнем дне.

Жители Фив в трагедии Софокла, подобно афипянам, хотели узиать причину свалившейся на них беды. Оии обратились к Дельфийскому оракулу, который приказал найти и изгнать до сих пор пе наказанного убийцу первого .мужа Иока- сты — царя Лаия. Эдип энергично принимается за розыски. Он приказывает привести слугу, сопровождавшего покойного царя в его последней поездке. Именно этот слуга принес когда-то весть о гибели царя, якобы убитого многочисленной шайкой разбойников. Еще до того, как слуга, живший далеко в горах, пришел в Фивы, Эдип призвал знаменитого прорицателя Ти- ресия, про которого говорили, что он хотя и слеп, но видит больше иного зрячего. Тиресий долго отказывался помочь царю в розыске убийцы. B конце концов, рассердившись на настойчивость царя, Тиресий неожиданно объявил убийцей Лаия самого Эдипа. Эдип разгневался. Обвинение Тиресия показалось ему вздором. Иока- ста, жепа царя, посоветовала ему не обращать внимания на нелепые слова Тиресия. Желая успокоить Эдипа, она рассказала о другом неоправдавшемся пророчестве, сделанном ее первому мужу. Дельфийские жрецы предрекли ему гибель от руки собственного сына. Когда у них родился мальчик, продолжала Иокаста, жестокий отец приказал бросить ребенка па съедепие диким зверям. Ho вот Лаия убил вовсе пе сын, а шайка разбойников па перекрестке трех дорог, и Иокаста до сих пор оплакивает своего напрасно загубленного ребенка.

Рассказ жены нс успокоил Эдипа. B его памяти встала полузабытая картина схватки, которую ему пришлось выдержать по пути в Фивы па перекрсстке трех дорог. Эдип расспрашивает жепу, как выглядел Лаий, и в ec описании с ужасом обнаруживает сходство ее покойного мужа с тем высоким человеком, который сидсл в колеснице. Впервые у Эдипа появляется подозрение, что, разыскивая убийцу Лаия, он ищет самого ссбя. Одно только успокаивает Эдипа: ведь единственный спасшийся спутник Лаия утверждал, что царь и его спутники убиты многочисленной шайкой разбойников, Эдип же сражался один против пяти. Теперь с сще большим нетерпением ждет Эдип единственного свидетеля, который может подтвердить или опровергнуть его подозрения.

Co страхом ожидают Эдип и Иокаста решения своей судьбы. Это — апогей трагедии, момент наивысшего напряжения, который Софокл искусио продлил умышленным замедлением действия. Вместо ожидаемого слуги Лаия к дворцу Эдипа подходит вестник, прибывший из Коринфа. Он сообщает, что умер коринфский царь Полиб и жители просят Эдипа вернуться и править ими.

Хотя Эдип и был опечален смертью своего любимого отца, в его душе проснулась надежда. Предсказание Дельфийского оракула не исполнилось, не он, Эдип, убил Полиба. Наверно, и Лаий пал не от его руки. Эдип решил отклонить предложение коринфян стать их царем. Оставалась ведь вторая часть предсказания: брак Эдипа с родной матерью. Эдип поделился своими онассниями со стариком, принесшим ему известие о смерти Полиба.

Услышав слова Эдипа, старик засмеялся; сейчас он освободит Эдипа от страха, преследующего его всю жизнь, дав ему великое счастье - право вернуться на родину. И старец сообщает ошеломленному Эдину, что Полиб вовсе ие был его отцом, а жена Полиба - - матерью. Mnoro лет па- зад старец служил пастухом у коринфского царя Полиба. B лесу он встретил незнакомца, который передал ему младенца. Пастух отдал ребенка своему царю, тот усыновил его и назвал Эдипом.

Старик удивлен тем, что его слова не обрадовали Эдииа. Отчего так испугалась Иокаста, жена Эдииа? Для нее теперь все ясно: она хорошо помнит, как жестокий Лаий, когда ему предсказали, что оп умрет от руки рожденного ею сына, передал его пастуху и приказал бросить его в горах, в лесной чаще. Она умоляет мужа прекратить дальнейшие расспросы. «Довольно того, что я страдаю», — убеждает она Эдипа. Ho царь пеумолим, оп должен довести расследование до конца и избавить Фивы от чумы. B этом его долг правителя.

Наступает трагическая развязка. Приходит вызванный Эдипом свидетель смерти Лаия. Он испуган предстоящим допросом: чтобы оправдать свое позорное бегство, он тогда прибег к обману, придумав рассказ о нападении разбойников. Увидев кориифского вестника, слуга испугался еще больше. Он понял, что ему грозит еще одно наказание: именно он нарушил когда- то приказ Лаия, велевшего ему бросить на съедепие диким зверям своего новорожденного младенца. Он ножалел ребенка и отдал его пастуху из соседней страны. Слуга был уверен, что никогда больше не увидит ни этого пастуха, ни младенца. И вот теперь в прибывшем из Коринфа вестнике он узнает человека, взявшего из сго рук сына Лаия. Отпираться бесполезно. Вестник тоже узнал его. Ho Эдип не собирается наказывать слугу, ему стало ясно, что он сын Лаия и Иокасты. Может ли он, убийца отца, женатый на родной матери, осуждать кого-либо? Есть ли на свете более тяжелые преступления? Bce предсказания Дельфийского оракула исполнились. Иокаста пе в силах вынести позор, на который ее обрекла судьба, она убивает себя. Эдип, сорвав застежку с одежды Иокасты, выкалывает себе глаза. Он считает, что не имеет права уйти из жизпи, а должен нести расплату за невольно совершенные преступления. Эдип обрекает себя на слепоту, чтобы не смотреть на причиненное им людям горе. Он гордо идет навстречу своему страшному будущему, не прося пощады, уверенный, что еще будет полезен людям и искупит совершенное HM зло.

B конце трагедии хор фиванских старцев поет:

Вот пример для пас - - Эдип:

Он загадок разрешитель и могущественный царь;

Тот, на чью судьбу, бывало, каждый с завистью глядел,

Он низвергнут в море бедствий, в бездну

страшную упал!

Значит, смертным надо помнить о последнем нашем дне!

И назвать счастливым можно, очевидно,

лишь того,

Кто достиг предела жизни, злого горя

не познав.

Эту же тему всесилия судьбы Софокл разрабатывает и в других трагедиях. B «Антигоне» рассказывается о судьбе старшей дочери Эдипа — фиванской царевны Антигоны. Сыновья Эдипа Этеокл и Поли- ник смертельно враждовали друг с другом. Этеокл захватил власть в Фивах. Тогда Полиник со своими друзьями начал войну против родного города. B поединке иод стенами Фив оба брата погибли. Новый царь Креонт приказал лишить Полиника погребения, так как оп воевал против своей родины. Однако сестра Полиника, доблестная Антигона, несмотря на царский запрет, воздала брату погребальные почести. За ослушание Креопт приговорил ее к смерти. Слепой прорицатель Тиресий явился к Креонту и поведал ему, что боги разгневались на пего за его чудовищную жестокость. Тогда Креонт приказывает освободить Антигопу, ио уже поздно — Антигона покончила с собой. Узпав о ее гибели, сын Креонта - жепих Аитигопы — па глазах отца покончил с собой, бросившись на меч. Этого несчастья не могла перенести его мать — жена Креонта, она тоже кончила жизпь самоубийством.

Аптигона сознательно избрала путь, который привел ec к гибели. Софокл одобряет ее решение, ибо она подчиняется неписаному нравственному закону. Антигона сохраняет верность родственным узам и пе отрекается от брата, хотя тот и совершил преступление. Греки верили, что душа человека, лишенного погребения, обречена на вечные муки. Поэтому они считали, что Антигона совершила героический поступок. Она победила страх смерти и доказала свою верность нравственным принципам, которые, с точки зрения греков, выше и важней жестоких распоряжений правителей. B «Антигоне» Софокл утверждает нравственное величие человека. Xop поет: B мире много сил великих,

Ho сильнее человека Нет в природе ничего!

Софокл написал еще много прекрасных трагедий. Сюжеты для них он черпал из сказаний о Троянской войне, мифов о подвигах Геракла и странствиях аргонавтов.

Трагедии Софокла поражали четкостью построения и ясностью мысли, которую он хотел внушить своим согражданам. Восхищает то искусство, с которым поэт рисует образы своих героев: как мужчины, так и женщины в его пьесах глубоко человечны. Афиняне очень любили произведения Софокла, любили также его самого и его семью. B афинском театре при жизни Софокла ставили трагедии его родственников - двух сыновей, племянника и даже внука. Бывало, что народ присуждал награду нс великому трагику, а его молодым соперникам, но не это расстраивало Софокла.

Как многие люди, для которых основными являются духовные ценности, Софокл не интересовался житейскими благами. Он мало тратил на себя и так жс скупо содержал своих сыновей. Афиняне стали посмеиваться над его скаредностью. Позднее возникла даже легенда, что сыновья Софокла обратились в суд, требуя отстранения престарелого отца от управления семейным имуществом. Странности отца они объясняли старческим слабоумием. Софокл будто бы сказал судьям: «Если я Софокл, то я не слабоумен, если же я слаб умом, то значит, что я - нс Софокл». Затем вместо защитительной речи Софокл прочел судьям только что законченную свою последнюю пьесу «Эдип B Колоне». Выслушав ее, судьи еще раз удивились таланту и глубокому уму Софокла и не только пе осудили его, но объявили порицание его сыновьям. Сыновья устыдились, и последние годы жизни Софокла уже не были омрачены семейпыми распрями. Сыновья даже воздвигли па собственный счет статую отца в Афинах с надписью, прославляющей его талант и мудрость.

Софокл умер в копце Пелопоннесской войны в возрасте около 90 лет и был похоронен в семейном склепе на дороге из Афин в родной Колон. Всего несколько лет не ДОЖШ1 Софокл до поражения Афин в Пелопоннесской войпе. Погибло все то, что оп так любил. Ho его трагедии пережили века и до сих пор доставляют наслаждение людям.