Непоследовательность в принятии и подписании Федеративного Договора проявилась и в том, что первоначально Федеральный

Непоследовательность в принятии и подписании Федеративного Договора проявилась и в том, что первоначально Федеральный Договор о разграничении полномочий был подписан с республиками в составе Российской Федерации, а за тем и с органами власти краев, областей, городов Москвы и Санкт-Петербурга, автономной области, автономных округов в составе Российской Федерации.

См.: Ильинский И.П., Крылов Б.С., Михалева Н.А. Новое федеративное устройство России // Государство и право. 1992. № 11. С.29; Становление новой государственности России: Федеративный договор. // Государство и право. 1992. №7. С.3-19. 2 См., например: Козлов Ю.М. Исполнительная власть: региональный уровень. // Вестник Московского университета. Серия 11. Право. 1993. №1. С.17.

14

Противоречивость в понимании совместного ведения изначально вытекала из положений, заложенных в Федеративном Договоре, который определяя предметы совместного ведения Российской Федерации и ее субъектов, фактически разграничивал эти полномочия.

Представляется, что теоретическо-правовая конструкция такого рода, базирующаяся исключительно на сигментированности полномочий субъектов правового регулирования при реализации единого предмета совместного ведения не позволяет учитывать целую совокупность позитивных аспектов данного юридического феномена. Таковыми являются, например, объединение материальных, нормотворческих, организационных и других усилий для решения тех или иных вопросов, отнесенных к совместному ведению.

По нашему мнению, «совместное ведение» как государственно -правовая категория, в первую очередь, несет в себе нагрузку позитивно-правового, объединительного содержания. Генеральная цель совместного ведения как государственно-правового института единой системы государственного управления делами общества - объединение кадровых, интеллектуальных, духовных, экономических и других государственно-управленческих ресурсов на основе права в целях регулирования общественных отношений во всех сферах и отраслях социальной жизни, объединенных этой категорией, как на всей территории России, так и на территории каждого отдельно взятого субъекта РФ с учетом его особенностей.

1 См.: Конституция Швейцарии (Швейцарской Конфедерации) от 18 апреля 1999 г., Ос-

новной закон Федеративной Республики Германия от 23 мая 1949 г., //

http://www.constitution.garant.ru/DOC_3864861.htm (2008. 10.сентября).

Такой вывод можно сделать, проанализировав международно-правовую практику федеративного строительства (например Швейцария, ФРГ)1, которая в отличие от российского опыта подходит к решению проблемы реализации вопросов отнесенных к совместному ведению федерации и союзных государств диаметрально противоположным способом.

субъектов по этим вопросам. При этом каждое федеративное государство выстраивает свои собственные, уникальные взаимоотношения такого рода.

В связи с изложенным, представляется, что анализируя содержательную сторону предметов совместного ведения путем детализации элементов механизма разграничения полномочий федерации РФ и ее субъектов мы исследуем только одну из сторон этого явления.