ВЛИЯНИЕ НАЛОГОВОГО ОБЛОЖЕНИЯ НА ПРИБЫЛИ

Даже если вы выступаете против высоких прибылей, вы должны признать, что налоговое обложение прибылей порождает серьезные проблемы. Законодательное повышение ставок налогового обложения вызывает развитие самых разнообразных экономических процессов.

1. Допустим, что вы принимаете закон о налоговом обложении условно начисляемого процента корпорации по более высоким ставкам, чем безусловного процента, который она выплачивает держателям облигаций. Каковы будут в этом случае наиболее вероятные последствия? Для того чтобы дать ответ на этот вопрос, нам не придется конструировать абстрактные модели: дело в том, что существующий в Соединенных Штатах подоходный налог на корпорации предусматривает как раз такое различие в налоговых ставках.

«Standard Oil» должна отдавать правительству около половины каждого доллара, полученного в форме прибыли на тот капитал, который вложен ее акционерами; что касается дохода на тот капитал, который образуется посредством размещения облигаций, то эти доходы не облагаются подоходным налогом на корпорации. (Другими словами, «Standard Oil» может исключить из суммы облагаемого дохода каждый доллар, получаемый в форме процента на облигационный капитал, но она не может исключить ни одного доллара, выплачиваемого в форме дивидендов на акционерный капитал или сохраненного в форме нераспределенной прибыли.) Что происходит в результате этого? Если «Standard ОН», при прочих равных условиях, относится безразлично к тому, какой метод финансирования будет использован, — размещение облигаций или выпуск акций, то обнаружится тенденция к преимущественному размещению облигаций.

Если неприязненное отношение к прибыли вынуждает вас вводить налоговое обложение безусловных доходов, то вы должны при этом учитывать, что такое обложение вызовет изменения (а во многих случаях и вообще подорвет) существовавшие ранее расчеты людей.

2. Случай, когда облагаются налогами прибыли новаторов, еще более ясен. Обложение доходов опытного новатора может не вызвать никаких отрицательных последствий. Но мы не должны забывать и о том случае, когда облагаются налогами доходы молодого новатора. В последнем случае этот новатор окажется лишенным перспектив, он решит, что не сможет зарабатывать приличные доходы благодаря своим новым идеям. В связи с этим молодой новатор может принять решение поступить на работу в качестве государственного служащего или остаться тринадцатым вице-президентом банка. Таким образом, вы не можете обложить налогом доходы от уже применяемых нововведений без того, чтобы не оказать влияние на перспективы использования еще не применявшихся новых методов.

Кстати, это требует защиты доходов, получаемых благодаря новым изобретениям. Частично такую роль выполняет система патентов. Общество сознательно предоставляет человеку монопольные права; благодаря этому он может искусственно поддерживать такое положение, при котором отсутствует некоторая часть требующихся новых изделий. Но общество надеется, что, предоставляя льготы, связанные с существованием временной монополии, оно тем самым будет поощрять изобретение новых изделий: ведь без таких изобретений существовал бы 100-процентный недостаток данных изделий.

3. Допустим, что конгресс облагает налогами те виды деятельности, которые сопряжены с известным риском, по более высоким ставкам, чем обычные виды деятельности. Чего может ожидать в таком случае всякий разумный человек? Люди, естественно, будут стремиться избегнуть рискованных сфер деятельности, они будут тяготеть к обычным, уже устоявшимся занятиям. Однако все мы — как богатые, так и бедные — чрезвычайно заинтересованы в стимулировании энергичных исследований, открывающих новые методы производства. Секрет нашего материального прогресса заключается не только в научных и технологических нововведениях, но и, кроме того, в тех капиталовложениях, которые связаны с осуществлением рискованных проектов. Ведь именно такие связанные с известным риском капиталовложения и являются тем лекарством, которое прописывают доктора от депрессии и массовой безработицы.

Как мы уже видели, существующая у нас система подоходного обложения ставит капитал, устремляющийся в рискованные предприятия, в менее выгодное положение. Конечно, подоходное обложение совершенствуется до известной степени благодаря использованию следующей системы: обложению подлежит «средний доход», исчисляемый не за один год, а за ряд лет. Однако до тех пор, пока не будут проведены дальнейшие реформы, все же частично остается справедливым суждение о том, что «если выпадет орел — я проигрываю, а если выпадет решка — выиграет правительство». Те убытки, которые приносит мне неопределенность перспектив, не могут полностью компенсироваться лишь за счет моих собственных доходов; поэтому обложение прибыли еще более высокими налогами усилит отрицательное влияние, которое наша налоговая система оказывает на капитал, помещаемый в рискованные предприятия.

Все это приводит нас к выводу о том, что существующие в Соединенных Штатах обычный подоходный налог на корпорации и личный подоходный налог порождают дискриминацию тех видов деятельности, которые сопряжены со значительным риском. Однако подобный вывод окажется слишком поспешным, если мы не примем во внимание и существующее в настоящее время сравнительно более легкое налоговое обложение доходов от продажи капитальных активов.

Перечисленные выше лазейки, позволяющие уменьшить сумму выплачиваемых налогов в связи с льготным обложением доходов от продажи активов, в настоящее время получили широкое распространение. [Исследования Гарвардской школы экономики, проведенные в 1953 г., дали следующие результаты: наиболее богатые лица — из числа тех, кто подвергался обследованию, — могли понижать фактическую налоговую ставку, которой облагались их доходы, в среднем до 50%; налоговое обложение прибылей побуждало ряд владельцев капитала к рискованным вложениям. «Тех инвесторов, которые заинтересованы в увеличении капитальной стоимости своих активов... система налогового обложения прибылей может побудить к поискам таких капиталовложений, которые обещают принести необычайно большую прибыль от последующей продажи активов, побудить их, например, к вложению капитала в новые многообещающие, однако

не вполне надежные предприятия. Влияние налоговой системы при этом может оказаться настолько сильным, что оно вызовет увеличенный приток капитала к таким сферам приложения» (J. К. Butters, L Е. Thompson, L. L. Bollinger, Effects of Taxation: Investment by Individuals.) ] Вследствие этого некоторые авторы утверждают, что существующая в Соединенных Штатах в настоящее время налоговая система отнюдь не удерживает людей от рискованных капиталовложений, а, напротив, без достаточных оснований поощряет чрезмерно рискованные операции.

4. Легко предположить, что в защиту налогового обложения монопольной прибыли можно привести более основательные аргументы. Но как вы можете решить, какая часть прибылей, получаемых любой компанией, связана с так называемыми «искусственными ограничениями», а не с «природной ограниченностью»? В 1920 г. фирма «American Viscose Company» благодаря сосредоточению в свох руках патентов достигла господства на рынке искусственного волокна и получила на свой капитал 156% прибыли. Суды, вероятно, могут квалифицировать прибыль в подобном случае как монопольную прибыль, но не менее вероятно и противоположное решение: не считать такие доходы монопольными. Однако столь простые случаи вообще являются исключением, поскольку, как мы видели, доходы от упоминавшихся выше «искусственных ограничений» неразрывно связаны с доходами на все фактуры производства. Монопольные прибыли могут быть уже капитализированы, и поэтому они могут принять форму процента, а в другом случае они могут принять форму высокой заработной платы.

Больше того, лучшим средством борьбы против монополии является отказ от передачи монопольных доходов государству. Доходы от монополии обычно передавались государству во времена Людовика XV и других монархов в форме косвенных налогов на соль или спички. Однако, если предположить, что для данного фактора не существует «природной ограниченности», то зачем же вызывать таким путем «искусственные ограничения»? Там, іде правительство решает считать существующую монополию незаконной, оно должно возбудить против нее судебное дело и подчинить ее государственному регулированию. По-видимому, сравнительно более здоровой политикой является ликвидация монопольной сверхприбыли путем снижения цен на данные товары, а не путем передачи этой прибыли в форме налогов государству.