§3. Обсуждение франко-немецкой инициативы в ЕС и принятие компромиссного варианта новой средиземноморской организации (март-май 2008г.).

После совместного выступления Франции и Германии с инициативой создания СдС в Брюсселе 13 и 14 марта 2008г. состоялся саммит Европейского Совета. Его участники приняли на нем лишь короткое заявление о том, что ЕС признает «принцип Союза для Средиземноморья, который объединит государства-члены ЕС и прибрежные страны, не являющиеся членами ЕС.

Таким образом, документ, появившийся 14 марта, прояснил главное: новая организация, в которую в итоге войдут все страны-члены ЕС, будет называться «Барселонский процесс: Союз для Средиземноморья», что свидетельствовало о предстоящей трансформации структур, а не их дублировании.

13 марта Саркози дал предварительную пресс-конференцию, где очертил примерный круг вопросов, которые планировалось обсудить на саммите. Появившись перед журналистами, французский президент заявил: «Я имею удовольствие сообщить вам, что завтра формально будет принято решение трансформировать Барселонский процесс в Союз для Средиземноморья. Решение было принято единогласно и с большим энтузиазмом»^[342]. Судя по этой фразе можно предположить, что существовавшие разногласия по поводу учреждения СдС между Парижем и другими странами были в той или иной мере устранены, вероятно, после Ганноверского соглашения Меркель и Саркози. Показательно, что Саркози сказал именно о трансформации Барселонского процесса в СдС, а не о преемственности двух организаций.

Первый вопрос журналистов коснулся финансирования будущего союза. Саркози ответил, что это будет «обычное финансирование» из бюджета, уже сформированного Еврокомиссией для Барселонского процесса на 2007-2013 гг., т.е.

Продолжая тему финансирования, французский президент заявил на пресс-конференции, что, по его мнению, страны юга Средиземноморья смогут активнее сотрудничать между собой и с Северным берегом посредством учреждения и функционирования в СдС института двух президентов (сопрезидентства), а также поста секретаря и секретаря- помощника, представляющих оба берега. Создание Секретариата

348

возлагалось на председателя Еврокомиссии Баррозу .

Очень бурно президент отреагировал на фразу журналиста о том, что Франции пришлось изменить свои требования в вопросе количества членов Союза. По утверждению Саркози, он никогда никого не исключал из участия в проекте и никому не предлагал статус «наблюдателя», а лишь говорил о том, что прибрежные страны должны в нем участвовать по праву, а все остальные - по желанию. При этом он признал, что договоренность, к которой они пришли с Меркель в Ганновере (т.е.

Один из журналистов задал вопрос о том, какова стратегия СдС, тем более что Барселонский процесс критиковали за то, что он её фактически не имел. По словам Саркози, она заключалась в проведении конкретных проектов, а в целом - в «создании пространства мира, процветания и безопасности». Однако если вспомнить Барселонскую декларацию 1995 г., то там присутствует практически идентичная фраза, характеризующая цель средиземноморского партнерства.

В своем выступлении Саркози провел прямую связь между Лиссабонским договором и реализацией СдС. По его мнению, необходимо «наполнить его содержимым [т.е. Лиссабонский договор - Д.К.], а Союз для Средиземноморья как раз и является одной из составляющих этого

349

содержимого» .

350

Еще одна пресс-конференция , организованная французским президентом, состоялась 14 марта, непосредственно после окончания заседания Евросовета. На ней по поводу СдС Саркози ответил лишь на вопрос о том, кто будет дальше разрабатывать проект новой организации: Франция или Европа, и продолжит ли А. Г ено в этом участвовать. По словам президента, франко-германская инициатива будет дополнена предложениями со стороны Испании и Греции. А. Гено, Ж.-П. Жуйе, а также Б. Кушнер продолжат работать над проектом, так как Франция проведет учредительный саммит нового союза в период своего председательства в ЕС. Однако окончательное предложение по его организации, сказал Саркози, ожидалось

351

от Еврокомиссии .

Французская пресса настороженно, а порой даже негативно оценила итоговый вариант средиземноморской инициативы Саркози. «Французские

352

амбиции были нивелированы», - писали «Фигаро» и «Нувель

353

Обсерватер» . Это цена, чтобы «сделать проект приемлемым для Европы»^{[346] [347] [348] [349] [350] [351] [352]}. «Для преодоления неуверенности некоторых стран, в особенности Германии, Франции пришлось откровенно смягчить свой

355

первоначальный проект» , - более дипломатично замечала «Монд».

«Фигаро» подчеркивала отсутствие серьезных отличий от Барселонского процесса, называя единственной инновацией сопрезидентство, которое будет осуществляться главами двух стран^{[353] [354] [355] [356]}.

В том же ключе писала и немецкая «Дойче Велле»: «ЕС уступил амбициозным планам Франции по Союзу для Средиземноморья, но смягчил его до такой степени, что пришлось дать ему новое имя - «Барселонский

OC7

процесс: Союз для Средиземноморья» .

Гораздо жестче комментировала события «Шпигель»: «Президент Франции Николя Саркози был решительным образом принужден скорректировать свои планы о возглавляемом Парижем Средиземноморском Союзе», но даже «смягченный вариант проекта вызвал лишь вялый

358

энтузиазм среди его коллег - лидеров ЕС» . По мнению газеты, Австрия, Испания, Италия и Великобритания выглядели «раздраженными» средиземноморской политикой Саркози, которая для ЕС не имеет особой пользы, так как уже действует программа для Средиземноморского региона,

359

имевшая годовой бюджет в 2 млрд.

С другой стороны, на сайте немецкого канцлера в статье, посвященной саммиту ЕС 13-14 марта, говорится, что Меркель «назвала его успешным», так как появилась «отличная возможность придать Средиземноморскому процессу действительно новой стимул»^[357]. Положительную оценку франкогерманской встречи, данную Меркель, можно понять: главное немецкое условие - участие всех стран ЕС в новом союзе - было выполнено. Кроме того, сохранение финансирования средиземноморского направления политики ЕС на прежнем уровне устранило опасения немцев в увеличении расходования общеевропейских финансовых фондов. Безусловно, канцлер одержала победу в этой дипломатической схватке.

В свою очередь, по свидетельству «Нувель Обсерватер», австрийский канцлер А. Гузенбауэр подчеркнул важность того, что французское предложение превратилось в «европейский проект»: «Мы не делаем барбекю всего лишь для некоторых государств-членов [ЕС - Д.К.]»^[358].

Решение о том, что произойдет именно трансформация Барселонского процесса в СдС (а не удвоение структур), принятое на Евросовете, побудило Словению, председательствовавшую тогда в Евросоюзе, изменить негативное отношение к новому проекту на позитивное. Премьер-министр Я. Янза призвал сделать все, «чтобы этот проект увидел свет»^[359].

Схожей оказалась реакция председателя Еврокомисси Ж.М. Баррозу. Еще до начала саммита 13 марта он полностью поддержал от имени ЕС Союз для Средиземноморья^{[360] [361]}. Правда, другой высший европейский чиновник - председатель Европарламента Х.-Г. Поттеринг - выразил «удивление», что «до сих пор парламентская составляющая Барселонского процесса, Евро-средиземноморская Парламентская Ассамблея, никак не была

364

отражена в предложениях» .

Однако далеко не все европейские страны приняли проект с «энтузиазмом», как о том говорил Саркози. Например, Д. Туск, премьер- министр Польши, связал свое согласие на учреждение СдС с одобрением польского предложения «европейской перспективы для Украины»^[362]. Тем самым Польша продемонстрировала, что не намерена отступать от продвижения своих внешнеполитических интересов в Восточной Европе.

Европейский новостной портал euobserver.com со ссылкой на CNN приводит цитату из довольно откровенного интервью чешского премьер- министра М. Тополанека, в котором он назвал вещи своими именами: «Очевидно, что Саркози хочет сделать себе имя во время французского президентства и фокусируется на предмете, в котором у его страны есть экономический интерес»^[363]. Налицо скептицизм по отношению к СдС, который чехи и не пытались скрывать: Чешская республика - маленькая европейская страна, у которой нет больших финансовых ресурсов и интересов в Средиземноморье, поэтому понятен её прохладный прием нового проекта, требующего дополнительных взносов в общую казну.

Выдержав некоторую паузу, 18 марта 2008 г. свою оценку событиям дал министр иностранных дел Франции Б.

По убеждению Кушнера, «обновление» Барселонского процесса, которое ознаменовал Союз для Средиземноморья, произошло вовремя, а франко-немецкие предложения, представленные на Европейском Совете 1314 марта, сформируют основу для конкретных проектов Еврокомиссии: они будут обсуждаться, подвергаться критике, но это «абсолютно нормально». Если посмотреть на Барселонский процесс, который к 2008 г. не подавал признаков жизни, то активизация деятельности ЕС на средиземноморском направлении выглядела удачным выходом из положения.

Министр иностранных дел Франции также подтвердил, что учредительный саммит СдС, на которой соберутся 27 стран ЕС и страны Южного берега, состоится в Париже 13 июля 2008 г. На вопрос, является ли итоговый проект успехом немцев, Кушнер ответил в духе высказываний Саркози: «Это успех немцев? Почему бы нет? Это успех французов? Да. В

любом случае, это успех Европы» и подтверждение того, что «Германия и Франция играют роль если не центральную, то важную в Европейском

368

Союзе» . Действительно, в очередной раз события показали, что Франция и Германия не могут проводить свою политику без оглядки на партнера и вместе составляют влиятельную силу в ЕС.

28 марта 2008 г. А. Гено в качестве главного разработчика средиземноморского проекта вместе с П. Бонифасом, директором Института международных и стратегических исследований ИРИС, дали интервью газете «Фигаро»^{[365] [366]. Оно появилось под заголовком «Стоит ли верить в Союз для Средиземноморья? ».}

Ответ на первый же вопрос, столкнется ли СдС с теми же проблемами, что и Барселонский процесс, показал, что Гено и Бонифас придерживаются на него несколько разных точек зрения. По мнению первого, в Барселонском процессе политические вопросы были на первом плане, но их априори оказалось невозможным решить, а поэтому проекты не проводились в жизнь. На это Бонифас заметил, что нельзя строить планы политического или экономического сотрудничества до решения израиле-палестинского вопроса. Утверждение директора ИРИС кажется более логичным, если учесть, что Барселонский процесс «заморозился» именно по причине арабо-израильского противостояния, исключавшего любое конструктивное сотрудничество в регионе.

Союз для Средиземноморья для Г ено - это «смена системы

управления Барселоной путем придания ей духа партнерства», а также установление равенства между Южным и Северным берегами Средиземноморья, поэтому можно сказать, что стороны «пришли к лучшему из возможных решений». По мнению Бонифаса, «не важно, каким способом проект был принят 27 членами, важно, какими окажутся результаты». Рассуждая о тех вопросах, которые должны решаться в СдС в первую очередь, оба деятеля назвали проекты по очищению воды Средиземного моря

370

и миграции .

Тем временем Еврокомиссия, не дожидаясь начала саммита в Париже 13 июля, решила «обозначить свою территорию» и предложила 44 проекта по очищению вод Средиземноморского моря, которые должны финансироваться

371

Европейским банком инвестиций . Фактически, Комиссия взяла на вооружение идеи Саркози. По информации газеты «Фигаро», Б. Ферреро- Вальднер, европейский комиссар по внешним связям ЕС и Европейской политике соседства, заявила, что «27 стран дали рабочий мандат [на

^79

разработку проекта СдС - Д.К.] Комиссии, а не Франции» . Таким образом, Еврокомиссия давала понять: она не собирается заниматься лишь проработкой плана, предложенного Францией, а намерена выдвигать собственные инициативы и активно действовать в Средиземноморском регионе. Как пишет Е.О. Обичкина, «по сути, идея создания СдС родилась из стремления Франции - сторонницы Европы государств-наций - создать принципиально иную, чем родившуюся в Барселоне, ассоциацию стран

373

Севера и Юга, свободную от бюрократического гнета Брюсселя» . С другой стороны Брюссель не желал отдавать Средиземноморье «на откуп» Парижу, предпочитая контролировать стратегически важный регион, и поэтому всячески подчеркивал, что СдС - это именно новое издание Барселонского процесса, то есть того, что олицетворяло политику ЕС в Средиземноморье на протяжении последних 10 лет.

Меж тем борьба за влияние в Средиземноморье между Францией и ЕС, по словам «Фигаро», «оставляет страны Юга в растерянности». По мнению газеты, они опасаются, что разработка конкретных проектов станет лишь предлогом, камуфлирующим битву за политический вес в регионе, а реальные дела, такие как очищение Средиземного моря, никого не ^{[367] [368] [369] [370]}

354

355

368

369

интересуют . Стоит отметить, что некоторые представители стран Южного берега, например Египет, присутствовали в качестве наблюдателей на

375

Евросаммите 13-14 марта, где обсуждался проект СдС .

Наконец, 20 мая 2008 г. Еврокомиссия опубликовала свой проект новой средиземноморской организации, которая называлась «Барселонский процесс: Союз для Средиземноморья». Приняв за основу идеи франконемецкого тандема, Комиссия в то же время представила собственное видение ситуации.

Доклад начинался с утверждения, что между Европой и Средиземноморьем существуют длительные исторические связи, однако сегодняшние евро-средиземноморские отношения следует пересмотреть, так как они нуждаются в изменениях^{[371] [372] [373] [374]}. В связи с этим, проанализировав достижения (которым в документе уделили немало внимания) и трудности Барселонского процесса, а также проконсультировавшись с каждым из членов ЕС и странами южного Средиземноморья, Комиссия сформулировала предложения по развитию нового проекта - «Барселонский процесс: Союз

377

для Средиземноморья» .

В докладе подчеркивалось, что Средиземноморский регион играет важную роль в политической повестке всех участников Союза, однако существует общая обеспокоенность неполноценным сотрудничеством между партнерами в Средиземноморье. С другой стороны, отмечалось, что ЕС и его средиземноморские партнеры с Юга были неравномерно представлены в институтах Барселонского процесса. Кроме того, в документе указывалось на негативное восприятие Барселонского процесса гражданами, у которых есть ощущение, будто в рамках процесса «не делается достаточно ни чтобы решить их повседневные проблемы, ни чтобы ответить на действительные

нужды» . Но ничего не говорилось об отсутствии в нем конкретных проектов, которые могли бы действительно улучшить жизнь средиземноморцев. Наоборот, Комиссия подчеркнула, что сделано было много, но население, к сожалению, этого не заметило.

По предложению Комиссии, новая организация будет основываться на Барселонском процессе и представлять собой многостороннее партнерство, которое, фокусируясь на региональных и транснациональных проектах, должно повысить потенциал для региональной интеграции и единства. В него войдут все государства-члены ЕС, члены и наблюдатели Барселонского процесса (Албания, Алжир, Египет, Израиль, Иордания, Ливан, Ливия,

379

Мавритания, Марокко, Палестинская Автономия, Сирия, Тунис, Турция) , а также другие прибрежные страны (Хорватия, Босния и Герцеговина, Черногория, Монако).

СдС, согласно докладу, призван дополнять двусторонние отношения между ЕС и государствами Юга Средиземноморья в рамках существующей политики соседства и политики ЕС по расширению. Получалось, что ЕПС по-прежнему оставалась на первом месте, а идеи Франции отходили на второй план. Учредительный саммит новой организации Комиссия собиралась провести 13 июля в Париже.

В докладе говорилось о введении института сопрезидентства. Со стороны Северного Средиземноморья на первом саммите должность президента передавалась стране - председателю ЕС (т.е. Франции). Предусматривалось, что после вхождения в силу Лиссабонского договора исполнять обязанности президента на уровне встреч глав государств и правительств будут Председатель Евросовета и Председатель Еврокомиссии, а на уровне министров иностранных дел - Высокой представитель/Вице- президент Комиссии. Со стороны южносредиземноморских государств ^{[375] [376]}

сопрезидент должен выбираться на два года путем достижения консенсуса между членами Союза.

Комиссия в своем докладе предложила учредить Объединенный Постоянный комитет, в который входили бы представители сопрезидентов, чьи обязанности заключались в подготовке встреч на высшем уровне. Еще одним важным органом становился Секретариат; его главная задача - претворять в жизнь принятые в той или иной области инициативы и проекты. Более детально полномочия этого органа предполагалось обсудить на встрече министров иностранных дел в ноябре 2008 г.

Комиссия внесла предложение выработать определенные критерии оценки конкретных проектов: характер проекта (региональный, субрегиональный, трансрегиональный); возможность его реализации путем сотрудничества нескольких стран (а не всех членов Союза); масштабы и заинтересованность в нем всех партнеров; возможность продвижения региональной интеграции; финансовая составляющая проекта и время его

380

подготовки . Возникает вопрос, сколько проектов могли бы удовлетворить всем этим условиям? Например, пункт о соответствии проекта интересам всех партнеров выполнить практически невозможно: в Европе не все страны хотят вкладывать средства в Средиземноморье, а на Юге существуют серьезнейшие арабо-израильские противоречия, которые зачастую приводят к «замораживанию» отношений между государствами, исключая возможность какой-либо кооперации между ними. С другой стороны, отсутствовал такой важный, на наш взгляд, критерий, как оценка пользы предлагаемого проекта для населения. Еще один вопрос возник в связи со сроками обсуждения проекта по всем этим критериям и согласования его с членами организации, которых насчитывалось бы больше сорока. Тем самым, многие положения проекта КЕС были недостаточно проработаны и могли трактоваться по-разному. ^[377]

По замыслу Комиссии, денежные средства на проекты должны поступать от частных предпринимателей, заинтересованных в конкретных инициативах; из взносов средиземноморских партнеров; международных финансовых институтов; региональных банков; ФЕМИП; институтов Европейской политики соседства (на период 2007-2010 гг. планировалось

381

выделить 50 млн. евро в год) . Комиссия пригласила всех членов ЕС обсудить данные предложения на евросаммите в июне 2008 г., которые затем могли бы стать согласованной позицией Евросоюза на встрече 13 июля в Париже^{[378] [379]}.

В дополнение к тексту доклада Комиссия привела примеры проектов, которые она предполагала реализовать: в транспортном секторе, экологии (очищение Средиземного моря), по гражданской защите населения, а также

383

Средиземноморский план по солнечной энергетике^{[380] [381] [382]}.

Того же числа, 20 мая 2008 г., во Франции было опубликовано

384

коммюнике Елисейского дворца по поводу предложений Еврокомиссии, выражающее полную поддержку её решений: «французские власти приветствуют первые предложения, представленные Комиссией». В документе они названы «полностью совпавшими с озвученными ранее

385

Францией», которые «она уже обсуждала с партнерами Юга» .

Тем самым официальная Франция согласилась с проектом Еврокомиссии, существенно изменившим положения первоначального плана Саркози. Политическая составляющая (региональная интеграция, развитие демократии) вновь стала главной, отодвинув назад основную цель задумки Саркози - создать «союз проектов». Впрочем, вряд ли Франция могла критиковать предложенный Комиссией план после того, как с таким трудом

добилась принятия своей идеи. К тому же, в целом он отражал основные положения французской инициативы: создание сопрезидентства,

Секретариата, проведение в жизнь конкретных проектов в области экологии, транспорта и др. «Барселонский процесс: Союз для Средиземноморья» представил собой компромиссный вариант того, что предлагала Франция, и того, чего от нее ждала Европа.

В итоге, 20 июня 2008 г., саммит ЕС в качестве итогового документа принял план Комиссии, который затем был передан на обсуждение

386

южносредиземноморских партнеров для выработки общей декларации .