Подготовка чешско-немецких переговоров.

Идея о чешско- немецком соглашении активно обсуждалась уже с 1887 года, когда лидеры старочешской партии предложили Пленэру, вождю немецкой оппозиции в

309 Adamek K. Op. cit.

310 Paměti a listař dra Aloise Pražaka … S. 327. Этой же точки зрения придерживался Карел Адамек, который считал тактику правых сил проигрышной. См.: Adamek K. Op. cit. S. 17.

311 Kann R. Das nationalitäten Problem in der Habsburger Monarchie. Gratz-Koln, 1964. Bund II. S. 78.

312 Tobolka Z. Politicke dějiny československeho naroda od roku 1848 až do dnešni doby. Praha, 1934. Dil III.

Čast 1. S. 139.

313 Так, например, Ригер писал, что «искренний и честный мир с нашими немецкими земляками, безусловно, является необходимостью для достижения единства и успехов этого красивого края, который два племени после многих столетий считают своей общей, обоими любимой родиной, в которой и одинаковые права их языков, ныне то здесь, то там попираемые, не являются, видимо, вымыслом нового времени, а гарантированы уже самим земским строем с давних времен». См.: Provolani Narodni strany k volbam do českeho sněmu. 1889, 23.6 // Politicke programy českych narodnich stran ... S. 282.

Чехии, заключить «мир»314. Немецкая сторона официально не отреагировала на это предложение, но лидер чешских немцев Франц Шмейкал (1826-1894) заявил, что основой такого соглашения могло бы стать создание национальных курий в сейме. В свою очередь чешская печать разделилась на два лагеря. Старочешские издания были согласны с такой основой для переговоров с немецкими политиками, но Национальная партия свободомыслящих выступила против этого предложения и считала, что его принятие станет большим несчастьем для чехов315.

После переговоров между Ригером и Шмейкалем, который радостно

принял предложение старочехов и обещал обсудить его со своими коллегами, немецкие политики передали Ригеру и князю Лобковицу принятую ими резолюцию.

«мир» был невозможен.

При обсуждении немецкой резолюции старочехами и историческим дворянством было принято решение предложить трем клубам сейма (крупного землевладения, чешских и немецких депутатов) выработать общее соглашение. Роль правительства в его достижении должна была определиться в ходе переговоров. От имени исторического дворянства князь Лобковиц предложил четыре вопроса для обсуждения317.

314 Mattuš K. Op. cit. S. 121. В своих воспоминания Браф отмечал, что инициативу в деле чешско-немецких переговоров проявило дворянство: Шварценберг, Тун, Шёнбург. Ходили слухи, что не последнюю роль сыграл германский посол при венском дворе. См.: Braf A. Život a dilo. D. I. Paměti ... S. 32-33.

315 Tobolka Z. Op. cit. S. 139.

316 Plener E. Op. cit. S. 397 ; Mattuš K. Op. cit. S. 121.

317 1. О национальных куриях в сейме. Предполагалось, что вместо трех старых курий будут образованы три новые: курия велькостатка, чешских городов и сельских поселений, немецких городов и сельских

поселений; 2. О языковом вопросе. Каждый населенный пункт и районная администрация должны были сами устанавливать язык (языки) делопроизводства; 3. Об использовании языка в судах. Князь выступал за двуязычие во всех судах Чехии. Эта мера предполагала разделение сената по языковому принципу. 4. Об уменьшении затрат при обустройстве школ для национальных меньшинств и о субсидиях им со стороны земского управления. См.: Tobolka Z. Op. сit. S. 141-142.

Огромное влияние на позицию немцев оказывали Эрнст Пленэр и Макс Шаршмид (1831-1905), представитель Партии «верного конституции» дворянства.

Правительство понимало, что дворяне-конституционалисты пойдут быстрее на сближение, нежели немецкие либералы. Именно поэтому граф Тааффе инициировал переговоры князя Карла IV Шварценберга с представителями «верных конституции» дворян. На этих секретных совещаниях, которые прошли в Вене 25 февраля 1889 года, присутствовали и представители старочехов Ф. Л. Ригер, К. Маттуш и А. О. Цейтгаммер319. На них был достигнут компромисс: консервативное дворянство, предварительно обсудив свою позицию со старочехами, соглашалось отдать землевладельцам-конституционалистам 15 мандатов в курии велькостатка. Однако немецкие либералы не позволили разрушить единство «немецкого фронта» и переговоры были прерваны320. Во многом это было связано с позицией исторического дворянства, которое не особо верило в их успех и боялось, что в случае победы младочехов в 20-30 избирательных округах, могла создаться угроза большинству старочехов и консервативного дворянства в сейме321.

После выборов 1889 года ситуация еще больше осложнилась. Теперь

было непросто не считаться с мнением младочехов. Назначение нового наместника – Туна, активно выступавшего за коронацию императора чешской короной, также вызывало недовольство немцев. Именно поэтому

318 Plener E. Op. cit. S.375 ; Mattuš K. Op. cit. S. 122.

319 Rieger F. L. Op. сit. S. 390 ; Braf A. Život a dilo. D. I. Paměti ... S. 31.

320 Plener E. Op. cit. S. 377 ; Rieger F. L. Op. сit. S. 390.

321 Rieger F. L. Op. сit. S. 380, 393 ; Braf A.

старочехи и историческое дворянство были готовы временно отойти от государственно-правовых требований, которые звучали в предложенном младочехами адресе императору.

Правительство, чтобы не потерять доверие немецких депутатов, официально заявило, что выступает против дебатов об исторических правах Чешского королевства. Граф Тааффе особо подчеркивал, что «в данный момент речь не может идти об изменении конституционного порядка и решении вопросов государственного управления и коронации императора»322. Власти официально дали понять, что в ходе чешско- немецких переговоров вопрос о коронации императора и государственно- правовые требования затрагиваться не должны. Это, в свою очередь, позволило графу Тааффе склонить немцев к началу переговорного процесса.

Между тем Пленэр стал настаивать на том, чтобы представители младочехов также приняли участие в переговорах. Он хорошо понимал, что без согласия усилившей свои позиции партии соглашение будет очень неустойчивым323. Против этого предложения выступил граф Тааффе, считавший, что государственно-правовой радикализм младочехов осложнит и без того трудный процесс сближения позиций.324. Такой же точки зрения придерживалось и консервативное дворянство325. При этом Ригер подчеркивал, что старочехи считали необходимым участие членов Национальной партии свободомыслящих на совещаниях326.

Таким образом, решение о начале переговоров было принято. В сентябре 1889 года были определены участники327. В итоге в их числе оказались министр-президент граф Тааффе и пять министров: барон А. Пражак (министр без портфеля по чешским делам), министр культуры и образования барон Пауль Гауч (1821-1918), министр торговли маркиз Оливер Беквегем

322 Tobolka Z. Op. cit. S. 150. 323 Rieger F. L. Op. сit. S. 396. 324 Tobolka Z. Op. cit. S. 153. 325 Rieger F. L. Op. cit. S. 409.

326 Hlas naroda. 12. 30. 1889. Это подтверждают и воспоминания Брафа.

327 Rieger F. L. Op. cit. S. 414.

(1847-1917) и министр юстиции граф Б. Шёнборн. Граф Р. Клам-Мартиниц (1832-1891)328, граф Б. К. Кински, князь И. Лобковиц представляли консервативный велькостатек в чешском сейме. От Национальной партии в совещаниях участвовали К. Маттуш, Ф. Л. Ригер, А. О. Цейтгаммер. Точку зрения чешских немцев отстаивали оппозиционные немецкие политики Г. Галвич (1838-1913), Э. Пленэр, Л. Шлезенгер (1838-1899), Ф. Шмейкал, а также «верные конституции» крупные землевладельцы М. Шаршмидт, князь А. Шёнбург (1826-1896), граф Й. О. Тун (1849-1913).

Кроме представителей младочехов и экстремистки настроенных немецких политиков не был приглашен на конференции в Вене и Франтишек Тун. Граф Тааффе объяснял это тем, что наместник должен сохранять нейтралитет в чешских делах. Скорее всего, это было связано с взглядами Туна на историческое государственное право Чешского королевства.

Не совсем понятно, насколько заинтересованы были консерваторы в соглашении. Не сделав выводов из событий 1889 года, старочехи решили действовать старыми методами. Так, Пражак писал Ригеру, что выход из сложившейся ситуации он видит в сплочении вокруг Ригера всех депутатов как в сейме, так и в рейхсрате, в более тесном сотрудничестве с историческим дворянством329. Член младочешской партии Г. Эйм, близкий к старочехам, предрекал падение правых и графа Тааффе и советовал Ригеру уйти в оппозицию, чтобы сохранить влияние в народе и поставить младочехов в невыгодное положение330. Ригер же стоял на своем, он выступал за союз консервативных сил, хотя хорошо осознавал, что граф Тааффе и правительство не были искренны с чехами и во многом пытались использовать их в своих интересах.

По мнению многих чешских политиков, главной причиной начала чешско-немецких переговоров было стремление австрийского правительства вернуть немецких депутатов в сейм.

328 Брат И. Я. Клам-Мартиница. После смерти брата в 1887 году Рихард Клам-Мартиниц стал предводителем Партии консервативного велькостатка.

329 Rieger F.L. Op. cit. S. 417.

330 Ibid. S. 426.

политик Карел Адамек, близкий по взглядам к Национальной партии свободомыслящих. Он полагал, что итог чешско-немецких переговоров имел огромное значение не только для Чешского королевства, но и для всей империи в целом. При этом он отдавал себе отчет в том, что переговоры неизбежно усилят и без того прочные позиции немцев, ведь правительству было крайне важно сломить их обструкцию331.

Таким образом, старочехи и историческое дворянство не сумели понять

причин, которые позволили младочехам успешно провести предвыборную компанию 1889 года и одержать значительный успех. Они продолжали надеяться на поддержку Вены и ее административный ресурс для удержания ведущих позиций в чешской политике. В то же время, осознавая угрозу от

«либеральной демагогии» и «неогусизма» Национальной партии свободомыслящих, консерваторы решаются на начало чешско-немецких переговоров для решения растущих национальных противоречий.

При этом каждая из сторон этих совещаний преследовала свои цели. Старочехи стремились выполнить свои предвыборные обещания о «мире» с немцами. Либеральные немцы надеялись на значительные уступки со стороны чехов и правительства за свой возврат в активную политическую жизнь. Вена ждала возобновления нормальной работы рейхсрата и сейма в преддверии очередного подписания экономического соглашения с Будапештом. Дворянство надеялось на закрепление за ним особого общественного положения в Чешском королевстве. На венские конференции 1890 года были сделаны большие ставки.

331 Adamek K. Op. cit. S. 18.