Выработка соглашения.
Конференции в Вене проходили с 4 по 19 января 1890 года. В целом прошло 14 заседаний. Переговоры отличала большая спешка, так как на их скорейшем завершении особо настаивал император.
Речь на них шла только о Чехии, Моравия и Силезия остались за рамками обсуждения. Ригер отмечал, что этот факт противоречит историческим правам Чешских земель, но немецкие политики успокаивали его тем, что в Моравии и Силезии чешско-немецкие противоречия не так сильны, как в Богемии332. Тааффе же подчеркивал, что был необходим modus vivendi, что эти переговоры – только начало процесса налаживания отношений между чехами и немцами земель Чешской короны333.Переговоры в Вене, несмотря на все предварительные договоренности,
проходили довольно напряженно, позиции чехов и немцев во многом не совпадали334. Обсуждения того или иного вопроса постоянно переносились из-за неспособности участников встречи договориться. Причем огромную роль в них играло правительство. Так, 9 января обсуждался вопрос о Земском земледельческом совете335. Немецкие представители хотели иметь отдельный совет для немецких округов и специальные государственные дотации, но правительство не согласилось с таким подходом336. Оно фактически хотело создать из этих советов новые бюрократические структуры, зависимые от центральной власти, так как председатель и заместитель председателя президиума совета должны были утверждаться императором. Против этой
332 Rieger F. L. Op. cit. S. 432.
333 Der politische Nachlass ... S. 467.
334 На первом заседании 4 января свои требования огласили немецкие представители. Они включали в себя несколько пунктов. Во-первых, отмену Штремайеровых распоряжений; во-вторых, разделение Верховного земского суда, особенно его дисциплинарного и кадрового отделений; в-третьих, разделение Земских школьного и земледельческого советов; в-четвертых, учреждение национальных курий в сейме с правом вето.
5 января Ригер зачитал требования чехов. Они сводились к пяти пунктам. Во-первых, речь шла о полном паритете и сохранении языковых распоряжений Штремайера; во-вторых, об охране национальныхменьшинств; в-третьих, о корректировке избирательной системы; в-четвертых, о придании чешскому языку
статуса языка внутреннего делопроизводства в судах округов, населенных чехами; в-пятых, об учреждении новой торговой палаты в Чехии. Чехи выступили против разделения всей Богемии по национальному признаку. См.: Rieger F. L. Op. сit. S. 432.
335 Ibidem.
336 Plener E. Op. cit. S. 401.
инициативы выступил Ригер, который считал, что вопросы сельского хозяйства должны находиться в компетенции земской, а не центральной власти337.
Особенно остро на заседаниях стоял языковой вопрос, он обсуждался и при встречах с императором. При этом Франц Иосиф порой неодобрительно подходил к пожеланиям чехов338. Критическим моментом стало 15 января, когда обсуждались Штремайеровы распоряжения. Обе стороны отстаивали свои позиции и не могли прийти к единодушному решению339.
Главным требованием, за которое боролся Ригер, было наделение чешского языка статусом языка внутреннего судебного делопроизводства не только в районных судах, но и в Верховном земском суде. Правительство же считало, что вопросы такого рода не являются прерогативой партий340. Неуступчивость правительства привела к тому, что часть чешских участников – граф Кински и Цейтгаммер – были готовы отказаться от обсуждения данного вопроса341.
Жесткая позиция Ригера все-таки привела к определенному компромиссу. Министр Шёнборн обещал издать специальную инструкцию для судей, допускавшую возможность разбирательств на чешском языке, хотя и с целым рядом оговорок342. Между тем и эта весьма слабая договоренность была секретной. Правительство не хотело афишировать свои обещания, чтобы не подогревать недовольство немцев343. Ригер в свою очередь мог рассчитывать только на честное слово министра. Очевидно, что
337 Rieger F.
338 Когда Ригер на аудиенции говорил о необходимости знания государственными служащими обоих языков, Франц Иосиф сказал: «Но как Вы их заставите, если они не хотят?» См.: Rieger F. L. Op. сit. S. 432 ; Mattuš
K. Op. сit. S. 126.
339 Rieger F. L. Op. сit. S. 433 ; Mattuš K. Op. сit. S. 125.
340 Mattuš K. Op. сit. S. 125.
341 Между тем Ригер не допустил этого. На совещании с соратниками по партии он заявил: «Я не возьму на себя ответственность за такой поступок. Если вы хотите отступить, то я не могу этого сделать, вина будет
лежать на мне, а не на вас. Я не могу отступать, когда не вижу для этого разумной причины. Если
правительство не согласится, чтобы чешский язык стал внутренним языком делопроизводства в судах, тогда я не дам согласия и не подпишу протокол». См.: Rieger F. L. Op. сit. S. 434.
342 Министр отстаивал тезис об обязательном введении понятия «язык учреждений». Он обещал развести это понятие с «языком судов» и таким образом оформить лазейку для инструкции.
343 Rieger F. L. Op. сit. S. 434.
он шел на колоссальный риск, чтобы преодолеть главное препятствие на пути чешско-немецкого соглашения.