1. Право или закон: концептуальная проблема коллизионного регулирования

Прежде чем перейти непосредственно к вопросам коллизионного регулирования семейных отношений, хотелось бы остановиться на одном из общетеоретических вопросов международного частного права.

На первый взгляд, в контексте общего разговора о природе и особенностях международного семейного права этот вопрос может показаться излишним. Это — глубоко теоретическая, если не фи-лософская проблема. В то же время минимальная наблюдательность свидетельствует: разные авторы и разные источники по-разному определят то, на что указывает коллизионная привязка, и что, соответственно, обозначается терминами «применимое пра-

227

во»1, «компетентный правопорядок»2, «применимый закон» (последняя формулировка чаще всего встречается именно в нормативных текстах). Подобная конструкция чаще всего выглядит как отсылка к закону («личный закон», «закон места нахождения имущества» ит.п.). Но что же тогда имеется ввидупод «законом»? Конкретный нормативный акт, который регулирует тот или другой вид отношений? Позитивное законодательство определенной страны в целом, абстрагированное от других нормативных источников? Весь комплекс правовых норм, которые касаются регулирования тех или иных отношений? Или, наконец, весь правопорядок (ибо обращение к «правопорядку» как таковому по крайней мере теоретически является наиболее рациональным вариантом регулирования)?

Искать ответ на этот вопрос логично в контексте понимания общей цели, которую ставит перед собой коллизионное регулирование. Эта цель, по мнению автора, состоит в том, чтобы урегулировать тот или другой вид отношений согласно тем нормативным формам, которые наиболее присущи этим отношениям, которые бы максимально точно и эффективно отображали природу и функции этих отношений, которые бы предельно полно и справедливо обеспечили права и интересы участников отношений и других заинтересованных лиц.

1 Богуславский М.М. Международное частное право: Учебник. — 3-е изд., перераб. и доп. — М., Юристъ, 2000. — 408 с.

2 Мережко А.А. Lex mercatoria: теория и принципы транснациональ ного торгового права. — К.гТаксон, 1999. — С. 110-115.

3 Мережко А.А. Коллизионное право США. — К., 2003. — С. 106.

228

лированными конкретные отношения. А правопорядок как таковой никогда не ограничивался лишь комплексом норм позитивного законодательства по определенному вопросу, подобно тому, как весь комплекс норм права никогда невозможно сосредоточить в одном-единственном типе источников; они рассеяны в рамках целого ряда источников (в положениях судебной практики, международных договоров, обычаев; кроме того, нужно принять во внимание и общий социально-правовой фон возникновения регулируемых отношений: ведь никакие правовые институты, комплексы норм и отдельные нормы не вырастают на пустом месте.

Почему это важно? Потому, что основное задание МЧП состоит в определении универсального коллизионного принципа, с помощью которого правовое регулирование можно осуществлять максимально эффективно и удобно. А коллизионный принцип и является прямым указанием на то, к какому конкретному правопорядку надлежит обращаться для урегулирования конкретных отношений. Определяя содержание коллизионной привязки, автор коллизионной нормы, по сути, определяет всю дальнейшую судьбу конкретных отношений, а в социальном плане — характер существования, возможно, образ жизни субъектов этих отношений.