§ 4.5. Миф об осталости славян

Одним из основных направлений стратегии антиславянского мифотворчества, прежде всего зоорусофобского, стало навязчивое распространение мифа о генетической отсталости и недоразвитости славян.

Их систематические набеги заставляли Русь подчас столетиями восстанавливать разрушенное хозяйство. Но это обстоятельство выдавалось за следствие отсталости.

Удивительно, но факт: всякого рода байки на эту тему пишут и наши отечественные авторы, в том числе и именитые. В 1988 году в шестом номере журнала «Новый мир» была опубликована статья Д.С. Лихачёва, посвящённая тысячелетнему юбилею крещения Руси. Некоторые содержащиеся в ней подходы к истории славян вызвали у многих читателей, мягко говоря, недоумение. В результате возникла дискуссия. В частности, было опубликовано развёрнутое возражение академику.

Не будем касаться общей оценки статьи. Это отдельный вопрос. Отметим лишь, что смысл дискуссии заключался в следующем: Д.С. Лихачёв позволил себе высказаться пренебрежительно в отношении русской истории: «... Стремление вырваться из-под угнетающего воздействия одиночества среди редконаселённых лесов, болот и степей, страх покинутости, боязнь грозных явлений природы заставляли людей искать объединения. Кругом были "немцы", т.е. люди, не говорившие на доступном пониманию языке, враги, приходившие на Русь "из невеста", а граничившая с Русью степная полоса - это страна незнаемая...»[с. 249]. К тому же вэтом высказывании содержится вопиющее искажение истории славян как по фактам, так и по оценкам.

«Сама по себе культура не имеет начальной даты. Но если говорить об условной дате начала русской культуры, то я, по своему разумению, считал бы самой обоснованной 988 год.

Отдавая дань глубокого и неподдельного уважения к христианству и самому акту принятия христианства на Руси, считая 988 год великой датой, оппонент академика JI. Н. Рыжков категорически заявил о «неприемлемости для русской истории, для уважительного отношения к древней русской культуре положения Д.С. Лихачёва о 988 годе как изначальной дате для всей русской и восточнославянской культуры» [530, стр. 308]. Он подчеркнул, что славянский мир того времени простирался от Адриатики и южной Балтии до Волги, Чёрного и Белого морей. И никакого отставания славян от своих соседей не было. Достаточно вспомнить общеизвестный факт массовой грамотности новгородцев на рубеже первого и второго тысячелетий, когда, как говорят, некоторые из монархов соседних государств читать и писать не умели.

Возникает естественный вопрос: кто из этих авторов прав - маститый учёный, академик или малоизвестный широкому читателю автор? Анализ приведённых высказываний показывает, что согласиться следует с JI.H. Рыжковым.

Во-первых, неприемлема сама концепция праздников и дат, выдвигаемая Д. С. Лихачёвым: «Надо ли оттягивать юбилейные даты в глубь времён? Нужна ли нам дата двухтысячелетия или полуторатысячелетия?» Ответ очевиден: надо. А историю переписывать под свои вкусы и взгляды - не надо.

Нельзя согласиться и с другими высказываниями маститого академика.

«Основное, что сделано мировым славянством для мировой культуры, сделано за последнее тысячелетие». Принципиально неверно. Делая подобные заявления, Д. С. Лихачёв закрывает глаза на реальные исторические факты. Возьмём, к примеру, теорию и практику политического устройства на основе разделения властей, созданную и реализованную ещё русско-венетскими народами, переданную ими этрускам, от которых она перекочевала в т. и. римское право. Вклад русско-венетской цивилизации в мировую культуру настолько велик, что всего не перечислишь. Назовём лишь решающий вклад в создание системы буквенно-звукового письма, используемого во всём мире, а в качестве последнего примера - первый полёт человека в космос.