СТАНОВЛЕНИЕ СОВРЕМЕННОЙ НАУКИ

В эпоху Возрождения, а затем и Реформации в Европе утверждается значимость человеческого разума, его способность оспаривать сложившиеся представления. Широкое распространение получает скептицизм.

Фрэнсис Бэкон (1561—1626) стал основоположником научного метода, провозгласившего, что всякое знание должно базироваться на фактах и эксперименте. Тем самым он отверг концепцию Аристотеля о цели как конечной причине. Вместо того чтобы наблюдать за природой согласно заранее установленным понятиям об искомом (аксиомам), Бэкон изучает отдельные явления, а по результатам полученных данных выводит общие принципы. Известны его рассуждения о заблуждениях — «идолах», — стоящих на пути познания; вот главные «идолы»:

желание принять всякое свидетельство, подтверждающее то, во что мы верим («идолы рода», воздействующие на человеческий интеллект в силу особенностей общей природы человечества);

искаженное восприятие действительности, вызванное нашим привычным образом мыслей («идолы пещеры», навеянные Платоновым образом пещеры, которые воздействуют на человеческий интеллект в силу индивидуальной природы каждого человека);

возникновение путаницы из-за небрежного обращения с языком («идолы площади»);

признание авторитета отдельного человека или ряда лиц («идолы театра», являющиеся результатом неверных теорий или философских учений и ложных доказательств)20.

Бэкон также утверждал, что при сборе данных нужно не только отыскивать то, что подтверждает наши мысли, но и учитывать противоречащие им факты. Этим он предвосхитил труды философа ХХ века Карла Поппера, сделавшего фальсификацию, а не верификацию подлинной проверкой гипотезы.

Иными словами

Вы не можете утверждать, что ваша теория базируется на фактах, если основываетесь только на тех из них, которые укладываются в эту теорию.

В целом следует признать, что Бэкон усматривал в природе механическую причинность. Иначе говоря, все происходит вследствие каких-то причин или условий (Аристотель назвал бы это действием, или началом движения), что полностью исключает цель как конечную причину, то есть суть вещей заключается непосредственно в прошлом, а не определяется целями, отнесенными к будущему.

Пример

С позиции Аристотеля сущность желудя заключается в его превращении в дуб. Рост желудя вызван усилиями реализовать эту возможность.

С позиции современной науки желудь превращается в дуб в том и только в том случае, если он попадает в нужную среду обитания и растет на основе заложенного в нем генетического кода, который обусловливает этот процесс. Таким образом, Аристотель говорит: «Если вы хотите эго понять, смотрите, куда оно направляется», тогда как современная наука утверждает: «Если вы хотите это понять, смотрите, откуда оно пришло и куда ему определено идти».

Подобное освобождение от постоянной оглядки на конечную цель во многом способствовало развитию науки, сосредоточению ее внимания на причинности вещей, отходу от расплывчатости тезисов о сущностях и возможностях.

Наука также стала отходить от субъективных и религиозных взглядов на мир. Это не означало, что ученые вообще не исповедовали никакой религии. Бэкон и другие (включая Ньютона) склонялись к признанию двух божественных книг: одной была Библия — истина, поведанная людям, другой — природа. Но механическая причинность привела к устранению влияния религии и личности на научный метод.

Это означало, что наука могла исследовать мир методично, рационально и беспристрастно. В то же время, лишившись возможности прибегать к религиозным и субъективным доводам для своего оправдания, она должна была демонстрировать практическую выгоду своих открытий.

Современный пример

Споры вокруг права на клонирование человека порождают обвинение науки в том, что она попирает человеческие ценности, занимаясь экспериментами. Те, кто противится научным поискам, возможно, хотели бы,

чтобы наука оправдывала себя непосредственной выгодой для человечества. Однако и те, кто защищает научный поиск, часто руководствуются подобными соображениями, думая, например, о том, что экспериментальное использование стволовых клеток клонированных зародышей может помочь лечению серьезных заболеваний.

Заметим, что отделение технических вопросов (что мы найдем и как поступим с добытыми сведениями) от вопросов личностного и религиозного плана (какова польза и в чем суть данного исследования) свидетельствует об отказе от аристотелевских взглядов на конечные причины.