Ведийская культура

Первые произведения индийской религиозной поэзии уже в древности были объединены в собрания, именуемые словом «веда» (веда означает сакральное знание, ср. рус. «ведать»). Особо почитаемой и, судя по языку, самой ранней из вед была Ригведа — «Веда гимнов».

В десяти мандалах (циклах гимнов) Ригведы насчи-тывается более тысячи гимнов. По форме они довольно разнообразны — основную массу составляют восхваления отдельных божеств, сопровождаемые обращенными к ним просьбами, встречаются также гимны-заклинания, гимны-загадки, космогонические гимны. Некоторые построены в диалогической форме или содержат реплики различных лиц, участвующих в торжественном ритуале. Характер ритуального действия иногда совершенно очевиден — коронация, свадьба, похороны. В большинстве случаев связь с обрядом не столь прозрачна. Предполагается, что значительную часть памятника составляют тексты, читавшиеся во время

празднеств Нового года. Создателями гимнов считаются риши — вдохновенные мудрецы, почитаемые позднее брахманами в качестве своих предков-родоначаль- ников.

Несмотря на значительную эволюцию древнеиндийской религии, апелляция к ведам как высшему авторитету оставалась неизменной.

Помещаемые ниже гимны дают представление об особенностях ведийской поэзии и религиозных верований. Могут служить они и первоклассным источником для установления характера общественных отношений у ариев. Необходимо лишь учитывать как разновременность создания отдельных гимнов, так и особенности отражения в них действительности (традиционность образов, условность описаний, многозначность лексики и др.). Более поздняя Атхарваведа — сборник заклинаний и заговоров против злых духов, на обретение богатства, власти, детей, долгой жизни — содержит много сведений о хозяйственной и социальной жизни создававших эти тексты племен.

Среди поздневедийской литературы важное место занимают упанишады — тексты, посвященные умозрительному истолкованию ритуала. Одним из наиболее ранних и авторитетных произведений этого жанра является Чхандогья-упанишада, датируемая обычно VIII—V вв. до н. э. В упанишадах впервые встречаются те идеи (о перерождении и законе воздаяния—кармы, о тождестве мирового духа — Брахмана с индивидуальной душой — Атманом и др.), которые стали основополагающими для позднейшего индуизма. Они являются исходными для понимания как мировоззрения, отраженного в ритуальных сутрах, так и концепций раннего буддизма.

Переводы вед выполнены преимущественно по изданиям: Aufrecht Th. Die Hymnen des Rigveda. B., 1955. Bd 1—2; Atharvaveda-samhita/Hrsg. von R. Roth und W. D. Whitney. B., 1856.

Ведийские тексты на русском языке см. в изданиях: Ригведа. Избранные гимны. М., 1972; Атхарваведа. Избранное. М., 1976; Да услышит меня земля и небо. Из ведийской поэзии. М., 1984; Чхандогья-упанишада. М., 1965.

Литература: Бонгард-Левин Г. М., Гран-

то в с к и й Э.

РЙГВЕДА

11. Гимн Агни

Пастырь народа родился, бдительный,

Агни, очень умелый — для нового счастливого путешествия.

Лик из жира высоким, касающимся неба (пламе-нем)

Светло сияет к Бхаратам , чистый.

Знамя жертвы, первого пурохиту —

Агни зажгли мужи на тройном месте .

Вместе с Индрой, с богами (прибыв) на одной колеснице,

Пусть сядет как могущественный хотар на жертвенную солому, чтобы принести жертву!

Ты рождаешься от двух матерей , без очищения

чистый.

Ты возник как радостный прозорливец Вивасвата . Жиром взращивали тебя, о Агни окропленный.

Дым стал твоим знаменем, устремившимся к небу.

Пусть Агни прямо подойдет к нашей жертве!

Агни размещают мужи в каждом доме.

Агни стал вестником, уносящим жертву .

Выбирая Агни, выбирают они того, кто обладает силой прозорливца.

Тебе, о Агни, эта сладчайшая речь,

Тебе эта молитва да будет благодатью в сердце! Хвалебные песни наполняют тебя силой И увеличивают: как великие потоки — Синдху .

Тебя, о Агни, нашли Ангирасы и,

Спрятанного, заключенного в каждом дереве.

Ты рождаешься, добываемый трением, как великая

сила.

Тебя назвали сыном силы, о Ангирас.

1.32. Гимн Индре

Индры героические деяния сейчас я хочу провоз

гласить:

Те, первые, что совершил носящий дубину .

Он убил змея, он просверлил отверстия для рек, Он рассек чресла гор.

Он убил змея, покоившегося на горе.

Тваштар ему выточил громыхающую дубину.

Как мычащие коровы (к теленку), спеша,

Прямо к морю сбегают воды .

Разъяренный, как бык, он выбрал себе сому 16.

На (празднике) трикадрука 17 он напился выжатого

(сомы).

Щедрый 18 схватил метательный снаряд — дубину.

Когда ты, Индра, убил перворожденного из змеев И перехитрил хитрости хитрецов,

И породил солнце 19, небо и утреннюю зарю,

Тогда уже ты в самом деле не находил противника.

Индра убил Вритру, самого страшного врага, бес-

плечего20,

Дубиной — великим оружием.

Как (ствол дерева), ветви (которого) обрублены топором,

Змей лежит, прильнув к земле.

Как плохой боец в пьяном угаре, он вызвал Великого героя, покоряющего силой, пьющего сому

второй выжимки. Он не выдержал испытания своего оружия;

Он разгромлен, безносый от пролома враг Индры.

Безногий, безрукий, боролся он против Индры.

Тот ударил его дубиной по затылку.

Холощеный, желавший стать образцом быка21,— Вритра лежал, разбросанный по разным местам.

Через лежащего таким образом, как разрезанный

тростник,

Сома — галлюциногенный напиток, широко употреблявшийся в ведийском культе; считалось, что он дает богам бессмертие; в мифологии Ригведы обожествляется и выступает как слабо антропоморфный персонаж.

Трикадрука — букв, «(праздник) трех сосудов» — вероятно, название праздника изготовления сомы.

Щедрый — постоянный эпитет Индры.

Убийство демона Вритры изображается как космогонический

акт.

Вритру часто называют «змеем», бесплечим, безруким, безногим и т. д.

Бык в древнеиндийских текстах олицетворяет мужскую силу.

и

Текут, вздымаясь, воды Ману .

Те, которые Вритра (некогда) сковывал (своей)

громадой,—

У их ног лежал теперь змей.

У той, чьим сыном был Вритра, жизненная сила

пошла на убыль. Индра метнул в нее сверху смертельное оружие. Сверху была родительница, внизу — сын.

Дану лежит, как корова со (своим) теленком.

Среди неостанавливающихся, неуспокаивающихся Водяных струй скрыто тело.

Воды омывают тайное место Вритры.

Вр аг Индры погрузился в долгий мрак.

И. Жены Дасы , охраняемые змеем, — воды

Стояли скованные, как коровы — (силой) Пани .

Он открыл, когда убил Вритру.

В конский волос превратился ты, о Индра, в тот

миг,

Когда он ударил тебя по зубцу. Единый бог,

Ты завоевал коров, ты завоевал Сому, о герой!

Ты выпустил для бога семь потоков.

Не помогли ему ни молния, ни гром,

Ни тот дождь и град, которые он рассыпал.

Когда Индра и змей сражались,

На (все) будущие времена победителем стал

щедрый.

Кого увидел ты как мстителя за змея, о Индра,

Что в сердце у тебя, убийцы, возник страх,

Когда, несясь девяносто и девять потоков,

Ты пересекал пространства, как испуганный орел?

Индра — царь движущегося (и) пребывающего в

покое,

Безрогого и рогатого, (он), держащий в руке дубину. Это он как царь правит народами.

Как обод — спицы колеса, он охватил (все) это.

51. Гимн Соме

Адхварью! Выжатого давильными камнями Сому выливай в цедилку!

Очищай его Индре для питья!

Лучшие сливки неба —

Сому, сладчайшего, выжимайте Для Индры — обладателя дубины!

Этот твой сок, о капля,

Вкушают боги, Маруты , —

Сладкий, очищающийся.

Ведь это ты, Сома, (тот), кто укрепляет,

(Когда) выжат для буйного опьянения,

Певца, чтобы помочь (ему), о бык!

Струись, о светлый обликом,

В цедилку, выжатый потоком, —

К добыче и к славе!

113. Гимн Соме

Да выпьет Индра, убийца Вритры,

Сому в Шарьянавате ,

Вбирая в себя силу,

Собираясь совершить великий подвиг.

Для Индры, о капля, растекайся вокруг!

Очищайся, владыка сторон света,

Щедрый Сома из Арджики,

Выжатый священной речью,

Истиной, верой, покаянием!

Для Индры, о капля, растекайся вокруг!

Взращенного Парджаньей быка,

Его привела дочь Сурьи .

Его привели гандхарвы ,

Они вложили в сому этот вкус.

Для Индры, о капля, растекайся вокруг!

Глаголящий закон, излучающий свет закона, Глаголящий правду, чьи поступки — правда, Глаголящий веру, о Сома-царь,

О Сома, приготовленный исполнителем (обряда),— Для Индры, о капля, растекайся вокруг!

Стекаются стечения Поистине могучего, высокого;

Сливаются соки сочного,

Когда ты очищаешься молитвой, о золотистый.

Для Индры, о капля, растекайся вокруг!

(Там), где брахман , о Павамана ,

Ведя метрическую речь,

С давильным камнем (в руке) чувствует себя великим у Сомы„ С помощью Сомы порождая блаженство, —

Для Индры, о капля, растекайся вокруг!

(Там,) где немеркнущий свет,

В том мире, (где) помещено солнце,

Туда помести меня, о Павамана,

В бессмертный нерушимый мир!

Для Индры, о капля, растекайся вокруг!

S.

Где замкнутое место неба,

Где те юные воды, —

Там сделай меня бессмертным!

Для Индры, о капля, растекайся вокруг!

•9. (Там,) где (возможно) странствие по своей воле, По троякому небосводу, по троякому небу неба,

Где светящиеся миры, —

Там сделай меня бессмертным!

Для Индры, о капля, растекайся вокруг!

.10. (Там,) где желания и где страсти,

Где высшее место солнца,

Где пища для умерших и насыщение, —

Там сделай меня бессмертным!

Для Индры, о капля, растекайся вокруг!

(Там,) где пребывают радость и веселие,

И веселость, (и) увеселения,

Где осуществленные желания желанья, —

Там сделай меня бессмертным!

Для Индры, о капля, растекайся вокруг!

VII.86. Гимн Варуне

Только могуществом того мудры поколенья,

Кто укрепил отдельно два мира , как ни велики

(они).

Высоко вверх протолкнул он небосвод,

Двояко (создал) светило и разостлал землю.

И вот я говорю с самим собой:

«Когда же я окажусь у Варуны?

Будет ли он наслаждаться моей жертвой, не гневаясь?

Когда же, обрадованный, я увижу (его) милость?»

Я спрашиваю себя об этом грехе, о Варуна, желая

понять.

Прихожу к умным, чтобы расспросить.

Одно и то же сказали мне мудрецы:

«Ведь этот Варуна гневается на тебя».

Что же за величайший грех был это, о Варуна,

Если ты хочешь убить слагателя хвалебных гимнов*

друга.

Поведай мне это, (о бог), которого нельзя обмануть, о самосущий!

Опережая (это), я хотел бы безгрешным прийти к тебе с поклоном.

Отпусти нам прегрешения предков!

Отпусти те, что мы сами сотворили!

Отпусти, о царь, Васиштху , как (отпускают) вора* Укравшего скот, как теленка (отпускают) с веревки!

Не своя была на то воля, Варуна. Это соблазн: Хмельное питье, гнев, игральные кости, заблуждение.

Старший участвует в вине младшего.

Даже сон не предотвратил злого дела.

Да буду служить как раб — щедрому господину,

Я, безгрешный , — яростному богу!

Благородный бог вразумил неразумных.

Сметливого еще более мудрый (бог) направляет к

богатству.

Эта хвалебная песнь, о Варуна самосущий,

Да ляжет тебе прямо на сердце!

Да будет нам счастье в мире! Да будет нам счастье в войне!

Да храните вы нас всегда своими благословениями!

42. К Индре и Варуне

(Варуна)

Мне изначально принадлежит царство, владыке Всех сроков жизни — как (знают) о нас бессмерт-ные.

Боги следуют воле Варуны.

Я правлю народом наилучшей породы.

(Варуна)

Я — царь Варуна. Для меня установили (Боги) эти первые асурские силы.

Боги следуют воле Варуны.

Я правлю народом наилучшей породы.

(Индра)

Я, Варуна, — Индра. Эти два широких,

Глубоких, хорошо установленных пространства (Своим) величием я привел в движение и поддержал (эти) два мира ,

Зная, как Тваштар, все существа.

(Варуна)

Я сделал набухшими текущие воды,

Я поддержал небо в обиталище закона .

По закону сын Адити, хранитель закона,

Трояко распластал землю.

(Индра)

Меня призывают мужи с прекрасными конями, жаждущие награды,

Меня — когда они окружены в сражении.

Я устраиваю состязание, я, щедрый Индра. Обладая превосходящей силой, я вздымаю пыль.

(Индра)

Я совершил все эти (подвиги). Никакая Божественная сила не остановит меня, не знающего

(равного) соперника. Когда опьянят меня соки сомы, когда — гимны, Оба безграничных пространства боятся (меня).

(Варуна)

Все существа знают это о тебе.

Эти (подвиги) ты провозглашаешь Варуне, о уст-роитель (обряда). Ты прослыл разрушителем препятствий.

Ты выпустил течь замкнутые воды.

Наши отцы были тут, те

Семеро риши , когда Даургаху привязывали (к

жертвенному столбу). Они получили за жертву для нее Трасадасью, Подобного Индре покорителя врагов, полубога.

Ведь жена Пурукутсы почтила вас Жертвами, о Индра-Варуна, (и) поклонениями. Тогда ей даровали Трасадасью,

Убийцу врагов, полубога.

Завоевав (награду), да опьянимся мы богатством, Боги — жертвой, коровы — пастбищем.

Все дни давайте вы нам , о Индра-Варуна,

Такую дойную корову, которая не брыкается (при

доении).

157. Гимн Ашвинам

Проснулся Агни, поднимается от земли Сурья, Великая сверкающая Ушас воссияла (своим)

пламенем,

Ашвины запрягли (коней) в колесницу, чтобы

ехать,

Бог Савитар вызвал к жизни (каждое) отдельное

живое существо.

Когда, о Ашвины, вы запрягаете (коней) в колес

ницу, обладающую бычьей силой, Жиром и медом окропите наше господство! Поддержите в нас силу духа в сражениях!

Мы хотим получить долю в богатствах, добытых на

состязаниях!

Да подъедет поближе, когда ее прекрасно восславят,

трехколесная,

Везущая мед колесница Ашвинов, запряженная

быстрыми конями! Трехместная, щедрая, полная всех благ,

Да привезет она счастье нашим двуногим и четвероногим!

О Ашвины, привезите вы нам насыщающую силу, Коснитесь нас кнутом, полным меда ,

Продлите срок жизни, смахните недуги,

Отвратите враждебность, будьте (нам) помощниками!

Ведь вы влагаете зародыш в самок животных,

Вы — во все существа.

Вы привели в движение огонь и воды,

О два быка — Ашвины, (вы) — деревья.

Ведь вы оба — целители с целебными средствами, И два колесничих, (владеющие) искусством править

колесницей,

И вы, могучие, даете господство (тому),

Кто, совершая жертвенное возлияние, почитает (вас

всем) сердцем.

X. 178. Гимн коню Таркшье

Этого завоевывающего награды скакуна, погоняемого богами, (Всех) превосходящего, обгоняющего

колесницы,

С невредимыми ободьями, рвущегося к борьбе коня Таркшью мы хотим здесь призвать на счастье.

Громко прося милости у него53, как у Индры,

Мы хотим взойти, словно на ладью, на счастье.

О вы двое, далекие, широкие, просторные, глубокие

(Небо и Земля),

Да не понесем мы у вас вреда ни при въезде, ни

при отъезде.

Кто в один миг (своею) силой протянулся через

пять народов54, Словно солнце (своим) светом над водами ...

Бег его (приносит) тысячи, сотни.

Его не удержать им, словно юную стрелу55.

X. 16. Гимн погребальному костру

Не сжигай его, Агни, дотла, не пожирай!

Не испепеляй его кожу и тело!

Когда приготовишь его, Джатаведас 56,

То отправь его к отцам.

Приготовишь когда его, Джатаведас,

То передай его отцам.

Когда отправится он в этот путь, уводящий от

жизни,

То станет он подвластен богам.

С солнцем пусть сольется глаз 57, с ветром — дух! Слейся с небом и с землей, как положено!

Или слейся с водой, если там тебе любо,

Костями укоренись в растениях!

Козел58 — (твоя) доля. Жаром испепели его!

Да испепелит его твое пламя! (Да испепелит) его

твое сияние!

53 Коня Таркшьи.

*4 Пять народов — обозначение арийского мира. и Имплицитное сравнение стрелы с девицей.

•• Джатаведас — букв, «знаток всех родов (всего рожденного)» — часто употребляемый эпитет Агни.

,т В ведийской литературе солнечный диск часто отождествляется с глазом (богов), а дух, дыхание — с ветром.

58 Вместе с умершим сжигали животное — козла или корову (см. предписания на этот счет в Ашвалаяна-грихьясутре).

Благословенны твои тела 5Э, о Джатаведас!

С их помощью переправь его в мир благочестивых!

Отошли снова к отцам, о Агни, (того),

Кто пожертвован тебе (и) странствует по своему

усмотрению. Рядясь в жизнь, пусть он отыщет потомство,

Пусть соединится с телом, о Джатаведас!

Что вырвала у тебя черная птица,

Муравей, змея или же хищный зверь,

Пусть (всепожирающий) Агни сделает это невредимым,

И Сома, который проник в брахманов.

Накройся коровьими членами60, (как) панцирем,

от Агни,

Закутайся в жир и топленое масло,

Чтобы дерзкий (Агни), играющий племенем,

Не охватил тебя, чтобы сжечь дотла.

Не опрокинь, Агни, этот кубок!61 Приятный богам и готовящим сому,

Этот кубок (служит) для питья богов,

Из него опьяняются бессмертные боги.

Пожирающего мясо Агни я прогоню далеко.

В царство Ямы пусть уйдет он, увозя нечистоты! Здесь же этот другой Джатаведас62.

Пусть отвезет он жертву богам, знающий путь!

Того пожирающего мясо Агни, который проник в

ваш дом,

Видя этого другого Джатаведаса, —

89 Языки пламени костра Агни рассматриваются как его тела. *С их помощью он и переправляет богам то, что люди кладут на жертвенный костер.

Частями туши коровы или козла обкладывали покойника, чтобы «защитить» его от погребального огня.

У головы покойника ставили принадлежавшую ему жертвенную посуду, заполненную маслом.

Этот стих сопровождал зажигание нового, чистого огня, то *есть не связанного со смертью, на котором могут совершаться жертвоприношения богам.

Того бога я забираю для жертвоприношения отцам .

Пусть прогонит он горячий жертвенный напиток в самое дальнее место!

И. Агни, увозящий трупы,

Должен принести жертву отцам, укрепляющим

правду.

Да провозгласит он жертвоприношения И богам, и отцам!

Радостные, мы усадим тебя.

Радостные воспламеним.

Радостный радостных привози

Отцов, чтобы вкушать жертвенную пищу.

Кого ты, Агни, сжег,

Того и потуши снова.

Пусть вырастут здесь киямбу,

Пакадурва, вьялкаша!

О прохладная, несущая прохладу!

О освежающая, несущая освежение!

Соединись с самкой лягушки!

Потешь этого Агни!

X. 18. Похоронный гимн

Прочь, о Смерть! Ступай другим путем!

Твой собственный (путь) иной, чем путь, исхоженный богами.

Тебе, зрящей и внемлющей, я говорю:

«Не поражай ни наших детей, ни мужей!»

Когда вы уйдете, стирая след смерти ,

Пронося дальше (свою) долгую жизнь,

Тучные от богатства и потомства,

Будьте чистыми и ясными, о достойные

жертвоприношений!

Эти живые отделились (сейчас) от мертвых.

Наш призыв богов оказался удачным сегодня.

Мы ушли навстречу пляске и смеху,

Пронося дальше (свою) долгую жизнь.

Эту преграду я устанавливаю для живых.

Пусть же среди них никто другой не дойдет

до этой цели! Да живут они сотню обильных осеней! Да закроют смерть (этой) горой!

Как дни возникают один за другим,

Как времена года идут за временами года

правильной чередой, Так, о Создатель, соразмеряй сроки их жизни, Чтобы юный не покидал древнего .

Поднимитесь (вы), выбравшие себе долгую жизнь

(и) старость, В правильном порядке сомкнувши ряды, сколько

вас есть!

Пусть согласится тут Творец , дающий хорошее

рожденье,

Создать долгий срок вашей жизни.

Эти жены, не вдовые , счастливые в браке,

Пусть натрутся маслом, (как) притиранием.

Без слез, без болезней, в красивых драгоценностях Пусть взойдут сначала женщины на супружеское

ложе.

Восстань, о женщина , к миру живых!

Ты лежишь рядом с этим бездыханным, иди сюдаГ Ты вступила в брак с этим твоим супругом,

Взявшим (тебя) за руку (и) жаждущим тебя.

Беря лук из руки мертвого,

Ради нашего господства, ради почета, ради силы

(я говорю): «Здесь вот — ты. Тут — мы. Храбрые герои,

Мы победим всю враждебность и происки».

Сползай в эту мать-землю,

Необъятную, дружелюбную землю!

Отроковица нежная, как шерсть, для того,

кто дает вознаграждение» Да защитит она тебя от небытия!

Расступись земля! Не дави (его)!

Дай ему легко и быстро погрузиться!

Укрой его краем (своей) одежды,

Как мать (укрывает) своего сына.

Растворяясь, будь твердой, о земля!

Ведь тысяча столбов должна быть воздвигнута.

Да будут твои покои окроплены жертвенным

маслом!

Да будет ему здесь убежище во веки веков!

Я укрепляю землю вокруг тебя.

Да не поврежу я тебя, кладя этот ком земли!

Пусть отцы держат тебе этот столб! Пусть Яма построит тебе здесь дом!

В (какой-нибудь) грядущий день (и) меня Положат (в землю), как перо стрелы.

Я сдерживаю грядущую речь,

Как (сдерживают) уздой коня.

X. 85. Свадебный гимн

Правдой держится земля.

Солнцем держится небо.

Законом существуют Адитьи (И) Сома помещен на небе.

Сомой Адитьи сильны,

Сомой земля велика.

И в лоне этих созвездий Поставлен Сома.

Мнят себя отведавшими Сомы,

Когда разотрут растение.

Сому, что знают брахманы,

Его не вкушает никто.

Скрытый надежными покровами, Охраняемый, о Сома, могучими,

Ты стоишь, прислушиваясь к жерновам. Не вкусит тебя никто из земных существ!

Только тебя отопьют, о бог,

Ты прибываешь снова.

Ваю — сторож Сомы.

Месяц — основа годов.

Райбхи была дающей приданое, Нарашанси80 — подружкой.

Сурьи прекрасной наряд Был украшен напевами.

Познание — подушка,

Глаз — мазь,

Небо-Земля были сундуком ,

Когда ехала Сурья к супругу.

Восхваления были вальками,

Напев — украшением на голове (и) пучком,

Два Ашвина — сватами Сурьи,

Агни был едущим впереди.

Сома возлюбленным был,

Ашвины оба были сватами,

Когда Савитар отдал супругу Сурью, согласную (всей) душой.

Дух был ее повозкой,

А небо было верхом повозки,

Два сверкающих были упряжными,

Когда ехала Сурья в дом (супруга).

Запряженные Ричем и Саманом ,

Идут два твоих соединенных быка.

Уши были твои два колеса.

Далеко простирается в небе (твой) путь.

Светлые — два твоих колеса при езде.

Дыхание — укрепленная ось.

На колесницу духа взошла Сурья, когда отправлялась к супругу.

Тронулась свадебная процессия Сурьи,

Которую отправил Савитар.

Под агхами закалывают быков.

Под обоими арджуни85 вводят в дом (невесту).

Когда (вы), Ашвины, отправились свататься

На трехколесной (колеснице) на свадьбу Сурьи,

Все боги разрешили вам это.

Сын-Пушан выбрал (вас обоих) отцами.

Когда (вы), повелители красоты, прибыли Свататься к Сурье,

Где было одно ваше колесо?

Где стояли вы двое, чтобы указать?

Два твоих колеса , о Сурья,

Брахманы доподлинно знают.

А одно колесо, котороое сокрыто,

Его знают только мудрые.

Сурье, богам,

Митре и Варуне,

Тем, кто сведущ в творении,

Им я совершаю это поклонение.

Один за другим , сменяя друг друга, движутся

эти двое.

Как играющие дети, обходят они место

жертвоприношения.

Один озирает все существа,

Другой рождается снова, устанавливая времена

года.

Рождаясь, он возникает вновь и вновь,

(Как) символ дней он идет впереди утренних зорь. Приходя, он устанавливает долю богам,

Далеко простирает месяц (свою) жизнь.

На украшенную киншукой , (сделанную из дерева)

шалмали, разноцветную, Золотистую, легкоходную, прекрасноколесную

(колесницу)

Взойди, о Сурья, в мир бессмертия!

Сделай свадебную поездку приятной для супруга!

Поднимайся отсюда! Ведь она — мужняя жена!

С поклонением я взываю к Вишвавасу

с восхвалениями: «Ищи другую, живущую у отца, украшенную!

Она — твоя доля от природы. Ее (и) знай!»

Поднимайся, о Вишвавасу!

С поклонением мы взываем к тебе.

Другую ищу — шлюху!

(А) жену оставь с мужем.

Да будут прямыми и без шипов пути,

По которым едут друзья на нашу помолвку!

Да соединят нас Бхага и Арьяман! Да будут общими (для нас) дом и домочадцы,

о боги!

Я освобождаю тебя от пут Варуны,

Которыми связал тебя Савитар благосклонный.

В лоне закона, в мире добредетели

Я утверждаю тебя, невредимую, с мужем.

Отсюда освобождаю я, не оттуда! Там я сделаю (ее) прочно привязанной.

Чтобы она, о милостивый Индра,

Имела прекрасных сыновей и была счастливой.

Да уведет тебя Пушан отсюда, взявши за руку!

Да отвезут тебя Ашвины на колеснице!

Отправляйся в дом, где ты будешь хозяйкой дома! Да будешь ты обращаться к собранию (домочадцев)

как повелительница!

Да выпадет тебе здесь на долю радость через

потомство!

Да позаботишься ты в этом доме о доме

и домочадцах!

Соединись телом с этим супругом!

Пусть и в старости будете вы двое обращаться

к собранию (домочадцев как повелители)!

Иссиня-черной и красной она бывает .

Злая сила, зараза изгоняются (с ней).

Преуспевает ее родня.

Муж попадает в оковы.

Отдай (брачную) рубашку!

Одели имуществом брахманов!

Эта злая сила, вставши на ноги,

(Как) жена, приближается к мужу.

Некрасивым становится тело,

Отвратительно светлым,

Когда муж одеждой новобрачной Хочет прикрыть свой уд.

Те болезни, которые следуют из рода

За сверкающей свадебной процессией невесты,

Да уведут их достойные жертв боги Снова туда, откуда они пришли.

Да не нападут разбойники,

Которые сидят в засаде, на супружескую чету! Счастливыми (путями) да обойдут эти двое

несчастливый (путь)!

Пусть ведьмы бегут прочь!

У этой невесты счастливые приметы.

Идите взгляните на нее!

Пожелайте ей счастья

(И) разойдитесь восвояси!

Царапающаяся она, кусающаяся она,

Когтистая; как отравленное ядом — для еды. Только тот брахман, кто знает Сурью , Достоин свадебного платья.

(Это) разрубание , вырубание И разрезание.

Взгляни на цвета Сурьи!

Ведь брахман их очистит.

Я беру твою руку на счастье.

Да будешь ты со мной (как) с мужем до глубокой старости!

Бхага, Арьяман, Савитар, Пурамдхи —

Боги дали мне тебя для семейной жизни.

Пушан, приведи ее, самую милую,

В которую люди бросают семя,

Которая с желанием раздвигает для нас бедра, В которую с желанием мы вводим уд.

Тебе сначала привезли Сурью Вместе со свадебной процессией.

Снова жену мужьям

Отдай, Агни, вместе с потомством.

Агни снова отдал жену

С долголетием и пригожестью в придачу. Долголетен (да будет тот), кто ее муж!

Да проживет он сотню осеней!

Сома первый познал (ее)

Гандхарва познал следующим.

Третий (твой) муж — Агни,

Четвертый твой — рожденный человеком.

Сома отдал Гандхарве,

Гандхарва отдал Агни.

Богатство и сыновей дал Агни Мне, а также ее.

Здесь так и стойте (вы двое), не разделяйтесь! Доживите до глубокой старости,

Играя с сыновьями и внуками,

Радуясь в собственном доме!

Да породит нам потомство Праджапати! Да помажет нас на долгую жизнь Арьяман!

Без дурных примет войди в мир мужа!

Будь на счастье нашим двуногим,

на счастье — нашим четвероногим!

Не бросай дурного взгляда, не будь

мужеубийцей , Добрая к животным, благожелательная,

цветущего вида, Рожающая сыновей, любящая богов, милая,

Будь на счастье нашим двуногим, на счастье —

нашим четвероногим!

Ты, милостивый Индра, сделай

Ее матерью прекрасных сыновей, очень счастливой! Дай ей десять сыновей!

Сделай мужа одиннадцатым!

Повелительницей над свекром будь! Повелительницей над свекровью будь! Повелительницей над золовкой будь! Повелительницей — над деверями!

Да сольют все боги

(И) воды наши два сердца!

Матаришван , Создатель И Указующая да соединят нас двоих!

Х.173. Гимн «Помазание на царство»

Тебя я привел. Будь среди (нас)!

Стой твердо, непоколебимый!

Да пожелают тебя все племена!

Да не отпадет от тебя господство!

Будь только здесь, не отступай, Непоколебимый , как скала!

Как Индра, стой здесь твердо!

Здесь установи (свое) господство!

Его поставил Индра твердо Посредством твердой жертвы.

Ему пусть выскажет одобрение Сома. Ему — Брахманаспати .

Твердо небо, тверда земля,

Тверды эти горы,

Тверд весь этот мир,

Тверд этот царь племен.

Твердо твое (господство), царь Варуна, Твердо, бог Брихаспати,

Твердо твое (господство), Индра и Агни, Твердо твое господство пусть укрепят!

Твердой жертвой мы касаемся Твердого Сомы.

Так пусть сделает Индра

Племена платящими дань только тебе!

Х.136. Косматые аскеты

Косматый несет (в себе) огонь, Косматый — яд , косматый — оба мира. Косматый (дает) миру увидеть солнце. Косматым зовется этот свет.

Вдохновенные подпоясаны ветром,

Они носят коричневые грязные одежды. Они мчатся вслед за порывом ветра, Когда боги вселились (в них).

«Одержимые вдохновением,

Мы оседлали ветры.

Только наши тела видите

Вы, смертные, перед собой» .

Он летит по небу,

Глядя вниз на все образы.

Вдохновенный — добрый товарищ Любого бога для благого дела.

Конь Ваты , друг Ваю,

Вдохновенный также послан богами.

Живет он в обоих морях :

Которое восточное и которое западное.

Бродя по пути апсар ,

Гандхарвов и диких зверей,

Косматый, зная (их) замысел,

(Их) милый, любезнейший друг.

Ваю замешал для него (питье),

Кунаннама выжала (его),

Когда косматый из сосуда с ядом Пил вместе с Рудрою .

Х.34. Гимн игрока

Дрожащие (орехи-серьги) огромного (дерева)

опьяняют меня, Рожденные ураганом, перекатывающиеся

по желобку. Подобной напитку сома с (горы) Муджават Показалась мне бодрствующая (игральная кость)

вибхидака ш.

Не бранила и не ругала меня она.

Благосклонна к друзьям и ко мне была.

Из-за одной лишней игральной кости

Я оттолкнул преданную жену.

Ненавидит теща, отталкивает прочь жена. Несчастный не находит сочувствующего;

«Как в старой лошади на продажу,

Я не нахожу пользы в игроке».

Другие обнимают жену того,

На чье богатство накидывается стремительная

игральная кость.

Отец, мать, братья говорят о нем;

«Мы не знаем его! Уведите его, связанного!»

Когда я решаю: «Я не буду с ними играть,

Отстану от уходящих товарищей», —

То брошенные коричневые (орехи-кости)

подают голос, И я спешу на свидание с ними, как любовница.

В собрание идет игрок, расспрашивая (И) подбадривая себя; «Я выиграю!»

(Но) игральные кости пресекают его страсть,

Они отдают противнику счастливые броски.

Ведь игральные кости — с крючками, колючие, Порабощающие, мучающие, испепеляющие.

Они дарят, как ребенок 12°, победителя они

поражают снова. Рвением игрока они обмазаны медом.

Резвится стая этих (игральных костей) числом

трижды пятьдесят,

Чьи законы непреложны, как (законы) бога

Савитара.

Не склоняются они перед яростью даже могучего. Даже царь делает им поклон.

Они катятся вниз, прыгают вверх,

Без рук они одолевают того, у кого есть руки. Неземные угли, брошенные в желобок,

Они сжигают сердце, хотя и холодные.

Страдает брошенная жена игрока

(И) мать сына, бродящего неизвестно где. Обремененный долгами, испуганно ищущий денег, Крадется он ночью в дом к другим (людям).

Игрок стал мучиться, увидев женщину —

Жену других и (их) уютный домашний очаг.

Но ведь он с раннего утра запряг коричневых коней, И вот он, жалкий, упал у огня.

(Тот), кто есть полководец вашей великой армии, Первый царь стаи,

Ему я протягиваю десять (пальцев)

И говорю эту клятву: «Я не удерживаю богатства!»

«Не играй с костями, вспахивай ниву,

Наслаждайся имуществом, ставя его высоко.

Вот коровы, о игрок, вот жена» —

На это указывает мне этот господин Савитар.

Заключите же дружбу! Помилуйте нас!

Не привораживайте нас (так) сильно (своим)

ужасным (колдовством)! Да уляжется ваша ярость и враждебность!

Пусть другой будет в сетях коричневых (костей)!

Х.95. Пуруравас и Урваши

(Пуруравас)

О женщина, (будь) разумна! Остановись, о злая! Давай же обменяемся словами!

Эти мысли, оставаясь невысказанными,

Не принесут нам радости даже в самый отдаленный

день.

(Урваши)

Что мне делать с этой речью твоей?

Я прошла, как самая первая из зорь.

О Пуруравас, снова вернись домой!

Меня, как ветер, трудно догнать...

(Пуруравас)

...(Или) как стрелу, вылетевшую из колчана

для блеска,

Как бег коней, способный добыть быков, добыть

сотни.

Не при мужской силе были (те, кто) изобразил

сверканье молния, (Эти) ревуны сумели (лишь) проблеять, как овца.

Она, приносящая свекру богатую поддержку, Приходила, если хочет любовник,

(К нему) домой из жилища напротив

(И) наслаждалась с ним, день и ночь пронзаемая

(его) прутом.

(Урваши)

Трижды в день ты пронзал меня прутом.

И наполнял (меня), даже когда у меня не было

охоты.

Пуруравас, я шла навстречу твоему желанию.

О муж, ты был тогда царем моего тела.

(Пуруравас)

Суджурни, Шрени, Сумнаапи,

Так же как Храдечакшус, Грантхини, Чаранью — (Все) они промчались, как алые цвета (утренней

зари).

Они кричали наперебой, как дойные коровы. (Урваши)

Когда он родился, вокруг сидели Небесные жены, и его возвеличили реки,

восхваляющие сами себя-,

Потому что (и) тебя, Пуруравас, возвеличили боги На великую битву — на убийство Дасью .

(Пуруравас)

Когда (я), человек, хотел поухаживать за этими Нечеловеческими женами, снявшими (свой) наряд* Они испугались меня, как робкая газель,

Как кони, кидающиеся на повозку.

(Урваши)

Когда смертный, лаская этих бессмертных, Соединяется с множеством (их) по (их) желанию* Украсьте (тогда ваши) тела, как птицы ати ,

Как кони, которые, играя, кусают себя зубами.

(Пуруравас)

Она засверкала, как падающая молния,

Рожденная из воды, несущая мне любовные утехи. Из вод родился мужественный, благородный (сын). Да проживет Урваши долгую жизнь!

(Урваши)

Ведь на самом деле ты родился для защиты , Применял же эту силу ко мне, о Пуруравас.

Я предупреждала тебя, ведая, в тот самый день.

Ты не слушал меня. Что же ты попусту говоришь?

(Пуруравас)

Когда рожденный (от меня) сын станет искать

(своего) отца?

Он будет проливать слезы, как ревущий (ребенок)'*

когда узнает. Кто станет разъединять согласных супругов,

Тогда как у родителей мужа (еще) горит огонь

(в очаге)?

(Урваши)

Я хочу ответить: он проливает слезы,

Ревмя ревет, тоскует по нежной заботе.

Я отошлю тебе то, что твоего у нас.

Иди домой: меня-то ты не получишь, глупец!

(Пуруравас)

(А что если) сегодня (твой) возлюбленный исчезнет

безвозвратно,

Отправляясь в самую далекую даль?

(Что если) он найдет покой в лоне небытия?

(Что если) его сожрут лютые волки?

(Урваши)

О Пуруравас! Ты не должен ни умереть,

ни исчезнуть,

Злые волки не должны тебя загрызть!

Ведь не бывает дружеских отношений с женщинами: У них сердца шакалов.

Когда в другом облике я находилась среди

смертных,

Четыре осени я проводила ночи (с тобой)

Один раз в день я вкушала каплю жертвенного

масла.

Им я и сейчас еще сыта.

(Пуруравас)

Заполняющую воздух, меряющую пространство Урваши (я, ее) любовник, маню (к себе).

Чтобы досталась тебе награда за благое деяние, Вернись (ко мне)! Мое сердце пылает!

(Неизвестный голос)

Эти боги, о сын Иды , говорят тебе так:

Коли ты смерти сродни,

Потомство твое должно почитать богов жертвенным возлиянием.

Ты же сам возрадуешься на небесах!

Х.90. Гимн Пуруше

Пуруша — тысячеглавый,

Тысячеглазый, тысяченогий.

Со всех сторон покрыв землю,

Он возвышался (над ней еще) на десять пальцев.

Ведь Пуруша — это вселенная,

Которая была и которая будет.

Он также властвует над бессмертием,

Потому что благодаря пище перерастает

(свое начальное состояние).

Таково его величие,

И еще мощнее, чем оно, (сам) Пуруша.

Четверть его — все существа.

Три четверти — бессмертные на небе.

На три четверти взошел Пуруша вверх.

Четверть его возникла снова здесь.

Отсюда он выступил повсюду.

Он (распространился) над тем, что ест (пищу) и что (ее) не ест .

От него Вирадж родилась,

От Вираджи — Пуруша.

Родившись, он стал выступать Над землей сзади и спереди.

Когда боги предприняли жертвоприношение С Пурушей в качестве жертвы,

Весна была его жертвенным маслом,

Лето — дровами, осень — жертвой.

Его в качестве жертвы кропили на жертвенной соломе,

Пурушу, рожденного в начале .

Его принесли в жертву боги,

Садхья и риши.

Из этой жертвы, полностью принесенной,

Было собрано расплавленное жертвенное маслош. Из него он сделал животных, живущих в воздухе,

В лесу и в деревне.

9. Из этой жертвы, полностью принесенной,

Гимны и напевы родились;

Метры родились из нее,

Ритуальная формула из нее родилась.

Из нее кони родились

И те (животные), у которых два ряда зубов;

Быки родились из нее,

Из нее родились козы и овцы.

Когда Пурушу расчленили,

На сколько частей разделили его?

Что его рот, что руки,

Что бедра, что ноги— (как все это) называется?

Его рот стал брахманом,

Его руки сделались раджанья Его бедра (стали) вайшья,

Из ног родился шудра.

Луна из (его) духа рождена,

Из глаза солнце родилось,

Из уст — Индра и Агни,

Из дыханья родился ветер.

Из пупа возникло воздушное пространство,

Из головы развилось небо,

Из ног — земля, стороны света — из уха.

Так они устроили миры.

У него было семь поленьев ограды костра,

Трижды семь поленьев — для сожжения было

сделано,

Когда боги, совершая жертвоприношение,

Привязали Пурушу как (жертвенное) животное.

Жертвою боги пожертвовали жертве.

Таковы были первые формы (жертвоприношения).

Эти же могущества последовали на небо, Где находятся прежние боги — садхья.

Х.191. Гимн единения

Вместе собираешь ты, о бык,

О Агни, все (дары) благочестивого.

Тебя зажигают на месте жертвенного возлияния. Принеси нам сокровища!

Вместе собирайтесь! Вместе договаривайтесь!

Вместе настраивайтесь в ваших помыслах,

Как некогда боги, настроенные вместе,

Сидели у (своей) доли на жертвоприношении.

Единый совет , единое собрание,

Единая мысль с душой у них.

Единый совет я советую вам,

Единым жертвенным возлиянием жертвую вам.

Единым (да будет) ваш замысел,

Едиными — ваши сердца!

Единой да будет ваша мысль,

Чтобы было у вас доброе согласие!

АТХАРВАВЕДА

12. На постройку хижины

Вот здесь я закладываю прочную хижину.

Да стоит она в мире, кропя жиром!

Да войдем мы в тебя, о хижина,

Со здоровыми мужами, с прекрасными мужами,

с невредимыми мужами!

Вот здесь стой прочно, о хижина,

Богатая конями, богатая коровами, богатая

радостями*

Богатая силой, богатая жиром, богатая молоком! Возвышайся для великой судьбы!

Ты амбар, о хижина,

С высокой кровлей, с чистым зерном.

Да придет к тебе теленок, (да) при (дет к тебе)

мальчик,

(Да) стекутся (к тебе) вечером коровы!

Да построит эту хижину Савитар,

Ваю, Индра, Брихаспати, знающий наперед!

Да окропят (ее) Маруты водой (и) жиром!

Да углубит царь Бхага нашу пахоту!

О хозяйка строения! Вначале

Ты построена богами как убежище, как кроткая

богиня.

Одеваясь травой , да будешь ты доброжелательна! Потом дай ты нам богатство вместе с мужами!

Правильно влезай на столб, стропило!

Как грозный правитель, отшвырни прочь врагов! Да не потерпят вред обитатели твоих помещений,

о хижина!

Да проживем мы сто осеней со здоровыми

мужами!

В нее — маленький мальчик,

В (нее)—теленок с движущимся (домашним

скотом),

В нее вошел переполненный кувшин С горшками кислого молока.

Внеси , о жена, этот полный кувшин —

Поток жира, смешанный с амритой!

Смажь амритой этих защитников!

Да охранит эту (хижину) то, что пожертвовано

и исполнено!

Я приношу эту воду,

Лишенную якшмы , уничтожающую якшму.

Я вселяюсь в помещения Вместе с бессмертным огнем .

IX.3. На разборку и передачу хижины

У подпорок, опор,

А также у перекрытий Хижины, в которой все лучшее,

Мы развязываем все, (что) связано.

Что у тебя связано, о ты, в которой все лучшее, Какая петля и узел сделаны,

С помощью заклинания я заставляю это

распасться,

Как Брихаспати — Балу .

Он затянул, скрепил узлы,

Сделал (их) у тебя прочными.

Вместе с Индрой мы развязываем (их),

Как опытный заклатель (разнимает) суставы.

У стропил, у твоих скреп И у связующей травы,

У крыльев твоих, о ты, в которой все лучшее,

Мы развязываем все, (что) связано.

У скоб, у соломенных покрытий И у креплений вокруг —

Вот у хозяйки строения -

Мы развязываем все, (что) связано.

Те висячие сосуды,

Что привязали внутри тебя на радость, —

Мы отвязываем их у тебя.

О хозяйка строения, воздвигнутая,

Будь милостива к нам самим!

Жертвенник, очаг для огня,

Место для женщин, сиденье.

Ты — сиденье богов, о божественная хижина!

Тысячеглазую сеть —

Косу, стянутую на макушке,

Подвязанную (и) уложенную,

Мы развязываем с молитвой.

Кто тебя забирает, о хижина,

И кем построена ты —

Пусть оба они, о хозяйка строения,

Доживут до старости!

Приди туда, к нему,

Крепкой, связанной, украшенной,

О ты, у кого разнимаем мы Член за членом, сустав за суставом!

Кто тебя, о хижина, отмерил,

Собрал лесные деревья,

Тот сделал тебя для потомства, о хижина, (Он) —высший Праджапати.

Поклон ему, поклон дарующему,

Мы совершаем поклон хозяину хижиньгі Поклон переселяющемуся огню ,

Поклон и твоему Пуруше °.

Коровам, лошадям поклон,

Тому, что рождается в жилище!

О дающая рождение, о дающая потомство, Мы развязываем твои петли .

Ты прикрываешь огонь внутри,

Людей вместе со скотом.

О дающая рождение, о дающая потомство,

Мы развязываем твои петли.

Та ширь, что между небом и землей,—

Ею я забираю для тебя эту хижину.

Тот воздух, что (есть) мера пространства,—

Его я делаю чревом для сокровищ,

Им я забираю хижину для него.

Богатая питанием, богатая молоком,

Отмеренная на земле, построенная,

Несущая всю еду, о хижина,

Не повреди тем, кто забирает (тебя)!

Спрятанная травами, одетая в соломенные

покрытия,

Хижина, словно ночь, успокаивающая живые

существа,

Построенная, ты стоишь на земле,

Как слониха — на ногах.

У твоей циновки я отвязываю,

Что было привязано, раскрывая, (что внутри). (Тебя), сдавленную Варуной,

Да расправит Митра рано утром!

Хижину, отмеренную с молитвой,

Отмеренную вдохновенными, построенную,—

Да защитят бессмертные Индра и Агни,

(Эту) хижину, сиденье Сомы!

Гнездо над гнездом,

Сосуд, заключенный в сосуде,—

Там рождается смертный,

От которого происходит все.

(Хижина), что отмеривается с двумя сторонами,

С четырьмя сторонами, шестью сторонами,

В хижине с восемью сторонами,

С десятью сторонами, в хозяйке строения Огонь покоится, как зародыш.

Повернувшись к тебе, повернутой (ко мне),

О хижина, я прохожу через (тебя) невредящую'

Ведь внутри огонь и вода,

Первые врата закона .

Я приношу эту воду,

Лишенную якшмы, уничтожающую якшму.

Я вселяюсь в помещения Вместе с бессмертным огнем .

Да не набросишь ты на нас петлю!

Тяжелый груз пусть станет легким!

О хижина, как невесту,

Мы несем тебя, куда пожелаем.

С восточной стороны поклон величию хижины!

Благо богам, достойным блага!

С южной стороны поклон величию хижины!

Благо богам, достойным блага!

С западной стороны поклон величию хижины!

Благо богам, достойным блага!

С северной стороны поклон величию хижины!

Благо богам, достойным блага!

Со стороны основания поклон величию хижины!

Благо богам, достойным блага!

С обращенной кверху стороны поклон величию

хижины! Благо богам, достойным блага!

С любой стороны поклон величию хижины!

Благо богам, достойным блага!

ЧХАНДОГЬЯ-УИАНИШАДА

III.19

Солнне — это Брахман, таково наставление. Вот его объяснение. Вначале этот (мир) был несуществующим. Он стал существующим. Он стал расти. Он превратился в яйцо. Оно лежало в продолжение года. Оно раскололось. Из двух половин скорлупы яйца одна была серебряной, другая — золотой.

Серебряная (половина)—это земля, золотая — небо, внешняя оболочка — горы, внутренняя оболочка— облака и туман, сосуды — реки, жидкость в зародыше — океан.

И то, что родилось, это солнце. Когда оно рож-далось, поднялись возгласы, крики и (поднялись) все существа и все желанное. Поэтому при его восходе и каждом его возвращении поднимаются возгласы, крики и все существа, и все желанное.

Кто, зная это, почитает солнце как Брахмана, того быстро достигнут благие возгласы, тому они доставят радость, доставят радость.

V.10

1—2. Те, которые знают это и которые в лесу чтут веру и подвижничество, идут в свет, из света — в день, из дня — в светлую половину месяца, из светлой половины месяца — в шесть месяцев, когда (солнце) движется к северу;

из этих месяцев — в год, из года — в солнце, из солнца — в луну, из луны — в молнию. Там (находится) Пуруша нечеловеческой (природы). Он ведет их к Брахману. Это путь, ведущий к богам.

Те же, которые, (живя домохозяевами) в деревне, чтут жертвоприношения, благотворительность, подаяния, идут в дым, из дыма — в ночь, из ночи — в другую (темную) половину месяца, из другой половины месяца — в шесть месяцев, когда (солнце) движется к югу, но они не достигают года.

Из этих месяцев (они идут) в мир предков, из мира предков — в пространство, из пространства — в луну. Это — царь Сома, он — пища богов, его вкушают боги.

5—6. Пробыв там, пока не иссякнут (плоды их добрых деяний), они снова возвращаются тем же путем, каким пришли, в пространство, из пространства— в ветер; став ветром, они становятся дымом; став дымом, становятся туманом;

став туманом, становятся облаком; став облаком, они проливаются дождем. Затем они рождаются здесь как рис и ячмень, растения и деревья, сезам и бобы. Поистине, труден выход из этого (состояния), ибо (каждый из них) становится подобным лишь тому, кто поедает пищу, кто изливает семя.

Те, кто (отличается) здесь благим поведением, быстро достигнут благого лона — лона брахмана, или лона кшатрия, или лона вайшьи. Те же, кто (отличается) здесь дурным поведением, быстро достигнут дурного лона — лона собаки или лона свиньи, или лона чандалы.

И ни по одному из этих путей не идут те маленькие существа , постоянно возвращающиеся (в прежнее состояние), о которых сказано: «Рождайтесь, умирайте». Поэтому тот мир (никак) не наполняется. Пусть же остерегаются (его). Об этом такой стих:

Ворующий золото и пьющий вино, оскверняющий ложе учителя и убийца брахмана — эти четверо падают . Пятый — кто присоединяется к ним.

Но кто знает эти пять огней, тот, даже присоединяясь к ним, не оскверняется злом. Непорочным, чистым, (обладателем) лучшего мира бывает тот, кто знает это, кто знает это.

VI.11

Уддалака Аруни сказал (своему) сыну Шветакету:

«Если бы, дорогой, ударили по корню этого боль-шого дерева, то оно истекало бы (древесным соком), продолжая жить. Если бы ударили по середине, то оно истекало бы, продолжая жить. Если бы ударили по верхушке, то оно истекло бы, продолжая жить. Будучи проникнуто живым Атманом, оно прочно стоит, постоянно поглощая влагу и пребывая в радости.

И если жизнь покидает одну его ветвь, та засыхает; если покидает вторую — та засыхает; если покидает третью — та засыхает; если покидает все (дерево)—то все оно засыхает. Знай же, дорогой, что это- так»,— сказал он.

«Поистине, покинутое жизнью, это (существо) умирает, но (сама) жизнь не умирает. И эта тонкая (сущность)—основа всего существующего. То — действительное. То — Атман. Ты — одно с Тем, Шветаке- ту!» — «Учи меня дальше, почтенный!» — «Хорошо, дорогой»,— сказал он.

VI.12

«Принеси сюда плод ньягродхи». — «Вот он, почтенный».— «Разломи его». — «Он разломан, почтенный».— «Что ты видишь в нем?» — «Эти маленькие семена, почтенный». — «Разломай же одно из них».— «Оно разломлено, почтенный», —«Что ты видишь в нем?» — «Ничего, почтенный».

И он сказал ему: «Поистине, дорогой, вот — тонкая (сущность), которую ты не воспринимаешь; поистине, дорогой, благодаря этой тонкой (сущности) существует эта большая ньягродха. Верь этому, дорогой.

И эта тонкая (сущность) — основа всего существующего , То — действительное, То — Атман. Ты — одно с Тем, Шветакету!» — «Учи меня дальше, почтенный!»— «Хорошо, дорогой», — сказал он.

VI.14

1—2. «Подобно тому, дорогой, как если человека уведут с завязанными глазами из (страны) гандхар- цев и затем оставят его в безлюдном месте, и он будет восклицать, (поворачиваясь) то к востоку, то к северу, то к югу, то к западу: «Меня привели сюда с , завязанными глазами, меня оставили здесь с завязанными глазами!» —

И если, сняв с него повязку, ему скажут: «В той стороне — гандхарцы, иди в ту сторону», то, спраши-вая (дорогу) от деревни к деревне, сведущий и рассудительный, он достигнет гандхарцев, — точно так же и

158 Область Гандхара располагалась на правом берегу Инда (совр. район Пешавара).

здесь человек, имеющий наставника, знает: «Я буду в этом (мире), пока не освобожусь, затем я достигну (цели)».

VII.1

«Обучи меня, почтенный»,— (с такими словами) Нарада приблизился к Санаткумаре. Тот сказал ему: «Приблизься ко мне с тем, что ты знаешь, — тогда я поведаю тебе (о том, что есть) сверх этого».

«Почтенный, я знаю Ригведу, Яджурведу, Сама- веду, Атхарвану — четвертую (веду), итихасу и пура- ны — пятую, веду вед, — правила почитания предков, науку чисел, искусство предсказаний, хронологию, логику, правила поведения, этимологию, науку о священном знании, науку о демонах, военную науку, астрономию, науку о змеях и низших божествах. Вот что, почтенный, я знаю.

Однако, почтенный, я знаю (во всем этом) лишь слова и не знаю Атмана . От подобных (тебе), почтенный, я слыхал, что знающий Атмана преодолевает скорбь. Я же скорблю, почтенный. Так уведи меня, почтенный, за пределы скорби».