ПЕСНЯ КАВАЛЕРОВ ПРОТИВ ДАВИДА ЛЕСЛИ И ШОТЛАНДСКИХ ВОЙСК, ОТОЗВАННЫХ ИЗ АНГЛИИ НА ПОМОЩЬ ПРЕСВИТЕРИАНСКОЙ ШОТЛАНДИИ, ПОБЕЖДЕННОЙ М0НТР030М

Вперед, вперед, выборные болваны!

Кон черт вы не идете вперед в порядке?

Вперед, вперед, псы искупления!

225 Спешите, пока синие шапки не перешли границу!

Вы будете проповедовать, молиться, поучать день и ночь;

вы восторжествуете над церковью, которая стала непотребной женщиной; пляшите в крови по колено, в крови врагов божьих; дщери Шотландии запоют вас до усыпления.

Вперед, вперед, подонки всякого разврата!

Ничто не замарает славы, которая вас ожидает.

Идите и радуйтесь, ибо подниметесь на эшафот, не на виселицу, но к вере и надежде.

Шотландия жаждет услышать истину; как расцветут ее прелестные девы - племя избранное, круглые как репы, жирные как телята, откормленные на убой!

Вперед, вперед, бичи ереси!

Долой церковь и ее прожорливое лицедейство! Вперед, вперед! Долой супрематию и ящик с трубами, издающий такие громкие звуки! Флейтщики, храбрые волынщики, веселые демоны, долой стихарь, кружева, ливрею, сковороду и разливательную ложку!

Жокей наденет клобук вместо шапки, а Дженни нарядится в рясу, вместо юбки, и станет подтирать ею слюни своему ребенку.

Вперед, вперед, освященные канальи!

Пойте гимны ликованья!

Вперед, вперед, канонизированные разбойники! Избранники неба! Вы шествуете к славе; изменники в лохмотьях, вшивые любодеи, добыча нищеты, жертвы насмешек и презрения, никогда - о, счастливое поколение!

Никогда благодать не сияла с таким блеском.

Армия праведников, вперед, на бойню!..

(Hogg, Jacobite Relics of Scotland. T.I., C.5, 163)

III

(К странице 216)

Предлагаю неизданные бумаги и депеши, относящиеся к ходатайству Генеральных штатов Соединенных Провинций в пользу Карла 1. Первая из этих бумаг писана по- французски; остальные по-голландски; они переведены, по моему поручению, целиком и буквально с копий, сверенных с оригиналами, которые изготовил для меня г.

Сокращенное изложение представления, сделанного его королевским высочеством принцем Валлийским в своем присутствии, высоким и могущественным господам Генеральных штатов Соединенных Провинций, через посредство резидента короля Великобритании и проч.,

23 января 1649 года

Его королевское высочество принц Валлийский давно имел намерение просить лично аудиенции, чтобы заявить свою признательность за почести и великие учтивости, которые он получил от них со времени своего прибытия в эту страну. Теперь он желает этого очень настоятельно по одному, важнейшему для его высочества, случаю, в котором, он полагает, они примут очень сильное участие. Почтенным господам, конечно, известна великая опасность, грозящая в настоящее время жизни короля, отца его, равно как то, что после трактата, лично заключенного королем с обеими палатами парламента, благодаря уступкам его величества, успех мирных переговоров так подвинулся, что помянутые палаты решились приступить затем к установлению мира в королевстве, что несомненно и воспоследовало бы, если бы армия не завладела особой его величества и не заключила в тюрьму многих членов парламента, оказавшихся наиболее приверженными к по- минутому мирному трактату.

Итак, вот в каком жалком состоянии находится это королевство. Король содержится в столь строгом заключении, что когда его высочество нарочно отправил одного дворянина для того только, чтобы видеть его величество, то ему не было дозволено войти к нему. Парламент в таком расстройстве, что в нем остается теперь не более пя-тидесяти из с лишком пятисот лиц в нижней палате; а палата лордов, которые единодушно отказались содействовать этим насильственным процедурам, на самом деле уничтожена объявлением этого незначительного остатка нижней палаты, что вся верховная власть в королевстве принадлежит им без короля, без лордов, так что члены парламента более не собираются, разве только те, которые соглашаются и подчиняются решениям военного совета, учрежденного для управления королевством, и на сей конец обнародовавшего прокламацию, в коей содержался план нового правления, которое хотят учредить, на гибель парламента, также как и короля, ниспровергающий механизм и конституцию королевства, и все его законы, и подвергающий религию протестантскую нашествию большого числа ересей и расколов, чем когда-либо оные заражали христианскую церковь.

Его высочество не считает нужным объяснять почтенным господам, какое влияние эти неслыханные события могут иметь на интересы и спокойствие всех королей, го-сударей и государств, и насколько эта чудовищная власть, какою завладели эти люди, может нарушать спокойствие соседних стран, и до чего может страдать реформатская религия от этих соблазнительных действий тех, которые

гг$

ее проповедуют; но он довольствуется изложением этого печального рассказа о бедственном состоянии, в каком в настоящее время находятся король и корона Англии, в уверенности, что почтенные господа соблаговолят поступить в этом деле согласно уважению и почтению, которое они всегда оказывали в отношении такого доброго друга и союзника. Итак, его высочество обещает себе в самом скором времени от их дружбы и благоразумия таковую помощь их советом и другим образом, как в настоящее время требует крайняя нужда короля, его отца, и его высочества, которые через это будут действительно навсегда обязаны способствовать всей своей властью сохранению и преуспеянию интересов, величия и благоденствия их.

Вследствие этих представлений принца Валлийского, Генеральные штаты решились отправить в Лондон, в качестве чрезвычайных посланников, гг. Альберта Иоахима и Адриена Пау, дав им следующие инструкции. Предположив, что сторона, которая теперь в несчастий, одержит верх, очень может быть, что она захочет судить- строго действия своих противников и откажет им во всяких средствах защиты; но Генеральные штаты убеждены, что чистосердечие всех, которые услышат предложения посланников, заставит их внутренне ответить, что это было бы несправедливо, и что они одобрят аксиому:

Генеральные штаты знают, что ваши превосходительства назначили чрезвычайных комиссаров для рассмотрения положения короля; они в этом полагаются как на выбор ваших превосходительств, так и на искренность и добро-совестность, с которой помянутые комиссары произнесут в означенном деле приговор, который бы мог быть подвергнут разбору целого мира и одобрен верховным Судьей, перед которым они будут отвечать.

Опыт всех времен показал, что недоверчивость легко вкрадывается в правительства; что в тех, которые состоят из многих отдельных организмов, она обыкновенно служит могущественным орудием; что, наконец, нечего бояться ни страха, ни стыда, ни бесчестия, когда нужно спасать государство от гибели, что делает все опасения законными и похвальными. Но нет ничего вреднее, как отдаваться подозрениям без меры, которые заставляют все перетолковывать в дурную сторону.

Если ваши превосходительства полагали, что Королевству Англии грозило бедствие, то воспрепятствовав оному, вы тем самым достигли своей цели. Всякий хорошо знает, что самым мудрым из тех, кто управляет государством, случается примешивать к общественным делам часть своих личных чувств, и что никогда не ошибаться - есть совершенство, превышающее человеческую природу и недостаток которого должен быть легко извиняем.

Вот что Генеральные штаты просят ваши превосходительства принять в соображение, будучи уверены, что вы сделаете это с величайшей мудростью. Несмотря на недоверие, которое ваши превосходительства возымели к та-кому великому лицу, вы должны принять в расчет столь долгое заключение (которое, само по себе, по обыкновенным законам, есть уже большое наказание) и великие и известные услуги, оказанные Королевству Англии им и его предшественниками, королями и королевами. Ваши превосходительства, окажите к нему сострадание и примите меры.

Для блага Королевства Англии очень важно, чтобы ваши превосходительства поступили сообразно с этим и последовали мнению того римлянина, который советовал для того, чтобы лучше упрочить меры, принятые в консульство Помпея, ничего не уничтожать из того, что было сделано предшествовавшими правительствами, но только вперед быть благоразумнее. Можно справедливо приложить к настоящим обстоятельствам превосходное предостережение другого мужа, который, чтобы обезопасить от бесчестия свою собственную статую, воспретил низвергать статую своего врага, которого он, впрочем, совершенно победил.

Равномерно гг. посланники должны также, смотря по обстоятельствам, mutatis mutandis, изложить вышесказанные соображения г. генералу Ферфаксу и совету армии, присовокупив, что их отличные заслуги дали им большое значение в Английском Королевстве и что все эти вещи зависят главным образом от них и примут такой оборот, какой им вздумается дать. По причине чего Генеральные штаты поручают это дело их великой мудрости, дабы они не только были для Англии (которая в настоящее время возлагает на них всю свою надежду) щитом и мечом во время войны, но также и помощью королю в его несчастном положении, направив публичные прения к доброму и умеренному концу, что послужит к пользе королевства и доставит им самим бессмертную славу. Своим великодушием они заставят пролить слезы радости большую часть своих сограждан, которые в настоящую минуту готовы плакать от горести. В древности говорили, что сиракузяне представляли собой только тело и члены, а что Архимед был душа, дававшая ему движение; то же самое можно сказать теперь с большим основанием о Королевстве Англии и о его превосходительстве, равно как о совете армии; следовательно, это тело и эти члены будут действовать в настоящем деле, только в том направлении, кото-рое его превосходительство и совет армии сообщат им вследствие своих мудрых соображений. Таким образом они озарят свои собственные отличные качества новой славой и величием, а вместе с тем сделают добро всем жителям королевства. Гг. посланники прибавят еще, что был на свете великий полководец, мудрый государственный муж, который хвалился тем, что он никогда не заставил проливать слезы никого в отечестве, считая самым сладким плодом своих побед то, что он каждый день смел и мог приветствовать каждого из своих сограждан, следуя пословице: что кротость заставляет любить и почитать всех тех, которые к ней прибегают, а что строгость не только не устраняет препятствий и трудностей, но обык-новенно их умножает.

Благоразумные медики боятся также употреблять лекарства слишком сильные, потому что они часто изгоняют из тела не только болезнь, но в то же время и жизнь, и предпочитают обходиться, для большей безопасности, средствами, утишающими боль.

Если его превосходительство и совет армии будут действовать таким образом, то сердца благомыслящих подданных в Англии соединятся между собою взаимной дружбой, посредством которой лучше и сильнее упрочивается государство, чем самыми тяжелыми железными цепями.

Генеральные штаты полагают, что Английское Королевство будет непобедимо, если его превосходительство, равно как совет армии, будут строить на основаниях столь справедливых в отношении к миру и столь приятных Богу, которые, сверх того, так сообразны с характером английского народа и с положением его дел.

Первая депеша гг. чрезвычайных посланников Англин

Генеральным штатам

Высокие и могущественные господа!

Прибыв сюда 5 числа текущего месяца, к вечеру, мы были приняты церемониймейстером парламента со множеством извинений, и тотчас же просили и настаивали, чтобы нам на другой же день дана была аудиенция; после чего мы к вам отправили вечером, очень поздно, наши первые депеши . 6 числа, рано утром, мы просили через наших секретарей и через церемониймейстера о нашем представлении обеим палатам парламента. В ответ на это оратор верхней палаты поручил объявить нам, что заседание помянутой палаты отсрочено до понедельника, а оратор нижней палаты, что, несмотря на некоторые особые препятствия, он предложил нашу просьбу на рассмотрение и постарается, чтобы она имела успех. Так как наши секретари остались ждать ответа, то помянутый оратор уведомил нас около полудня, что палата не могла иметь заседания утром, так как все числящиеся в ней судьи должны были присутствовать на верховном суде, и что, по этой причине, нижняя палата принуждена была отложить свои заседания также до будущего понедельника. Узнав потом, что в тот же день помянутый суд произнес смертный приговор королю в присутствии его самого, в воскресенье, 7 числа текущего месяца, несмотря на то, что этот день исключает здесь всякое занятие, не относящееся к богослужению, мы добились, с помощью разных исканий, в то же утро сперва частной аудиенции у президента нижней палаты, потом аудиенции у президента верхней палаты, и наконец, после полудня (не без большого труда) мы были допущены к генералу Ферфаксу, к генерал- лейтенанту Кромвелю и главным офицерам, которые в то время были собраны в квартире генерала. Мы сделали всевозможные представления означенным ораторам, генералу и генерал-лейтенанту, как в частности, так и всем вообще, мы подкрепили наши убеждения самыми могущественными доводами, чтобы получить отсрочку казни короля (которая, как полагали, назначена в понедельник), до тех пор, пока мы не будем выслушаны в парламенте; но получили различные ответы, внушенные либо личными видами, либо случайным расположением духа каждого из них.

В понедельник, 8-го числа, рано утром, мы вновь по- ;лали к ораторам обеих палат просить их о назначении нам аудиенции, и заставив прождать наших секретарей, эавно как церемониймейстера, в Вестминстере до после толудня, нам объявили вдруг, так что нам не осталось и іетверти часа, что обе палаты перед тем, как идти обегать, примут нас и что мы должны быть в 2 часа в верх- гей палате, а в 3 часа в нижней. Мы сообразовались с >тим извещением и отправились в верхнюю палату, где >ыло очень мало пэров, равно как в палату депутатов, где (аседало около 80 членов. Изложив на словах и вручив в письме сущность наших инструкций, клонящихся главным образом к тому, чтобы королевская казнь была отложена до тех пор, пока бы нам можно было во второй аудиенции или в конференциях представить более сильные доводы для того, чтобы ему была оставлена жизнь или, по крайней мере, чтобы не было вдруг приступлено к исполнению его смертного приговора, мы получили в ответ от обоих ораторов, что предложение наше будет представлено на обсуждение.

Члены верхней палаты постановили, чтобы по сему предмету немедленно были назначены конференции между обеими палатами; но как день уже был близок к вечеру и члены палаты депутатов, тотчас после нашей аудиенции, стали подниматься со скамеек, чтобы идти домой, прежде даже чем мы успели оставить комнату, куда мы были приведены, и спуститься вниз; то мы со всей поспешностью велели перевести наше предложение на английский язык и вручили его оратору нижней палаты, и потом ора-тору верхней палаты. Между тем, увидев вчера, проходя мимо Уайтгалля, что делаются приготовления, как говори- .ли нам, для казни, и употребив сегодняшнее утро на совещания с комиссарами Шотландии насчет средств, как сохранить жизнь королю; наконец, продолжая все еще просить парламент, через наших секретарей, о каком- нибудь ответе или о новой аудиенции, мы постарались, через посредство шотландских комиссаров, еще раз говорить с генералом и встретили его около полудня в доме его секретаря, в Уайтгалле. Генерал наконец тронулся нашими усиленными настояниями и объявил нам, что он пойдет сейчас в Вестминстер, чтобы рекомендовать парламенту дать нам ответ и отсрочку, о которой мы просим, и что он для этой цели возьмет с собой нескольких значительных офицеров.

Но, выходя, мы нашли перед домом, где говорили с генералом, около двухсот кавалеров и узнали, частью дорогой, частью прийдя уже домой, что все улицы, входы и площади Лондона заняты войсками, так что нельзя было пройти, и что окрестности города покрыты кавалерией, так что нельзя ни войти, ни выйти. Итак, мы не могли более ничего сделать. Уже два дня перед тем, как прежде, так и после нашей аудиенции, лица, достойные доверия, постоянно уверяли нас и объявляли нам, что никакое ходатайство или заступничество в мире не может иметь успеха и что только Бог может остановить решенную казнь; то же говорили нам и шотландские комиссары с великим сожалением. Это доказали и сами события; ибо в тот же день, между двух и трех часов, король был возведен на эшафот, обтянутый черным сукном и поставленный перед Уайтгаллем. Его величество (напутствуемый лондонским епископом, который, как уверяют, приобщил его утром в 6 часов святых тайн и преподал ему утешения религии), сказав несколько слов, отдал свою подвязку, голубую ленту и мантию, снял сам свой камзол и выказал большую твердость во всем своем поведении. Затем он лет сам и ему отрубили голову и подняли ее на воздух, чтобы показать всему собравшемуся народу.

Вот что мы к нашей великой печали и горести должны объявить вам, и свидетельствуем, что мы приложили всевозможное старание, без отдыха и изо всех сил, чтобы исполнить поручение ваше, стараясь помешать исполнению столь гибельного приговора. Впрочем, так как в этой стране всякого рода новости рассказывают в разных смыслах, смотря по тому, как каждому вздумается, толкуют их часто вкривь, раскрашивают или преувеличивают, в особенности же теперь, если бы вы получили донесения, противные или более горестные, чем настоящие, не верить им, но положиться на нас, которые прибыли сюда с опасностью для жизни и не пренебрегали ни одной из обязанностей, на нас возложенных.

Мы не смеем извещать вас о других подробностях, которые мы узнаем об этом событии со всех сторон, как конфиденциально, так и явно, потому что пропуск отсюда

очень затруднителен, ибо все морские порты заперты. Только прибавим, что король, будучи на эшафоте, подал совет утвердить религию, приняв мнение богословов римско-католических, и уважать права принца, его сына, присовокупив, что он считает себя в своей совести неповинным в пролитой крови, кроме крови графа Страффорда. Немедленно после смерти короля она была объявлена и возвещена во всем городе при звуках трубы.

При сем мы молим Всевышнего даровать долгое благоденствие Вам и Вашему правлению.

Подписал Альберт Иоахим

Лондон. 9 февраля 1649 г.

Вторая депеша

Высокие и могущественные господа!

Нашей первой депешей, от 9 числа сего месяца, мы уведомляли в подробностях вас обо всех наших усилиях у главных сановников и лиц королевства, равно как о просьбах, которые мы к ним обращали, и о предложениях, которые мы передали публично и в письмах обеим палатам парламента (копии с которых мы при сем прилагаем, так как время не позволило нам присоединить их к нашей предшествовавшей депеше, которая была отправлена с неожиданной оказией), предложениях, оставшихся без ответа,хрявно как наша просьба о второй аудиенции, и за которыми непосредственно последовала казнь короля и запрещение кому бы то ни было, под опасением казни как за государственную измену, присваивать себе какую-либо власть во имя монархического правления или признавать и благоприятствовать правлению принца Валлийского или всякого другого претендента на наследство престола.

Уже прежде этого события мы боялись - и потом наши опасения оправдались, - чтобы не было решено здешними властями совершенное уничтожение монархического правления и учреждение другого, совершенно противного;

ибо здесь говорят открыто, что потомки покойного короля будут, без всякого исключения, навсегда отрешены от всякой верховной власти в этой стране, а между тем нельзя доискаться, какого рода правление заменит собою уничтоженное.

Мы также слышали, что парламент уже назначил комиссаров, которые должны со всей поспешностью отправиться в Шотландию, где, как полагают и извещают, можно будет управлять делами по системе, принятой в Англии. Говорят также, публично и по секрету, что лорды верхней палаты недовольны казнью короля и нисколько не согласны с палатой депутатов касательно перемен, которые предполагают ввести в правление; с другой стороны, думают, что Шотландия хочет остаться верной монархическому правлению и своим древним учреждениям. Трудно предвидеть, какой будет исход всех этих соображений и перемен в обеих странах; и хотя общественное спокойствие нисколько не нарушено в этой столице, благодаря удвоенному надзору многочисленных военных постов, однако мы не знаем, каково в этом отношении положение провинций.

Вчера мы получили визит г. генерал-лейтенанта Кромвеля, который говорил нам с беспредельным уважением о правлении вашем; он, между прочим, поднял вопрос о религии, давая нам разуметь, что, с помощью вашей, воз-можно и необходимо будет восстановить ее здесь по лучшей системе и дать ей лучшую организацию.

Граф Денби, который также был вчера у нас, распространялся очень долго о различных вопросах, касающихся предшествовавшего и будущего правлений; из чего мы заключили, что остается еще много дела уладить и что меры, которые думают принять, не дают повода ни к какому вероятному предположению касательно их исхода и их успеха. Как несчастное событие казни короля полагает предел негоциации, которая была поручена нашему чрезвычайному посольству, то мы употребим все усилия, чтобы дела нашей миссии пострадали от этого как можно менее и продолжали бы производиться в интересах и к полному удовольствию вашему.

Так как верховный суд окончил свои занятия, то учреждают другие чрезвычайные трибуналы, чтобы судить пэров и других знатных государственных преступников, каковы герцог Гамильтон, граф Голланд, милорд Горинг и т.д.; лица низшего чина будут судиться обыкновенными судами, а военнопленные - военным судом.

В числе прочих дел, которые решаются в настоящее время в парламенте, идет вопрос о том, чтобы даровать нашим соотечественникам, находящимся здесь, право пользоваться всеми льготами навигации, торговли, фабрик, ремесел и всякого производства наравне и сообща с анг-лийским народом. Так как мы знали об этих распоряжениях парламента, то нам дали понять, что парламент готов войти с нами по сему предмету в более подробные сношения. Мы думаем этим дать* вам довольно очевидное доказательство, что здесь занимаются всеми вопросами, выходящими из обыкновенного порядка дел.

Затем мы молим Всевышнего сохранить в долгом благоденствии правление ваше.

Подписи: Альберт Иоахим и Адриен Пау Лондон, 12 февраля 1649 г.

Третья депеша

Высокие и могущественные господа!

После кровавой катастрофы, прекратившей дни короля, о каковом событии наши депеши от 9 и 12 чисел этого месяца известили вас, мы решились закрыться у себя дома, по примеру других посланников и гг. шотландских комиссаров. Впрочем, так как французский посланник и гг. шотландские комиссары сделали нам визит до этого события, а испанский посланник оказал нам эту честь дважды - до и после, то мы не могли отказать первым в этом акте вежли- р0сти и не принять визита последнего; итак, мы, со своей с1-ороны, отплатили этот долг 13 числа, причем заметили, ч^о вышеупомянутые их превосходительства глубоко тронуты этим великим событием, хотя г. французский посланник заранее уверял нас, что он отлично знал, какие с0бытия должны были случиться.

Испанский посланник дон Альфонсо де Карденас объ- я6нл нам, что он получил на следующий день после роко- g0ro события от короля, своего повелителя, повеление ^тупиться в дела этого государства; но теперь он того мнения, равно как и французский посланник, что так как неожиданной смертью английского короля их назначение и ({Х дипломатические обязанности прекращаются, то они не л10Гут более действовать в своем высоком качестве или зашиваться во что-либо, прежде чем получат новые приказания от своих дворов. Гг. шотландские комиссары отправили две депеши, одну за другой, к своим доверитель те* к шотландскому парламенту, открытому в настоящее время; они ждут ответа на свою первую депешу в течение недели и начнут действовать только тогда, когда улучат надлежащие полномочия.

Все полагают, что правительство подвергнется кореному изменению; что королевский дом будет отстранен и й6едена новая форма правления; что, может быть, примут ^ образец Венецианскую Республику, соединенные про- вцнции или какое другое республиканское правительство. Вас уведомляют, что действительно девять членов палаты пэров и восемнадцать нижней палаты составят комиссию, которая должна будет начертать основание новой конституции. 13 числа этого месяца было назначено королевским судьям собраться на суд в Вестминстер - Галле; но нас издают, что заседания не было, так как судьи представили возражение, что их прежние обязанности окончились с0 смертью короля и что они не могут решиться принять скоро свои новые назначения, сделанные парламентом, В(1 изменить форму своих способов процедуры и других необходимых формальностей, как, например, принятых парламентом решений от 29 января 1648 г. (по английскому стилю) и которые мы переслали к вам с депешей от 9 числа текущего месяца. Мы до сих пор продолжаем оставаться в полнейшей неизвестности насчет исхода событий, которые, вследствие разногласия мнений и других случайностей, могут еще испытать самые невероятные перемены. Итак, мы удовольствуемся только замечанием, что до сих пор общественное спокойствие не было нарушено никаким образом, и просим вас давать нашим известиям только ту цену, которую заслуживают наши усилия открыть истину сквозь путаницу известий верных или ложных, получаемых нами со всех сторон и оставляющих нам только удовольствие извещать конфиденциально вас о том, что мы можем собрать, по ревности к вашей службе. Затем молим Всемогущее Провидение сохранить в вечном благоденствии правление ваше.

Подписали: Адриен Пау и А\ьберт Иоахим Лондон, 15 февраля 1649 г.

Четвертая депеша

Высокие и могущественные господа!

Так как известия, содержавшиеся в нашей последней депеше от 13-го числа сего месяца, показались нам довольно важными, то мы озаботились отправить ее к вам с верной и скорой оказией; впрочем, так как с того времени ветер был постоянно противный, то мы опасались, что она не дошла по назначению так скоро, как мы надеялись. С тех пор мы были свидетелями еще важнейших событий. 16-го числа сего месяца нижняя палата, вопреки ожиданиям и желанию комиссии из обеих палат, заседающей в виде комитета, и мнение которой насчет принятия нужных мер также должно было приниматься в уважение, постановила, что палата паров прекращает с этой минуты свои обязанности и перестает быть собранием, обсуждающим и имеющим власть в чем-либо, касающемся до дел королевства; так что, кроме того, что лорды и принцы сохранят свои титулы и степени и будут способны занимать всякие должности, впредь будет только одна нижняя палата в английском парламенте, а пэры будут в ней заседать в качестве простых депутатов, назначаемых провинциями. На следующий день, 17-го, нижняя палата, декретом своим от этого числа, уничтожила навсегда королевское звание в Англии. Мы имеем, сверх того, сведения, что парламент, таким образом ограниченный одной нижней палатой, будет собираться раз каждые два года на определенное время и что постоянная исполнительная власть будет передана в руки совета из 30 или 40 членов, между которыми пэры будут заседать в числе около двенадцати. Совет этот, таким образом организованный, будет представлять во все время закрытия парламента верховную власть королевства. Но эта последняя мера не решена окончательно, как две другие вышеупомянутые. Впрочем, палата депутатов постепенно пополняется возвращением многих членов, которые вновь занимают в ней свои места, подписав прежде очистительный акт, которым они отказываются от мнений, поставивших их в оппозицию со своими товарищами. Говорят также, что в первый день приступят к избранию новых судей верховного суда и мировых, или низших судей.

Граф Денби, президент палаты пэров, не успев 17-го числа отправить к нам послание, 18 прибыл к нам с визитом, чтобы известить нас, каким образом произошел роспуск и уничтожение этого собрания, и исполнить его последнее приказание, вручив нам ответ палаты на наши предложения. Прочитав его, он нам вручил копию, которую мы при сем прилагаем, а подлинник оставил у себя для своего личного оправдания, присовокупив, что отве- том этим заключились заседания верхней палаты, которая не хотела разойтись прежде, чем даст это свидетельство своего уважения к вам.

Нижняя палата также спрашивала нас через церемониймейстера, когда нам можно будет представиться ей, чтобы получить от нее ответ на наши предложения. На что мы дали ответ, что как скоро палата даст нам знать о времени, назначенном для этой аудиенции, мы не преминем явиться.

Со времени несчастного события смерти короля мы не настаивали на ответе, и хотя о нем ничего не слыхали, но теперь узнали, что он напечатан в здешней газете, между тем как нам об этом ничего не было сообщено.

Еще прежде распространили слух и напечатали, будто мы просили, чтобы наши предложения не были обнародованы. Ничто не может быть несправедливее этих уверений. Не касавшись нисколько этой публикации, в которой нет ни одного нашего слова, мы ее оставили совершенно на скромность обеих палат, каждой из которых наши предложения были представлены отдельно в письме по надлежащей форме. Сверх того, мы заметили, что возражение, сделанное нами на ответ оратора нижней палаты, после передачи ему наших предложений, напечатано в газете не в настоящем своем виде, и мы до сих пор не могли дознаться, участвуют ли в подобных публикациях высшие власти или нет.

16-го числа этого месяца несколько отрядов пехоты и кавалерии выступили в поход отсюда на Бристоль, и ходит слух, что в сем последнем городе, равно как в Гло-стере, вспыхнуло неудовольствие против действий парламента. Впрочем здесь и в окрестностях все спокойно.

Нынче день, в который назначено явиться обвиненным лордам, как то: Гамильтону, Голланду, Горингу, Кэплю и сэру Джону Овену перед верховным судом, недавно учрежденным в Вестминстер-Галле, эти господа, исключая графа Голланда, который болен, действительно являлись и, по выслушании всех взводимых на них обвинений и по ответе на них в свою защиту, они были вновь уведены в тюрьму, впредь до следующего вызова их для продолжения процесса.

Оканчиваем наше донесение, моля Божественное Провидение более и более пектись о благоденствии прааления вашего.

Подписали; Адриен Пау, Альберт Иоахим

Пятая депеша

Высокие и могущественные господа!

Господа комиссары Шотландского Королевства, получив депешу от своего парламента, сообщили нам ее вечером в довольно неурочный час, равно как прокламацию, декрет и письмо, копии которых прилагаются при настоящей депеше. Вы узнаете из их содержания, что принц Валлийский провозглашен парламентом Шотландии королем Великобритании, Шотландии и Ирландии. Сверх того, гг. комиссары известили нас, что вслед за тем отправили из Шотландии в чужие края дворянина с этими актами; что об этом возвещено везде и что готовятся отправить посла, снабженного самыми пространными инструкциями к монарху. Слух ходит здесь, что парламент очень недоволен этой мерой и в особенности тем, что не удовольствовались провозгласить его только королем Шотландии, но вместе Великобритании и Ирландии. Наборы продолжаются здесь тайным образом, и войска постоянно направляются к Шотландии и другим местам, что заставляет предполагать, что в последних сражениях потеряно много народа. Впрочем, столица продолжает наслаждаться совершенным спокойствием и в ней не обнаруживается никаких признаков возмущения. Экипажи военных кораблей постоянно комплектуются, и я бы нисколько не удивился, если бы в непродолжительном времени составилось около тридцати кораблей, совершенно оснащенных и готовых стать под паруса; число это, говорят, будет постепенно доведено до семидесяти, и прибавляют, что трем комиссарам парламента вверено будет начальство над

244

* этим флотом: по-видимому, в этой мере нет помину о на-чальствовании графа Уорвика. В минувший понедельник, 22 числа сего месяца, церемониймейстер сообщил нам, что в следующую среду или четверг нас пригласят явиться в парламент для получения в полном собрании ответа на наши предложения. В среду он известил нас, что аудиенция назначена на четверг вечером и, вследствие того, в этот день нас привезли в каретах, приличных случаю, в В е с т м и не тер - Галл ь. После того как нас ввели в залу нижней палаты и мы заняли места, нам предназначенные, оратор прочел нам ответ палаты и дал с него копию; на что мы отвечали в немногих словах, что, перечитав ее, мы сообщим ее сами нашему правительству, к которому мы имеем намерение возвратиться в самый короткий срок, и что пользуемся настоящим случаем, чтобы проститься с парламентом в качестве чрезвычайных посланников. Палата в этот день была многочисленнее, чем в нашу первую аудиенцию, по причине возвращения многих депутатов и восстановления в прежних должностях разномыслящих членов, которые являются, один за другим для занятия своих прежних мест, под покровительством очистительного акта. Назначение большего числа депутатов было одной из первых работ новой палаты, после чего она приступила к избранию тридцати восьми членов, имеющих составить государственный совет королевства, и имена и звания которых вы прочтете в прилагаемой при сем газете. Судьи королевства имели на прошлой неделе обычные ассизы, или, как здесь называют, срок (terme).

Накануне нашей последней аудиенции и, следовательно, после того, как нас о ней известили, мы получили письма ваши от 22 сего месяца; и так как уже прежде занимались приготовлениями к нашему отъезду, то мы совершим его, как только представится возможность, желая прибыть в самый короткий срок к вам, чтобы сообщить ответ, полученный нами, и отдать подробный словесный ответ о нашем посольстве, сопровождавшемся множеством случаев и обстоятельств, которые, при настоящем неверном положении дел, мы полагаем неудобным доверить бу-маге. Так как постоянно противные ветры и довольно сильные морозы затрудняют плавание по Темзе, то мы не можем определить дня нашего отъезда, но воспользуемся первым удобным случаем, который представится, чтобы совершить наше возвращение либо прямым путем, либо через Дувр и Кале, несмотря на то, что последний путь представляет, как говорят, очень мало удобств.

Государственные преступники, именно: герцог Гамильтон, лорд Горинг, лорд Кэпль и сэр Джон Овен уже несколько раз являлись перед верховным судом. Первый прибег было к способу отвода, но средство это было отвергнуто и ему приказано приготовить свою защиту, и на-значены официальные защитники; три прочие заключились в пределах своей защиты, в особенности лорд Кэпль, против которого по делу о капитуляции на условии пощады, были выслушаны как свидетели генерал Ферфакс и генеральный комиссар Эйртон, которые для этой цели лично являлись перед судом. Все эти обстоятельства заставляют опасаться за участь этих благородных лиц и их считают в большой опасности. Мы полагаем нужным уведомить вас, что настоящая депеша - шестая, которую мы вам отправляем, так как две предыдущие были от 15 и 19 чисел сего месяца. Задержки, которые ис-пытывают посылки, отправляемые отсюда, по причине противных ветров и мороза, заставляют нас справедливо опасаться, что еще не все они дошли до вас.

Оканчиваем, призывая покровительство Божественного Провидения на правление ваше.

Подписали: Адриен Пау, Альберт Иоахим

Лондон, 26 февраля 1649 г.