Глава 12 ИСПАНИЯ

Особенности политического и экономического развития Испании к началу XVII в. B XVII в. Испания была великой мировой державой. Ee политическое и хозяйственное влияние распространялось на два континента — Европу и Америку.

Последствия важнейших исторических процессов XV-XVI вв.: Реконкиста (т.е. отвоевание Пиренейского полуострова у арабов), покорение Нового Света и европейские войны — оказали большое влияние на историю испанского государства в XVII в. Экономика и общество Испании в течение восьми веков развивались в условиях то затихающих, то вновь продолжающихся военных действий, и хозяйственные и демографические ресурсы центра государства — Пиренейского полуострова — были ограничены. Ko второй половине XVI в. оформился комплекс политических, экономических и социальных проблем, обострившихся в течение XVII в.

Характерной чертой испанской монархии было сосуществование в рамках одного государственного образования территорий с различным политическим статусом. Европейские владения, американские колонии, Португалия, Кастилия, Арагон — все части империи испанских Габсбургов имели свои государственно-политические институты. Управление монархией основывалось на представлении, что государственное единство Испании воплощено в персоне короля.

Завоевание Нового Света и практически одновременная европейская экспансия замедлили процессы политической централизации на Пиренейском полуострове.

Значительную экономическую обособленность областей Испании предопределило своеобразие природных условий Пиренейского полуострова — горные цепи, плоскогорья, реки, мало пригодные для судоходства. Реконкиста усугубила ее. Различные регионы страны разное время находились под арабским владычеством и в разной степени испытали влияние длительных военных действий. После завершения Реконкисты были сохранены внутренние таможни, разни- цаденежных систем, налоговые привилегии различных областей страны, что препятствовало развитию хозяйственных связей.

Колониальная торговля не способствовала экономическому объединению полуострова. C юридической точки зрения Новый Свет был собственностью кастильской короны, и поэтому остальные области Испании (например, Арагон и Каталония) не имели права торговать с Америкой напрямую. Колониальная экспансия XVI в. повлияла на экономику Кастилии, особенно ее южных областей — Андалусии и Мурсии. Только андалусские порты Севилья и Кадис имели привилегию торгового сообщения с Новым Светом.

B первой половине XVI в. Кастилия испытала экономический подъем. Спрос Нового Света стимулировал развитие земледелия, виноградарства, возделывания оливковых деревьев на юге полуострова; в северных и центральных районах развивались товарное земледелие и перегонное скотоводство, производство шерсти на экспорт, сукноделие; торговые отношения связывали эти области полуострова с Нидерландами, Англией, Францией. B XVI в. Испания, используя свое политическое господство в Нидерландах и Италии, активно участвовала в европейской торговле, но не всегда могла на равных соперничать со своими вассальными владениями.

B результате Реконкисты и завоевания Нового Света военное сословие — дворянство — приобрело большое общественное влияние; в XVI в. оно составляло около 10% жителей страны. Дворяне- идальго под покровительством королевской власти контролировали самые прибыльные отрасли испанской экономики: колониальную юрговлю, производство шерсти на экспорт, товарное земледелие, особенно на юге Испании.

Обширная зона политического влияния обусловила вовлечение Испании в многочисленные международные конфликты. Немалую роль в этом сыграла и стратегия внешней политики самих испанских Габсбургов, сформулированная еще Карлом V и Филиппом //, — создание «всемирной католической монархии». Ha протяжении всего XVII в. испанское государство пребывало в состоянии войны, отстаивая свои владения то в Старом, то в Новом Свете. B ходе Тридцатилетней войны (1618— 1648) театром военных действий стали северо-восточные области Пиренейского полуострова.

Обладание империей сказалось на экономическом развитии Испании. Налоговые поступления из подвластных территорий стали важными источниками дохода, но управление территориями за пределами Пиренейского полуострова, в свою очередь, требовало значительных средств. Растущий долг стал «болезнью» испанской финансовой системы, уже в конце XVI в. королевская власть несколько раз объявляла государственное банкротство. Расходы на войну, администрацию и долговые выплаты истощали королевскую казну. Короли, стараясь пополнить бюджет, увеличивали налоги.

Ha рубеже ХѴІ — ХѴП вв. Испания вступила в тяжелейший период экономических, политических и общественных изменений, и XVII в.

Особенности развития централизованного государства. B сложной структуре испанского государства очевидным было верховенство Кастилии. Эта область оставалась самой обширной и населенной на полуострове, 87 % жителей Испании были кастильцами; здесь были сосредоточены все органы управления монархией; аристократы Кастилии занимали все высшие государственные должности, были вице-королями в европейских владениях Испании и Новом Свете.

B Испании не существовало общегосударственного сословного представительства. Каждая область имела собственные органы самоуправления — кортесы. B Кастилии их политическое влияние постоянно уменьшалось. Еще в XVI в. кастильские кортесы превратились в собрание представителей 18 городов, причем все депутаты были дворянами. Кортесы не имели права задерживать исполнение монарших решений, не могли обсуждать обычное налогообложение: они вотировали только вопросы о чрезвычайных податях и имели право петиций. Для того, чтобы предотвратить возможность совместного противодействия городов королевским требованиям, власть чаще всего обращалась к каждому городу отдельно. B XVII в. кортесы собирались только для принесения присяги монарху. По сравнению с Кастилией представительные органы Арагона и Страны Басков, используя права политической автономии, были более активны, особенно отстаивая налоговые привилегии.

Каждая из территорий, входивших в состав монархии, как в Испании, так и за ее пределами, управлялась посредством особого органа — совета (соответственно Кастилии, Арагона, Италии, Индии). Наряду с^этими советами существовали и советы общегосударственные., ведавшие финансовыми и военными делами (например, совет по делам Казны, Военный совет). Функции советов иногда противоречили друг другу, что приводило к очевидной несогласованности их действий. B XVII в. в системе королевских советов произошло возвышение совета Кастилии.

Габсбурги, а особенно Филипп 7/(1556— 1598), считали существование областных привилегий угрозой государственному единству и пытались ограничить действие фуэрос Страны Басков и Арагона.

B автономных областях испанского монарха представляли вице- короли — кастильские аристократы, которых назначали в Мадриде. Испанский король созывал и распускал местные кортесы. Так, в конечном счете пользование «вольностями» зависело от согласия короля.

Государственная администрация. Король и гранды. Политическая история Испании в середине — второй половине XVII в. связана с царствованием двух государей — Филиппа IV (1621 — 1665) и Карла 7/(1665-1700).

Филипп IV отличался сильным характером, обладал выраженной политической волей. Прекрасно образованный человек, он слыл покровителем искусств, увлекался театром, по его приказу была собрана богатая коллекция живописных полотен. B характере короля сочетались широта натуры и, порой, избыточная набожность. Военные поражения, политические неудачи Филипп IV воспринимал как Божью кару за свои собственные прегрешения.

Карл II, правление которого охватывает последние 35 лет XVII в., был физически и психически неполноценным человеком. Личное участие монарха в государственныхделах было ничтожным, и во второй половине XVII в. испанские аристократы, например сводный брат Карла II Хуан Xoce Австрийский, а затем герцог Мединасели, вершили политику государства.

B течение XVII в. в системе высшего государственного управления появились важные нововведения, связанные с ослаблением личного участия короля в государственных делах и усилением политической роли аристократии.

B конце XVI в. начала складываться наиболее зависимая от монарха часть администрации — королевский секретариат, посредством которого король передавал свои распоряжения советам и корректировал их деятельность.

B XVII в. повысилась роль секретарей королевского кабинета, с одной стороны, а с другой — большое влияние приобрел королевский советник, которого в Европе не вполне точно называли фаворитом, или первым министром. Он был доверенный лицом монарха и от имени короля руководил громоздкой административной структурой.

B XVII в. королевский советник, как и король, стоял над бюрократической системой и не занимал административных постов. Королевские фавориты, стремясь упрочить собственную власть, способствовали продвижению при дворе своих родственников и клиентов. Государственные дела вершил узкий круг придворных, процветала коррупция, которая усугубилась во второй половине столетия. Поскольку Карл II не занимался государственными делами, роль грандов-членов королевского кабинета возросла: именно они, а не король, принимали решение о кандидатуре главного королевского советника. Аристократов, фактических правителей страны, стали называть «камарильей», «маленьким кабинетом».

Политические позиции знати усилились не только на высшем государственном уровне, но и на местах. B городском самоуправлении дворянству традиционно принадлежало право на половину должностей. Испанские короли, испытывавшие в XVII в. явный недостаток средств, продавали муниципальные должности и земли домена в частные руки. Знать, состоятельные дворяне, покупатели должностей и сеньорий, воспользовались этим, чтобы укрепить свое политическое влияние в городских советах и сельских общинах.

Региональные движения в XVII в. Восстание в Каталонии 1640—1652 гг. Яркое свидетельство противоречивости процессов централизации и слабости королевской власти — региональные движения середины XVII в., активизация которых связана с имперской политикой Габсбургов: усилением налоговых требований и последствиями военных действий Тридцатилетней войны, захватившей также и Пиренейский полуостров. Лишения военного времени осложнялись политическим нажимом со стороны Кастилии, которая не в состоянии была самостоятельно оплачивать внешнюю политику и стремилась переложить часть налогового бремени на провинции. Это было невозможно без обращения к политическим вольностям автономных исторических областей, таких как, например, Арагон и Страна Басков. Областные движения, направленные против усиления налогового гнета и начинавшиеся как голодные бунты, угрожали государственному единству и иногда опирались на иностранную поддержку. B региональных движениях принимали участие народные низы, требовавшие облегчения феодальных повинностей, и местная знать, желавшая утвердить свои политические привилегии.

B 1640-х гг. испанское государство переживало настоящий политический кризис. B 1640 г. Португалия добилась независимости от испанской короны — так называемое «пиренейское единство», созданное в 1580 г. Филиппом II, перестает существовать. B 1641 г. аристократы Андалусии вступили в заговор против короля.

Самым значительным мятежом было восстание в Каталонии, которое началось в 1640 г. Непосредственным поводом к восстанию послужили требования Мадрида о дополнительных средствах на военные действия как в самой провинции, так и в Италии. Правительство Каталонии отказало королю на основании фуэрос: область и так была истощена — уже год на ее территории шла война, и население содержало армию. Засуха и неурожай усугубили ситуацию. Движение, в котором принимали участие также и крестьяне, и городские низы, охватило всю провинцию. Вооруженные народные отряды вошли в Барселону, разгромили дома знати, убили вице-короля. Ни правительство Каталонии, ни городской совет не смогли умиротворить восставших.

Каталонская знать и городской патрициат оказались в весьма затруднительном положении. Переговоры с королем о выводе из области войск не дали результата, а народное движение выходило из-под контроля — крестьяне отказывались платить сеньориальные повинности. Тогда каталонское правительство прибегло к помощи сильного иностранного союзника и подписало соглашение с королем Франции Людовиком XIII. Через несколько месяцев франко-каталонские войска одержали победу над испанцами, и до 1652 г. Каталония фактически перешла под власть Франции. Однако положение населения не улучшилось — на место испанских солдат пришли французские. Крестьяне не сложили оружия и начали войну против иноземцев. Военная помощь Франции каталонцам в борьбе против Испании иссякала. Bo Франции набирала силу Фронда, а испанский геатр военных действий постепенно утратил свою важность — ареной франко-испанского противостояния к концу 1640-х гг. стала Италия. Будучи не в силах сдерживать народное движение и лишившись поддержки Франции, каталонское дворянство и состоятельные горожане обратились за помощью к Филиппу IV. Умиротворение Каталонии произошло в 1653 г. на условиях сохранения фуэрос.

Политический кризис 1640-х гг. привел к укреплению местных политических привилегий не только в Каталонии, но и в Арагонском королевстве в целом. Вопреки традиции, созданной еще Фи- іиппом II, в конце XVll в. король назначил вице-королем представителя местной аристократии и строго соблюдал налоговые приви- іегии Арагона.

Демографические изменения в XVII в. Кризисные экономические изменения в разной степени и в разное время затронули различные области полуострова. Раньше всего, в последней трети XVI в., они проявились в северной и центральной Кастилии, в 1620— 1630-е гг. — в южных районах страны, затем — на севере полуострова и на его восточном побережье. Наиболее разрушительное действие кризиса испытала Кастилия.

Демографические изменения были одним из главных показателей и одновременно причин экономического упадка. B конце ХѴІ-нача- ле XVII в. население Пиренейского полуострова сократилось с 9,5 млн примерно до 8 — 7,5 млн человек. Причинами демографического спада были 5 эпидемий чумы, самые опустошительные из которых пришлись на середину и на последнюю треть столетия. B 1647— 1652 гг. Севилья лишилась половины жителей. Климатические изменения стали причиной неурожаев, которые наблюдались каждые 10— 15 лет, а за ними следовали голодные годы.

Важным фактором, обусловившим уменьшение численности населения, была конфессиональная политика государства. B 1609 г. из юго-восточных провинций были изгнаны мориски, потомки насильственно обращенных в христианство мусульман. Полуостров покинули около 300 тыс. человек.

Открытие и освоение Америки вызвало поток переселенцев за океан: в XVII в. из Испании ежегодно уезжали около 2 — 3 тыс. жителей. Еще одной причиной обезлюдения целых областей были солдатские наборы.

Произошло не просто сокращение населения. Хозяйственные процессы, налоговая политика монархии привели к его перераспределению между различными областями страны. Еще в XVI в. значительные массы людей переселились на юг полуострова. Это было связано с завершением Реконкисты и открытием Нового Света. Ho в XVII в. направление миграций изменяется. Пустеют внутренние области полуострова — центральная Кастилия. Обезлюдевшие селения еще в течение целого столетия станут типичными для ее внутренних областей. C одной стороны, людей по-прежнему привлекает богатейшая Севилья, через которую в страну поступают богатства Америки, — город эмигрантов, стремящихся покинуть Старый Свет ради сокровищ Нового. C другой стороны, растет численность населения северных областей Испании и средиземноморского побережья полуострова. Спасаясь от постоянно растущих податей, люди переселяются из Кастилии в провинции, пользующиеся налоговыми привилегиями.

Последствия демографического спада XVII в. были длительными. Уровень численности населения XVI в. будет восстановлен в Испании только к середине XVIII в.

Сельское хозяйство в XVII в. Основой экономики оставалось сельское хозяйство, в котором было занято около трех четвертей трудоспособного населения страны.

B конце XVI в. произошел спад в развитии земледелия в центральной Испании, а к середине XVII в. — на юге, в Андалусии. Сократились посевы пшеницы. Крестьяне занялись возделыванием других зерновых культур — ячменя, проса. B южных областях растет производство оливок и винограда. B течение XVII в. Испания ввозила хлеб.

Упадок земледелия был связан не только с естественными причинами — климатом и демографическим спадом, важную роль в его развитии сыграли социальные процессы.

Королевская власть искусственно, при помощи такс, поддерживала низкую цену на испанский хлеб на внутреннем рынке, а импортное продовольствие под таксацию не попадало. Фиксированная цена, рост налогов ограничивали связи крестьянского хозяйства с рынком, и сельскохозяйственное производство становилось невыгодным.

Наследием Реконкисты было разнообразие владельческих прав на землю в разных частях Испании, различное соотношение королевского, сеньориального, церковного и общинного землевладения. B Кастилии самым распространенным типом крестьянского хозяйства было мелкое и среднее наследственное держание, в Арагоне существовали и остатки личной зависимости крестьянства: там сеньоры сохранили право уголовного суда. Ha юге, в Андалусии, и на юго- востоке, в Валенсии, находились крупные дворянские латифундии, использовавшие наемный труд. Под влиянием «революции цен» реальная стоимость рент понизилась, и сеньоры начали требовать их уплаты натурой. Натурой взималась также часть церковной десятины.

B результате изгнания морисков население Валенсии сократилось, обширные поместья остались без рабочих рук. Валенсийское дворянство захватило земли морисков и привлекало на обезлюдевшие земли поселенцев из других областей Испании. Новые землевладельцы расширяли сеньориальные права и увеличивали рентные платежи. Ренты стали составлять до 1/3 урожая, выросла плата при отчуждении наделов. Bce это сказалось и на хозяйственном развитии области — многие поместья пришли в упадок. Новое население Валенсии было весьма нестабильным: поселенцы бросали свои наделы, прожив там сравнительно недолго.

B XVII в. королевская власть, стремясь избавиться от финансового дефицита, продавала земли домена, и многие коронные земли стали сеньориями. Новые владельцы захватывали общинные угодья и пустоши, вводили баналитеты, передавали земли в аренду церкви, брали на откуп налоги.

Политика государства также сказалась в ухудшении условий существования крестьянского хозяйства. Ha уплату государственных налогов уходило больше половины срсдств крестьян. Ha юге страны государство реквизировало продовольствие для нужд армии и флота. Возросла долговая зависимость крестьянства. Крестьяне брали в долг у церкви, у зажиточных горожан под залог своих наделов и постепенно теряли свои владельческие права. Заимодавцы в счет долга часто скупали урожай на корню.

Упадок земледелия в северных и юго-западных районах Кастилии был связан и с развитием перегонного овцеводства. Скотоводство было традиционным занятием жителей кастильского плоскогорья, области с засушливым климатом и резкими перепадами температур. Рост международного спроса на шерсть в XVI в. сделал перегонное овцеводство оченьдоходным видом деятельности. Высококачественную шерсть овец-мериносов вывозили за пределы страны, во Фландрию; более грубые сорта обрабатывали в Испании, на городских мануфактурах. Контролировало эту прибыльную отрасль экономики дворянство. B закреплении его монополии на доходы от участия в международной торговле шерстью большую роль сыграла корпорация кастильских скотоводов — Места, членами которой стали влиятельные кастильские аристократы. Места обладала исключительными правами в налогообложении, имела собственное судопроизводство, могла присваивать удобные пастбища на маршрутах перегона овец, не считаясь с желанием владельца (огораживать наделы от отар запрещалось). Корона покровительствовала Месте, поскольку получала доходы от вывозных пошлин на шерсть. B Кастилии, особенно в ее западных и южных областях, земледелие уступало место скотоводству, а крестьяне лишались своих наделов.

Войны, упадок торговли, текстильного производства как в Европе, так и на полуострове, сказались и на состоянии кастильского овцеводства: сокращалось поголовье стад и количество вывозимой тонкорунной шерсти. За первые 20 лет XVII в. объем экспорта снизился в 1,5 раза. Перегонное овцеводство стало менее выгодным. Места начинает заниматься также и оседлым скотоводством. B результате качество испанской шерсти снизилось, а спрос на пастбища, напротив, возрос, что привело к усилению конкуренции между крестьянами и Местой за общинные угодья.

B результате в XVII в. существенно сократились хозяйственные возможности крестьянского хозяйства; заниматься земледелием стало невыгодно и все более затруднительно. Росло количество необрабатываемых, пустошных земель. B Кастилии крестьяне забрасывали свои наделы, пополняя число бродяг. Один из наблюдателей писал о том времени: «Тот, кто может трудиться на земле, не желает этого; тот же, кто желает трудиться — не может».

Ремесло и торговля. B XVII в. внутренняя структура испанской экономики изменилась: ремесленное производство и торговля стали занимать в ней гораздо меньше места, чем в XVI в.

По мере освоения территорий Нового Света оказалось, что производительность испанского ремесла слишком низка для того, чтобы удовлетворить спрос американских колоний. Ввоз драгоценных металлов из Америки вызвал не только «революцию цен», но и приток на полуостров иностранных товаров из европейских стран. Испанское производство по сравнению с «богатствами Индии» стало неприбыльным, и поэтому короли не поддерживали его. Уже на py- бежеХѴІ—ХѴІІ вв. увяла и самая динамично развивавшаяся отрасль испанского ремесла — сукноделие. Испанские товары дорожали, спрос на них падал.

Города севера и центра Кастилии — Бургос, Сеговия, Толедо, которые в XVI в. были центрами сукноделия и шелкоткачества, постепенно теряют свое значение. Рассеянное и централизованное мануфактурное производство, только начавшее формироваться, перестает существовать. Суконные мануфактуры Сеговии, в которых работало от 100 до 300 человек, разоряются, производство сокращается до масштаба ремесленных мастерских.

Упадок переживает и торговля. Прекратили свое существование ярмарки в Медина дель Кампо, крупнейшем торговом и финансовом центре Кастилии. Bo многих областях полуострова торговля сузилась до размеров городской округи. Развитие внутренней торговли на полуострове сдерживали внутренние таможни, иностранная конкуренция, состояние денежной системы, налоговый пресс.

Неспособность удовлетворить потребности американских колоний за счет внутренних ресурсов страны и растущий государственный долг побудили испанских королей к предоставлению исключительных торговых прав иностранным купцам. Привилегии на импорт в Испанию своих товаров получили в течение XVII в. англичане, французы, голландцы, Ганза. Королевской власти пришлось брать кредиты у иностранных банкиров под залог американских драгоценных металлов.

Испанское купечество превратилось в торгового посредника между колониальными потребителями и иностранными торговцами и финансистами.

Иностранцы использовали Испанию как перевалочный пункт для своих товаров и как источник драгоценных металлов. Большая часть иностранных товаров, поставлявшихся на полуостров, отправлялась в колонии, в Испании оставалось только 10 %. Драгоценные металлы Нового Света уплывали за пределы королевства. Монархи оплачивали свои долги, а их подданные покупали иностранные товары. Значительную часть американских драгоценных металлов сразу же по прибытии в Кадис перегружали на французские и голландские корабли прямо в бухте.

Серьезным препятствием развитию товарно-денежного обмена было состояние денежной системы. B каждой области существовала своя монета. B Кастилии для международной торговли и государственных расчетов использовали полновесные деньги из золота и серебра. Для повседневных расчетов имели хождение монеты из сплава серебра и меди — веллоны, которые по номиналу приравнивались к серебряным. Однако доля серебра в веллоне постепенно сокращалась. Номинальную стоимость веллона устанавливала и периодически изменяла королевская власть, что приводило к росту инфляции, дезорганизации торговли. B 1680-е гг. после очередной денежной реформы Кастилия несколько лет жила в условиях натурального обмена из-за отсутствия наличных денег.

Развитие торговли сдерживалось и налоговой системой. Королевская власть изобретала новые косвенные подати, большинство из которых касалось торговых операций. Самым прибыльным для короны был налог на торговые сделки — алъкабта, составивший от 4 до 10 %.

Еще в конце XVI в. сформировался новый источник богатств — доходы от операций с государственными долговыми обязательствами. Налоговые поступления не покрывали постоянно растущих потребностей испанской монархии, поэтому испанские короли, начиная с Филиппа II, занимали деньги у своих подданных и иностранных банкиров под залог американских драгоценных металлов. Ha сумму долга выпускали специальные документы — королевские векселя, которые обращались на внутреннем рынке и превратились в предмет финансовых спекуляций. Торговля ценными бумагами в XVII в. стала выгодным вложением средств, поскольку не облагалась налогами, а государственный долг постоянно рос. Знать, городской патрициат предпочитали вкладывать деньги в операции с королевскими векселями, а не в производство.

Упадок торговли и ремесла повлек за собой застой городской экономики. Многие состоятельные горожане покупали земли в городской округе и жили за счет рент и натуральных платежей. Изменился облик испанских городов: их застраивали дворцами и монастырями, но все меньше оставалось лавок и мастерских. При этом Мадрид, Севилья, Кадис, Барселона — столичные, портовые города — разрастаются. B середине XVII в. экономическое влияние Мадрида распространялось на большую территорию, притягивая к себе торговлю из других городских центров. B столицу переселяются предприниматели из Толедо, Севильи, Гранады, Валенсии.

B результате экономического спада к концу XVII в. страна все меньше опиралась на собственные хозяйственные ресурсы, попав в зависимость от экономически более сильных европейских государств.

Испанское общество. Экономический кризис сопровождался противоречивыми общественными процессами. B источниках начала XVII в. отмечена «путаница» в испанском обществе — сословная структура рушилась, теряла свою определенность.

Особенность Испании состояла в том, что политика королевской власти в XVII в. сыграла существенную, если не решающую, роль в развитии социальных процессов. Увеличение налогового бремени сказалось на положении всех общественных слоев, но в разной степени: дворянство и духовенство сумели в конечном счете отстоять свои исключительные права в ущерб имущественному положению податных сословий.

Испанское общество XVII в. характеризовалось рядом особенностей. Привилегированные сословия — дворянство и духовенство — были более многочисленны, чем в других европейских странах. C нарастанием кризисных явлений в экономике внутри каждого сословия образовались свои слои богатых и бедных. Уменьшалось число ремесленников и торговцев. B то же время возрастало количество людей без определенных занятий — бродяг, нищих. B крупных городах Мадриде и Севилье в разное время от 10 до 20 % населения существовало за счет благотворительности.

Особенно бедственным было положение податных слоев, так называемого «общего сословия», прежде всего крестьянства. «Положение крестьянина в Испании — самое бедное и ничтожное, и, кажется, все вокруг сговорились разорить и уничтожить его» — подобные сентенции были общим местом в источниках XVIl в. B результате кризиса, увеличения сеньориальных требований, роста налогов, уменьшилось число крестьян, ведущих самостоятельное хозяйство. Обнищавшие крестьяне, утратившие свой надел, становились бродягами, пополняли ряды городского плебса.

Увеличение налогов, рост сеньориальных платежей и солдатские постои во второй половине XVII в. стали традиционными причинами народных выступлений. B середине века голодные бунты потрясли Андалусию; в 1688— 1689 гг. в Каталонии, а в 1693 г. в Валенсии произошли массовые крестьянские восстания, которые правительственные войска с трудом подавили.

Существенно изменилось положение торгово-предприниматель- ских слоев. Сокращение объемов внутренней торговли привело K разорению испанских торговых домов. Испанское купечество вкладывало средства в покупку титулов и земель, в государственные ценные бумаги, занималось посредническими операциями в колониальной торговле, брало на откуп государственные налоги. Ho при этом большинство состоятельных купцов, правдами и неправдами заполучив дворянское свидетельство, покидало ряды податного сословия. Изменить сословный статус можно было по-разному: покупкой прав на должности, которые считались дворянскими, например посты в городских советах; сменой рода занятий — стать государственным чиновником, получив университетскую степень; покупкой сеньориальных прав, ведь считалось, что «у кого вассалы, тот и благороден, тот и дворянин». Испанские короли, несмотря на существовавшие юридические ограничения, фактически поощряли одворянивание состоятельных выходцев из податных групп — горожан, купцов, землевладельцев.

Изменились политические права городских податных слоев. B Кастилии представители цехов были постепенно отстранены от участия в городском самоуправлении местной знатью и состоятельными горожанами, так называемыми «могущественными людьми». Если в Кастилии городские власти полностью попали под контроль местной знати, то, например, в Каталонии, городами управлял патрициат — купечество и цеховая верхушка, «почтенные граждане».

Важные изменения произошли в положении дворянства. «Революция цен» привела к обострению имущественного расслоения внутри сословия. При этом королевская власть постепенно распространяла новые подати и на дворянство, а налоговые привилегии постепенно перестали быть признаком исключительного социального статуса.

B наиболее выгодном положении оказались аристократы-гранды, крупные землевладельцы, пользующиеся поддержкой короны. Они сохранили основу своего достатка — майораты, неотчуждаемые земельные владения. Несмотря на то что в общественном мнении утвердились представления о несовместимости дворянства и «низких занятий» ремеслом и торговлей, на деле испанские дворяне, в том числе и титулованная знать, в XVII в. активно участвовали и в колониальной торговле и занимались финансовыми спекуляциями. Магнаты Андалусии, такие как герцог Мединасели, поставляли продовольствие для армии, принимали участие в снаряжении колониальных флотилий, не гнушались доходами от контрабанды. Связь богатства и социальных привилегий постепенно приобретала общественное признание.

Ha другом полюсе оказались низшие слои дворянства, нищие идальго, утратившие средства к существованию. Обедневшие дворяне превращались в маргиналов, которые не были в состоянии преодолеть сословное отвращение к «дурным занятиям», связанным с ручным трудом.

B отличие от дворянства и непривилегированных слоев общества испанское духовенство сохранило и укрепило свое социальное и экономическое положение. Церковь оставалась крупным землевладельцем. B XVII в. владения церкви увеличились за счет долговых обязательств, земель «мертвой руки», пожертвований и завещаний. B сельской местности церковь была основным кредитором крестьян. Испанское духовенство не платило налогов: единственная подать, которая распространялась на духовенство, были так называемые «королевские трети» — часть десятины, поступавшая в государственную казну.

B условиях всеобщей нищеты духовное звание превратилось в своего рода убежище для тех, кто был вытеснен из «своих» общественных групп: монахами становились не столько из религиозного рвения, сколько в поисках средств к существованию. B 1625 г. в стране было 9 тыс. монастырей. Численность духовенства в течение столетия выросла почти в 2 раза и составила около 200 тыс. человек.

Однако процессы имущественного расслоения затронули и испанский клир. Высшее духовенство получало большую часть церковных доходов, а приходские священники нищали: по образу жизни они ничем не отличались от своих прихожан. Увеличилось количество нищенствующих монахов.

Внешняя политика Испании во второй половине XVII в. Внутренние политические проблемы и экономический спад стали причинами внешнеполитических неудач Испании. B результате войн XVII в. наследие Карла V таяло. B 1648 г. Испания признает независимость Республики Соединенных Провинций, и завершается конфликт, длившийся более 80 лет. B 1659 r., по условиям Пиренейского мира с Францией, монархия лишилась Люксембурга и территорий на франко-испанской границе — Руссильона и Серданьи. Еще более чувствительным было отпадение Португалии в 1640 r., хотя независимость Португальского королевства Испания признала только в 1668 г.

Bo второй половине XVII в. главным соперником Испании стала соседняя Франция, а яблоком раздора — Южные Нидерланды и провинция Франш-Конте. Противостояние было столь ожесточенным, что католическая Испания заключила соглашение с протестантской Республикой Соединенных Провинций против Людовика XIV, «христианнейшего короля» Франции. Непрекращавшиеся военные конфликты лишили Испанию Франш-Конте (1668), многочисленных областей во Фландрии (1678), важных в стратегическом отношении территорий, обеспечивавших сообщение между владениями Испании в Италии и Южными Нидерландами. Драматичными были и событияДевятилетней войны (1688— 1697), во время которой французский флот бомбардировал средиземноморские порты Барселону и Аликанте (1691), французская армия вошла в Барселону, и Каталония была присоединена к Франции. По условиям Рисвикского мира (1697) Людовик XIV вернул Каталонию Испании.

Церковь и испанская культура. Особенности массового сознания. Идеология Контрреформации оказала значительное влияние на развитие испанской культуры. C конца XVI в. до начала XVIII в. культурная жизнь развивается в условиях ограниченных внешних связей. C 1559 r., согласно указу Филиппа II, испанцы не учились за границей, за исключением католических университетов в Риме, Болонье, Неаполе и Коимбре. Естественные науки и живые языки в испанских высших и средних учебных заведениях не преподавали. Доступ в университет был ограничен не только сословными, но финансовыми и конфессиональными требованиями.

Церковь усилила контроль духовной жизни общества. Деятельность инквизиции делала невозможным постановку и обсуждение религиозных вопросов в духе, противоречащем ортодоксальному католицизму. «Индекс запрещенных книг» исключал из круга чтения добрых католиков произведения, противоречащие доктринам Tpu- дентского собора, под страхом различных наказаний — от покаяния до конфискации имущества.

Церковь руководила университетской жизнью, определяла содержание учебных программ. Начальное образование, грамматические и латинские школы находились в ведении Ордена иезуитов. Они же руководили и коллегиями для аристократии. B конце XVII в. только учебные заведения иезуитов давали гуманитарное образование классического образца и приобщали студенчество к достижениям естественных и точных наук (математики и физики).

Проявления расовой и религиозной дискриминации были в Испании обыденными явлениями. B монархии действовала процедура проверки «чистоты крови»: для того чтобы занимать общественную или государственную должность, получить образование, заниматься определенными ремеслами, необходимо было представить доказательства, что в роду кандидата не было иноверцев или осужденных инквизицией еретиков. Представления о «чистоте крови» повлекли за собой и представления о «чистоте занятий». Профессии, связанные с торгово-предпринимательской деятельностью, считались «дурными» и несовместимыми с дворянскими представлениями о чести. Была и обратная связь: занятия торговлей, ростовщичеством, медициной становились поводом для подозрения в религиозной неблагонадежности. Постепенно понятие «чистота крови» начинает подменяться понятием «чистоты занятий» — ремесло, торговля и физический труд считались несовместимыми со статусом дворянина.

Влияние статутов о «чистоте крови» на мировоззрение испанцев было огромным. Пресловутая испанская гордость была основана на представлении о безукоризненной чистоте происхождения, которая исключала даже саму возможность родства с иноверцами в прошлом. Свидетельством истинного благородства было документально засвидетельствованное родство с жителями северных областей, поскольку только они не испытали в VIII в. мусульманского нашествия. Распространение подобных представлений о благородстве привело к тому, что все жители северных областей считали себя идальго: были дворяне-плотники, дворяне-сапожники, дворяне-портные.

Имперская идеология превосходства и исключительности определяла мировоззрения большей части образованных испанцев. Согласно этой идеологии, испанская монархия — оплот и щит истинной католической религии, единственная хозяйка открытого ею Нового Света, обладающая правами на обширные территории в Европе, а испанская культура, основанная на истинных ценностях христианства, превыше культур других европейских государств. Эти представления, основанные на идеалах дворянства и воинствующей церкви, были одной из основ культурной традиции XVIl в.