Ь.              Доказывание причинной связи по делам, связанным с небрежностью

Для обоснования связи между деликтом и наступившим вредом, истец должен доказать наличие как изначальной (фактической) причины, так и непосредственной причины вреда.

Изначальная (фактическая) причина [cause-in-fact [.

Непосредственная причина [proximate cause). Некоторые исследователи утверждают, что доктрина непосредственной причинности практически не имеет отношения к причинной близости действий ответчика к наступившему результату. Скорее, надо говорить о причинно-следственной связи с точки зрения норм права, наличия которой достаточно для установления ответственности. Как таковая, непосредственная причина имеет больше отношения к нарушению ответчиком своего обязательства, чем к фактическим действиям, вызвавшим причинение вреда. Обсуждение данной темы велось в решении Апелляционного суда штата Нью- Йорк по делу Palsgraf v. Long Island R.R.1 Работники железной дороги помогли пас- сажиру забраться в движущийся поезд. В ходе этих действий произошло падение багажа пассажира, а в багаже находились фейерверки.

Вне зависимости оттого, какая из двух доктрин (доктрина обязанности ответчика проявлять должную осмотрительность или доктрина непосредственной причинности) используется в делах, сходных с делом Palsgraf V. Long Island R.R., суды, как правило, рассматривают вопрос о возможности предвидения вреда. Если можно было предвидеть, что действия ответчика приведут к причинению вреда, с точки зрения права эти действия являются непосредственной причиной его наступления. При этом возникает вопрос не о том, предвидел ли в действительности ответчик возможность причинения вреда, а о том, мог бы разумный человек на его месте это предвидеть.

Другим критерием установления непосредственной причинности является критерий «прямой связи». Этот критерий требует определить, имеется ли непрерывная цепь логически вытекающих друг из друга событий, которые соединяют деяние и неблагоприятные последствия[2105]. Оба эти критерия, критерии прямой связи и предвидения, критиковались за то, что они, в действительности вовсе не являясь критериями, скорее, представляют возможность правового оформления интуитивного заключения суда по поводу справедливости или несправедливости возложения ответственности в соответствии с обстоятельствами конкретного дела.

Привносимая причина \ intervening cause]. Привносимая причина представляет собой усложняющий фактор для определения причинности. Такой причиной считается событие, которое произошло после небрежных действий ответчика и усугубило причиненный вред. Если привносимая причина является непосредственной . причиной вреда, причиненного истцу, действия ответчика не будут рассматриваться как непосредственная причина вреда. Но если возникновение привносимой причины можно было предвидеть исходя из действий ответчика, то ответчик зачастую будет нести ответственность также и за дополнительный ущерб. Например, ответчик по неосторожности разлил бензин на тротуаре, а прохожий бросил на это место горящую сигарету. Ответчик будет нести ответственность за причиненный в результате ущерб, так как разумный человек может предвидеть вероятность такого хода событий. В подобной ситуации лицо может нести ответственность даже за вред, который был вызван форс-мажорным обстоятельством[2106].

с.              Виды возражений ответчика на иски, основанные на деликтах по небрежности

Лицо, которому предъявлен иск из деликта по небрежности, прежде всего, пытается оспорить наличие причинной связи между своими действиями и неблагоприятным результатом, а также настаивает на отсутствии нарушения обязательства соблюдать должную степень осмотрительности. Однако лицо также может заявить об опровергающих иск обстоятельствах, таких как «контрибутивная небрежность» [contributory negligence] и «относительная небрежность» [comparative negligence), «принятие риска» [assumption of risk] и различные виды правовых иммунитетов.

Контрибутивная небрежность и относительная небрежность. Начиная как минимум с 1809 года, суды общего права исходили из того, что наличие небрежности, даже очень несущественной, на стороне истца, лишало его всякого права на возмещение[2107]. Такой подход по принципу «все или ничего» вел к тому, что, даже если истец виновен в ущербе в меньшей степени, чем ответчик, причиненный истцу ущерб оставался без компенсации.

Различаются две формы относительной небрежности: чистая и модифицированная. В первом случае ответственность разделяется между истцом и ответчиком в процентном соотношении в зависимости от удельного веса их вины. Например, если присяжные установили, что небрежность истца явилась причиной 30 процентов полученного повреждения, истец, тем не менее, может предъявлять требования о получении компенсации за 70 процентов ущерба, в которых повинен ответчик. Если на стороне истца лежат 70 процентов, а на стороне ответчика - 30 процентов небрежности, истец будет иметь право получить компенсацию за эти 30 процентов. Концепция чистой относительной небрежности наиболее широко воспринята судебными органами и поддерживается комментаторами права[2109].

Концепция модифицированной относительной небрежности является наиболее часто используемым подходом законодателя. Существуют различные версии данной концепции, но их объединяет то, что истец имеет право на получение возмещения в соответствии с процентом небрежности ответчика только в том случае, если доля ответственности истца равняется 50 процентов или менее. Другие варианты используют так называемый порог равной вины, при котором истец теряет право на возмещение уже при 50 процентов вины на его стороне[2110].

Допущение риска. Ответчик по делу о деликте может использовать аргумент о том, что истец добровольно согласился на допущение риска причинения ему определенного ущерба. В таком случае ответчик должен доказать, что истец знал и осознавал потенциальную опасность, но согласился на риск.

Лицо может согласиться на рискущерба, подписав письменный документ об этом. Подобные соглашения рассматриваются как действительные при условии, что согласие достигнуто добровольно, в результате открытых переговоров. Однако если одна из сторон явно обладает меньшим потенциалом для ведения переговоров, суды могут отказаться рассматривать подобное соглашение как действительное.' Суды также учитывают, в какой степени лицо, которое дало согласие на риск, осознавало содержание соглашения[2113].

Иммунитет от судебного преследования (освобождение от ответственности за деликт по небрежности). Исходя из соображений социальной политики, отдельные категории лиц наделяются иммунитетом от судебного преследования и освобождаются от ответственности по искам из деликтов. Типичным примером освобождения от ответственности по деликтному праву является иммунитет супругов, родителей и детей, а также иммунитет государства. В то время как данные виды иммунитетов были созданы общим правом, многие из них были изменены или отменены нормами законодательства или судебными решениями.

По общему праву супруги не могли предъявлять исковые требования по отношению друг кдругу, поскольку сточки зрения права они являлись одним лицом[2114]. То же относится ко взаимоотношениям между родителями и детьми. Однако в настоящее время содержание этих видов иммунитетов размылось, и в большинстве штатов разрешается предъявление исковых требований между супругами, а также между родителями и детьми[2115].

Институт иммунитета государства от судебного преследования возник в английском обшем праве и был основан на принципе «король не может поступать во вред». В США федеральное правительство и правительства отдельных штатов обладают иммунитетом государства согласно общему праву. Тем не менее федеральный Закон об исках из деликтов [Federal Tort Claims Act (FTCA)] 1946 года отменил иммунитет федерации, за исключением иммунитета от ответственности по искам из умышленных деликтов. Иммунитет штатов распространяется на муниципальные органы, по крайней мере, в отношении осуществления последними государственных функций (в отличие от осуществления полномочий собственника). Действия по осуществлению государственных полномочий определяются тем, что они носят исключительно государственный характер, и их субъектами не могут быть частные организации. Например, управления полиции и противопожарной охраны выполняют исключительно государственные функции, и на них распространяется иммунитет. В то же время госпитали или аэропорты, находящиеся в собственности графства и не выполняющие государственных функций, иммунитетом не обладают.

В связи с широким распространением страхования ответственности в 1960-е и 1970-е годы многие штаты и муниципалитеты отказались от иммунитета. Некоторые исследователи расценивали данный факт как позитивное развитие данного института, означаюшее, что государство отвечает за свои нарушения, и на государство распространяются те же правила разделения убытков и деликтной ответственности, что и на частных нарушителей'. Но нужно сказать, что данная тенденция является противоречивой, и в недавнем прошлом имели место случаи восстановление иммунитета[2116]. Однако штаты, которые обладают иммунитетом, чаше всего не распространяют его действие на наиболее часто встречающиеся деликты, такие как телесные повреждения, вызванные дорожно-транспортным происшествием с участием автомашин штата или ненадлежащим содержанием зданий в собственности штата. Кроме того, в большом числе штатов иммунитетом пользуются государственные органы, но не государственные служащие; последние могут нести ответственность как физические лица. Во многих ситуациях, когда государственные служащие признаны ответственными за деликт, государство берет на себя возмещение выплачивает убытков, которые суд присуждает выплатить потерпевшему[2117].