§ 2. Анализ судебной практики Суда Европейских Сообществ по делам, связанным с миграцией

Система права Европейского Союза, как уже отмечалось выше, представляет собой абсолютно новое явление правовой науки. Судебные решения в силу сложившейся практики, что нашло свое отражение и в европейской правовой доктрине, и в самих судебных решениях, являются одним из источников европейского права .

В отличие от политических институтов Совета ЕС, Комиссии ЕС и Европарламента, Суд Европейских Сообществ (далее - Суд ЕС, Суд) - это строго функциональный специализированный институт неполитического характера. Более того, какая-либо политическая деятельность членам Суда категорически запрещена. В задачу Суда ЕС входит обеспечение единообразного толкования и применения права Европейских Сообществ. Суд в своей деятельности руководствуется предписаниями учредительных и нормативно-правовых актов Сообществ. Юрисдикция Суда неразрывно связана с применением права Сообществ, которое является составной частью права Европейского Союза, В официальных текстах Суд продолжает именоваться Судом Европейских Сообществ, а не Судом Европейского Союза.

В результате деятельности Суда ему удалось обеспечить в рамках Европейского Союза довольно высокий авторитет своих судебных решений. Суд наряду с Комиссией выступает в роли стража права Сообществ.[33]

Анализ судебной практики Суда ЕС на примере ряда дел1 свидетельствует о том, что граждане третьих стран в Европейском Союзе могут получить права и привилегии, во-первых, как результат их взаимоотношений с гражданами или юридическими лицами Союза и, во- вторых, основываясь на факте гражданства страны, с которой Союз заключил международные соглашения.

В первом случае, как результат взаимоотношений с гражданами и юридическими лицами Союза, определенные права гражданам третьих стран могут предоставляться, если они являются членами семей граждан ЕС, если они наняты на работу фирмой ЕС, реализующей свое право предоставления услуг.

Свобода передвижения граждан Европейского Союза тесно связана с устранением препятствий их мобильности. Особую значимость данный вопрос приобретает в свете прав граждан ЕС быть сопровожденными членами семьи (которые не всегда тоже являются гражданами Союза) и условия интеграции этих членов семьи в принимающей стране.

Следовательно, многочисленные регламенты и директивы разрабатываются с целью обеспечения свободы передвижения рабочих, пенсионеров, студентов, являющихся гражданами ЕС и не желающих проживать в государстве-члене ЕС своего гражданства, а также предоставления прав родственникам этих лиц. Таким образом, можно выделить первоначальные (права граждан ЕС) и производные права (права граждан третьих стран, которые являются родственниками граждан ЕС). Круг владельцев первоначальных и производных прав не всегда одинаков. В большинстве случаев он включает супруга или супругу - носителя исходного права (гражданина ЕС) и его или её зависимых родственников (граждан третьих стран).

1 Дела в отношении граждан Югославии, Алжира, Мадагаскара, США, Сенегала, Венгрии, Португалии (гражданин Португалии на рассматриваемый момент не имел возможности начать реализовывать свои права как гражданин Европейского Союза, так как Португалия еще не входила в состав Европейского Союза), Кипра (гражданин Кипра являлся турком по происхождению), Турции, Марокко, Суринама.

Однако, в процессе применения права, часто возникают проблемы. В соединенном деле 35 и 36/82 Могвоп аш1 ЛшпзоЬп рассматривалось ходатайство Мисс Морсон и Мисс Джансон о разрешении проживать в Голландии с их дочерью и сыном. Последние были гражданами Голландии, но никогда не реализовывали свое право на свободу перемещения по территории Союза, в связи с этим эти дела с начала судебного процесса не имели оснований для применения права Сообщества. В данной ситуации отсутствовали носители права, предоставляемого по союзному законодательству, следовательно, и в отношении родственников не могло применяться законодательство ЕС.

На аналогичных основаниях в соединенных делах С-297/88 и С-197/89 БгогсИ, суд принял решение, что мисс Дродзи, вдова гражданина Бельгии, не может ссылаться на Регламент Комиссии «О праве рабочих оставаться на территории государства-члена ЕС после окончания срока работы в данном государстве»[34] и Директиву Совета 64/221/ЕЕС «О координации специальных мер, относящихся к передвижению и резиденции иностранных граждан которые основаны на общественной политике, безопасности или общественном здоровье»[35] при ходатайстве о разрешении проживать в Бельгии. Однако, в соответствии со статьей 40 бельгийского закона «О доступе на территорию государства беженцев и резиденции, легализации и выдворении беженцев, иностранцев-супругов граждан Бельгии», суд определил, что мисс Дродзи независимо от ее национальности, получает права гражданина Европейского Союза.

В ЕС к приобретаемым правам граждан третьих стран относятся: право постоянно проживать государстве, гражданином которого не являешься[36], доступ к образованию на равных условиях с гражданами государства[37], право на проживание вместе с носителем первичного права[38], право получения пособий в рамках государственной программы социальной защиты[39], право найма на работу[40].

Более того, статья 7(2) Регламента 1612/68 дает право гражданину одного государства-члена ЕС получить в другом государстве-члене ЕС те же социальные и налоговые привилегий, что и граждане-рабочие этого государства, В ряде дел, Суд принял решение, что этот принцип равного обращения применим к делам о дискриминации в отношении бывших супругов умерших граждан Союза и зависимых родственников по нисходящей и восходящей линиям .

Данное положение дает широкий спектр преимуществ родственникам рабочего, включая льготы на приобретение железнодорожных билетов для больших семей (дело 32/75 Спвйш [1975] ЕСЕ 1085); беспроцентные займы при рождении ребенка (дело 65/81 Кета V Ьапёезкгесгй Вас1еп-ЛйгЙетЪег§ [1982] ЕСК 33), гарантированные пособия пожилым людям (дело 261/86 Сав1еШ [1984] ЕСЕ.

В решении по делу 267/83 В1айа Суд указал, что членам семьи работника-мигранта не требуется постоянно проживать с ним для того, чтобы получить право на резиденцию в соответствии со статьей 10 Регламента 1612/68. Миссис Диатта была женой гражданина Франции, который работал в Бельгии. Через какое-то время она переехала от него, желая развестись, в связи с этим потребовалось разъяснение суда изменятся ли права Миссис Диатты. Суд решил, что в данной ситуации следует исходить из права членов семей работать по найму на территории государства-члена ЕС, тем более, брачные отношения не могут считаться расторгнутыми, иначе как в порядке предусмотренном законом уполномоченными на то органами государства.[41]

Следует обратить внимание, что термин супруг, используемый во многих регламентах и директивах, в общем порядке применим только к брачным отношениям. Однако если государство Европейского Союза предоставляет определенные привш1егии своим гражданам, не состоящим в браке, оно не может отказать в предоставлении их работникам, гражданам других государств-членов без обвинения в дискриминации по признаку национальности[42], т.е. в нарушении статьи 8 и 48 Договора о ЕС.

Статья 1 Регламента 1612/68 стала предметом рассмотрения в деле 131/85 ОШ. В соответствии с ней, супруг и дети гражданина Европейского Союза, работающего в государстве-члене Союза, имеют право наниматься на работу на территории этого государства, даже если сами они не являются гражданами ЕС. По делу 131/85 Ой1 Суд принял решение, что для работы в качестве медИцИНСКОГО работника, не гражданин Союза должен соответствовать общим требованиям, предъявляемым к квалификации граждан ЕС. Трудящийся-мигрант мог рассчитывать на отсутствие какой- либо дискриминации и ограничений в соответствии со статьей 3(1) Регламента 1612/68, При трудоустройстве в качестве медицинского сотрудника не играет роли признается ли его квалификация только по законодательству конкретной страны или также и в соответствии с Директивой 75/363/ЕЕС.[43]

При решении дела об обеспечении социальной безопасности, Суд в деле 40/74 КаттазсЬек отметил, что Регламент 1407/71[44] относится к двум явно разным категориям: работникам, с одной стороны, и членам их семей и их детям, с другой.

Данный принцип был подтвержден в деле 94/84 Веак. Гражданин третьего государства не может в соответствии с Регламентом 1408/71 ходатайствовать о получении пособия по безработице, выплачиваемого молодым людям, ищущим работу.

Однако, как отмечалось выше, такие пособия составляют социальную поддержку, и она может быть оказана лицу в соответствии со статьей 7(2) Регламента 1612/68.

В соответствии со статьями 59 и 60 Договора о Европейском Сообществе, фирма, созданная в одном государстве-члене ЕС может предоставлять услуги в другом государстве Союза на тех же условиях, что и его национальные фирмы. Суд разъяснил, что данная свобода распространяется на право такой фирмы использовать в своей работе персонал, независимо от его национальности и гражданства.

В соответствии с Кодексом социального страхования, рабочие в Люксембурге, подлежат обязательному страхованию, оплата которого производится в равных долях работодателем и работником. Однако Правительство может освободить от страховых взносов временно проживающих в стране иностранцев, в то время как работодатели должны производить оплату своей части. Это объяснялось, с одной стороны, несправедливостью собирать взносы с рабочих, временно проживающих в Люксембурге, с другой же стороны, у работодателей не будет соблазна использовать иностранную рабочую силу с целью облегчения уплаты страховых взносов. Тем не менее, на практике больше не требуется от работодателя оплачивать страхование, если работники являются гражданами государств-членов Европейского Союза.

Секо и Декуэн, французские предприниматели, предоставлявшие услуги в Люксембурге и нанимавшие для этой цели рабочих, граждан третьих стран. Следует отметить, что они оставались принудительно вовлеченными в систему социальной защиты Франции в течение всего времени работы в Люксембурге. Суд решил, что если работодатель обязан по законодательству государства регистрации оплачивать долю в страховании работника, работающего в другом государстве Союза, то установление аналогичных условий по отношению к тем же работникам, в течение одного периода времени в государстве ЕС, где оказывается услуга, является дискриминацией, запрещенной статьями 59 и 60(3) Договора о Европейском Союзе. Следствием вышеуказанного законодательства было то, что работодатель, зарегистрированный в одном государстве-члене ЕС и предоставлявший услуги в другом, должен нести бремя уплаты больших сборов, чем те, работодатели, которые зарегистрированы на территории второго государства. Суд в своем решении также отметил, что полномочия государства контролировать занятость граждан третьих стран не может использоваться с целью установления дискриминационных размеров сумм,

подлежащих уплате предоставляющим услуги работодателем из другого государства Союза.1

Спор по делу С-113/89 Кизп РогпЛиеза возник из-за того,, что в то время как свобода предоставления услуг была полностью реализована в отношениях между Португалией и другими государствами, которые раньше вступили в Сообщество, статья 216 Акта о присоединении Испании и Португалии предусматривала отложение предоставления права свободного передвижения рабочих до 1 января 1993 года.

Когда Португальские предприниматели организовали поездку рабочих своей страны во Францию с целью выполнения там работ, французская иммиграционная служба потребовала уплаты предпринимателями денежной суммы, взыскиваемой с работодателя, нанимающего иностранных граждан в нарушение положений Трудового кодекса.

Суд определил, что статьи 56 и 60 Договора о Европейском Экономическом Сообществе содержат запрет для государств-членов Европейского Союза на наложение ограничений на юридическое лицо одного государства ЕС, оказывающее услуги в другом государстве Союза, в реализации такого права, как свобода перемещения по территории Сообщества вместе со своими рабочими или на ужесточение требований при таком перемещении, например, требование получать разрешение на работу.

Создание таких ограничений одной страной Союза для представителя услуг из других его стран является по отношению к ним дискриминацией в сравнении с их конкурентами, учрежденными в первой стране, которые смогут использовать ТОлько внутригосударственные трудовые ресурсы в своей деятельности.

Большое количество споров возникает в Европейском Союзе при реализации права на воссоединение семей. Это связано, на наш взгляд, с тем, что для членов семей изначально предоставлялся очень льготный режим, который наиболее выражен в условиях въезда на территорию Союза, а также

получения разрешения на такой въезд. Как следствие, государства-члены стараются каким-либо способом контролировать въезд членов семей и условия их резиденции, что нередко приводит к нарушению союзного законодательства.

Одним из последних примеров служит дело С-157/03 Соттшззюп охЧЬе Еигореап Соттишпез V Кт§сют оГ Зрат[45]. Оно было возбуждено на основании жалоб, заявленных Комиссии ЕС гражданами Испании, использовавших свое право на свободу перемещения по территории Союза, супругам которых было отказано в выдаче вида на жительство. Отказ был обоснован тем, что по испанскому законодательству эти СуПруГИ вначале должны были обратиться за получением визы в испанское консульство в последней стране проживания. Комиссия, в ходе судебного разбирательства признала, что государства-члены вправе устанавливать для граждан третьих стран требования получать визы на въезд, но получение виз должно быть максимально облегчено в случае ее П0ЛуЧения членами семей граждан Союза. Кроме того, выдача этих виз не должна влечь за собой применение к указанной категории лиц общей иммиграционной процедуры перед въездом на территорию государства. Суть данного дела сводится к тому, что право на въезд в одну из стран Союза основывается для граждан третьих стран- супругов гражданина ЕС только на самом факте состояния в браке. А целью получение вида на жительство для граждан третьих стран, супругов граждан ЕС, служит подтверждение правового положения этого лица в соответствии с законодательством Союза.

В качестве другого примера по вопросу разъяснения нормы права Союза о свободе передвижения людей и праве граждан третьих стран,

              9

являющихся супругами граждан ЕС можно привести дело С-109/01 . В феврале 1989 г. марокканец мистер Акич получил туристическую визу сроком на 1 месяц в Великобританию. Находясь в стране, он заявил

ходатайство о продлении визы с целью получения образования, в котором ему было отказано. В 1990 г. мистер Акич был привлечен к ответственности за покушение на совершение преступления и на основании распоряжения был депортирован в Алжир. В 1992 г. он вернулся в Великобританию, воспользовавшись фальшивыми документами, и был вновь депортирован. Менее чем через месяц мистер Акич вновь нелегально въехал в страну, заключил брак с гражданкой              Великобритании              и подал              заявление              на

получение разрешения на проживание как член семьи гражданина ЕС. Так как его супруга проживала в Дублине, мистер Акич был депортирован в Ирландию. По прошествии              года, супруги              решили              переехать              в

Великобританию, Однако у мистера Акич возникла проблема с получением разрешения на въезд в связи с его неоднократными нарушениями. Суд разъяснил, что в соответствии со ст. 10(1) и (3) Регламента Совета 1612/68 от 15.10.1968 г. «О свободе передвижения рабочих по территории Сообщества» супруг гражданина ЕС имеет право проживать совместно с ним с единственным условием - наличие нормальных условий для проживания. Также было отмечено, что для              получения прав в              соответствии со ст.              10

Регламента, гражданин третьей страны должен              законно              проживать              в

государстве ЕС из которого он переезжает в другое государство ЕС вместе с супругой. Именно такая ситуация и сложилась в рассматриваемом деле. Однако Суд подчеркнул, что в любом случае, право на воссоединение семей должно соблюдаться при условии, что брак не является фиктивным. В противном случае, ст. 10 Регламента не подлежит применению.

Следует обратить внимание на тот факт, что большое количество мигрантов в ЕС стремятся получить гражданство Союза. Как следствие, нередки случаи необходимости разъяснения законодательства Союза, для граждан ЕС, которые ранее являлись гражданами третьих стран (приобрели гражданство одного из государств-членов). Для того чтобы стать полноправным членом общества, лица, получившие гражданство ЕС стремятся устроить на работу. Именно здесь и возникают трудности, прежде всего, связанные с признанием диплома об образовании, если лицо получало его не в Европейском Союзе.

Так, мисс Тенна-Дюрэ, которая была гражданкой Алжира, получила диплом врача в Алжире в 1989 г. Получив бельгийское гражданство, она продолжила свое образование в Бельгии. В бельгийском университете ей зачли обучение в Алжире и разрешили продолжить обучение с седьмого, последнего года, по окончании которого, она получила диплом в 1995 г.

В 1998 г. она получила разрешение работать врачом. Желая переехать во Францию и работать там, мисс Тенна-Дюрэ заявила соответствующее ходатайство в уполномоченные органы министерства здравоохранения, который в свою очередь направили запрос в бельгийское министерство социальных дел и общественного здоровья. В одном из полученных ответов было указано, что образование сроком шесть лет было получено не в государстве Европейского Союза, а в бельгийском университете был закончен только седьмой год обучения. На основании того, что медицинское образование мисс Тенна-Дюрэ в основной своей части получила не ЕС, во Франции ей было отказано в заявленном ходатайстве о праве работать врачом.

Суд принял во внимание, что в соответствии со ст.2 Директивы 93/16, каждое государство-член ЕС признает дипломы и сертификаты, выданные в государстве, входящем в ЕС, при соблюдения условий, закрепленных в ст. 23 данной Директивы. Положения данной статьи устанавливают, что медицинское образование должно состоять из 6-летнего курса обучения, либо 5500 теоретических и практических часов, прочитанных в университете, либо под руководством университета.

В своем решении Суд разъяснил, все вышесказанное не закрепляет требование, предусматривающее получение образования только в ЕС. Основанием признания диплома в соответствии с Директивой 93/16 является не место, где было получено образование, а соответствие данного образования требованиям статьи 23 Директивы.

Таким образом, суд в своем решении закрепил признание дипломов врачей, сертификатов и друГИХ свидетельств получения квалификации даже в случае, если основное время обучения проходило в третьей стране.

Права в силу международных договоров ЕС, заключенных в соответствии со статьями 228 и 238 Договора об учреждении Европейского Сообщества, между Сообществом, с одной стороны, и третьими странами, с другой, устанавливают правила обращения с гражданами этих третьих стран в ЕС.

Суд в своих решениях закрепил, что такие соглашения и акты в системе права ЕС представляют собой акты его институтов в соответствии с духом статьи 177 (1)(в) Договора о ЕС, и что положения этих соглашений и актов применения с момента вступления в силу представляют собой составную часть правовой системы ЕС. На основании этого, Суд установил свою юрисдикцию в их интерпретации. Дело              12/86              Бегшге![46]              служит              примером

судебных дел о правах не граждан Союза,              закрепляемых в              соглашениях,              а

дело С-192/89 Зеутсе[47] - судебных дел о правах не граждан Союза, - закрепляемых в актах применения.

Кроме того, Суд установил, что нормы права Сообщества, созданные на основе соглашений с третьими странами, имеют прямое действие и как следствие, могут применяться гражданами этих третьих стран. Соответственно, положения таких договоров или актов, принятых с целью имплементации договоров, должны рассматриваться как имеющие прямое действие. В связи с этим, они должны содержать ясные и точные формулировки и при имплементации или применении не требовать принятия дополнительных разъяснительных норм. Ниже будут рассмотрены ряд

судебных дел, в основе которых лежало толкование договоров с третьими странами или актов, принятых с целью их имплементации.

Договор о Соединении, заключенный с Турцией1 и дополнительный протокол 1970 года рассматривались в делах 12/86 Оегшге! и в деле С-192/89 8еутсе.

Мисс Демирел, гражданка Турции, выехала в ФРГ, чтобы жить со своим мужем, также являвшимся гражданином Турции, в Германии, где он работал с момента въезда в страну в 1979 году. Однако ей было предписано покинуть Германию, так как положение её мужа не отвечало установленным условиям для граждан третьих стран, необходимым для реализации права на воссоединение семьи. Следует отметить, что эти условия были ужесточены в период между 1982 и 1984 годами посредством увеличения с 3 до 8 лет длительность периода, в течение которого иностранцы должны были проживать на территории Германии для получения ряда привилегий.

В соответствии со статьей 12 Договора о Соединении с Турцией, стороны договорились применять статьи 48,              49,              50 Договора об

экономическом сообществе с целью прогрессивной защиты свободы передвижения рабочих между ними.              :

Статья 36 дополнительного протокола дает Совету по Соединению исключительные права прорабатывать детальные правила для прогрессивного достижения свободы передвижения для рабочих.

Решение №1/80 данного Совета запрещает устанавливать любые дополнительные ограничения в условиях найма на работу в отношении турецких рабочих, которые уже полностью интегрировались на рынке труда государства-члена ЕС, В сфере регулирования воссоединения семей, решение подобного рода отсутствовало. Статья 7 Договора о Соединении устанавливает, что стороны должны воздерживаться от применения мер, которые могут подвергнуть опасности достижение целей Договора.

1. См.: ОШс1а1 Ьшпа! 217 о! 29.12.1964 С. 3687 - 3688
2. См.: Еигореап СоиП герой 1987 С. 3752 - 3754.

Необходимо было разрешение вопроса вправе ли супруги и дети турецкого рабочего, проживающего в Сообществе, получить вышеуказанные права. Решение Суда было отрицательным в связи с тем, что положения статьи 12 Договора о Соединении и статьи 36 Дополнительного протокола были признаны недостаточно точными и, как следствие, неприменимыми к разрешению данной ситуации. Также Суд вынес решение, что, исходя из положений статьи 8 Договора, было невозможно установить запрет на принятие мер по ужесточению правил о воссоединении семьи.

В другом же решении, по делу С-192/8 8 8еушсе Суд установил, что некоторые положения Решений №2/76 и 1/80 Совета по Соединению имеют прямое действие в государствах-членах Европейского Союза.

Данное правило применяется к статье 2 (1) (Ь) Решения №2/76 и статье 6 (1) 3 пункт Решения 1/80, по которой через 5 лет и 4 года л е г а л ь н о г о трудового найма на работу турецкий рабочий имеет право свободного' доступа в государстве к любой оплачиваемой работе по его выбору.

Оно также применяется к статье 7 Решения №2/76 и статье 13 Решения; 1/80, которые содержат положения о недопущении установления новых ограничений по доступу к найму на работу в отношении рабочих, которые? имеют законное право проживания и найма на работу на территории государств-сторон Договора о Соединении.

На наш взгляд, следует особо подчеркнуть тот факт, что при положительном разрешении вопроса о прямом действии норм, Судом не

фЬ1ЛИ приняты во внимание такНе важные условиЩ как ЩЛ^Ж в этих двух

Решениях положений о необходимости принять меры по их имплементации, отсутствие публикации этих решений, а также наличие узких конкретизирующих положений.

Рассматриваемые решения не регулируют права доступа к найму турецких рабочих, и не включают их права на резиденцию. Однако Суд установил, что право на трудоустройство и право на проживание тесно связаны, так как, если турецкий рабочий, получил право на работу по своему

выбору, то через какое-то время законной занятости на работе в одном из государств-членов Европейского Союза, это приведет к возникновению у данного лица права на резиденцию в этом государстве.

Тем не менее, данное разъяснение не могло быть применено к ситуации мистера Севинс, так как он не занимался на территории Союза законной трудовой деятельностью, в соответствии со статьёй 2 (1) (в) Решения №2/74 и статьей 6(1) пунктом 3 Решения 1/80.

Конвенция Ломе1 была подписана между Афро-Карибо- Тихоокеанскими государствами и Европейским Союзом. Статья 62 данной конвенции, в которой закреплялось, что при решении вопроса о предоставлении услуг, стороны будут относиться к гражданам, компаниям и фирмам друг друга с уважением, на основе принципа недискриминации, и стала причиной судебного разбирательства по делу 65/77 КагапаМтЬа.

Разанатсиба имел профессиональную квалификацию, дававшую ему право претендовать на получение работы в баре Франции. Проблема заключалась в решении вопроса о том, является ли условие иметь французское гражданство, при отсутствии закрепления обратного в международных договорах, препятствием к его принятию на работу?

Разанатсиба настаивал на том, что это будет противоречить принципу недискриминации, закрепленному в статье 62 Конвенции Ломе. В соответствии с решением Суда, толкование этого положения затрагивало разрешение двух вопросов;

Во-первых, на вопрос об обязательности для сторон договора предоставлять гражданам друг друга одинаковые права, Суд ответил отрицательно. Так как нормы Договора включают лишь принцип недискриминации, положенный в основу правил по обращению с гражданами сторон его подписавших, который не равнозначен принципу равного обращения.

Во-вторых, предстояло решить вопрос, может ли гражданин одного из государств Афро-Карибо-Тихоокеанской группы (в данном случае гражданин Мадагаскара) иметь аналогичные привилегии, которые предоставляются гражданам, другого государства, входящего Афро-Карибо- Тихоокеанской группу, на основе дополнительных договоров о привилегиях этого государства с каким-либо государством-членом Европейского Союза (в данном случае с Францией). Суд установил, что не предоставление аналогичных привилегий не противоречит принципу недискриминации, закрепленному в статье 62 Конвенции. Если государства-члены ЕС создают более благоприятные условия для граждан какого-либо государства Афро- Карибо-Тихоокеанской группы, такие условия будут относиться к положениям международного договора, содержащего взаимные права и привилегии.1

Соглашения о Кооперации Европейского Экономического Сообщества включают Соглашение о взаимодействии с Алжиром , Марокко , Тунисом и Югославией5 содержат положения о том, что рабочие-граждане вышеперечисленных стран и члены их семей, проживающие с ними вправе получать в государстве Европейского Союза, в котором они работают, в области социальной защиты, обращение, свободное от какой-либо дискриминации, основанной на национальности. Именно такое положение, закрепленное в статье 41 (1) Соглашения о взаимодействии с Марокко, было предметом разрешения по делу С 18/90 КгШег.

Мисс Кзибер, гражданка Марокко, проживала с отцом, также гражданином Марокко, который вышел на пенсию в Бельгии, где до этого работал. Она подала апелляцию на отказ властей Бельгии в выплате ей специального пособия по безработице, предоставляемого по

См.: [1977] Еигореап СоиЛ геройз С. 2238 - 2239.

См.: ОШета1 Ьшьа1 1978 Ь 263/2

См.: ОШс1а1Тоигпа! 1978 Ь 264/2

См.: ОШиа1 Тоита1 1978 Ь 265/2

См.: ОШма11оигпа1 1978 141/2

законодательству Бельгии выпускникам школ, и которое было определено в деле 94/98 Оеак как общественная привилегия в соответствии со статьей 7 (2) Регламента 16/68.

Суд заявил, в первую очередь, что запрет дискриминации, закрепленный в статье 41 (1) имел прямое действие. Далее было отмечено, что концепция «социальной защиты», закрепленная в этой статье имеет значение, аналогичное тому, как это закреплено в Регламенте 1408/71 и что статья 4 этого Регламента относит выплату пособий по безработице к видам социальной защиты. Также было сказано, что термин «рабочий» применяется не только непосредственно к рабочим, но также и к тем, что ушел с рынка труда по достижении пенсионного возраста или происшествия на работе (параграф 27 решения). Все эти доводы привели Суд к решению, что принцип свободы от дискриминации по признаку национальности в системе социальной защиты, закрепленный в статье 41              (1) Соглашения о

взаимодействии с Марокко, означает, что государства-члены Европейского Союза не могут отказать в предоставлении пособия по безработице, которое; в соответствии с их национальным законодательством предоставляется молодым людям их страны, ищущим работу, а также в данной конкретной ситуации - члену семьи рабочего, гражданина Марокко, проживающему с ним, только на основании того, что этот член семьи ищет работу и является гражданином Марокко (параграф 28-29 решения),

В заключении можно сказать, что по праву ЕС, права граждан третьих стран на въезд, резиденцию, работу и привилегии в социальной защите, налогообложении, получении образования, основаны либо на их правоотношениях с гражданами или юридическими лицами Союза, либо на факте гражданства страны, с которой Союз заключил международные соглашения.

Решения Суда по делам сильно отличаются в зависимости от того, какое из двух указанных оснований затронуто. Причиной этому видится то, что первое основание связано со свободой передвижения по территории

единого Сообщества (экономическая политика), а второе - с его внешней политикой.

Когда затрагивается свобода передвижения по территории единого рынка. Суд склонен осуждать все, что препятствует её реализации. Из рассмотренных дел видно, что при решении вопроса о прямом децствии норм, затрагивающих единый рынок, Судом не учитываются даже такие важные условия, как наличие в этих Решениях положений о необходимости принять меры по их имплементации, отсутствие публикации этих решений, а также наличие узких конкретизирующих положений.

Следует также отметить, что, предоставление привилегий родственникам граждан третьих стран в основном закрепляется не в решениях Суда, а в многочисленных регламентах и директивах, устанавливающих различные права супругам и близким родственникам, независимо от их национальности. И, наоборот, по делам, затрагивающим свободу предоставления услуг, Суд играет решающую роль в закреплении положения, по которому национальность рабочего не должна учитыватьсяЛ при найме на работу юридическим лицом с целью предоставления услуг.