ФУНКЦИОНИРОВАНИЕ СЛОВА В СОВРЕМЕННОМ РУССКОМ ЯЗЫКЕ

Различают два функциональных вида анализа значения слова — лексикографический (лексоцентрический) и текстовый (текстоцентрический). В первом случае исследуется лексикографическое слово (словарная статья): 1) слово, семантически расчлененное на отдельные значения (лексико-семантические варианты — ЛСВ); 2) разного рода грамматические, семантические, стилевые и стилистические пометы; 3) семантическая структура слова как исторически и иерархически организованная совокупность значений (ЛСВ); 4) реализованное слово (иллюстративный материал).

Лексикографическое слово является результатом лингвосоциального, общепринятого употребления слова. Оно обобщено в своей семантике по отношению к своим индивидуальным реализациям.

При текстоцентрическом анализе на первый план выдвигается сопоставление узуального (общепринятого) и окказионального (обусловленного текстом) значений. Случаи окказионального употребления слова, т. е. его текстовые значения, не ставшие языковыми, не фиксируются в толковых словарях русского языка.

При текстоцентрическом анализе выявляются: 1) специфика значения слова в тексте — приращение смыслов: содержательных, стилистических — экспрессивных, эмоциональных, оценочных, т.е. появление текстовых коннотаций; 2) изменение/видоизмене- ние стилевой принадлежности слова; 3) место и функция текстового значения в лексоцентрической эпидигматике и парадигматике; 4) текстовая значимость слова как средство художественной характеризации кого-, чего-либо.

При текстоцентрическом подходе анализ может производиться как на примерах из различных художественных или научно-публицистических текстов, так и на материале иллюстраций из словарной статьи. В обоих случаях исследуется актуализированное (употребленное в речи) слово, проявляющее свое значение в определенных синтагматических условиях. Текст может видоизменять тем или иным способом значение, создавая речевой или даже личностный смысл слова, т.е.

'Леонтьев А. Н. Проблемы развития психики. — М., 1965. — С. 28.

В учебных целях можно изучать слово как лексо-, так и текстоцентрически. Каждый аспект имеет свою специфику, свои цели и задачи, которые необходимо разграничивать.

Так, глагол ехать в лексикографическом описании выглядит следующим образом. Ехать, несов. 1. ‘Двигаться куда-н. при помощи каких-н. средств передвижения5... 2. (1-е и 2-е л. не употр.). ‘Двигаться (о средствах передвижения)5... 3. ‘Отправляться куда-н., передвигаться при помощи каких-н. средств передвижения5...

4. перен. ‘Сдвигаться, скользить в сторону, стороны5 (разг.)...

5. перен., на ком-чем. ‘То же, что выезжать5 (СОШ). Но в художественном тексте у слова появляются экспрессивно-деятельностные функции. Замысел произведения реализуется в текстовом приращении смысла слова, изменении значения из-за особенностей сочетаемости и др. Глагол перемещения ехать в рассказе А. П.Чехова «Попрыгунья» используется как лексический доминантный повтор одного и того же значения ‘отправляться куда- нибудь5 (3-є лексикографическое значение): Ольга Ивановна... в первом часу... ехала к своей портнихе... От портнихи... обыкновенно ехала к какой-нибудь знакомой актрисе... От актрисы нужно было ехать в мастерскую художника... После обеда... ехала к знакомым, потом в театр или на концерт... Так каждый день. Глагол ехать передает регулярную повторяемость жизни героини, и коннотации повтора — ‘беззаботность5, ‘праздность5, ‘легкость5, ‘бесцельность5, согласуясь с названием рассказа, раскрывают образ героини.

Или: глагол думать фиксируется в ССРЛЯ: Думать... несов., перех. и неперех. 1. ‘Мыслить, размышлять5... 2.‘Предполагать5... О (одно из употреблений слова). ‘Иметь мнение, суждение; судить о ком-, чем-либо5... 3. ‘Заботиться о ком-, чем-либо; беспокоиться5...

В рассказе А. П. Чехова «Душечка» глагол думать развивает текстовое антонимичное значение ‘не иметь собственного мнения5, а глагол повторять становится его текстовым синонимом, приращивая смысл ‘возобновлять в речи услышанное, заученное5; ср. гл. повторять. 1. ‘Сказать или сделать еще раз5... 2. ‘Возобновить еще раз в памяти известное, заученное5... (СОШ).

Какие мысли были у мужа, такие и у нее. Если он думал, что в комнате жарко или что дни теперь стали тихие, то так думала и она... Она повторяла мысли ветеринара и теперь была обо всем такого же мнения, как и он... — Островом называется часть суши, — прочел он (Саша, сын ветеринара, ученик гимназии. — Е.Д.), — часть суши, со всех сторон окруженная водою. — Островом называется часть суши... — повторила она, и это было ее первое мнение, которое она высказала с уверенностью после стольких лет молчания и пустоты в мыслях.

Энантиосемия (антонимические значения одного и того же слова) глагола думать характеризует героиню рассказа Оленьку негативно и неодобрительно. Текстовая переориентация значения глаголов представляет читателю героиню как «мыслительную копию» ее мужей, близких ей людей, что заключено в содержательных созначениях: 'возобновляя в речи услышанное5, 'не углубляясь мыслью во что-н.5, 'не обладая собственным мнением5. Ставший нарицательным образ Душечки — этот женский персонаж с тиражированным типом мышления и образа жизни раскрывается текстовой глагольной синонимической парадигмой думать и повторять.

Многозначное слово может создавать в тексте игровую стилистику — систему художественных средств для выражения экспрессивно-эмоциональных оценок: Розог не бойтеся, дети! Знайте — ученым игривым Прутья ужасные эти Названы жизни мотивом...

Метонимия используется в произведениях литературы как художественный прием характеризации человека через его отдельное свойство: Почему, болтушка, сейчас молчишь? (В. Астафьев); внешность: Стой за тем усатиком (В. Шукшин); принадлежность одежды: Синие брюки уже давно ушли (Д. Гранин); части тела: Туловище шло само (Д. Хармс); деятельность: первые лыжи страны (из телерепортажа).

Омонимия создает текстовую языковую игру с широким спектром значений: каламбур, сатира, ирония и др. Защитник вольности и прав в сем случае совсем не прав (А. С. Пушкин) — каламбурная роль; Когда господь занялся отделением Зерна от плевел, глас надменный стих, И пережил вольнолюбивый стих Того, кто ведал третьим отделением (Я. Козловский) — ироническая функция; Вечно властен, вечно молод В странах Сумрака и Льда, Петь заставил вещий молот, Залил блеском города (В.Я. Брюсов) — ритм торжественности.

Тематическая, гиперо-гипонимическая парадигма, лексико-семантическая группа образуют нередко в художественных текстах лексико-стилистические парадигмы, которые, выражая авторскую целеустановку, создают характерные для художника слова типовые ситуации, окрашенные определенной эмоцией, оценкой, экспрессией. Глагол нашить с накопительным значением (гипероним рассказа А. ГТ. Чехова «Приданое») имеет гипонимы: сшить, сметать (платье), вышить, покроить. Предметный мир (ЛСГ) матери и дочери (швей): корсовые башмаки, герань, л/ухи, кисейные тряпочки, выкройки, малиновое варенье и др. создают бытовой, негативно-оценочный и эмоционально-смысловой план повествования этого рассказа — бытоописание — одну из доминант творчества А.

Особое место в языке художественной литературы занимает поэтическая лексика. По традиции это слова, обладающие языковыми, системными коннотациями ‘высокое5, ‘лирическое5 и ‘торжественное5: лик, взор, божественный, обагриться. Музы вас благословили, Венками свыше осеня, Когда вы, други, отличили Почетной чашею меня (А. С. Пушкин). Но в широком понимании поэтическое слово — это словесно-художественное творение. Оно включает в свою семантику текстовое приращение смысла — новые содержательные компоненты, экспрессию, эмоциональность, оценку, то, что создает искусство слова. Я помню вечер, бледноскромный (‘ничем не выдающийся5), Цветы усталых (‘утомленных5) георгин... (В.Я. Брюсов); Художник нам изобразил Глубокий обморок (‘полнота проявления вялости, слабости5) сирени (О. Мандельштам); Вода была сиреневого цвета, такого мягкого и теплого (‘нежного, вызывающего внутренние приятные ощущения5) (А. П. Чехов). Метафоры-олицетворения создают глубокую интимность чувств, тонкость и мягкость эмоциональных начал, т.е. передают семантические и стилистические приращения смысла в художественном тексте.

Таким образом, слово в языке имеет свой семантический ареал — свои семантические реальности и семантические возможности, которые в течение веков выработало человеческое познание. Этот ареал пополняется текстовыми приобретениями, вводящими слово в сферу искусства, поэтику слова.