О ТОрГОВЛЄ ДревНИХи новых обществ

Все народы древности, сообразно степени их могущества, представляют нам более или менее значительное коммерческое состояние. Правда, не все государства древности являют нам существование свое и средства своего величия в коммерции.

Война в некоторых случаях есть также род коммерции, но токмо основанной на ложных обозрениях (спекуляциях), на временной выгоде, несообразной и даже противуположной выгодам других народов и своей собственной. Посему дух завоевания государств полагает 'всегда точку более или менее отдаленную, достигнув коей народы долженствуют прийти от духа героизма самого пламенного и даже буйного к недеятельности самой разительной, от величия самого уди-вительного до унижения самого постыдного.

Народы древности влекомы были к завоеванию двумя побудительными причинами: надеждою приобретения богатства и честолюбием. Надеждою приобретения богатства побуждалися те, которым оные были потребны при образовании, дабы тем скорее достигнуть до уравнения изобилия и благоденствия других и наконец оное превзойти. Таковы римляне, греки. Честолюбием — те, которые имели средства существования и без войны, но, поражены будучи звуком побед других народов и чувствуя в себе ту же энергию, ощущая свое могущество, устремлялись в состязание и в свою очередь торжествовали и гибли.

Самые сии народы, став однажды на ногу завоевателей, сколько побуждалися славою, столько и надеждою приобретения больших богатств, ибо они чувство- вали, что богатства, бывшие достаточными в спокойное время, были недостаточны в военное.

Обольщение военной славы для многих народов древности имело начало свое в одном источнике, из коего проистекает промышленность новейших народов.

Народы коммерческие — финикияне, сирияне, карфагеняне — пали. Меч торжествующего победителя опустошил их области, захватил часть их богатств; но народы рассеялись, спасли остатки имений и в других землях, далеко от победителей своих, образовали новые области и тем положили первый камень промышленности новейших [народов]. Победители, каковы персы, возбудя честолюбие греков, пали от руки их; греки, погруженные в роскошь, следствие богатств их, помня свою славу, дерзостью и богатствами возбудили римлян и пали от меча героев Италии. Римляне, истощенные роскошью и потеряв свою энергию и могущество, показали свету тот же пример. Римляне победили целый свет; до тех пор пока [прежние] победители занимали их и питали [их] честолюбие, пока добычи народов доставляли им средства существования и роскоши, они наслаждались политическим бытием. Но был предел. Они покорили целый свет и его ограбили; ограбленные народы не могли доставлять им богатств, и правители римские обратили взор корысти на сограждан. Междоусобные брани явились и разделили римлян. Побежденные, вос- пользуясь внутренним волнением, наконец мстили победителям. Исчезло величие римлян, померкла слава их, рассыпались богатства, и памятники героизма и роскоши обратились в развалины! Отечество героев и просвещения явило нам отечество рабства и невежества. Пророчество Горация исполнилось — mox daturos progeniem vitiosiorem 1. Истолкуем следствия. Народы коммерческие, побежденные, сохранили свою деятельность, народы военные развратились роскошью, пали в недеятельность и представили свету состояние уни-чижительного рабства п невежества.— Победители света! Вот ваша участь.

Новые народы, образовавшиеся из остатков древнего мира, существуют более духом коммерции, нежели войны; промышленность, их одушевляющая, обещает нам большее благоденствие. Взаимные выгоды соделывают им нужным взаимное благосостояние, и новая история являет нам редко примеры разрушения государств. Форма правления изменяется, промышленность народов живет. Роскошь Европы, поразившая десятилетним бедствием Францию и едва в настоящее время освободившая ее от внутренних колебаний, должпо надеяться, обратит внимание правительств других народов и предохранит ее от подобных, а может быть, и горыппх последствий.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ.