О исполнительности законов

Сказано было прежде, что одних законов недостаточно к благополучию людей. Оные суть не что иное, как сердце образованных народов, кое, дабы одушевить тело, требует приличной жидкости, могущей разливаться по всем его тончайшим изгибам и двигаться по направлению ее движения — крови; дабы привести их в действие, нужны люди, способные проникнуть во все их подробнейшие утончения, следовать их направлению и одушевлять оные.

Не все люди способны к такому действию, подобно как пе все жидкости могут оживлять наше сердце; их надобно к сему приуготовлять, и воспитание есть глав-ное к тому средство! Екатерина II, в начале ее царст-вования столько старавшаяся о распространении в народе духу народного и гражданского равенства, собирала для восстановления законов депутатов из всей обширности своей империи 8; для исполнения правосудия дала право всем классам народа участвовать в суждении и каждому состоянию искать правосудия в своем собственном.— Намерение прекрасное, великое, достойное Екатерины!

Но мы видели и в ее блестящее правление, несмотря на всю премудрость ее постановлений, законы часто недействительными, невинную слабость угнетенную и богатого преступника, часто оным поспевавше- гося; мы видели, что бедный земледелец тщетно искал правосудия противу сильного помещика, его угнетавшего, несмотря на то что существовали судилища, в коих присутствовали ему равные, могшие, основываясь на законах, воспрепятствовать злоупотреблению.— Но что б сему -причиною, неужли невозможность исполнительности? Нет! Екатерина II предвидела все сие! Она знала, что десять невинных жертв гибли противу одной спасенной; она знала, что, дабы привести их к дея- тельности, было необходимо народное просвещение, по крайней мере в управляющих, и сего-то ей недоставало! Но Екатерина II жила не для своего только времени — взор ее простирался в будущее; положив сии установления и учредив в обширности своих владений народные школы, сделала она легкое очертание будущего народного величия; ее наследники, естли хотят идти путем славы, путем благодетелей народов, царей- граждан, разовьют свиток великих ее предначертаний во всей их обширности — и правда восторжествует!

Хотя в ее правление несчастные видели не весьма твердую подпору в законах, чему часто виною то запутанность, непонятность или противуположность оных, что она оставила впоследствии разобрать и обработать своим наследникам, то неспособность судей вникать по невежеству в смысл закона и в истину дела, что она предоставила распространению просвещения, то корыстолюбие и пристрастие судей, кои исправить назначала она народному духу, патриотизму и у то:1, чию чув-ствительности, долженствующим возродиться 01 большого сношения граждан, когда просвещение озарит их благодетельным пламенником!

Установляя земские суды, она знала, что угнетенный селянин бедствием и даже рабством не весьма легко мог защищать своих собратий противу сильного утеснителя как по причине непросвещения своего, так и бедственности своего состояния, но она предвидела и что, конечно, естли случай тому не положит препоны, совершиться долженствует, что просвещение, снабдя его нужными для сего сведениями и науча чувствовать, что он есть полезнейший член общества, и, след* ственно, вселя в него дух гордости, извлекут его из утеснения, вселя в них достоинства и способности за-нимать сие место, что соделает судилище сие священным и ужасным коварным хитителям и кровопийцам!

Созвав депутатов, опа не надеялась от камчадала и бурета благоразумных советов, но она хотела им дать урок, силу коего опи тогда почувствуют, когда гений прольет и на них благодетельный свет свой!

Когда законы распространятся и каждый познает их не исторически только, но философически и ма- рально, когда права человечества, права гражданства начертаются в сердце каждого и когда просвещение научит его из прошедшего судить о будущем ясно и заключительно, тогда взойдем мы в намерение Екатерины II!

Но чтоб достигнуть сего, надобно, чтоб познания распространилися в народе, чтоб познание истории, морали, прав гражданских соделались необходимостью в самом низком состоянии! Тогда не нужно будет государством управлять махинально, каждый по своей способности изберет место и лицо в государстве и в исполнении его обязанностей будет полагать свою славу, ибо увидит того пользу и в его сердце будет пылать жар патриотизма и человечества. Тогда недостаток способностей не будет расстраивать гармонии правления, ибо, не ослепляясь ложным честолюбием, каждый будет стремиться жить не для места своего, не для выгод оного, не на краткое токмо время физической жизни, но для пользы сограждан — для вечности!