1. ОБЩИЕ ПОЛОЖЕНИЯ

Программа КПСС, выдвигая задачу искоренения

нарушений правопорядка и ликвидации преступности,

указывает на необходимость решения ее при строжайшем соблюдении социалистической законности.

объединенной преступной деятельностью - обоснованное привлечение соучастников к уголовной ответственности.

Советское законодательство и теория права определению основания уголовной ответственности придают

особое значение. На первом плане общесоюзных нормативных актов помещены статьи, устанавливающие

основание уголовной ответственности. Согласно ст. 3

Основ уголовного законодательства <уголовной ответственности и наказанию подлежит только лицо, виновное в совершении преступления, то есть умышленно

или по неосторожности совершившее предусмотренное

уголовным законом общественно опасное деяние>.

Уголовное дело, как указывается в ст. 5 Основ уголовного судопроизводства, не может быть возбуждено, а

возбужденное дело' подлежит прекращению за отсутствием в деянии состава преступления. Сопоставление

приведенных норм показывает, что по советскому законодательству основанием уголовной ответственности

признается наличие в деянии лица состава преступления, т. е. совокупности установленных законом объективных и субъективных признаков, при наличии которых поведение лица становится преступным. Приведенные нормы закона не содержат исключений. Они

13?

целиком распространяются и на совместную преступную деятелыность.

(и связи с тем что организатор, подстрекатель и

посо.бник непосредственно не выполняют объективной

стороны посягательства, в теории уголовного права

возник вопрос, имеется ли в их деяниях состав преступления. По утверждению И. П. Малахова, в поведении соучастников нет состава преступления и им

вменяется состав преступного действия .исполнителя,

поскольку они облегчают его деяния'.

в Особенной и в Общей частях Уголовного кодекса^. /

.Статья 3 Основ уголовного законодательства и

ст. 5 Основ уголовного судопроизводства не допускают

привлечения к ответственности ни одного человека, в

деянии которого нет состава преступления. Лри любой

.роли^з ^оучастии .лииц1_.лосягает- на охраняемый' уго;ловным законом объект, совершает предусмотренное

^уголовным законом общественно опасное деяние,.. про1 являет в этом деянии ..умышленную вину,' обладает

1 минимальным для уголовной ответственности возра1 стом и вменяемостью. Иными словами, деяния каждо^го соучастника содержат все элементы состава' пре1 ;ступле'ния^

?/^-0собенность законодательной характеристики пре^ступления, совершаемого в соучастии, заключается в

^ том, что его признаки указываются не только в статье

^Особенной части, но и в ст. 1^-УК. В нормах Особенной части общественно опасные действия характеризуются преимущественно так, ка'к ош^проявляются в

случае совершения их одним лицом. { При соучастии

' См. указ. работа, стр. 14.

^ См. А. А. П и о н т к о вс к и и. Курс советского уголовного

права, М., 1970, т. II, стр. 86-105; В. Н. Кудрявцев, Общая

теория квалификации преступлений, М., 1972, стр. 70-109; М. А.

Гельфер, Состав преступления, М., 1960; Я. М. Брайнин, Уголовная ответственность и ее основание в советском уголовном праве, М., 1963, стр. 29-85; В. И. Курляндс^ий, Уголовная ответственность и меры общественного воздействия, М" 1965, стр. 80

138

преступление, не меняя своего содержания, приобретает особую форму, специфика которой заключается в

том что соответствующие его составу деяния выполняются двумя или более лицами. Таким образом, основанием уголовной ответствеинасти соучастников является наличие в их действиях состава преступления,

характеризуемого в статье Особенной части и в

ст. 17 УК^

Из тбГО* обстоятельства, что состав одного и того

же преступления имеется в деяниях каждого соучастника, следует, что они несут ответственность на едином

основании.

внешне оно выражается в применении к их действиям

одной и той же нормы Особенной части Уголовного

кодекса', в 'установлении для них равных пределов наказания и в ответственности каждого соучастника за

совместный преступный результат в целом.

Единство основания не исключает, разумеется, индивидуализации ответственности соучастников. По советскому уголовному праву ответственность их должна

быть самостоятельной и строго индивидуальной. Соучастник отвечает за собственные ^деяния. Его ответственность не"ставитсяв 1безусловную зависимость от ответственности 'исполнителя, поскольку само то себе пособничество или подстрекательйтво содержит все элементы состава-преступления. В этом суть самостоятельной ответственности соучастника.^ 'Примером ее могут

быть случаи, когда исполнитель по .'каким-либо причина,м освобождается от уголовной ответственности, а

другие соучастники не освобождаются. ^Каждый соучастник отвечает за совместное преступление в 'пределах

личной дйцовносва^ Дея1ния,~к ^которым оняе причастен,

не могут ему вменяться. Коллективной ответственности

за действия, не охватываемые умыслом соучастника,

советское уголовное право не знает. На индивидуализацию как на обязательную черту ответственности совместно действующих лиц указывает и ст. 17 УК, <предписывающая суду в отношении каждого из них учиты

* Иногда действия соучастников квалифицируются по разным статьям Уголовного кодекса, о чем будет сказано далее.

вать степень и характер 'участия в преступлении. Следовательно, 'соучастники отвечают .на едином основании, но в строго 'индивидуальных пределах.

В связи с определением основания и пределов ответственности соучастников возникает вопрос о современном значении идей акцессорности соучастия. М.. И.

Ковалев и А. С. Фролов высказались за признание ограниченной акцессорности института соучастия". Большинство советских ученых 'полагает, что акцессорность^

не находит отражения в советском уголовном правей

Теория акцессорности соучастия возникла на заре господства 'буржуазии, когда ей в борьбе с феодализмом

было выгодно провозглашать демократические идеи.

По своему существу она сводится к утверждению абсолютной 'зависимости соучастников от исполнителя, к

отрицанию самостоятельного 'значения деяний пособника и подстрекателя.

В своей основе эти воззрения неприемлемы для советского .уголовного права., посколыку они игнорируют

необходимость установления 1В деяниях каждого соучастника состава преступления и противоречат закрепленным в советском уголовном законодательстве правилам индивидуализации ответственности совместно

действующих 'лиц. В них есть, однако, известное рациональное зерно - мысль об определенной за1висим'ости

судьбы остальных соучастников от поведения наполнителя, облегчающая правильное разрешение ряда прак

' См. М. И. Ковалев, указ. работа, ч. II, стр. 135-140;

А. С. Фролов, Соучастие в преступлениях несовершеннолетних,

Свердловск, 1968, автореферат канд. дисс., стр. 7.

" Акцессорность буквально означает принадлежность одного

явления другому.

^ См. А. А. П и онтковски и, указ. работа, стр. 502-503;

П. И. Гришаев, Г. А. Кригер, указ. работа, стр. 172, и др.

авторы.

^ Фактически эти идеи лишь провозглашались, но не проводились в законодательстве буржуазных государств.

тически существенных вопросов 'института соучастия.

К их числу относятся, в частности, вопросы о стадиях

деяний соучастников, о месте и 1Времени их совершения,

о значении квалифицирующих обстоятельств для их

юридической оценки.

Действующий уголовный закон, установив ответственность за предварительную преступную деятельность

со стадии приготовления (ст. 15 УК), предопределил

тем самым момент возникновения соучастия. Поскольку особых пределов ответственности для совместной

преступной деятельности не существует, уголовное преследование за соучастие возможно со стадии приготовления к преступлению.

Соисполнитедь.ство и соучастие с исполнением различных ролей образуется с.

два 'лица решили совместно исполнить убийство и подыскали средства совершения преступления, налицо будет соисполнительство на стадии приготовления. Предварительная преступная деятельность соучастников отражается при квалификации путем ссылки на соответствующую часть ст. 15 ^К.

В деяниях преступной группы и организации степень

завершенности посягательства определяется в зависимости от того, 'как в законе расценивается факт их создания.

С учетом' различной значимости интересов, против которых направлено посягательство, создание группы и организа.ции может означать- приготовление либо

оконченное преступление. При организованной антисоветской деятельности преступление становится оконченным с момента совершения действий, направленных на формирование организации. При 'бандитизме

и действиях, дезорганизующих работу исправительнотрудовых учреждений, совместно совершенное преступление признается оконченным со времени создания в

первом случае банды, во втором - преступной группы.

Организация грутапы в целях совершения контрабанды

и других преступлений считается лишь приготовлением

к преступлению.

Такое различие в ответственности соучастников за

внешне сходные этапы организованной преступной деятельности вытекает из закона, поскольку в качестве при

знака оконченного .преступления указаны в первом случае действия, <направленные к созданию организации>

(ст. 72 УК), во втором-организация банды или преступной группировки (ст. 77 и 77'), в третьем-совершение контрабанды организованной группой (ст. 78

,У^'

/ ^Место и время преступных деяяий соучастников так^ же определяется в зависимости от поведения исполни\^геля^ В теории права временем подстрекательства и пособничества рекомендовалось считать момент выполнения их функций^. Вскоре, однако, была показана несостоятельность этого предложения, поскольку оно не отвечает понятию соучастия и ие учитывает протяженности причинного ряда, в который включаются своими действиями подстрекатель и пособник^

" ^Определением соучастия как умышленного совмест1 ного совершения преступления (ст.

^всего преступного события. И, действительно, фактическое влияние организатора, подстрекателя или пособника не ограничивается моментом и местом выполнения их функций. Вредоносное действие их, собственно,

лишь начинается с того момента, когда эти соучастники, казалось бы, сыграли свою роль. Их деяния оказывают реальное влияние на весь процесс совместного

совершения преступления и воплощаются в действиях

^ исполнителя. Поэтому время и место деяиий всех соуча/ стников определяется по времени и месту совершения

; иитозпртгеЛём оконченного или неоконченного преступ^ лени^} (особенности решения данного вопроса в случае

'^терйения части преступлевия вне СССР требуют специального рассмотрения).

' В учебнике ^Уголовное право. Часть Особенная> (М" 1965,

стр. 67) и в монографии <Ответственность за государственные преступления> (ч. II, М., 1965, стр. 63) организация банды неосновательно считается оконченным преступлением уже при попытке создания банды. В данном случае деятельность, направленная к созданию организации, смешана с самим ее созданием.

' См. М. И, Б л у м. Вопросы действия советских уголовных

законов во времени, <Ученые записки Латвийского государственного университета>, Рига, 1962, т. IV, вып. 4, стр. 18-19.

' См. Я. М. Б райни н, Уголовный закон и его применение,

М., 1957, стр. 136-138, 156,

Квалифицирующие признаки могут относиться к

объективной и субъективной сторонам преступления, а

также к личности соучастников. Ответственность их

отягощают те признаки, которые повышают общественную опасность совместно совершенного преступления и

охватываются умыслом виновного.

Более опасные способы, орудия и средства совершения преступления и тому подобные признаки объективной стороны деяний исполнителя влияют на квалификацию преступлений других соучастников, если они указаны в диспозиции более строгой нормы Особенной части Уголовного кодекса и если применение их входило

в сознание данного соучастника. В случае совместной

кражи государственного имущества с применением технических средств исполнитель, применявший таиие

средства, должен отвечать по ч. 2 ст. 89 УК, а пособник, не осведомленный об их использовании, - по ч. 1

этой статьи. По ч. 2 ст. 89 они .могут вместе отвечать,

если оба сознавали применение технических средств.

В таком же порядке вменяются остальным соучастникам квалифицирующие 'признаки, характеризующие

субъективную сторону преступления.

Квалифицирующие обстоятельства, относящиеся к

личности исполнителя, имеют двоякое значение для

оценки деяний остальных соучастников. В <немногих случаях, указанных в статьях Особенной части Уголовного

кодекса, они повышают общественную опасность всего

совместно совершенного преступления. В таких случаях

эти обстоятельства, если они охватывались сознанием

других соучастников, вменяются им. Например, ответственное положение должностного лица, получившего

взятку, или офицерское звание виновного, совершившего дезертирство, повышают опасность преступления

не только самого исполнителя, но и лиц, умышленно содействовавших ему. Поэтому соучастник, знавший о наличии указанных обстоятельств на стороне

исполнителя, должен отмечать соответственно по ч. 2

ст. 173 или по п. <в> ст. 247 УК. Обстоятельства, повышающие опасность только личности самого исполнителя и одним им совершенного деяяия, не могут влиять

на квалификацию действий других соучастников. Такими обстоятельствами являются, например, повторность

действий исполнителя, прежняя судимость и т.п.}

143

Ч. и Н" находившиеся около магазина, заметили у

выхода гражданина с бутылкой 'вина. Ч. сообщил Н. о

своем намерении отобрать эту бутылку и попросил его

двигаться следом за ним, чтобы устранить помехи, которые могут возникнуть. Они быстро догнали гражданина. Ч. выхватил у него из рук бутылку, и оба грабителя окрылись. Действия Н. были (квалифицированы по

ст. 17 и ч. 2 ст. 145 УК, .поскольку на предварительном

расследовании выяснилось, что исполнитель месяц назад единолично 'совершил аиалогичное преступление.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного

Суда^РСФСР нашла эту квалификацию .необоснованной

ввиду того, что повторность характеризовала только

личность исполнителя. Приговор был изменен, действия

Н. квалифицированы по ст. 17 и ч. 1 ст. 145 УК'.

1 ^"Квалифицирующие признаки, относящиеся к лично1 ста организатора, подстрекателя или пособника, не

' влияют на ивалификацию деяний других соучастников.

^.^^