7. Изменение сроков поставки товаров, выполнения работ, оказания услуг по муниципальному контракту, заключенному по результатам торгов, недопустимо

Дело N А59-4210/2008 Арбитражного суда

Сахалинской области

Департамент архитектуры, градостроительства и управления недвижимостью города Южно-Сахалинска (далее - истец) обратился в Арбитражный суд Сахалинской области с иском к закрытому акционерному обществу "Рунк-ЛТД" (далее - ответчик) о признании недействительными дополнительных соглашений к муниципальному контракту от 7 мая 2007 г.

Согласно муниципальному контракту ответчик в качестве поставщика принял на себя обязательство по поставке автобусов для нужд городского округа в срок до 30 сентября 2007 г. Дополнительным соглашением от 28 сентября 2007 г. к муниципальному контракту срок поставки автобусов сторонами был продлен до 14 ноября 2007 г., а дополнительным соглашением от 13 ноября 2007 г. - до 1 декабря 2007 г.

По условиям оспариваемых дополнительных соглашений срок поставки был изменен в связи с письмом Федеральной таможенной службы РФ от 16 августа 2007 г. N 06-73/30947 "О соблюдении ограничений при ввозе транспортных средств" lt;1gt;, согласно которому к поставщикам импортных автомобилей предъявлялись дополнительные требования по обязательной сертификации этих товаров. К моменту рассмотрения спора муниципальный контракт был ответчиком исполнен.

--------------------------------

lt;1gt; См.: Таможенные ведомости. 2007. N 11.

Исковые требования основывались на ст. ст. 166, 168 ГК РФ, ч. 5 ст. 9 Закона о размещении заказов, согласно которым, по мнению истца, изменение условий муниципального контракта в части переноса сроков поставки автобусов по соглашению сторон недопустимо.

Арбитражный суд Сахалинской области отказал в удовлетворении исковых требований на основании ст. ст. 450, 452 ГК РФ, решив, что стороны внесли изменения в контракт по срокам поставки в установленном законом порядке и что ст. 9 Закона о размещении заказов не предусмотрены ограничения прав и обязанностей сторон в части согласования иных сроков поставки товаров.

В суде апелляционной инстанции дело не рассматривалось.

Истец обратился с кассационной жалобой в ФАС Дальневосточного округа, считая, что суд первой инстанции неправильно применил нормы материального и процессуального права и его выводы не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Истец настаивал, что изменение сторонами условий контракта по соглашению сторон противоречит ч. 5 ст. 9 Закона о размещении заказов. В обоснование своей позиции истец ссылался также на разъяснения Министерства экономического развития РФ, изложенные в письме от 24 ноября 2008 г. N Д05-5243, согласно которым изменение сроков исполнения контракта не допускается ни по соглашению сторон, ни в одностороннем порядке.

Тем не менее суд кассационной инстанции отклонил доводы заявителя кассационной жалобы, посчитав, что они противоречат Закону о размещении заказов. Кроме того, кассационный суд не принял во внимание письмо Министерства экономического развития РФ от 24 ноября 2008 г. N Д05-5243, указав, что оно содержит частное мнение должностного лица по данному вопросу и не является нормативным актом. Поэтому кассационная жалоба истца не была удовлетворена.

Спор, ставший предметом судебного рассмотрения, является весьма распространенным в современной практике, потому как с момента вступления в силу Закона о размещении заказов в практике так и не выработано однозначной позиции о месте данного Закона в системе российского законодательства и о его соотношении с другими нормативными правовыми актами.

Комментированию по настоящему делу подлежат два основных вопроса:

1) возможно ли изменение по соглашению сторон срока поставки товаров, выполнения работ, оказания услуг при исполнении государственного или муниципального контракта, в особенности если такой контракт был заключен по результатам проведения торгов;

2) применяются ли к правоотношениям, вытекающим из государственного или муниципального контракта, общие положения ГК РФ о договоре.

1. Согласно п. 1 ст. 450 ГК РФ изменение и расторжение договора возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено ГК РФ, другими законами или договором. В ч. 5 ст. 9 Закона о размещении заказов ограничивается возможность изменения условий государственного или муниципального контракта как по соглашению сторон, так и в одностороннем порядке. Эту норму можно условно разделить на две части: во-первых, прямо перечисляются те условия контракта, которые не подлежат изменению по взаимному соглашению и в одностороннем порядке; во-вторых, названы те положения контракта, которые, напротив, могут быть изменены сторонами lt;1gt;.

--------------------------------

lt;1gt; О толковании данной нормы см. также: Письмо Федеральной антимонопольной службы от 13 ноября 2007 г. N АЦ/21432 // СПС "КонсультантПлюс".

Исходя из такого построения диспозиции данной нормы, современными специалистами высказывается позиция о том, что сейчас ограничена возможность изменения по соглашению сторон не всех условий контракта, а только прямо указанных в ч. 5 ст. 9 Закон о размещении заказов lt;1gt;.

--------------------------------

lt;1gt; См.: Вайпан В.А., Любимов А.П. Практика применения законодательства о размещении заказов для государственных и муниципальных нужд // Право и экономика. 2009. N 5. С. 10.

Условие государственного или муниципального контракта о сроках поставки товаров, выполнения работ, оказания услуг не названо в рассматриваемой норме среди тех контрактных условий, которые нельзя изменять (ч. ч. 11 и 12 ст. 9, ч. 12 ст. 25, ч. 5 ст. 27, ч. 3 ст. 29, ч. 1 ст. 31, ч. 7 ст. 31.4, ч. 3 ст. 31.5, ч. 12 ст. 35, ч. 6 ст. 36, ч. 13 ст. 37, ч. 3 ст. 38, ч. 1 ст. 40, ч. 14 ст. 41, ч. 22 ст. 41.8, ч. 11 ст. 41.9, ч. 15 ст. 41.11, ч. ч. 10 и 14 ст. 41.12, ч. 6 ст. 42, ч. ч. 6 и 8 ст. 46, ч. 8 ст. 47, ч. 10 ст. 53, ч. ч. 5 и 6 ст. 54 Закона о размещении заказов), однако нет упоминания о сроках и среди тех условий, которые допустимо изменять (ч.

Таким образом, по вопросу изменения сроков исполнения обязательств по государственному или муниципальному контракту в ч. 5 ст. 9 Закона о размещении заказов нет ни запрета, ни дозволения. Именно поэтому в правоприменительной практике имеют место многочисленные случаи противоречивого толкования этой нормы.

В механизме правового регулирования предпринимательских договоров и возникших на их основе обязательств существуют правила, которые по своей природе не являются в чистом виде частноправовыми и содержатся в источниках, традиционно относящихся к публично-правовым отраслям законодательства lt;1gt;. Это в полной мере относится к государственным и муниципальным контрактам, в отношении которых предусмотрена своеобразная, смешанная частно-публичная процедура их заключения lt;2gt;. Изменение сроков поставки товаров, выполнения работ, оказания услуг по государственным и муниципальным контрактам недопустимо. Данный вывод следует из системного толкования законодательства, а также из общих начал и смысла всего законодательства о размещении заказов для государственных и муниципальных нужд.

--------------------------------

lt;1gt; См.: Илюшина М.Н. Понятие, признаки и место предпринимательских договоров в системе гражданско-правовых договоров // Законы России: опыт, анализ, практика. 2009. N 1. С. 9.

lt;2gt; См.: Власов В.А. Правовая природа государственных и муниципальных контрактов // Предпринимательское право. 2009. N 2. С. 20.

Так, согласно п. 2 ст. 72 БК РФ государственные (муниципальные) контракты заключаются и оплачиваются в пределах лимитов бюджетных обязательств, которые, в свою очередь, являются расходными обязательствами, подлежащими исполнению в соответствующем финансовом году. Поэтому продление сроков исполнения обязательств по государственным и муниципальным контрактам весьма проблематично еще и в связи с требованиями бюджетного законодательства.

Кроме того, за несанкционированное законом изменение условий контракта предусмотрена административная ответственность.

Иными словами, отсутствие в Законе о размещении заказов прямого указания на возможность изменения условий о сроках исполнения контракта следует расценивать как запрет на такое действие, в противном случае возможно наступление административной ответственности.

2. Целесообразно также дать толкование ч. 5 ст. 9 Закона о размещении заказов в контексте общего смысла федерального закона, в котором она содержится. Законодательные ограничения возможности изменения условий государственного и муниципального контракта носят антикоррупционный характер, поскольку они позволяют свести к минимуму сговоры между государственными и муниципальными заказчиками, с одной стороны, и исполнителями соответствующих контрактов - с другой.

Согласно ч. 2 ст. 10 Закона о размещении заказов заказ размещается на торгах, и контракт заключается по результатам этих торгов. Это общее правило, исключением из которого является заключение контракта по итогам запроса котировок, а также с единственным поставщиком (подрядчиком, исполнителем) в случаях, прямо предусмотренных законом. Иными словами, торги определены законом как преимущественный способ размещения публичных заказов.

Проведение торгов имеет целью объективное выявление лучшей заявки, т.е. наиболее выгодной для государственного или муниципального заказчика по всем заранее установленным критериям. Если предположить, что срок поставки товаров, выполнения работ, оказания услуг по контракту можно изменять по соглашению сторон, то тогда исчезнет и смысл проведения торгов на размещение соответствующего заказа. Участник конкурса или аукциона может указать в своей заявке, допустим, неправдоподобно короткий срок поставки товаров либо согласиться со сроком, предлагаемым в документации заказчика, пусть и неудобным для потенциального поставщика.

Предположим, что ответчик, будучи одним из нескольких участников торгов на право заключения муниципального контракта на поставку автобусов, указал в своей заявке, что осуществит поставку 30 сентября 2007 г., в то время как другие участники сообщили о готовности осуществить поставку на два-три месяца позже указанной даты либо, решив, что они не смогут выполнить поставку в назначенный срок, отказались от подачи заявок. Заявка ответчика получила тем самым конкурентное преимущество по отношении к заявкам остальных участников торгов и была признана наиболее предпочтительной для муниципального заказчика (т.е. по терминологии Закона о размещении заказов она была признана "заявкой, которой присвоен наименьший порядковый номер"). Впоследствии срок поставки по муниципальному контракту был увеличен по согласованию с заказчиком на два месяца. Следовательно, фактически победитель торгов (поставщик, ответчик) оказался в равном положении с заявками других участников торгов, но своих прав на поставку автобусов в соответствии с ранее заключенным муниципальным контрактом он не лишился. В такой ситуации сомнительно утверждать, что имело место объективное определение победителя торгов на право заключения муниципального контракта.

Если допустить возможность изменения сроков поставки товаров, выполнения работ, оказания услуг по государственному или муниципальному контракту на основании соглашения сторон или в одностороннем порядке, то тогда участники соответствующих торгов получат возможность указывать в своих заявках произвольные условия исполнения контракта только лишь в целях его заключения. Исполнение же контракта будет происходить на иных условиях, установленных дополнительными соглашениями между заказчиком и поставщиком (подрядчиком, исполнителем).

Кстати сказать, эта проблема нашла свое отражение в Концепции совершенствования общих положений обязательственного права России. Так, в п. п. 1.5, 2.4 разд. VIII названной Концепции отмечается актуальный для практики вопрос о возможности последующего изменения договора, заключенного на торгах. Допустимость изменения договорных (контрактных) условий может привести к злоупотреблениям, повлиять на формирование конкурентных предложений потенциальных участников торгов lt;1gt;. Ведь именно исходя из сформулированных заказчиком торгов условий будущего договора, часть из которых, как правило, выступает в качестве оценочных критериев конкурса или аукциона, потенциальные участники торгов принимают решение не только об участии в торгах, но и о возможной и предельно допустимой для них цене, а также прочих условиях.

--------------------------------

lt;1gt; На практике нередко предпринимаются попытки (правда, не всегда успешные) оспорить исполнение договора, заключенного на торгах, на измененных условиях. См.: Постановление ФАС Волго-Вятского округа от 26 июня 2009 г. по делу N А38-2665/2008-9-144.

3. В комментируемом споре необходимость изменения сроков поставки была обусловлена дополнительными требованиями по обязательной сертификации поставляемых согласно контракту товаров. Данные требования были установлены уже после того, как муниципальный контракт был заключен. В общей сложности дополнительными соглашениями к муниципальному контракту срок поставки был увеличен на два месяца. Следует сказать, что истечение срока поставки, указанного в первоначально подписанном контракте, само по себе не освобождает поставщика от исполнения контрактных обязанностей. Поставка с нарушением сроков, предусмотренных муниципальным контрактом, не влечет необходимости оформления дополнительных соглашений между заказчиком и поставщиком, а предоставляет заказчику право потребовать от поставщика уплаты неустойки (ч. 11 ст. 9 Закона о размещении заказов). Хотя в контексте рассматриваемого спора поставщик, вероятно, был бы освобожден от ответственности, поскольку условия надлежащего исполнения контракта изменились не по его вине.

С учетом изложенного представляется, что выводы, сделанные судами первой и кассационной инстанций, были основаны на неверном толковании Закона о размещении заказов.

В целом нужно заметить, что ФАС Дальневосточного округа не имеет последовательной позиции по вопросу о возможности изменения сроков поставки, выполнения работ, оказания услуг по государственным и муниципальным контрактам. Так, в Постановлениях ФАС Дальневосточного округа от 5 марта 2009 г. N Ф03-599/2009, от 19 марта 2009 г. N Ф03-220/2009, от 20 февраля 2009 г. N Ф03-258/2009, от 16 апреля 2009 г. N Ф03-1279/2009 было отмечено, что дополнительные соглашения к муниципальному контракту об изменении сроков выполнения работ являются ничтожными сделками. Причем в спорах по этим делам подрядчики ссылались на правомерность изменения сроков выполнения работ по муниципальным контрактам в связи со спецификой аварийно-восстановительных работ по устранению последствий Невельского землетрясения, произошедшего 2 августа 2007 г. Однако суд справедливо отметил, что Закон о размещении заказов не предусматривает ликвидацию последствий чрезвычайных ситуаций в качестве основания для изменения условий муниципального контракта.

Примечательно, что во всех перечисленных делах спор был инициирован по иску прокурора Сахалинской области.

Таким образом, изменение сроков поставки товаров, выполнения работ, оказания услуг по государственным и муниципальным контрактам следует считать нарушением Закона о размещении заказов.

Позиция Министерства экономического развития РФ по этому вопросу, на которую ссылался истец в комментируемом споре, является последовательной в течение ряда лет, и она представляется полностью обоснованной lt;1gt;. Аналогичную позицию занимает и Федеральная антимонопольная служба lt;2gt;.

--------------------------------

lt;1gt; См.: письма Министерства экономического развития РФ от 16 мая 2008 г. N Д05-2373, от 24 ноября 2008 г. N Д05-5243, от 20 апреля 2009 г. N Д05-1972 // СПС "КонсультантПлюс".

lt;2gt; См.: письмо Федеральной антимонопольной службы от 19 декабря 2008 г. N АЦ/34487 // http:// www.fas.gov.ru/ stateorder/ explanation/ a_22813.shtml.

Здесь возникает весьма важный вопрос о статусе и месте официальных разъяснений. По сути, речь идет о правовых позициях, сформулированных в официальных актах толкования. Единого мнения среди специалистов (как практиков, так и теоретиков) о статусе актов как источников права в настоящее время нет. Верным представляется мнение о том, что правовые позиции органа власти, пусть и наделенного правом давать официальные разъяснения действующего законодательства, нельзя рассматривать в качестве самостоятельного источника права и тем более приравнивать его к юридической норме. Такие правовые позиции можно назвать разъяснительными, по своей природе они носят управленческий характер lt;1gt;.

--------------------------------

lt;1gt; См.: Власенко Н.А., Гринева А.В. Указ. соч. С. 41.

Поэтому кассационный суд был прав, не принимая во внимание разъяснения федерального органа исполнительной власти. Арбитражные суды рассматривают дела на основании Конституции РФ, международных договоров РФ, федеральных конституционных законов, федеральных законов, нормативных правовых актов Президента РФ, нормативных правовых актов Правительства РФ, нормативных правовых актов федеральных органов исполнительной власти, конституций (уставов) и иных нормативных правовых актов субъектов РФ, актов органов местного самоуправления (ст. 13 АПК РФ). Действительно, с формальных позиций разъяснения федерального органа исполнительной власти не могут быть положены в основу решения арбитражного суда.

4. В постановлении суда кассационной инстанции по комментируемому делу было отмечено, что сроки поставки товаров по муниципальному контракту могут изменяться по соглашению сторон на основании ст. 450 ГК РФ. Что касается применения к правоотношениям по государственным и муниципальным контрактам общих положений ГК РФ о договоре, то во многих статьях Закона о размещении заказов проводится разграничение понятий "государственный (муниципальный) контракт" и "иной гражданско-правовой договор". Отличия между ними сводятся лишь к механизму заключения подобных соглашений. Контракт заключается путем проведения торгов, запроса котировок или на товарных биржах. Иной гражданско-правовой договор может заключаться как альтернатива контракту при размещении заказа у единственного поставщика (подрядчика, исполнителя) при условии, что платежи за одноименные товары, работы, услуги не превышают 100 тыс. руб. в квартал (п. 14 ч. 2 ст. 55 Закона о размещении заказов). Тем не менее даже в этом случае заказчик вправе заключить не иной гражданско-правовой договор, а именно государственный (муниципальный) контракт.

Представляется, что сущностных различий между контрактом и договором нет. Государственный или муниципальный контракт - это договор, заключенный заказчиком от имени Российской Федерации, субъекта РФ или муниципального образования в целях обеспечения государственных или муниципальных нужд (ч. 1 ст. 9 Закона о размещении заказов). Очевидно, что иной гражданско-правовой договор заключается для тех же целей, что и контракт.

Интересно в связи этим суждение М.Ю. Челышева о том, что гражданско-правовая отрасль имеет межотраслевое терминологическое значение. Многие правовые термины, понятия и определения, впервые легально определенные и (или) используемые в гражданском праве, обретают затем и иную отраслевую принадлежность и применяются в иных правовых сферах:

1) как в неизменном, так и в трансформированном виде;

2) по прямому указанию законодателя или без такового lt;1gt;.

--------------------------------

lt;1gt; См.: Челышев М.Ю. Система межотраслевых связей гражданского права: цивилистическое исследование: Автореф. ... дис. д-ра юрид. наук. Казань, 2009. С. 19.

Гражданско-правовой договор не только выступает средством удовлетворения гражданско-правовых интересов имущественного и неимущественного характера, но и может быть связан с определенными публично-правовыми интересами его сторон, которые носят не основной, а сопутствующий характер. Поэтому в числе прочих функций гражданско-правового договора следует выделять дополнительную (факультативную) функцию - обеспечение правомерных интересов частных лиц (сторон договора), связанных с областью действия публичного права lt;1gt;.

--------------------------------

lt;1gt; Челышев М.Ю. Указ. соч. С. 27.

На особенности государственных контрактов в свое время указывал и ВАС РФ, отмечая, что их не следует рассматривать в качестве обычных предпринимательских договоров, поскольку предпринимательская деятельность в данном случае совмещается с функциями организации, выполняющей поручение государства по обеспечению закупок продукции для государственных нужд lt;1gt;. В дальнейшем данная позиция нашла поддержку среди многих исследователей. Коротко она сводится к тому, что государственный контракт не является обычным гражданско-правовым, предпринимательским договором. Он должен рассматриваться как гражданско-правовой договор, включающий в себя отдельные административно-правовые (публичные) элементы lt;2gt;.

--------------------------------

lt;1gt; См.: п. II письма ВАС РФ от 19 августа 1994 г. N С1-7/ОП-587 "Об отдельных рекомендациях, принятых на совещаниях по судебно-арбитражной практике" // Вестник ВАС РФ. 1994. N 11. Впоследствии эти рекомендации были признаны утратившими силу в соответствии с информационным письмом ВАС РФ от 12 сентября 1996 г. N С1-7/ОП-554 (Вестник ВАС РФ. 1996. N 11).

lt;2gt; См.: Шевченко Л.И. Проблемы формирования договорных отношений поставки в условиях становления в Российской Федерации рыночной экономики: Дис. ... д-ра юрид. наук. Томск, 2001. С. 268; Тарабаев П. Особенности государственного контракта поставки товаров для федеральных нужд как гражданско-правового договора // Хозяйство и право. 2008. N 1. С. 35; Яровой А.В. Поставка для государственных нужд: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Екатеринбург, 2005. С. 9.

Об отличительных особенностях государственного (муниципального) контракта по сравнению с другими гражданско-правовыми договорами см. также: Беляева О.А. Договорная работа на предприятии. Практические рекомендации в вопросах и ответах. М.: Юридическая фирма "Контракт"; ИНФРА-М, 2009. С. 9 - 11.

Надо сказать, что рассматриваемая проблема была характерна и для прежнего российского законодательства. Еще до вступления в силу нынешнего Закона о размещении заказов в юридической литературе отмечалось: "законодатель, используя институт государственного контракта... не определил отличительные черты и особенности самого государственного контракта, безотносительно к тем отношениям, в которых он используется, а также его роль и место в системе договоров" lt;1gt;. Очевидно, что законодательство в этом вопросе остается непоследовательным, поскольку оно по-прежнему не дает однозначного ответа на вопрос о том, есть ли различия между контрактом и договором.

--------------------------------

lt;1gt; Горбунова Л.В. Поставка продовольствия для государственных нужд по российскому гражданскому праву: Дис. ... канд. юрид. наук. Самара, 2003. С. 71.

Государственный и муниципальный контракты заключаются в порядке, предусмотренном ГК РФ и иными федеральными законами с учетом положений Закона о размещении заказов (ч. 2 ст. 9). На практике постоянно возникают вопросы о том, какие нормы имеют приоритет: ГК РФ или Закона о размещении заказов. Высказывается мнение, что приоритетом обладают Гражданский и Бюджетный кодексы РФ как акты более высокой юридической силы lt;1gt;. Однако, строго говоря, подобное утверждение никак не следует ни из Закона о размещении заказов, ни тем более из сложившейся практики его применения в подобных спорных ситуациях. Так, в ч. 1 ст. 2 Закона о размещении заказов дословно сказано следующее: "...законодательство Российской Федерации о размещении заказов основывается на положениях Гражданского кодекса Российской Федерации, Бюджетного кодекса Российской Федерации и состоит из настоящего Федерального закона, иных федеральных законов, регулирующих отношения, связанные с размещением заказов". Как видно, о каком-либо приоритете норм кодифицированных актов в этой норме речи не идет.

--------------------------------

lt;1gt; См.: Сокол П.В. Проблемы применения законодательства о поставках для государственных и муниципальных нужд и вопросы его совершенствования // Законодательство. 2007. N 11. С. 30.

В целом в правоприменительной практике сейчас сложилась довольно неприемлемая ситуация, которую можно условно назвать "политикой двойных стандартов". В одних случаях нормы ГК РФ применяются с мотивировкой, что этот акт имеет более высокую юридическую силу lt;1gt;. В других случаях нормы ГК РФ не применяются, поскольку Закон о размещении заказов имеет специальный характер и общие положения ГК РФ не могут быть использованы для регулирования соответствующих правоотношений lt;2gt;.

--------------------------------

lt;1gt; Так, суд отказался признавать незаконными условия государственного контракта о возможности государственного заказчика в одностороннем порядке отказаться от исполнения контракта, решив, что такое положение дел не противоречит требованиям ГК РФ. См.: Постановление ФАС Московского округа от 15 апреля 2009 г. N КА-А40/2789-09 по делу N А40-54718/08-92-458.

lt;2gt; Речь идет об известном принципе lex specialis derogate generali (специальный закон вытесняет общий).

Верно и, пожалуй, наиболее лаконично в связи с этим высказалась А.В. Гапанович. Она отметила, что единого терминологического аппарата Закон о размещении заказов и ГК РФ не содержат, специальным данный Закон может считаться лишь в отношении самой процедуры "размещения заказа"; в целом этот Закон получил широкое применение на практике, в то время как он нарушает целостность системы гражданского законодательства. Таким образом, только гражданское законодательство призвано регулировать договорные и иные обязательственные отношения исходя из смысла п. 1 ст. 2 ГК РФ lt;1gt;.

--------------------------------

lt;1gt; См.: Гапанович А.В. Сфера применения и пределы регулирования Федерального закона от 21 июля 2005 г. N 94-ФЗ "О размещении заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд" // Право и экономика. 2009. N 8. С. 11, 13, 15.

Как правило, установление отраслевого приоритета (части коллизионного регулирования между гражданским правом и иными правовыми отраслями) происходит в двух формах:

1) в виде правила о прямом применении гражданско-правовых норм, но с возможными ограничениями, установленными в другой правовой отрасли;

2) в форме предписания о субсидиарном применении норм гражданского права, в том числе и по аналогии lt;1gt;.

--------------------------------

lt;1gt; См.: Челышев М.Ю. Указ. соч. С. 10, 20.

Несмотря на то что прямых указаний на этот счет наше законодательство не дает, нам представляется совершено очевидным тот факт, что, исходя из предназначения всей так называемой системы госзакупок, нормы Закона о размещении заказов носят специальный характер и имеют приоритет перед общими положениями ГК РФ, последние же могут применяться к правоотношениям из государственных и муниципальных контрактов лишь субсидиарно.

Таким образом, основания и порядок изменения условий государственных и муниципальных контрактов урегулированы в Законе о размещении заказов исчерпывающим образом, что исключает возможность применения к рассматриваемым правоотношениям ст. 450 ГК РФ. Поэтому выводы судов в комментируемом деле носят дискуссионный характер и поддержаны быть не могут.