Глава 1. ЛИЧНЫЕ НЕИМУЩЕСТВЕННЫЕ ОТНОШЕНИЯ В СТРУКТУРЕ ПРЕДМЕТА ГРАЖДАНСКОГО ПРАВА

В правовой науке советского периода господствовали представле- ния о необходимости доминирования публичных начал правовой систе- мы. Процессы обновления правовой концепции выявили особое значе- ние гражданского (частного) права в жизни общества1.

Выдающийся российский ученый Б.Н. Чичерин, выделяя особую роль частного права в жизни общества, писал, что при общении людей возникает живое взаимодействие интересов, которому «правом устанав- ливаются границы». По мнению Б.Н. Чичерина, частное право управляет совокупностью частных отношений между лицами. При этом человече- ская личность, ее свободы и права ограждаются от поглощения государ- ственным целым3.

Следует отметить, что России всегда было присуще стремление к обновлению и совершенствованию гражданско-правовых норм, к осоз- нанию превалирования интересов личности в частном праве. Например, интересен характер освещения предмета науки гражданского права, данного крупнейшим дореволюционным цивилистом Г.Ф. Шершеневи- чем. В учебнике русского гражданского права (издание 1907 г.) Г.Ф. Шершеневич отмечал, что противоположность личности и общества, частной жизни и общественной деятельности сознается более или менее всеми. В жизни невольно и, может быть, отчасти бессознательно уста- навливается противоположение частного и общественного. Законода- тель должен принимать во внимание, что в сфере своих частных интере- сов каждое лицо пользуется “большою свободою”, вступает в отноше- ния, совершает действия по своей воле и по своему произволу.

ве4. Как видим, речь идет о регулировании необычайно обширного кру- га отношений. Н.Д. Егоров справедливо отмечает, что “круг обществен- ных отношений, регулируемых гражданским правом, настолько обши-

рен и разнообразен, что, в принципе, невозможно дать их исчерпываю- щий перечень. Этого и не следует делать, так как в задачу гражданско- правовой науки входит не перечисление с возможно большей точностью и тщательностью всех общественных отношений, регулируемых граж- данским правом, а выявление тех их общих свойств, которые и позволи- ли объединить их в предмете одной и той же отрасли, именуемой граж- данским правом”5.

Кроме того, необходимо расширение предмета гражданского права. Так как на современном этапе развития российского общества особую значимость приобретает гражданско-правовая защита прав личности, то необходимо безоговорочное включение законодателем возникающих в этой сфере отношений в предмет гражданского права, определение по- нятия этих отношений и признание их определяющего значения. На наш взгляд, право на жизнь должно рассматриваться в разделе, стоящем пе- ред разделом «Право собственности и другие вещные права».

Тот факт, что в предмет гражданского права входят имущественные и личные неимущественные, связанные с имущественными, отношения,

не вызывает сомнений. Однако дискуссионными остаются вопросы о понятии имущественных отношений, регулируемых гражданским пра- вом6, и о понятии входящих в предмет гражданского права личных не- имущественных отношений, связанных с имущественными7.

Что же касается личных неимущественных отношений, не связан- ных с имущественными, то следует признать, что гражданско-правовая наука еще не преодолела существующих противоречий во взглядах уче- ных на принадлежность этих отношений к предмету гражданско- правового регулирования.

Авторы, придерживающиеся радикальной концепции, считают, что отношения по поводу благ, неотделимых от личности, образуют, по су- ществу, самостоятельный предмет регулирования. Однако удельный вес этих отношений недостаточно велик для выделения их в самостоятель- ную отрасль права, и регулирование таких отношений осуществляется, наряду с другими отраслями права, также средствами гражданского пра- ва9.

Впервые такая позиция была высказана В.А. Тарховым в статье, принятой редакцией журнала “Советское государство и право” и наме- ченной к опубликованию в № 3 за 1955 г., но в связи с решением об окончании дискуссии о предмете гражданского права статья не вышла в свет. Однако, поскольку редакция разделяла взгляды автора, она прибег-

ла к ссылке на неопубликованную статью в редакционном обзоре по итогам дискуссии10.

Эти выводы были подвергнуты критике С.С. Алексеевым11,

С.Н. Братусем12. О.А. Красавчиков предположил, что у автора могло быть еще что-то кроме тех строк, которые вошли в редакционную ста- тью13. Позднее В.А. Тархов разъяснит, что по данному вопросу в руко-

писи ничего больше не было, так как статья, в основном, посвящалась имущественным отношениям14. Действительно, оставался без ответа во- прос о том, какой же отраслью права должны регулироваться личные неимущественные отношения.

В.А. Тархов считает, что регулирование личных неимущественных отношений должно быть отнесено к государственному праву, что не ис- ключает иного отраслевого регулирования случаев, непосредственно

связанных с предметами специальных отраслей. По его мнению, бли- зость личных неимущественных отношений к предмету государственно- го права определяется тем, что Конституция закрепляет обширный круг прав и свобод граждан15.

В позиции В.А.

Как видно из определения, конституционное право есть базовая от- расль, состоящая из идей, принципов и норм. В этой отрасли наличие собственной сферы регулирования сочетается с широкой сферой смеж- ного регулирования совместно с другими отраслями. Из сказанного можно сделать вывод о том, что личные неимущественные отношения не могут войти в предмет регулирования конституционного права. Дальнейшее совершенствование и развитие правового регулирования этих отношений возможно лишь в рамках гражданско-правовой отрасли. Вероятнее всего основы конституционного статуса личности и гражда- нина, закрепленные в конституционном законодательстве должны найти более детальное выражение в отраслевых нормативных формах.

Провозглашение личных прав и свобод в Конституции РФ предпо- лагает их правовое регулирование различными отраслями права. Конеч- но, невозможно умалить значение прямого действия Конституции РФ17, но закрепление в ней прав и свобод человека и гражданина имеет все-

общее регулятивное значение и выступает одновременно как мини- мальный правовой стандарт для отраслевых нормативных актов18. Одна из целей данной работы - доказать единство гражданско-правового регу- лирования личных неимущественных отношений и показать наиболь- шую эффективность их гражданско-правовой защиты.

Ученые-цивилисты, придерживающиеся негативной концепции, считают, что предметом гражданского права являются имущественные отношения и связанные с ними личные неимущественные.

ных благ и на способы их защиты19. Следовательно, Б.Б. Черепахин де-

лает вывод о том, что личные неимущественные права не регулируются гражданским законодательством. Этой же точки зрения придерживаются О.С. Иоффе20, Л.К. Рафиева21, В.С. Толстой22 , М.И. Брагинский23 и дру- гие авторы24. Согласно мнению ряда ученых при подготовке проекта но- вого Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ) была приня- та точка зрения представителей негативной концепции.

Так, М.И. Брагинский видит одну из особенностей нового ГК РФ в том, что он, в отличие от ранее действовавшего законодательства, ис- ключил неимущественные отношения, не связанные с имущественными, из предмета регулирования гражданского законодательства, и что в но- вом ГК «принята высказываемая неоднократно в литературе точка зре- ния, в силу которой гражданское право лишь защищает объекты неиму- щественных отношений, но не регулирует их»25. Однако выводы о во- зобладании в гражданском законодательстве именно этой концепции

следует признать преждевременными. Детальное сопоставление ранее действовавшего и современного законодательства позволяет прийти к противоположным выводам.

Предмет гражданско-правового регулирования получил определе- ние в п. 1 ст. 2 части первой Гражданского кодекса Российской Федера- ции от 21 октября 1994 г., согласно которому гражданское законодатель- ство “регулирует договорные и иные обязательства, а также другие

имущественные и связанные с ними личные неимущественные отноше- ния, основанные на равенстве, автономии воли и имущественной само- стоятельности их участников26.

Таким образом, появились значительные изменения в определении предмета гражданского права по сравнению с определением, данным Гражданским кодексом РСФСР от 11 июня 1964 г.27 и Основами граж- данского законодательства Союза ССР и республик от 31 мая 1991 г.28 (далее - Основы).

Так, согласно ст. 1 Основ личные неимущественные отношения, не связанные с имущественными, регулировались гражданским законода- тельством, поскольку иное не предусмотрено законодательными актами либо не вытекает из существа личного неимущественного отношения. Согласно ч. 2 ст. 2 нового ГК РФ “неотчуждаемые права и свободы че- ловека и другие нематериальные блага защищаются гражданским зако- нодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ”.

Следует признать, что после принятия Основ трудно было ожидать именно такой нормы в ст. 2 ГК РФ. В 1994 г. Л.О. Красавчикова, анали-

зируя ч. 2 ст. 1 Основ, пишет, что отныне в предмет регулирования гра-

жданского права входит широкий и формально не замкнутый круг лич-

ных неимущественных отношений, не связанных с имущественными, и что аналогичная позиция прослеживается в проекте пока еще не приня- того ГК РФ29.

Что же произошло? Сужает ли редакция ст. 2 ГК РФ предмет регу-

лирования гражданского права по сравнению с редакцией ст. 1 Основ

1991 г.? На первый взгляд, назначение новой формулы в том, чтобы подчеркнуть: если имущественные отношения гражданским законода-

тельством не только защищаются, но и регулируются, то личные не- имущественные отношения гражданским законодательством только за- щищаются, но не регулируются. Однако тенденции развития граждан-

ского права не позволяют сделать такой вывод. В реальности налицо расширение круга гражданско-правовых отношений, входящих в пред- мет гражданского права.

Уже сегодня назрела необходимость внесения изменений в ст. 2

действующего ГК РФ. Но они не могут выражаться в копировании ст. 1

Основ, которая имела свои недостатки.

Как справедливо замечает В.А. Рахмилович, ст. 2 ГК РФ не содер- жит оговорки “если иное не предусмотрено законодательными актами”, т.е. не допускает в противоположность Основам ограничения другими законами применения норм гражданского права к личным неимущест- венным отношениям30.

Кроме того, по мнению автора, деление норм и правоотношений на регулятивные и охранительные является весьма относительным, не все- гда ясным, возможным и применимым, хотя в принципе оно и имеет оп-

ределенное познавательное, академическое значение31. Действительно, расширяя гражданско-правовую защиту личных неимущественных благ, признавая наличие у граждан и юридических лиц субъективных прав по поводу этих благ, невозможно отвергать применение гражданского пра- ва для регулирования осуществления личных отношений.

Как видим, общую тенденцию к расширению круга общественных отношений, входящих в предмет гражданского права, не может остано-

вить не вполне удачная формулировка понятия предмета отрасли, вклю- ченная в ГК РФ. Необходима новая редакция этого определения. Однако необходим и детальный анализ существующей нормы ст. 2 ГК РФ, так

как до внесения изменений в закон у сторонников негативной концеп- ции остается возможность препятствовать эффективному развитию спо- собов гражданско-правовой защиты личных неимущественных прав

граждан. Внимательный исследователь, сопоставляя оба гражданских кодекса вслед за К.Б. Ярошенко, непременно придет к выводу, что в но- вом ГК «сфера гражданско-правового регулирования значительно рас-

ширена. Она включает неотчуждаемые права и другие нематериальные блага во всех случаях, если иное не вытекает из существа этих прав (благ), в то время как и ГК 1964 г. и Основы в разной мере открывали возможности для ограничения такой защиты32. Следует добавить, что и ГК 1964 г., и Основы позволяли ограничить не только защиту, но и ре- гулирование33. ГК 1964 г. и Основы, например, не давали никакой воз- можности ввести в сферу гражданско-правового регулирования право свободного передвижения. Трудно представить, чтобы на основе данных актов гражданин мог гражданско-правовым способом защитить свое право на выбор места пребывания. В то время как новый ГК прямо за- крепляет личные неимущественные права в ст. 150 и тем самым включа- ет возникающие при их осуществлении правоотношения в предмет гра- жданско-правового регулирования.

Как видим, анализ и критика радикальной и негативной концепций позволяют прийти к неизбежному выводу о наибольшей приемлемости и современности позитивной концепции. Ее сторонники утверждают, что личные неимущественные права не только охраняются, но и регули- руются гражданским правом. Так, Ю.К. Толстой, предпринявший самое значительное из имевших место в последние годы исследование предме- та гражданского права, в статье “Гражданское право и гражданское за- конодательство” пишет: “Мы склонны достаточно широко очертить круг личных неимущественных отношений, регулируемых гражданским пра-

вом как в их нормативном, так и в нарушенном состоянии”34. Бесспорно,

исключительно обширный круг личных неимущественных отношений существует. С таким положением не может не считаться законодатель. И такие отношения нуждаются в гражданско-правовом регулировании. Се- годня передовая цивилистическая мысль обращается к природе личных

неимущественных отношений, к определению их места в структуре от-

расли.

Например, Т.И. Илларионова считает, что было бы ошибочным ис-

ключать личные неимущественные отношения из предмета гражданско- го права. Она говорит, что эти отношения возникают из конфликта и мо- гут быть обозначены как отношения - притязания, а наличие таких от- ношений в предмете гражданского права никогда не оспаривалось. И хотя с определением личных неимущественных отношений как отноше- ний - притязаний вряд ли можно согласиться, нельзя не присоединиться к ее утверждению, что личные неимущественные отношения влияют на структуру отрасли гражданского права и создают фактическую основу

института защиты неимущественных прав и интересов35.

В настоящее время позитивную концепцию поддерживает боль- шинство ученых-цивилистов36, несмотря на противоречивую формули- ровку предмета гражданского законодательства, содержащуюся в ч. 2 ст.

2 ГК РФ.

Необходима новая редакция всей ст. 2 ГК РФ. Можно предполо- жить, что п.1 ч.1 данной статьи должен быть таким: «Гражданское зако- нодательство регулирует личные неимущественные отношения, возни- кающие по поводу неимущественных благ и обеспечивающие физиче- ское благополучие и индивидуализацию личности, ее всестороннее со- вершенствование, развитие, автономию в обществе и адекватность ее восприятия обществом. Гражданское законодательство регулирует иму- щественные и связанные с ними неимущественные отношения, основан- ные на равенстве, автономии воли и имущественной самостоятельности их участников...».

При этом отпадает необходимость в выделении ч.2 данной статьи и упоминании в ней о неотчуждаемых правах и свободах. Не должен сму- щать тот факт, что ст. 2 будет начинаться с упоминания о личных не- имущественных правах. В обществе всегда существует примат жизни над имуществом. Изменения, которые произошли за послереформенный период в политической, экономической и социальной сферах жизни об- щества и государства, привели к тому, что в сфере, например, уголовно- го права произошло изменение приоритетов. Уголовный кодекс Россий- ской Федерации, принятый Государственной Думой РФ 24 мая 1996 г., защищает прежде всего личность, ее свободы и права и лишь затем про- возглашает равную охрану всех форм собственности. Соответственно этим приоритетам сформулирована ст. 2 УК РФ и строится структура норм нового уголовного закона.

Итак, мы принимаем за аксиому факт вхождения личных неимуще- ственных отношений в предмет гражданского права. Однако круг лич- ных неимущественных отношений так широк, что никогда не будет воз- можности перечислить их все в законодательных актах. Жизнь челове-

ческого общества так динамична, так стремительно меняется и усложня- ется, что невозможно вовремя внести соответствующие изменения в за- конодательство. В этой ситуации выход только в углублении теоретиче- ских исследований природы личных неимущественных отношений и выявлении таких присущих им признаков, которые и позволяют объеди- нить их с другими отношениями, входящими в предмет гражданского права.

Вначале необходимо рассмотреть вопрос о соотношении понятий “личные неимущественные, связанные с имущественными” и “личные неимущественные, не связанные с имущественными” отношения. При-

нято считать, что личные неимущественные отношения, связанные с имущественными, возникают, главным образом, в сфере, по традиции нередко именуемой авторским и изобретательским правом. Как пишет

М.И. Брагинский, «…связь неимущественных отношений с имущест- венными выражается в том, что в них участвуют одни и те же лица, и возникают они (отношения. – Т.Д.) по поводу одного и того же объекта.

При этом имущественные отношения в указанных случаях оказываются зависимыми от неимущественных. Так, право считаться автором опре- деленной книги или изобретения является неимущественным (данное

право нельзя выразить в деньгах). Однако с этим неимущественным свя- зано имущественное право - право на получение гонорара (вознагражде- ния), которое возникает у того, кто обладает правом авторства, т.е. пра- вом быть признанным автором книги (изобретения)»37.

Как видим, из такого определения очень сложно понять природу имеющейся связи. Вполне можно сделать вывод, что выделяется группа имущественных отношений, связанных с неимущественными. Двойст-

венную природу этой связи отмечают и другие исследователи. М.Н. Ма- леина указывает, что личные неимущественные права, связанные с имущественными, при их реализации могут выступать в качестве пред-

посылки возникновения имущественных прав. Например, авторство ли- ца на произведение литературы влечет за собой имущественное право на получение авторского гонорара. Такого рода имущественные права вто-

ричны, они могут и не возникнуть, например, в случае, когда автор не имеет права на получение вознаграждения за издание плановой работы, либо возникнут, но не будут им реализованы (отказ автора от получения гонорара)38.

Как видим, провести различие между имущественными отноше- ниями и неимущественными, связанными с ними, бывает довольно за- труднительно. Вероятно, личные имущественные права будут называть- ся связанными с имущественными в том случае, если они сами вытекают из этих прав или служат предпосылкой для возникновения имуществен- ных прав.

В научной литературе был отмечен тот факт, что различие между двумя видами неимущественных отношений (связанных и не связанных с имущественными) является, в известной мере, условным. В подтвер- ждение этого вывода К.Б. Ярошенко пишет, что при посягательстве на честь и достоинство лица из отношений, неимущественный характер ко- торых выражается едва ли не в наибольшей степени, может возникнуть отношение имущественное. Возможна, например, ситуация, при которой посягательство на честь и достоинство влечет за собой негативные по- следствия в имущественной сфере потерпевшего (из-за ложного обвине- ния в плагиате издательство расторгло договор с автором и отказывается публиковать произведение и, соответственно, платить гонорар).

Однако, отмечает далее К.Б. Ярошенко, все сказанное отнюдь не снимает вопроса о существенном различии двух видов неимуществен-

ных отношений, из которых одни “связаны”, а другие “не связаны” с имущественными. Только первые способны породить имущественные отношения в нормальной стадии своего развития. Принадлежность соот-

ветствующих неимущественных благ сама по себе предрешает наличие у лица определенного имущественного права. Тем самым имущественные права оказываются, в известном смысле, производными от прав неиму-

щественных (лицу, которое является подлинным автором произведения и, таким образом, обладает правом авторства, в силу указанного факта принадлежит и право на получение гонорара). Неимущественные же отношения, не связанные с имущественными, способны породить иму-

щественные отношения лишь в аномальной стадии своего развития, при этом в указанную стадию они трансформируются в результате их нару- шения39.

Такой вывод, бесспорно, представляет интерес в теоретическом плане. Тем не менее наши сегодняшние знания о системе личных не- имущественных прав позволяют усомниться в универсальном характере

этого вывода. Разве находящиеся в ненарушенном состоянии права на квалифицированную медицинскую помощь, на своевременную лекарст- венную помощь, право на донорство и трансплантацию, право на ис-

пользование своего голоса не способны порождать имущественные от- ношения? Даже такое право, как право на участие в медицинском экспе- рименте в ненарушенном состоянии может порождать имущественные

права на предоставление достаточных средств и материалов, которые позволят участнику эксперимента сохранить здоровье и физическую не- прикосновенность. Все это говорит о том, что необходимы другие кри- терии разграничения двух рассматриваемых видов отношений.

Как отмечалось, гражданское право регулирует личные неимущест- венные отношения независимо от того, связаны они с имущественными отношениями или нет. Но связь личных неимущественных отношений с

имущественными может влиять на внутриотраслевую структурную

дифференциацию гражданского права. Этот феномен был описан Н.Д. Егоровым, который констатировал, что если личные неимущест- венные отношения, не связанные с имущественными, образуют предмет самостоятельного института личных неимущественных прав граждан и организаций, то личные же неимущественные отношения, связанные с имущественными, регулируются другими структурными подразделе- ниями гражданского права. Последнее обусловлено тем, что взаимодей- ствие личных неимущественных и связанных с ними имущественно- стоимостных отношений придает этим отношениям определенную спе-

цифику, влияющую на характер правового регулирования40.

Действительно, личные неимущественные отношения, связанные с имущественными, регулируются как специальными нормами права, так и нормами, регулирующими личные неимущественные отношения. На- пример, на отношения, регулируемые институтом авторского права, распространяются нормы и обязательственного права и института лич- ных неимущественных прав граждан. При этом, если наличие института авторского права или наследственного права не вызывает сомнений, то сам термин “институт личных неимущественных прав” нов для юриди- ческой науки.

В настоящее время идет становление института личных неимуще- ственных прав. Норм права, содержащихся в гл. 8 ГК, явно недостаточно для регулирования этих отношений, но уже сейчас видно, что институт будет таким содержательным и емким, что на его основе будет сформи- ровано более сложное, крупное структурное подразделение.

Далее, для решения поставленной задачи обоснования предметного единства гражданского права необходимо определить понятие личных

неимущественных отношений и выявить те общие свойства, которые позволяют объединить имущественные и личные неимущественные от- ношения41 в предмете одной и той же отрасли - гражданском праве. Не- обходимо установить каковы отличительные признаки личных неиму- щественных отношений. В юридической литературе нет единства мне- ний по этому вопросу.

Например, М.Н. Малеина определяет признаки личных неимущест- венных отношений: 1) нематериальный характер; 2) направленность на индивидуализацию личности; 3) особый объект; 4) специфику основа- ний возникновения и прекращения42.

Сущность первого признака она видит в том, что личные неимуще- ственные права лишены экономического содержания, они не могут быть точно оценены, их осуществление не сопровождается имущественным предоставлением (эквивалентом) со стороны других лиц.

Обоснованность выделения этого признака в качестве отличитель- ного, присущего лишь личным неимущественным отношениям, оспари- валась в литературе43. Отсутствие экономического содержания свойст-

венно многим общественным отношениям, регулируемым различными отраслями права (например, конституционным правом регулируются отношения, в которые гражданин вступает, реализуя право на участие в отправлении правосудия, право избирать и быть избранным; уголовно- процессуальным правом регулируются отношения, возникающие при осуществлении права не свидетельствовать против самого себя и т.д.).

Вторым выделяемым М.Н. Малеиной признаком является направ- ленность исследуемых отношений на индивидуализацию личности. Бес- спорно утверждение М.Н. Малеиной, что институт личных неимущест- венных прав охраняет самобытность и своеобразие управомоченного субъекта. Сходное утверждение выдвинуто Ю.К. Толстым, который пи- шет, что в личных неимущественных отношениях выражены признание и оценка индивидуальных качеств лица со стороны общества44. Однако обоснованность выделения названного признака в качестве отличитель-

ного не вполне оправдана.

Признак “направленность на индивидуализацию личности” подчер-

кивает лишь личный характер указанных отношений. Но, как отмечает сама М.Н. Малеина, каждый гражданин обладает собственным комплек- сом имущественных прав, которые также позволяют “выделить” его из массы других граждан. Нельзя игнорировать тот факт, что гражданин проявляет себя как личность и в отношениях собственности45.

Третий признак выделяет особенность объектов личных неимуще- ственных отношений. Под объектами личных неимущественных прав понимаются нематериальные (духовные) блага, примерный перечень которых приводится в ст. 150 ГК РФ. Более подробную характеристику нематериальных благ дает Т.А. Фаддеева, которая выделяет блага перво- го и второго уровня46. Блага первого уровня – блага, неразрывно связан- ные с самим существованием личности, объективно существующие не- зависимо от их правовой регламентации и только в случаях посяга- тельств на блага нуждающиеся в правовой защите. Блага второго уровня

– личные неимущественные права (субъективные права), образующие содержание конкретного правоотношения и тем самым уже урегулиро- ванные нормами права. В случае же нарушения этих прав они пользу- ются правовой защитой.

Кроме того, Т.А. Фаддеева называет еще два характерных признака,

присущих уже нематериальным благам первого и второго уровня:

1) отсутствие материального (имущественного) содержания и 2) нераз- рывную связь с личностью носителя, предопределяющую неотчуждае- мость и непередаваемость блага. Причем она подчеркивает, что оба на-

званных признака носят условный характер.

Например, ущемление нематериальных благ может иметь для их носителя весьма ощутимые последствия экономического характера47.

Неотторжимость нематериальных благ от их носителя имеет относи-

тельный характер48.

Что касается неотчуждаемости нематериальных благ, то она не ис- ключает их осуществления и защиты третьими лицами49. В последние годы наша страна переживает “геральдический бум” и уже нельзя отри- цать существование неимущественного права на личный герб. Герб нельзя считать материальной ценностью, поскольку это, прежде всего, благо духовное, символ, олицетворяющий благородные цели и помыслы человека. При этом специалисты по геральдике не отрицают, что такой символ может быть передан прямому потомку обладателя герба50.

Также нельзя отрицать и существования субъективного права на неприкосновенность генома человека. С развитием генетики перед чело- вечеством рано или поздно встанет вопрос о разрешении клонирования людей. И если сегодня можно говорить лишь о даче согласия на опыты с геномом конкретного лица51, то не исключено, что в будущем гражданин может дать согласие на трансгенную операцию для создания новой лич- ности.

Все большее распространение в научном мире получают идеи, со- гласно которым человек как личность - это не более чем память, инфор- мация. Уже к 2020 г. появится возможность перезаписать всю информа- цию, имеющуюся в мозгу конкретного человека, на чип, и личность ста- нет бессмертной, продолжая свое существование в электронном облике. Все это будет происходить путем подсоединения электродов к инфор- мационным каналам мозга, что само по себе породит необходимость за- конодательного закрепления новых личных неимущественных прав52.

Кроме того, нельзя не учитывать, что по поводу неотделимых от личности нематериальных благ могут возникать не только личные не- имущественные отношения.

Так, если директор института издает приказ о наложении дисцип-

линарного взыскания на начальника отдела, направившего сотрудников на работу, ущемляющую их честь и достоинство, между директором и начальником отдела возникает общественное отношение по поводу ду- ховного блага, неотделимого от личности его носителя. Однако данное общественное отношение нельзя назвать личным неимущественным, так как в нем не участвует сама личность, которой принадлежит указанное духовное благо53.

Четвертый из выделяемых признаков - специфика оснований воз- никновения и прекращения личных неимущественных отношений. М.Н. Малеина видит проявление указанной специфики в том, что личные не- имущественные права могут возникать при наступлении определенных событий54 в связи с заключением сделок55, а прекращаются со смертью их носителя56. Но эти же основания возникновения и прекращения могут быть характерны и для других субъективных прав. Так, право собствен-

ности может возникнуть в связи с заключением сделки и прекратиться со смертью собственника.

Приведенный анализ отличительных признаков личных неимуще-

ственных отношений свидетельствует о том, сколь сложна и многогран- на их сущность и как много у них общего с другими общественными от- ношениями, входящими в предмет гражданского права.

Л.О. Красавчикова подразделяет признаки, присущие личным не- имущественным отношениям, на две категории. Во-первых, признаки, определяемые социальным содержанием этих отношений. К таким при- знакам относятся личный характер и отсутствие непосредственной связи

с имущественными отношениями. Во-вторых, признаки, определяемые юридическим содержанием личных неимущественных отношений. К ним относятся принадлежность этих правоотношений к числу абсолют-

ных и неотчуждаемость, непередаваемость личного неимущественного субъективного права.

Л.О. Красавчикова, используя выделенные признаки, определяет

личные неимущественные правоотношения как правоотношения, скла- дывающиеся по поводу личных, нематериальных благ, принадлежащих личности как таковой и от нее не отделимых57.

В данном определении бесспорно указание на объект личных не- имущественных правоотношений - нематериальные блага. Однако во- прос об их неотделимости от личности в настоящее время становится спорным. Это происходит в связи с бурным развитием науки и техники

и с изменениями, происходящими в обществе. Встает вопрос о принад- лежности к предмету гражданского права не только отношений по пово- ду личного герба и неприкосновенности генома человека, но и отноше-

ний, возникающих по поводу идентификации национальной принадлеж-

ности58 и вероисповедания59.

В судебной практике уже есть примеры ошибочного понимания на-

циональной принадлежности. Возможны и судебные споры о принад- лежности гражданина к той или иной конфессии. С учетом этого нельзя говорить о непоколебимости признака “неотделимость нематериальных благ от личности”.

Нужно отметить, что уже из названия “личные неимущественные отношения” видно, что они обладают, по крайней мере, одним отличи-

тельным признаком: указанные отношения возникают по поводу не-

имущественных (духовных) благ.

Н.Д. Егоров считает, что под личными неимущественными отноше-

ниями следует понимать возникающие по поводу неимущественных благ общественные отношения, в которых осуществляется индивидуали-

зация личности гражданина или организации посредством выявления и оценки их нравственных и иных социальных качеств60.

С такой позицией трудно согласиться, так как личные неимущест- венные права нацелены не только на индивидуализацию личности. Ве- роятно, в современных условиях можно определить личные неимущест- венные отношения как общественные отношения, возникающие по по- воду неимущественных благ и обеспечивающие физическое благополу- чие и индивидуализацию личности, ее всестороннее совершенствование, развитие, автономию в обществе и адекватность восприятия личности обществом.

Кроме выявления специфических признаков личных неимущест-

венных отношений, в процессе их исследования, необходимо выявить те общие признаки, которые объединяют их с другими, входящими в пред-

мет отрасли, общественными отношениями.

По мнению Н.Д. Егорова, несмотря на внешнюю противополож-

ность двух составных частей предмета гражданского права (имущест- венно-стоимостных и личных неимущественных отношений), у них есть общее свойство, которое и позволяет объединить их в предмете одной и той же отрасли - гражданском праве. Это свойство - взаимооценочный характер.

Н.Д. Егоров считает, что если имущественно-стоимостные отноше-

ния предполагают взаимную оценку участниками этих отношений коли- чества и качества труда, воплощенного в том материальном благе, по поводу которого отношения складываются, то личные неимущественные отношения предполагают взаимную оценку их участниками индивиду- альных качеств личности, участвующей в этих отношениях. В имущест- венных отношениях взаимная оценка проявляется в стоимостной форме, а в неимущественных - в виде нравственной и иной социальной оценки личных качеств граждан и организаций. Он отмечает, что оценочный характер носят все общественные отношения. Однако взаимооценочный признак характерен только для тех общественных отношений, которые входят в предмет гражданского права61 .

М.Г. Маркова, присоединяясь к точке зрения Н.Д. Егорова, выделя- ет еще одно общее свойство имущественно-стоимостных и личных не- имущественных отношений. Она утверждает, что и те и другие наиболее адекватны для проявления активной, инициативной, самостоятельной деятельности субъектов (создают для нее условия и стимулы)62.

Вопрос о взаимооценочном характере имущественных и личных неимущественных отношений представляет особый интерес и нуждается в дальнейших исследованиях. В то же время говорить о взаимооценоч- ном характере абсолютных правоотношений следует с определенными оговорками. Все дело в том, что понимать под взаимооценочным и оце- ночным характером общественных отношений. В абсолютном правоот- ношении (каковым является любое личное неимущественное правоот- ношение) структура межсубъектной связи такова, что управомоченному

лицу противостоит неопределенное число обязанных лиц. На первый взгляд, взаимооценка характерна лишь для двухсторонних обязательств, а в абсолютных правоотношениях оценка неизбежно будет односторон- ней.

Что касается общего свойства имущественно-стоимостных и лич-

ных неимущественных отношений, выражающегося в наибольшей адек-

ватности для проявления активной, инициативной самостоятельной дея- тельности субъектов, то, бесспорно, эта черта присуща личным неиму- щественным отношениям. Например, вступление в отношения по поводу таких неимущественных благ, как жизнь, здоровье, имя – ничуть не меньше способствует проявлению инициативности и самостоятельности, чем вступление в общественные отношения по поводу вещей, работ, услуг и т.д.

Вместе с тем, выделение этого признака как основного и введение его в определение предмета гражданского права больше свидетельствует о сегодняшнем стремлении подчеркнуть приоритет свободы предприни- мательской деятельности. Подобное стремление приводит порой к са- мым неожиданным результатам. Например, В.К. Андреев называет ци- вилистические воззрения об имущественных и личных неимуществен- ных отношениях “старыми научными догмами о предмете отрасли гра- жданского права” и предлагает предметом гражданского законодатель- ства считать свободную экономическую деятельность, гарантирующую единство экономического пространства, свободное перемещение това- ров, услуг и финансовых средств, поддержку конкуренции63.

Гражданское право отличается веками отработанными юридиче- скими способами защиты прав и законных интересов. При этом развитие цивилистической науки, бесспорно, предполагает преемственность. От- вергая наработки предшествующих поколений ученых-цивилистов, не- возможно определить пути совершенствования гражданского законода- тельства на современном этапе.

В то же время нельзя согласиться с позицией В.А. Тархова, который считает, что между личными неимущественными и другими отноше-

ниями, входящими в предмет отрасли, за некоторыми исключениями, нет ничего общего и поэтому отношения, возникающие по поводу лич- ных благ составляют самостоятельный предмет правового регулирова- ния64.

Вероятнее всего, определенная “непохожесть” личных неимущест- венных отношений, а точнее говоря, их особенности свидетельствуют о необходимости выделения подотрасли гражданского права, именуемой “личные неимущественные права”.

Более убедительна позиция Ю.К. Толстого, который считает пред- метным признаком, присущим отношениям, регулируемым гражданским правом, критерий равенства65.

Действительно, нельзя не согласиться с тем, что законодатель опре- деляет гражданско-правовые отношения как отношения, основанные на равенстве их участников (абз. 1, п. 1 , ст. 2 ГК РФ). Кроме того, п. 3, ст. 2

ГК РФ прямо указывает на неприменение гражданского права к имуще- ственным отношениям, основанным на властном подчинении одной сто- роны другой.

Любые личные неимущественные отношения, будь то отношения, возникающие по поводу права на использование благоприятной окру- жающей среды, или отношения, возникающие при использовании права на имя или права на идентификацию национальной принадлежности,

будут иметь предметным признаком критерий равенства их участников. Нельзя не отметить и того, что личные неимущественные отношения основаны на автономии воли их участников и этот признак также роднит

их с другими входящими в предмет гражданского права отношениями.

Проведенное исследование позволяет прийти к выводу о том, что личные неимущественные отношения являются неотъемлемой частью

предмета гражданско-правовой отрасли и органично входят в его струк-

туру.