ПРИРОДА И ПРОЯВЛЕНИЯ ХАРАКТЕРА

Характер и

темперамент

От природы человек получает лишь возможности

развития в определенном направлении. Они

заключаются в анатомических и физиологических

особенностях мозга и эндокринной системы

рождающегося ребенка.

индивидуальные особенности человека, в частности его

темперамент. Темпераментом называются устойчивые

индивидуальные особенности личности, которые

выражаются в динамике психических процессов и

действий.

К чертам темперамента относятся сила или слабость

переживания чувств и желаний, их глубина или

поверхностность, устойчивость или изменчивость

настроения, ускоренный или замедленный темп

выполнения действий и протекания психических

процессов, легкость или затрудненность переходов от по-

буждений к поступкам, большая активность или

пассивность, проявляемая человеком при столкновении с

препятствиями.

Как было сказано выше, учение о различных

темпераментах возникло еще в глубокой древности, в

античном мире. Уже тогда различали четыре типа

темпераментов. Это типы: холерический, меланхолический,

флегматический, сангвинический.

Характер, как и темперамент, обнаруживает

зависимость от физиологических особенностей

человека. Свойства темперамента накладывают свой

отпечаток на проявления характера, определяя

динамические особенности их возникновения и

протекания. В конечном счете черты темперамента и

характера образуют практически неразделимый сплав,

обусловливающий общий облик человека,

интегральную характеристику его индивидуальности.

Выдающийся знаток человеческой психологии, каким

был французский писатель Стендаль, описывая

душевные свойства холерика, отмечал: <Повышенная

впечатлительность, движения резкие и порывистые,

впечатления столь же быстрые и столь же изменчивые,

как у сангвини-

465

464

ков, но поскольку каждое впечатление отличается большей

силой, оно приобретает теперь более властный характер.

Пламя, пожирающее человека желчного темперамента, поро-

ждает мысли и влечения более самодовлеющие, более исклю-

чительные, более непостоянные. Оно придает ему почти по-

стоянно чувство тревоги. Без труда дающееся сангвинику

чувство душевного благополучия ему совершенно незнакомо;

он обретает покой только в самой напряженной деятельности.

Лишь при великих движениях, когда опасность или трудность

требуют от него всех его сил, когда он в каждый миг вполне и

целиком сознает эту опасность и трудность, может подобный

человек наслаждаться существованием>.

Особенности темперамента могут противодействовать или

способствовать развитию определенных сторон характера.

Флегматику труднее, чем холерику или сангвинику,

сформировать у себя инициативность и решительность. Для

меланхолика серьезная проблема - преодоление робости и

тревожности. Формирование характера, осуществляющееся в

группе высокого уровня развития, создает благоприятные

условия для развития у холериков большей сдержанности и

самокритичности, у сангвиников - усидчивости, у флегма-

тиков - активности.

Возникновение свойств характера, его

Природные и природа, возможность или невозможность

социальные его изменения являются предметом давних

предпосылки дискуссий психологов и нередко поводом

характера ДЛЯ категорических суждений, свойствен

ных обыденному сознанию.

Социальной зрелости индивид достигает, обладая системой

сложившихся черт характера. Этот процесс протекает непри-

метно, и человеку кажется, что таким, как сейчас, он был все-

гда. Так возникает мнение, что черты человеческого характера

даны ему от природы, являются врожденными. Утверждение это

является весьма распространенным: <он от природы трус и

негодяй>, или <склонность ко лжи - его врожденное свойство>,

или даже <наследственность у него такая - в дядю пошел>. В

самом деле - в одной семье, в одних как будто условиях

воспитываются два брата.

года, и в одной школе учатся, и родители к ним, в общем,

одинаково относятся, а ребята во всем разные, характером

ничуть друг на друга не похожи. Отсюда уж недалеко до вы-

вода, что характер дан человеку от рождения.

Чем же объяснить, что жизнь <чеканит> личность человека

даже в сходных условиях по различным образцам? Прежде

466

всего надо признать, что <исходный материал> действительно у

разных людей неодинаков.

Человек рождается с различными особенностями функ-

ционирования головного мозга, эндокринной системы. Эти

особенности не психологические, а физиологические, но они

выступают в качестве первых причин того, что одни и те же

воздействия на детей могут вызывать различный психологи-

ческий эффект. Они определяют условия, в которых будет

развиваться психика личности.

К холерикам относили энергичных, вспыльчивых, <страст-

ных> людей. Меланхоликами назывались робкие, нерешитель-

ные, грустные; флегматиками - медлительные, спокойные,

холодные, <рассудочные>. К сангвиникам причисляли горя-

чих, подвижных, веселых, живых людей.

Описание разных темпераментов, данное в античной науке,

так же как названия и основные признаки четырех темпе-

раментов, сохранились до настоящего времени. Эти различия в

физиологических условиях - лишь первая причина различий

характеров людей.

Надо иметь в виду и то, что <сходные условия жизни> (даже в

одной семье) - понятие весьма и весьма относительное. Один тот

факт, что старший брат привык считать себя старшим и в чем-

то превосходящим младшего брата, который смотрит на него

снизу вверх и ищет у него защиты или бунтует против

деспотизма первенца, создает далеко не сходные обстоятельства,

способствующие или препятствующие формированию таких черт

характера, как заносчивость или заботливость, ответственность

или безразличие, самоотверженность или зависть.

Однако вместе с тем существует много других условий, ко-

торые не являются идентичными.

положения в семье за два-три года, прошедшие между рожде-

нием первого и второго ребенка, и изменения в отношениях

внутри семьи (частенько младшего больше балуют), и хоро-

шие друзья, встретившиеся на пути одного брата и не встре-

тившиеся другому, и разные по своему педагогическому та-

ланту учителя - все это способствует зарождению различных

качеств или особенностей личности.

Когда для космического корабля определяют траекторию

полета, достаточно ничтожного отклонения в определении

исходных данных (направления начальной скорости и т.п.),

чтобы эта незначительная ошибка привела к роковым послед-

ствиям - корабль прилетит совсем не туда, куда он был на-

правлен. Так и с человеком. Где-то в детстве допустили срав-

нительно несущественную ошибку в воспитании - и на крутой

467

орбите жизни уже у взрослого человека появляются черты

характера, которые заводят его в тупик, мешают ему и его

близким жить.

Характер - во многом результат самовоспитания. В харак-

тере аккумулируются привычки человека. Характер проявля-

ется в деятельности людей, но в ней же он и формируется.

Если юноша или девушка стремятся воспитать у себя само-

критичность как черту характера, они должны поступать са-

мокритично. А это значит, что они должны непримиримо

относиться не только к чужим, но и к своим ошибкам, не

<замазывать> их, не закрывать на них глаза. Как писал рус-

ский психолог П.П.Блонский, <учиться жить можно лишь

живя соответствующим образом>.

Быт, условия жизни в семье, не говоря уже о труде и учебе, -

школа человеческих характеров. Перед педагогами и родителями

постоянно стоит ответственная задача: своевременно под-

мечать малейшие изменения в характере детей и, принимая их

во внимание, осуществлять свою линию поведения и воспита-

ния. Вероятно, нет большей опасности для воспитательной

работы, чем шаблон, применяемый в качестве педагогического

приема.

следует осуществлять индивидуальный подход к ребенку.

...В семье инженера 3. второй ребенок, мальчик, появился, когда

его сестре было 12 лет. Девочка воспитывалась в безусловном под-

чинении родителям и никогда не делала попытки в чем-то противо-

стоять и противоречить. Впрочем, в этом, казалось, и не было при-

чины - требования родителей были вполне разумны. Однако форма, в

которой они предъявлялись, отличались жесткостью, сухостью, не-

терпимостью к малейшим возражениям. Тот же тон родители взяли в

воспитании сына. Однако очень скоро выяснилось, что то, что вызы-

вало покорность у дочки, у сына встречало молчаливое, но упорное

сопротивление. Трудно сказать, когда это началось - сами родители

связывают это с периодом, когда мальчик гостил у бабушки, - но

только еще в первых классах школы завязалась эта тяжелая и изну-

ряющая обе стороны борьба. Мальчик стал замкнутым, резким,

подозрительным. В шестом классе он первый раз убежал из дома. В

восьмом - во второй раз, и на этот раз он больше в семью не вернулся.

Психолог беседовал с родителями. Они недоумевали: <Вот перед вами

его сестра, спросите ее. Разве мы ее по-другому воспитывали? Точно

так же, а какой человек получился. Внуков уже нянчим. А он -так нас

опозорил!>

<Точно так же воспитывали!> Это так и есть, если ориен-

тироваться на то, какие цели ставили в воспитании, каково

было его содержание. В этом отношении родители были на

468

высоте. Но бездумное перенесение приемов воспитания, которые

чем-то отвечали особенностям характера дочери, на воспитание

сына, у которого характер был совсем другим, закономерно

вело к конфликту. Быть может, если бы родители задумались

над тем, что представляет собой характер их мальчика, и

попытались подобрать к нему <ключи>, не было бы этой

семейной драмы. <Он имел то же самое, что имела сестра>, -

говорят родители.

Однако одни и те же педагогические воздействия могут

вести к противоположным результатам, если они применяются к

людям с различными индивидуальными особенностями.

аксиома методики воспитательной работы.

Отказ от шаблона в воспитании личности ребенка предпо-

лагает творческий подход к вопросам формирования харак-

тера. Пусть на этом пути могут быть допущены ошибки, но

серьезное, вдумчивое нетрафаретное решение будет плодо-

творнее педагогических штампов, если судить не по результатам

отдельных действий (<добились от ребенка того-то>), а по

конечному итогу всего процесса формирования характера.

Итак, характер не дан человеку от природы. Нет характера,

которого нельзя было бы скорректировать. Ссылки на то, что

<у меня такой характер, и я с собой ничего не могу поделать>,

психологически совершенно несостоятельны. Каждый человек

отвечает за все проявления своего характера, и в состоянии

заняться самовоспитанием.

Если нет оснований выводить особенности характера из

физиологической, природной предрасположенности к их по-

явлению (хотя и следует принимать во внимание природные

предпосылки формирования характера), то тем меньше воз-

можностей утверждать его наследственное происхождение.

Изучение однояйцевых близнецов, у которых наследственный

фонд анатомо-физиологических свойств идентичен, сви-

детельствует о ярко выраженной тождественности темпера-

мента близнецов, но не характеров. Случаи воспитания одно-

яйцевых близнецов в разных семьях свидетельствуют о нетож-

дественности их характеров.

Проникшие в массовую печать сведения о том, что вне за-

висимости от прижизненно складывающихся, любых и суще-

ственно различающихся условий у однояйцевых близнецов

якобы возникают заведомо одинаковые вкусы, пристрастия и

черты характера, являются весьма сомнительными. В разных

условиях и обстоятельствах при одних и тех же наследственных

предпосылках могут сложиться не только разные, но и прямо

противоположные свойства характера.

469

Итак, характер - прижизненное приобретение личности,

включающейся в систему общественных отношений, в совмест-

ную деятельность и общение с другими людьми, и тем самым

обретающей свою индивидуальность.

В истории психологии существовало

Характер немало теорий, ставивших характер в за-

и внешность висимость от формы черепа, строения

человека. лица, конституции (строения, структуры

Из истории тела и т-п-) и тем самым пытавшихся на-

хаоактерологи- метить ПУТЬ дешифровки черт характера,

- ~ т.е. по некоторым внешним признакам

чсских лечении т*

-^^^--*--- диагностировать характер человека. Раз-

личные системы определения характера вырастали из практи-

ческих нужд и отражали потребности общества уже фактиче-

ски со времен античности.

Так, например, рабовладелец, приобретая на рынке не-

вольника, мог довольно точно судить о его физической силе,

ощупав его мышцы, о возрасте, заглянув в зубы, о ловкости,

заставив пробежаться или попрыгать. Но что он мог сказать о

характере своего будущего раба? Покорен он или строптив,

простодушен или хитер, работящ или ленив? Будет ли он пре-

дан хозяину или, наоборот, взбунтовав, сбежит через несколько

недель? Все это были немаловажные проблемы для покупателя

в условиях рабовладельческого общества.

Уже Аристотель и Платон предлагали определять харак-

тер человека по физиономии. В основу их характерологии легла

гипотеза столь же фантастическая, сколь наивная. Предла-

галось отыскивать во внешности человека черты сходства с

каким-нибудь животным, а затем отождествлять его характер с

характером этого животного. Так, по Аристотелю, толстый,

как у быка нос, обозначает лень, широкий нос с большими

ноздрями, как у свиньи, - глупость, нос, как у льва, - важ-

ность, волосы тонкие, как шерсть у коз, овец и зайцев, - ро-

бость, волосы жесткие, как у львов и кабанов, - храбрость.

Отголоски этой и подобной ей физиогномических систем

определения характера мы находим, например, у средневеко-

вого сирийского писателя Абуль-Фараджа Бар Эбрея. В его

книге содержатся следующие указания: <Человек с толстой и

короткой шеей склонен приходить в ярость, подобно буйво-

лу... Длинная и тонкая шея - признак робости. Такой человек

пуглив, как олень... Тот, у которого очень маленькая шея,

коварен, подобно волку>.

В XVIII веке приобрела известность физиогномическая сис-

тема И.К. Лафатера, который считал, что человеческая голова

470

есть <зеркало души>, и изучение ее строения, конфигурации

черепа, мимики есть основной путь для познания человеческого

характера. Лафатер оставил ряд остроумных наблюдений над

лицами знаменитых людей, собранных в его книге <Физиогно-

мика>, совершенно лишенной научного значения, но весьма

занимательной. Так, характеризуя Игнатия Лойолу, который

был первоначально солдатом, а затем стал основателем рели-

гиозного ордена иезуитов, Лафатер усматривал воинственность в

остром контуре лица и губ, а иезуитство в <вынюхивающем>

носе и лицемерно полуопущенных глазных веках. О гении Гёте, по

мнению Лафатера, в наибольшей степени свидетельствует его...

нос, который <знаменует продуктивность, вкус и любовь -словом,

поэзию>. Никакой научный метод наблюдения Лафатер

предложить не мог, и его физиогномика носила беллетри-

стический характер. (Примечательно, что физиогномическая

проницательность не помогла пастору Лафатеру угадать в сол-

дате-мародере, своем случайном собеседнике, убийцу. Во время

беседы мародер застрелил знаменитого физиогномиста.)

Появившееся вскоре после смерти Лафатера новое харак-

терологическое учение получило название френология (от греч.

<френ> - ум).

Френология связана с именем немецкого врача Ф.Галля. В

основе учения Галля лежало утверждение, что все свойства

характера имеют свои строго специализированные центры в

полушариях головного мозга. Степень развития этих качеств

находится в прямой зависимости от величины соответствую-

щих частей мозга. А так как, по убеждению Галля, кости черепа

должны точно соответствовать выпуклостям и впадинам мозга,

то одного взгляда на череп человека или простого

ощупывания <шишек> головы якобы было достаточно, чтобы

определить его душевные качества.

Галлем были составлены специальные френологические

карты, где поверхность черепа разбивалась на 27 участков и

каждому из них соответствовало определенное душевное ка-

чество, например, осторожность и предусмотрительность,

склонность к жестокости и убийству, коварство, постоянство,

настойчивость и упрямство и т.д.

Между тем, даже если бы отдельные душевные качества и

черты были заложены в извилинах мозга (что не имеет под

собой оснований), то было бы невозможно определить их на-

личие по выпуклостям черепа. Анатомические вскрытия вскоре

убедительно показали, что выпуклостям мозга отнюдь не

соответствуют выпуклости черепа. Череп не отлит по форме

мозга, как думали френологи.

471

Столь же ненаучным был и метод, которым создавалась

френологическая карта. Для этой цели изучались скульптур-

ные или живописные портреты знаменитых людей и устанав-

ливалась связь между наиболее выдающимися их способно-

стями и качествами характера, с одной стороны, и наиболее

выдающимися выпуклостями черепа - с другой. Однако в

качестве эталона сплошь и рядом использовались портреты

таких мифических и легендарных людей, как библейский

Моисей, святой Антоний, Гомер, достоверных изображений

которых не сохранилось, и многие другие. В результате этого

гениальность Рафаэля доказывалась, например, по черепу

одного священника, ошибочно принятому за череп великого

художника. Такими ошибками пестрит история френологии.

Но главное все-таки не в этом. Представление о том, что

такие сложные психологические особенности, как черты ха-

рактера, могут точно размещаться в определенных участках

мозга, отражало ранний этап знаний о работе больших полу-

шарий мозга и было отвергнуто позднейшими физиологиче-

скими и психологическими исследованиями.

Фантастические домыслы Галля о центрах психических

способностей ненаучны. Однако его идея о том, что разные

участки мозга ответственны за психологические свойства и

процессы, не была лишена смысла. Важна была общая естест-

веннонаучная направленность френологии при всей ее оче-

видной ошибочности. Однако все донаучные теории, сложив-

шиеся в XIX веке и раньше, представляют сейчас лишь исто-

рический интерес.

Современные идеологи расизма реставрируют обветшалые

физиогномические и иные им подобные психологические <тео-

рии> и пытаются доказать <неполноценность> представителей

тех рас и народов, которые для них выгодно объявить <непол-

ноценными> и <вырождающимися>, ставя в зависимость свой-

ства характера человека от цвета кожи, жесткости волос и т.д.

В настоящее время ни антропология, ни анатомия, ни пси-

хология не располагают никакими сколько-нибудь достовер-

ными данными о том, что характер человека зависит от

строения тела, формы черепа, конфигурации лица, цвета во-

лос и кожи, длины конечностей и т.д.

Следует ли из этого, что столь заманчивая возможность

определения характера человека на основании изучения его

внешности - совершенно излишнее дело? Однозначно можно

сделать лишь вывод, что характер не следует связывать с кон-

ституцией тела. Но, быть может, о характере можно судить на

основании каких-то внешних признаков?

472

Ч.Дарвин в своей книге <О выражении чувств у человека и

животных> писал о том, что для физиогномиста существенно

знать, <что каждый индивидуум сокращает преимущественно

только определенные мускулы лица, следуя своим личным

склонностям, эти мускулы могут быть сильнее развиты, и

поэтому линии и морщины лица, образуемые их обычным

сокращением, могут сделаться более глубокими и видными>.

Эти идеи Дарвина явились основанием для изысканий

многих психологов, которые стали строить свои физиогноми-

ческие учения на описании и истолковании выражения лица и

состояния его мягких тканей. Составлялись своеобразные

физиогномические справочники с психологическим истолко-

ванием мимики.

Подчеркивалось, например, что поднятая верхняя губа, выворо-

ченная наружу (в силу чего борозда, идущая от носа к губам, делается

глубже, а крылья носа поднимаются), придает лицу выражение

скорби. Такие черты лица типичны для людей с грустным, недоволь-

ным и раздражительным характером. Если верхняя губа приподнята

только с одной стороны, обнажая в то же время зубы, то на лице

появляется жестокая, выражающая ненависть или бросающая вызов

улыбка. А лицо, на котором такая улыбка наблюдается часто, при-

обретает выражение жестокости и дикости. Утверждалось, что опус-

кание углов губ придает лицу выражение печали, а опускание губ в

более сильной степени обозначает презрение. При этом удлиняется

борозда, идущая от носа к углу губ, и, охватывая соответствующий

угол, образует вокруг него складку. Этот признак презрения, как

считалось, встречается у людей надменных, гордых, полных чувства

собственного достоинства и сознания превосходства над другими.

Эти наблюдения в определенном смысле отличаются от

различных фантастических построений Лафатера, Галля и др.

По-видимому, существует известная зависимость между при-

вычным выражением лица человека и складом его характера.

Так, к примеру, портреты кисти Рокотова, Боровиковского,

Сурикова, Крамского, Репина, Серова явно передают в выра-

жении лица черты и черточки характера человека. На картине

Репина в каменной неподвижности стоит царевна Софья. Об-

рюзгшее лицо, тяжелый взгляд, сильные мускулы у рта, горькое

и вместе с тем брюзгливое выражение - все выдает властный,

жесткий и сильный характер бывшей правительницы всея

Руси, а потом узницы Новодевичьего монастыря.

Однако эта зависимость между привычным выражением

лица человека и складом его характера относительна. То или

иное выражение лица, складки и морщины могут иметь не одну, а

много причин возникновения. Так, например, физиогномисты

473

обыкновенно отмечают, что приоткрытый слегка рот при

несколько опущенной челюсти - признак глупости. Однако

причиной тому может быть и больная носоглотка, и глухота,

и напряженное внимание.

Для определения характера известную роль играет внима-

тельное изучение внешности, в том числе и привычного вы-

ражения лица человека. Однако внешний облик человека не

может сам по себе быть источником исчерпывающих сведений о

его характере.

Поступок и

формирование

характера

Накладывая отпечаток на внешность человека, характер

получает свое наиболее яркое выражение в его поступках,

поведении, деятельности. О характере следует судить в первую

очередь на основании поступков людей, в которых наиболее

полно отражается их сущность.

Известна восточная поговорка: <Посей поступок - пожнешь

привычку, посей привычку - пожнешь характер, посей харак-

тер - пожнешь судьбу>. Акцент в ней правильно поставлен на

человеческих поступках, которые, повторяясь, становятся при-

вычными, закрепляются в чертах характера, составляя его су-

щество, влияя на положение человека в общественной жизни и

на отношение к нему со стороны других людей. Система при-

вычных действий и поступков - фундамент характера человека.

От анализа поступков к синтезу их в характере, в психологиче-

ском облике личности и от понятого характера к уже предви-

денным и уже ожидаемым поступкам - таков путь проникнове-

ния в сущность индивидуального характера.

Человек по самому своему существу деятелен. В структуру

человеческой деятельности входят как различные непроиз-

вольные, автоматизированные движения (мимика, жестикуля-

ция, походка и т.д.), так и преднамеренные действия большей

или меньшей степени сложности. Движения и действия, вы-

полнение которых становится в определенных условиях по-

требностью для человека, как известно, называются привыч-

ками. Самый удачный портрет не дает столько сведений о ха-

рактере человека, как его привычные действия и движения.

И все-таки решающие, объективные и неопровержимые данные о

характере человека дают не эти непроизвольные действия и

движения человека и не черты его внешнего облика, а его

сознательные и преднамеренные действия и поступки. Именно

по поступкам судим мы о том, что представляет собой человек.

Вспомним чеховского Беликова (<Человек в футляре>). Если бы

Чехов ограничился описанием внешности Беликова и не

показал, что и мысль свою Беликов <также старался запря-

474

тать в футляр>, если бы он не показал, как он угнетал всех

своими чисто <футлярными> соображениями: <ах, как бы чего

не вышло>, если бы, наконец, он не поведал о фискальных

выходках Беликова, то никак еще нельзя было бы определить,

хороший или плохой человек Беликов - только лишь пассив-

но-осторожный или эта осторожность является оборотной

стороной активной подлости.

Таким образом, характер имеет социальную природу, т.е.

зависит от мировоззрения человека, содержания и характера

его деятельности, от социальной группы, в которой он живет и

действует, от активного взаимодействия с другими людьми.