ЯВНО ОШИБОЧНЫЕ ДОВОДЫ В ПОЛЬЗУ ТАМОЖЕННЫХ ТАРИФОВ

Они содействуют удержанию денег в стране. Аврааму Линкольну иногда приписывают следующее замечание: «Мне мало что извествно о таможенных тарифах. Но я знаю, что когда я покупаю костюм в Англии, то я получаю костюм, а деньги получает Англия.

Доказательств, что это высказывание принадлежит Аврааму Линкольну, нет. Но в нем отражена старая ошибка, типичная для так называемых «меркантилистов» XVII и XVIII вв., предшественников Адама Смита. Они считали благоденствующей ту страну, которая отдает больше товаров, чем получает, ибо такой «благоприятный» (!) торговый баланс означает, что за превышение экспорта над импортом страна получит золото.

В наше время нет нужды подробно останавливаться на том, что если увеличение количества денег у одного человека делает богаче его самого, то увеличение количества денег у всех членов общества в условиях экономики полной занятости вызывает лишь рост цен. Если только разбогатевший индивидуум не является, подобно королю Мидасу, обезумевшим скупцом, то он становится богаче не из-за денег, а из-за того, что он может на них купить, предложив большую цену, чем остальные. Однако общество в целом, достигнув полной занятости, не может рассчитывать приобрести дополнительные товары на дополнительные деньга¹.

Таможенные тарифы способствуют повышению денежной заработной платы. Все теперь согласны с тем, что крайняя степень протекционизма может вызвать рост цен и приток золота в страну в случае, если другие страны не примут ответных мер и не повысят своих тарифов. Таможенные пошлины могут привести даже к повышению денежной заработной платы. Однако они вызывают такой рост стоимости жизни, который перекрывает увеличение денежной заработной платы, и поэтому, если производительность труда снижается, реальная заработная плата будет падать^{[382] [383].}

Можно было бы привести бесконечное количество примеров с ошибочными аргументами в пользу протекционизма; каждый разумный человек, подвергнув эти аргументы анализу, в состоянии мгновенно разбить их. Но это отнюдь не означает, что подобные грубые ошибки могут быть отброшены как малозначительные. В действительности учет именно этих ошибок имеет наибольшее значение при разработке законов, тогда как другие, более изощренные доводы используются просто в качестве ширмы.

Таможенные тарифы, вводимые в интересах особых групп. Каждому, кто наблюдал за «оказанием взаимных услуг» в конгрессе во время обсуждения законодательства по вопросу о протекционистских тарифах, вполне ясна единственная наиболее важная причина введения этих тарифов. Мощные влиятельные группы, представляющие интересы и бизнеса и труда, прекрасно знают, что введение пошлин на производимые ими товары выгодно для них независимо от того, какие это будет иметь последствия для всего производства и потребления. В прежнее время, чтобы обеспечить какому-либо законо-

κyoный внутренний спрос на селькохозяйственные продукты при низком уровне ьного дохода, несомненно, будет меньше, чем при высоком уровне. Таким образом, нг о «создании внутреннего рынка» опять-таки оказывается Ошибочным, если только )н не будет подкреплен одним из аргументов в пользу протекционизма совершенно крутого порядка. Эти аргументы будут рассмотрены ниже.

Конкуренция со стороны дешевой иностранной рабочей силы. Наиболее популярным в истории США был третий довод в защиту протекционизма, который пользовался поддержкой большого числа рабочих. Его можно изложить следующим образом: «Если мы зрешим импорт товаров, произведенных за границей при участии дешевой, даже нищенкой рабочей силы, — например китайских кули, которые питаются только рисом на рщ-пTibirn центов в день, или низкооплачиваемых японских рабочих-текстилыциков, — гда более высокий уровень жизни американских рабочих не удастся сохранить». Подобный довод не выдерживает критики.

Мы видели, что торговля выгодна обеим странам даже в том случае, если одна из них в состоянии по количеству затраченных ресурсов производить все товары дешевле, !чем другая. Важно не абсолютное, а сравнительное преимущество. В конечном итоге торговля сводится к двустороннему товарообмену. Одна страна не может до бесконечности продавать все товары дешевле другой страны.

Выше мы показали, что полная занятость внутри страны вовсе не обязательно на протяжении длительного времени зависит от внешней торговли. Стало быть, если каждый человек в Соединенных Штатах полностью обеспечен работой, соответствующей его квалификации, то разве не будет нам выгодно, рассматривая вопрос с эгоистической точки зрения, если рабочие других стран согласятся работать за очень небольшое вознаграждение? Или, иначе говоря, доктрина сравнительных издержек показывает, что наибольшую выгоду США приносит торговля со странами Дальнего Востока или жр с тропическими странами, которые сильно отличаются от нас самих, а не с такими странами, как Англия или Германия, чья экономика весьма схожа с американской индустриальной экономикой¹. В порядке дальнейшей критики довода о нищенской рабочей силе можно привести тот примечательный факт, что абсолютные уровни заработной платы, как это показал содержащийся в предыдущей главе анализ сравнительного преимущества, не имеют ничего общего с долговременным увеличением национального дохода в результате внешней торговли.

На этом можно закончить наш теоретический анализ. Если же мы обратимся к реальной действительности, то обнаружим, что критикуемые доводы еще более ошибочны. В Европе и Азии рабочие, требуя введения таможенных тарифов, заявляют: «Защитите нас от «нечестной конкуренции» высокооплачиваемых и высокопроизводительных американских рабочих, которые обладают более высокой квалификацией и имеют значительно лучшие машины, чем мы». Остальной мир живет в страхе перед конкуренцией со стороны, массового производства американской промышленности.

До сих пор мы приводили только критические замечания, направленные против довода в пользу тарифов, основанного на существовании «дешевой, даже нищенской

проекту необходимое число голосов, прибегали к прямому подкупу; теперь Же в Вашингтоне находятся мощные группы лоббистов, зажигающих энтузиазм в пользу доброй старой промышленности, изготовляющей посуду, часы или крючки для шнурков на ботинках.

Экономические доводы в пользу более свободной торговли обычно весьма убедительны. Что касается аргументов в защиту протекционизма, то они как правило, подкрепляются сильным политическим давлением. Почему? Потому, что более свободная торговля приносит небольшую пользу всем, тогда как протекционизм крайне выгоден лишь немногим. Придается ли политическое значение тому обстоятельству, что зло протекционизма перевешивает добро, которое он приносит? Нет, не придается, поскольку те немногие, кто извлекает выгоду от протекционизма (или же не терпит благодаря протекционизму ущерба), днем и ночью развивают политическую активность в защиту своего дела. Гораздо труднее организовать массы потребителей и производителей, чтобы они агитировали за эффективную структуру национальной специализации и торговли, от которой они получат еще большую пользу. Если бы число голосов при политическом голосовании точно соответствовало общей экономической выгоде, то каждая страна, действуя из эгоистических соображений, отменила бы большинство своих пошлин законодательным путем.