«ПРОИЗВОДНЫЕ» ПРЕДЛОЖЕНИЯ

Можно привести несколько разных примеров высказываний, традиционно рассматриваемых как предложения, хотя они не яв­ляются дистрибуционно независимыми в том смысле, в каком мы употребляем термин «дистрибуция».

наличие в предшествующем высказывании какого-нибудь существи­тельного или именного словосочетания мужского рода (например, John ‘Джон’, the milkman ‘молочник’ и т. д.), к которому и отно­сится местоимение he. Дистрибуционные ограничения на появление «личных» местоимений, традиционно формулируемые в виде утвер­ждений, что he (him, his) «замещают» существительные мужского рода в единственном числе, she (her)— существительные женского рода в единственном числе, it (its) — существительные среднего рода в единственном числе, a they (them, their) — существитель­ные во множественном числе, могут действовать на протяжении очень длинных высказываний (и даже на протяжении нескольких разных высказываний, принадлежащих нескольким говорящим). Однако, если, как это обычно бывает, такие высказывания подда­ются сегментации на отрезки, дистрибуционно не зависящие друг от друга во всех отношениях, за исключением выбора «личных» местоимений, то эти отрезки можно рассматривать как «производ­ные» предложения, внутри которых существительные были заме­щены местоимениями (мужского, женского рода и т. д. соответст­венно) посредством вторичных грамматических правил. Именно это имеет в виду традиционный термин «местоимение» (грамматичес­кий элемент с переменной референцией, «стоящий вместо» некото­рого существительного, который дан, эксплицитно или имплицит­но, в предшествующем контексте). Ясно, что для понимания «про­изводных» предложений типа He’ll be here in a moment ‘Он будет здесь через минуту’ слушающий должен быть в состоянии правиль­но подставить вместо местоимения he «заменяемое» им существи­тельное или именное словосочетание.

В качестве еще одного примера дистрибуционных ограничений, действующих на протяжении целой цепочки, которая нормально рассматривалась бы как ряд отдельных предложений, можно при­вести конструкцию «косвенной речи» в латинском языке. Эту кон­струкцию можно наблюдать в наиболее простой форме в таком пред­ложении, как Dico te venisse in Marci Laecae domum (из Цицерона: ‘Говорю, что ты пришел в дом Марка Леки’), где сегмент te venisse in...domum является «косвенной» формой (в конструкции «акку­затив и инфинитив») «прямой формы» (tu) venisti in... domum.

Для латинских авторов было вполне обычным давать «косвен­ной речью» все выступление целиком; при этом наличие «аккуза­тива с инфинитивом» и других признаков указывало на зависимость каждого сегмента, представляющего собой предложение в тради­ционном понимании (и как таковое выделяемого знаками препина­ния), от предшествующего «глагола речи». Это явление, которое можно назвать «распространенной косвенной речью», можно так­же встретить в английском (и во многих других языках). Возьмем, например, следующий отрывок: The prime minister said that he deeply regretted the incident. He would do everything he could to ensure that it did not happen again. On the following day he would confer with his colleagues. He was confident that... ‘Премьер-министр сказал, что он глубоко сожалеет о случившемся. Он сделает все возможное, чтобы предотвратить повторение этого в будущем. На следующий день он будет совещаться с коллегами. Он уверен, что...’. Отрывки такого рода, как и случаи, упомянутые ранее, лучше всего описывать в два этапа: прежде всего, необходимо вы­делить множество самостоятельных предложений в их «прямой» форме (I deeply regret... ‘Я глубоко сожалею...’; I will do every­thing I can... ‘Я сделаю все возможное...’; Tomorrow I will confer... ‘Завтра я буду совещаться...’; I am confident that... ‘Я уверен, что...’), а затем установить вторичные грамматические правила, которые обратят каждое из этих предложений в соответствующую «косвенную» форму, если они встретятся один за другим после «глагола речи».

5.2.3.