Взаимодействие армии и флота в 1713–1714 годах 

С 1709 года в Северной войне наступил новый этап: инициатива перешла к Петру и, несмотря на отдельные неудачи и продолжительные паузы в ведении боевых действий, русские прочно заняли господствующее положение на суше и на море.

После побед, одержанных русской армией в боях под Полтавой, при Лесной, под Выборгом и в Прибалтике, пришла пора победоносных сражений на море.

Летом 1713 года войска Апраксина, численностью в шестнадцать тысяч человек, при поддержке галерного флота из двухсот судов, овладели двумя важнейшими городами Финляндии – Гельсингфорсом и Або. Летние успехи были развиты осенью: 6 октября корпус М. М. Голицына разбил войска Карла Густава Армфельдта под Пялкяне.

Ведение войны, по тактике XVIII столетия, требовало с наступлением холодов возвращаться на зимние квартиры. Русские войска ушли в Гельсингфорс, откуда выступили на театр военных действий лишь в начале февраля 1714 года. 19 февраля корпус М. М. Голицына вступил в бой с десятитысячным отрядом Армфельдта, встретившим русских под селением Лапполо. Шведы и здесь потерпели поражение, которое привело к тому, что вся южная Финляндия оказалась в руках русских. Учитывая это, Петр решил вывести в Балтийское море весь русский галерный и парусный флот.

Победа русского флота при Гангуте 27 июля 1714 года

Напрасно, уважаемые читатели, стали бы вы искать на карте название «Гангут», ибо этого названия там нет. Сегодня, да и уже много лет назад, полуостров Гангут, или даже Гангоуд, как называли его русские, известен под именем Ханко. Этот полуостров находится на северном берегу Финского залива, у входа в Балтийское море.

А теперь от историко-географической справки перейдем к истории, предоставив слово С. А. Чистяковой: «Между тем Петр с своим галерным и парусным флотом вышел из Петербурга и Кроншлота. Галерным флотом начальствовал Апраксин, а на корабельном командовал сам Петр. Гребной флот пошел к Ревелю, а сам царь с корабельною эскадрою направился к Або. До отправления в море Петр Михайлов вошел с прошением в морскую коллегию и просил о повышении его в чин вице-адмирала, но коллегия знала, что царь несправедливости не любит, и потому отвечала: „Коллегия не может без причины обходить достойнейшего чином; перед Петром Михайловым право на это звание имеет другой, его товарищ по службе; если же контр-адмирал Петр Михайлов чем-нибудь особенным отличится, то ему и будет дан чин вице-адмирала“. Петр остался очень доволен таким решением.

Русский галерный флот, достигнув Твереминдского залива между Гельсингфорсом и Або не мог идти дальше; путь ему загородил весь неприятельский флот. Апраксин был в затруднительном положении, он не знал, что делать, и потребовал помощи русской эскадры или, чтобы Петр присоветовал, что ему делать.

Петр приехал на совещание к адмиралу Апраксину; все случайности были взвешены, и согласились, как действовать. Петр с парусным флотом стал так, что неприятель, обманутый движением, разделил свои силы на три части. Этого ожидал и на это надеялся царь; пользуясь удобным мгновением, галеры начали пробиваться через неприятельский флот. К счастью, наступил совершенный штиль, флюгера и паруса, как тряпки, повисли на мачтах. Лучшего случая гребному флоту нечего было желать; перед рассветом 27 июля сам Петр приехал к галерам, весла ударили по волнам, и вся гребная флотилия, несмотря на выстрелы из пушек и ружей, без всякого повреждения, прошла мимо линейных кораблей и фрегатов неприятеля и в виду раздосадованного и изумленного шведского главнокомандующего повернула к мысу Гангоуду и напала на отделившуюся от главного флота эскадру.

Петр был во главе своих отважных солдат; они с своими галерами ускользали от шведов и опять нападали на них оттуда, откуда их не ожидали.

Победа при Гангуте обрадовала Петра; посредством ее он освободил галерный флот, запертый шведским флотом, и добыл один фрегат, десять галер и сто шестнадцать пушек. Победа открыла путь к Аландским островам; овладев ими, Петр навел ужас на Швецию, потому что Стокгольм находится только в 15 милях от островов. Шведский адмирал Вагранг с своим флотом отступил из Финского залива к Стокгольму, чтобы защитить столицу от нечаянного нападения.

Около этого же времени Шувалов взял Нейшлот, последнюю шведскую крепость в Карелии, и таким образом вся Финляндия находилась в руках русских».