3. ОПТИНА ПУСТЫНЬ а) ОТ ОПТЫ ДО СКИТА

Козельская Введенская Оптина пустынь18 находится вдали от столичных центров, в Калужской области, в четырех километрах от небольшого провинциального городка Козельска, на правом берегу быстрой речки Жиздры, где основные монастырские постройки скрыты от глаз путешественников густым сосновым бором.

Козельск не раз оказывался на перекрестках русской истории. Упомянутый в Ипатьевской летописи впервые под 1146 г., т.е. ранее Москвы, ставший затем удельным городом, Козельск остался в нашей памяти благодаря героическому сопротивлению ордам Батыя, который вынужден был задержаться под деревянными стенами "злого города" на семь недель. Позднее, в XV в. Козельск стал объектом борьбы между Литвой и Московским княжеством, переходя из рук в руки, пока наконец окончательно не стал владением московских великих князей.

Вплоть до начала XVI в. козельские земли находились в церковной зависимости от черниговских епископов. Именно в период ИХ власти, по мнению автора первого исторического описания Оптиной пустыни архимандрита Леонида (Кавелина)19, была основана эта обитель - в первой половине XV в., тщанием князя Владимира Андреевича Храброго, однако точных летописных свидетельств мы не имеем. Местное предание утверждает20, что пустынь была построена по обету неким раскаявшимся разбойником Оптой, откуда она и стала называться Оптиной. Вместе с тем, аналогичную легенду имеет и Волховская Оптина пустынь. Скорее всего слово "Оптина" происходит от "опт", что означает "общий", "целый", "совокупный".

Первые документальные сведения о пустыни относятся к концу XVI в. Это главным образом акты дарений земельных угодий русскими царями, правда, дарений более чем скромных - мельничное место на р. Жиздре, покос и т.п. Настоятель Оптиной пустыни Сергий стал игуменом обители (не позднее декабря 1625 г.), что свидетельствует о повышении ее статуса22.

Источники свидетельствуют о том, что применительно к XVII в. Оптину пустынь можно отнести к малобратственным монастырям - число насельников колебалось между 12 и 20.

XVin в. не принес пустыни ничего доброго. 25 марта 1704 г. Оптина, в соответствии с распоряжением царя, лишилась практически единственного источника дохода - монастырской мельницы в Козельске, рыбной ловли и перевоза через Жиздру.

Указом Синода от 28 января 1723 г. предписывалось "во архиерейских епархиях и во всех монастырях никого не постригать, а... на убылые места определять отставных солдат". В 1724 г. поступило распоряжение принимать в монастыри только из священников и диаконов и постригать их на "убылые места"23.

После отмены патриаршества и введения Духовного Регламента Петр издал указ об упразднении всех бедных и небольших обителей: "1724 года Февраля в 5 день Всепресветлейший Державнейший Государь Петр Великий Император и Самодержец Всероссийский, будучи в зимнем своего Величества доме, при присутствии Святейшего Синода и Правительствующего Сената, указал именным своего Величества указом: по содержанию Духовного Регламента малобратственные монастыри и пустыньки сводить с прочими в совокупление неотложно, без продолжения, и оные пустыньки весьма упразднить"24.

Член Синода архиепископ Леонид во исполнение указа направил распоряжение архимандриту Белевского монастыря Тихону: "...Преосвященный архиепископ приказал епархии своей в городех и уездех имеющиеся новопостроенные пустыни, в которых обретаются игумены и строители в малобратстве, а не вотчинные, а питаются, скитаясь по городам и селам, и пребывают в мирских домех многовременно, в чем есть духовному чину немалое подозрительство, и оные пустыньки разобрав и братию сводить в приличные монастыри, а именно: из Жабыньской пустыньки (Оптиной.

Это был, по сути дела, приговор Оптиной пустыни, и если бы не заступничество постоянных вкладчиков и благодетелей (стольника Андрея Шепелева и др.), обратившихся с ходатайством в Синод о восстановлении пустыни, обещая и впредь снабжать монашествующих всем необходимым. В июне 1726 г. Синод рассмотрел прошение Шепелева, нашел его обоснованным и отменил свое прежнее распоряжение в отношении "Жабыньской пустыньки". Однако процесс возвращения имущества продолжался на протяжении не одного года, и в результате часть монастырского добра так и пропала в Бе- левской обители. Нищая пустынь еще долго жила только за счет огородов да милостыни благодарителей.

Деятельность строителя пустыни иеромонаха Авраамия (управлял до 1760 г.) привлекла новых вкладчиков, среди которых постоянными были упомянутые Шепелевы, Пушкины, Яковлевы, Румянцевы, Нарышкины, Черкасские, Желябужские, Беклемишевы, Бестужевы-Рюмины и др. С их помощью монастырская братия смогла заняться благоустройством обители25.

В 1796 г. монастырь посетил митрополит Платон, осмотрел окрестности, постройки, побеседовал с насельниками и решил ввести в пустыни устав Песношского монастыря. Идя навстречу пожеланиям настоятеля, митрополит способствовал увеличению монастырского штата (26 человек), отстоял неприкосновенность некоторых земельных участков26.

В начале XIX в.

б) ХРАНИТЕЛИ ПРАВДЫ БОЖИЕЙ28

Епископ Филарет, по вступлении своем в должность, ознакомился прежде всего со всеми монастырями подотчетной ему епархии; особое внимание он уделил Оптиной пустыни, оценил ее местоположение и нашел его весьма удобным для созерцательной жизни. Усердие и ревность монашествующих также не могли не понравиться новому владыке. Поэтому он счел неоходимым ввести в этой обители высшее аскетическое учреждение для избранных иноков, имевших опыт созерцательной молитвы и богомыслия, скит, для чего требовались духовные наставники. В то время ими могли стать только ученики школы старца Паисия Величковского, хорошо известного Филарету по осуществленным старцем переводам древней аскетической литературы29.

У о. Паисия было много учеников, но территориально самыми близкими к Оптиной были монахи-отшельники, подвизавшиеся в Рославльских лесах под Смоленском, на землях помещика Д.М. Бро- невского - Досифей, Никита, Варнава, Иаков, Василиск, Адриан, Зосима и др. В лесу они жили в трех кельях; позднее, в 1811 г., к ним присоединились Тимофей (в монашестве Моисей) и брат его Александр (Антоний), выходцы из серпуховских купцов. Рославльские подвижники в конце 1820 г. были приглашены Филаретом переселиться в Оптину пустынь для устройства при ней скита. Один из старцев, о. Афанасий, ответил Филарету следующее: "Когда Бог благоволит положить начало основанию скита и привесть оный в совершенство, желательно, чтобы ничем не причинять неудовольствия обители, чтобы была взаимная поддержка и духовный соблюдался союз любви; а для того два главных средства: 1) чтобы скит, ежели только возможно, имел бы особое содержание, посредством боголюбивых душ, не нанося стужения обители о потребностях, и самим, что в силах будем, поделывать, как то: огородный овощ сажать и рукоделием, каким кто может, по временам от уныния заниматься, уповая наипаче на Промысл, что Он не лишит нужного продовольствия; когда же случится избыток в чем, - отдавать в обитель, а недостаток, сколько можно, понести терпением.

Получив положительный ответ от Филарета, рославльская братия во главе с о. Моисеем в июне 1821 г. прибыла в Оптину пустынь и вскоре приступила к постройке скита, для которого в лесу в нескольких десятках метров от обители был отведен участок. При утверждении плана скита владыка Филарет отдал игумену распоряжение относительно его будущего благоустройства: "1) братиям вос-претить к ним вход без вашего (старцев. - В.К.) дозволения и не в назначенное время. 2) Женскому полу совершенно возбранить туда вход, и 3) другим мирским людям не иначе позволять, как с согласия их старца, 4) во всем, где можно помочь им в построении без отягощения монастыря, не откажите. 5) Запретите строго рубить всякий лес около сего скита, дабы навсегда он был закрыт... "31. Отстроенный скит с небольшой церковью был освящен и назван в память Иоанна Крестителя - Предтеченским.

Молитвами новых старцев и тщанием ставшего настоятелем Оптиной о. Моисея монастырь достиг известной степени благосостояния, число братии заметно умножилось и к середине столетия превысило 100 человек (104 - данные за 1857 г.)32.

Наиболее чтимыми оптинскими старцами признаны иеромонахи Леонид (в схиме - Лев), Макарий и преп. Амвросий. Кроме них, в пустыни подвизались многие другие старцы - иеромонахи Исаакий, Анатолий и иные, однако именно с Леонидом, Макарием и Амвросием связывают возрождение русского старчества.

О. Леонид33 был учеником о. Феодора, наставником которого был сам Паисий Величковский. После многолетних духовных подвигов - сначала в лесах, затем в различных монастырях - в 1829 г. старец Леонид переходит со своими пятью учениками в Оптину и занимает место в скиту. Личность яркая, одаренная от рождения, он всячески смирял себя перед братией, хотя был одним из великих простецов (монахов, познающих Бога сердцем, а не разумом)34, составивших славу Русской Церкви.

Под руководством о. Леонида в 1834 г. начал свою подвижническую жизнь иеромонах Площанской пустыни Макарий, происходив-ший из дворян Орловской губернии. О. Макарий считался ближайшим другом и сотаинником о. Леонида, поэтому многие смотрели на него как на естественного преемника знаменитого старца, к тому же последний часто отсылал своих посетителей именно к нему. На вопросы своих духовных чад Макарий старался отвечать письменно, поэтому мы имеем возможность читать собственноручные послания старца, изданные в нескольких томах. О. Макарий, получивший светское образование, был привержен идее книжного просвещения народа, и книгоиздательская деятельность занимала в его планах одно из первых мест. В этой связи нельзя не вспомнить отношения старца с известным писателем и философом Иваном Васильевичем Киреевским, оказавшим пустыни неоценимую помощь в подготовке издания рукописей святоотеческих сочинений.

Со времен Петра I возможности издания славянских аскетических произведений были значительно ограничены; цензурный устав 1804 г. строго запрещал печатать духовную литературу в нецерковных типографиях. Именным указом 1787 г. налагался запрет на ввоз в Россию книг славянской печати, независимо от их содержания. Книги же, переведенные и переписанные Паисием Величковским в молдавском Нямецком монастыре, стали большой редкостью35. Поэтому вместе с Киреевским о. Макарий предпринял издание ряда необходимых аскетических и духовных сочинений, как то: "Житие и писания Молдавского старца Паисия Величковского" (1847), "Преподобного отца нашего Нила Сорского предание учеником своим о жительстве скитском" (1849), "Преподобного отца нашего аввы До- рофея душеполезные поучения и послания" (1856) и многие другие. Кроме того, о. Макарий работал над изданием перевода знаменитой "Лествицы" Иоанна Синаита36.

Из русских писателей старца Макария посещал Н.В. Гоголь (июнь 1850 г. и сентябрь 1851 г.) и до конца своих дней с благодарностью вспоминал об этих встречах. Он писал А.П. Толстому после своей первой поездки в Оптину: "Я думаю, на самой Афонской горе не лучше. Благодать видимо там присутствует, это слышится в самом наружном служении, хотя и не можем объяснить себе, почему. Нигде я не видал таких монахов. С каждым из них, мне казалось, беседует все небесное... За несколько верст, подъезжая к обители, уже слышишь ее благоухание: все становится приветливее, поклоны ниже и участья к человеку больше"37.

С 1853 г. о. Макарий посвятил себя старчеству, сложив обязанности духовника обители и скитоначальника. Он окончил свою земную жизнь в 1860 г.

Еще в 1846 г. иеромонах Амвросий был приглашен епархиальным архиереем разделить с о. Макарием труд духовничества; впрочем, и сам старец перед своей кончиной указывал на о. Амвросия как на своего преемника. Амвросий помогал о. Макарию в работе над переводами духовной литературы, вел его переписку. Тяжелый недуг не позволял ему участвовать в богослужениях, поэтому в 1848 г. он был переведен в заштатные иеромонахи. И тем не менее, о. Макарий провидел в Амвросии будущего великого старца и при выборе своего преемника отдал ему предпочтение.

Старец Амвросий38 (в миру Александр Михайлович Гренков) родился в 1812 г. в семье причетника, окончил тамбовскую семинарию, учительствовал. По совету старца о. Иллариона из села Трое-курова близ Липецка он оставляет службу и поступает в Оптину пустынь. Его дарования скоро стали столь очевидны, что к нему потоком потекли посетители. Один из его почитателей вспоминал позднее: "Меня покорила его святость, которую я чувствовал, не разбирая, в чем она, и та непостижимая бездна любви, которая, как следствие его святыни, была в нем. Я теперь стал понимать, что назначение старцев благословлять и одобрять жизнь и посылаемые Богом радости, учить людей жить счастливо и помогать им нести выпадающие на их долю тяготы, в чем бы они ни состояли"39.

Бывали у о. Амвросия и представители иных вероисповеданий, которые под его влиянием приходили к убеждению в истинности православия40, несколько раз приезжали классики русской литературы - Лев Толстой и Федор Достоевский, А.К. Толстой, Н. Лесков, В. Соловьев, навеки поселился возле старца К. Леонтьев... Каждому о. Амвросий уделял внимание, с каждым поговорил наедине, и никто из них не сумел скрыть от старца тайны своего сердца. Очень характерен пример Л. Толстого: после беседы с ним старец, по свидетельству послушника, дал великому писателю короткое и очень точное определение - "горд очень"41. Некоторые литературоведы видят в о. Амвросии прообраз старца Зосимы ("Братья Карамазовы")42.

В конце жизни о. Амвросий (умер в 1891 г.), подобно Серафиму Саровскому, озаботился основанием нового женского монастыря для благочестивых вдов и сирот, которых вокруг него всегда было множество. Так в 80-е гг. возник Шамординский монастырь (в селе Шамордино в нескольких километрах от Оптиной)43.

После 1917 г. Оптина пустынь постепенно потеряла основные источники существования, советской властью была конфискована практически вся недвижимость обители. Позднее, в 1923 г. сам монастырский комплекс перешел к государству, которое первоначально устроило в пустыни музей. Последние оптинские старцы (Нектарий и Никон) были выселены из обители и скончались вдали от нее. Оптинское старчество перестало существовать44.

В 1928 г., под лозунгом борьбы с религией, начался погром Оптиной: музей был ликвидирован, храмы разграблены и осквернены, богатейшая монастырская библиотека расформирована по разным книгохранилищам страны45. Обитель пришла в запустение. Понадобились десятилетия, чтобы вернуть Оптину пустынь Русской Право-славной Церкви, однако несмотря на все утраты обитель остается живым свидетелем и участником русского духовного возрождения XIX в.

См.: Карташев А.В. Очерки по истории Русской Церкви. М., 1992. Т. 2.

С. 311-319; Поселянин Е. Русская Церковь и русские подвижники XVIII века.

СПб., 1905.

Соловьев СМ. Сочинения. М., 1993. Т. 15. С. 89-91.

1 ПСЗ. СПб., 1830. Т. VII. № 4450. С. 226-233.

Карташев А.В. Указ. соч. С. 490-499.

Там же. С. 448; Верховский П.В. Очерки по истории Русской Церкви в XVIII и XIX вв. Варшава, 1912. С. 305.

О нем см.: Поселянин Е. Указ. соч. С. 261-273.

Там же. С. 220-235.

Там же. С. 235-252; Серафим (Чичагов), архим. Летопись Серафимо-Дивеев- ского монастыря. 2-е изд. СПб., 1903.

Иоанн (Маслов), схиархим. Глинская Пустынь. М., 1992.

Ю Там же. С. 35.

О старчестве см.: Игнатий (Брянчаниновеп. Отечник: Избранные изречения святых иноков и повести из жизни их. СПб., 1880; Старчество: Мысли св. отцов о необходимости и пользе старческого руководства в духовной жизни. М., 1910; Преподобный Нил Сорский, первооснователь скитского жития в России, и устав его о жительстве скитском. СПб., 1864; Палладий. Лавсаик, или Повествование о жизни святых и блаженных отцов. СПб., 1873. С. 392; Старческое наставление отца Назария, игумена Валаамского с кратким ска-занием о его жизни и подвигах. СПб., 1885; Смирнов С. Духовный отец в древней Восточной Церкви: (История духовничества на Востоке). Сергиев Посад, 1906; Тажуризина 3., Никонов К. Что такое старчество?: История и современность // Наука и религия. 1981. № 4. С. 38-41; № 5. С. 24-27; № 6. С. 34-37; Булгаков С., прот. О церковной иерархии // Булгаков С., прот. Православие: Очерки учения православной Церкви. М., 1989. С. 93-133; Феодор, архиеп. Смысл христианского подвига: Из чтений по пастырскому богословию. М., 1991.

Достоевская А.Г. Воспоминания. М., 1981. С. 326-329.

Соловьев А., прот. Старчество по учению святых отцов и аскетов. Семипалатинск, 1900. Репринт: Москва; Рига, 1995.

Житие старца Серафима, Саровской обители иеромонаха, пустынножителя и затворника. Муром, 1893. С. 30-62.

Иннокентий (Просвирнин), архим. Школа преподобного старца схиархиман- дрита Паисия Величковского и издательская деятельность Введенской Оптиной Пустыни // Оптина Пустынь: монастырь и русская культура. М., 1993. С. 93-99.

Иоанн, преп. Преподобною отца аввы Иоанна, игумена Синайской горы Лествица. СПб., 1995. Слово 4. С. 40.

Соловьев А., прот. Указ. соч. С. 58.

См.: Леонид (Кавелин), архим. Историческое описание Козельской Введенской Оптиной Пустыни. 3-е изд. М., 1876; Е.В. Историческое описание Козельской Оптиной Пустыни и Предтечева скита. Свято-Троицкая Сергеева Лавра, 1902; Четвериков С., прот. Оптина пустынь. Paris, 1988; Августин (Никитин) архим. Архитектурная летопись Оптиной Пустыни // Оптина Пустынь: монастырь и русская культура. С. 38-92; Соколов А.А. Значение Оптиной Пустыни (преимущественно по письмам иерархов и отзывам других лиц) // Калужские епархиальные ведомости. 1898, № 2, 5, 7, 8, 10; Денисов Л.И. Православные монастыри Российской империи. М., 1908; Климов И.И. В Оптиной пустыни // Калужские епархиальные ведомости. 1905. № 21; Синский К. Паломничество в Оптину Пустынь воспитанников Калужского духовного училища // Калужские епархиальные ведомости. 1903, № 12; Андроник (Трубачев), игумен. Основные черты пастырства в Оптиной Пустыни // Журнал Московской Патриархии. 1988. № 6. С. 64-72; Василий (Шус- тин), свящ. Старец Нектарий Оптинский // Василий (Шустин), свящ. Запись об о. Иоанне Кронштадтском и о оптинских старцах: Из личных воспоминаний. М., 1991. С. 40-47; Вербицкий В. Козельская (Введенская) Оптина пустынь и ее значение в истории русского монашества // Чтения в Обществе любителей духовного просвещения. 1893. 9. С. 155-208; № 10. С. 328-362; № 11. С. 399-410; Фирсов А. Козельская Оптина пустынь // Исторический вестник. 1899. № 3. С. 914-933; Розанов ВВ. Оптина пустынь // Розанов В.В. Около церковных стен. СПб., 1906. Т. 2. С. 95-128; Дмитриев А., Колыма- гин Б. Оптина пустынь// Москва. 1990. № 9. С. 161-163; и др.

Леонид (Кавелин), архим. Указ. соч. С. 11.

Е.В. Указ. соч. С. 7-8.

Там же. С. 8; Леонид (Кавелин), архим. Указ. соч. С. 112.

Е.В. Указ. соч. С. 10-11.

1 ПСЗ. Т. VII. №4151. С. 18.

Там же. № 4183. С. 30-31.

Е.В. Указ.соч. С. 29.

Августин (Никитин), архим. Указ. соч. С. 46.

Воспоминания архимандрита Пимена, настоятеля Николаевского монастыря, что на Угреше. М., 1877. С. 52-53.

Так обычно называли старцев - См.: Соловьев А., прот. Указ. соч. С. 6.

Е.В. Указ. соч. С. 48.

Там же . С. 46.

Там же; ИЛ. Историческое описание скита во имя св. Иоанна Предтечи Господня, находящегося при Козельской Введенской Оптиной Пустыни. СПб., 1862.

Е.В. Указ.соч. С. 55.

Житие оптинского старца иеромонаха Леонида (в схиме Льва). Оптина Пустынь, 1994.

Е.В. Указ. соч. С. 67.

Там же . С. 85; Иннокентий (Просвирнин), архим. Указ. соч. С. 93.

Е.В. Указ. соч. С. 86-94; Леонид (Кавелин), архим. Указ. соч. С. 169.

Гоголь Н.В. Полн. собр. соч. М., 1953. Т. 14. С. 194; Котельников В.А. Русские писатели в Оптиной Пустыни // Оптина Пустынь: монастырь и русская культура. С. 197-207; Манн Ю. Иван Киреевский, Гоголь и Оптина Пустынь // Оптина Пустынь: монастырь и русская культура. С. 208-221.

Агапит (Беловидов), схиархим. Жизнеописание в Бозе почившего оптинского старца иеросхимонаха Амвросия. М., 1900. Ч. 1-2.

Подразумевается Е. Поселянин. - Е.В. Указ. соч. С. 120.

Леонтьев К. Отец Климент Зедергольм, иеромонах Оптиной Пустыни. М., 1882.

Е.В. Указ. соч. С. 128; Богданов Д.П. Оптина пустынь и паломничество в нее русских писателей // Исторический вестник. 1910. № 10. С. 327-339.

Белов С.В. Зосима и Амвросий // Наука и религия. 1974. № 4. С. 76-78.

Подробнее о Шамординской общине и ее первой настоятельнице Софии Астафьевой см.: Е.В. Указ. соч. С. 137-140; Шамордино в 1894 году // Томские епархиальные ведомости. 1905. № 4. С. 27-35; Ильинская А.В. Страницы жизни шамординской схимонахини Серафимы (Духовный очерк) // Литературная учеба. 1990. № 5. С. 3-36; Трифон, en. Шамординская Казанская Амвросиева пустынь и ее основатель старец иеросхимонах Амвросий. Сергиев Посад, 1912.

Августин (Никитин), архим. Указ. соч. С. 66-67; Великие старцы Оптиной Пустыни //Вечное. 1986. Сб. 9 (№ 345), март. С. 121; Флоренский П. Отстоять Оптину...: Письмо Н.П. Киселеву (26.IV-9.V.1919. Сергиев Посад) //Вестник русского христианского движения. 1981. № 135. С. 94-96; Ликвидация "черных гнезд" // Революция и церковь. 1919. № 3-5. С. 73; Ильинская А. Мученики и исповедники: Судьбы оптинской братии и шамординских сестер в годы Советской власти // Журнал Московской Патриархии. 1991. № 11. С. 28-32; и др.

45 Павлович НА. Оптина Пустынь. Почему туда ездили великие? // Прометей. 1980. Т. 12. С. 86; Оптинская Атлантида: Монастырская библиотека: "своевременные мысли". Беседа Т. Злобина, А.Д. Червякова, дьякона Александра (Троицкого) // Литературное обозрение. 1990. № 6. С. 88-91.