§ 1. ПРОИСХОЖДЕНИЕ И СУЩНОСТЬ ПРАВА

Происхождение права. У права имеется с государством то общее, что они возникают в силу одних и тех же причин, ис­пользуются для достижения одних и тех же целей и отмирают при наступлении одних и тех же предпосылок.

Действительно, право, как и государство, появляется в ре­зультате возникновения частной собственности и раскола об­щества на враждебные классы. Оно сопутствует любому клас­совому, в том числе социалистическому, обществу и, подобно государству, используется в целях охраны, укрепления и раз­вития отношений и порядков, угодных и выгодных господству­ющему классу. Ho как только завершится процесс строитель­ства коммунизма и упразднения капиталистической системы, отомрет государство, а вместе с этим произойдет и отмирание права.

Возникает, естественно, вопрос, почему совпадающие при­чины вызывают к жизни различные явления и какова необхо­димость в подобном разнообразии средств, если цели, которым они служат, ничем друг от друга не отличаются.

Ответ на поставленный вопрос всецело определяется тем, что право не может существовать без государства, а государ­ство — без права.

Невозможность существования права без государства оче­видна и в особом обосновании не нуждается. B самом деле, при помощи права политически господствующий класс вводит правила поведения, хотя и в целях охраны своих интересов, но объявляемые им обязательными для всего общества. Понятно, что его классовые противники, а при определенной заинтере­сованности даже и отдельные представители господствующего класса могли бы с этими правилами вовсе не считаться, если бы за ними не стояла такая мощная принудительная сила, ка­кою является государство. Это обстоятельство как раз и имел в виду В. И. Ленин, когда говорил: «...право есть ничто

без аппарата, способного принуждать к соблюдению норм права». [1]

Ho и государство со своей стороны также не в состоянии обходиться без установления правовых норм.

Это не означает, конечно, что при отсутствии государствен­ной организации исключается вообще образование каких-либо норм человеческого поведения. Такие нормы в виде, например, обычаев или нравственных правил действовали в первобытном обществе, причем многие из них с возникновением государства составили содержание соответствующих юридических норм. После завершения строительства коммунизма, когда вместе с государством отомрет и право, его нормы не исчезнут бес­следно, а в значительной своей части преобразуются в органи­зационные, моральные и иные правила коммунистического общежития. Да и в самом государственно организованном об­ществе наряду с исходящими от государства правовыми суще­ствуют также независящие от него многочисленные иные, при­меняемые в отношениях между людьми правила их взаимного поведения (приличия, этикета и т. п.). Ho правовые нормы обладают специфической природой, проявляющейся как в их неотрывности от государства, так и в ряде других качеств, ко­торые в своей совокупности и предопределяют сущность права как особого социального явления.

Определение права. Будучи сложным общественным явле­нием, право обнаруживает многообразные свойства и призна­ки. Однако общее определение должно включать в себя указа­ние лишь на такие моменты, которые характеризуют право со стороны его сущности и специфической для него формы, а так­же с точки зрения функций, которые право выполняет среди других общественных явлений.

Начнем с вопроса о сущности права. Говоря о буржуазном праве, Маркс и Энгельс рассматривали его как возведенную в закон волю буржуазии.[2] Эта формула с соответствующими из­менениями применима к любому праву вообще: всякое право представляет собой не что иное, как возведенную взаконволю господствующего класса. При этом речь идет не проегоЛГволе господствующего класса, а о такой его воле, которая возве­дена в закон. Ho возвести волю в закон — значит сделать ее общеобязательной. Совершенно очевидно, что обшеобязатель- ную силу воле класса, стоящего у власти, может придать толь­ко государство, являющееся органом принуждения в руках данного класса. B этом именно и состоит специфическое каче­ство той воли, которая образует сущность права. Следователь­но, со стороны его сущности право характеризуется тем, что оно представляет собою государственную волю господствую­щего класса.

Такая воля приобретает общеобязательную силу и стано­вится правом благодаря тому, что она выражается в законах, декретах, постановлениях и иных актах, издаваемых государ­ственными органами, либо в обычаях, возникающих помимо государства, но получающих государственную санкцию, когда они соответствуют воле господствующего класса. Как бы, од­нако, ни были разнообразны конкретные способы выражения государственной воли, все они придают ей характер нормы, т. e. общего правила поведения. Эта норма всегда исходит от государсГва, так как либо устанавливается, либо по крайней мере утверждается (санкционируется) им. Она находится в определенной связи и состоит в единой системе со всеми дру­гими подобными нормами и, как исходящая от государства, обеспечивается охраной с его стороны. C точки зрения его формы право и представляет собою не что иное, как систему норм, охраняемых государством.

Что же касается функций, выполняемых правом, то, имея в виду социалистическое общество, В. И. Ленин рассматривал право как регулятор общественных отношений.[3] Это ленинское положение должно быть применено и использовано для харак­теристики активной роли права вообще.

Следовательно, право есть государственная воля господ­ствующего класса, выраженная в системе норм, которые охра­няются государством как классовый регулятор общественных отношений. Содержание воли определяется материальными условиями жизни этого класса.

Подобно тому, однако, как общее определение государства скрывает за собой либо существенно различающиеся, либо да­же прямо противоположные государственные образования, так и общее определение права отражает в самом абстрактном виде не только однопорядковые, но и друг другу противостоя­щие правовые системы. Вот почему вслед за формированием соответствующего общего понятия необходимо рассмотреть и особые признаки, свойственные отдельным историческим си­стемам или типам права.

Исторические типы права. Поскольку право неотделимо от государства, становится понятным, что возможно существова­ние ровно такого же числа типов права, как и государства. При этом служащие целям охраны частной собственности и эксплуатации рабовладельческое, феодально-крепостническое и буржуазное право объединяются под общим наименованием эксплуататорских типов права с противопоставлением им един­ственного в истории человечества неэксплуататорского, сопиа- листическогоправа(см.§2настоящейглавы).

Первое из относящихсякэксплуататорскимтипам рабовла­дельческое право выражает волю класса рабовладельцев, на­вязываемую классу рабов. Опираясь на внезкономическое-при- нуждение, рабовладельческое право проводит начало формаль­ного неравенства между людьми. Это неравенство сказывает­ся, с одной стороны, в признании рабов лишьобъёктами права и объявлении его субъектами только свободных, а с другой стороны, в неравноправии отдельных групп среди самих сво­бодных.

Ha смену рабовладельческому приходит феодально-кре­постническое право, которое выражает волю феодалов и поме­щиков, навязываемую классу крепостных крестьян. Это право также выступает как право формального неравенства. Ho в от­личие от раба, который объявляется лишь объектом, крепост­ной приобретает качества объекта и субъекта права одновре­менно. Формальное неравенство проявляется, кроме того, в не­равном положении свободных крестьян и ремесленников B сравнении с положением представителей господствующего класса, а также в неравенстве внутри самого этого класса, строящегося по иерархическому принципу. Право феодальных государств, подобно рабовладельческому праву, включает в себя обычаи, прецеденты и писаные законы, в том^шсле круп­ные законодательные памятники (такие, какАусская правда или Саксонское зерцало). При этом периодудоеодальной раз­дробленности соответствует правовой партикуляризм, а с ут­верждением централизованных государств вырабатывается также и единое для всей страны право. ВместеХс тем ничем не ограниченная власть удельного князя, а впоследствии абсо­лютного монарха воплощалась в общеобязательности их воли, выраженной влюбое время и любым способом, независимо от степени ее совпадения с изданными ранее писаными законами. Фактически полностью бесконтрольным оставался и помещик во взаимоотношениях со своими крепостными. Вследствие это­го и само феодальное право выступает в неприкрытом виде «права сильнейшего», или «кулачного црава», как обычно го­ворят, имея в виду систему законодательства, сложившуюся в условиях феодализма.

Феодально-крепостническое право сменяется правом бур­жуазным, выражающим волю класса капиталистов с навязы­ванием ее рабочему классу. Поскольку, в Отличие от рабо­владельческого и феодального общества, эксплуатация при капитализме осуществляется на началах экономического при­нуждения, то вместо былого формального неравенства буржу­азное право провозглашает равенство всех перед законом. Ho это формальное равенство абстрактных индивидов, за которым скрывается фактическое классовое неравенство, ибо, хотя по закону рабочий объявляется таким же субъектом права, как и капиталист, не могут быть равноправными по существу экс­плуататор и эксплуатируемый, собственник средств производ­ства, присваивающий продукты чужого труда, и тот, у кого нет средств производства и кто поэтому лишен возможности присвоить даже продукты своего собственного труда. K тому же и начало формального равенства последовательно и до конца не соблюдается буржуазным законом, знающим немало не только скрытых (например, образовательный ценз при вы­борах), но и явных ограничений в правах по классовому при­знаку (например, установление зависимости права занижать определенную должность от размера уплачиваемого налога). C особой откровенностью буржуазное начало формального равенства попиралось и попирается в фашистских и полуфа­шистских государствах, где узаконивается система вождизма, расовой дискриминации и т. п. Сохраняется подвластное поло­жение туземцев в тех странах, в которых до настоящего вре­мени все еще не ликвидированы остатки колониальной систе­мы. B большой степени продолжают давать о себе знать в го­сударствах капиталистического типа, в том числе в США, Англии и других, элементы юридического неравенства жен­щины в сравнении с мужчиной.

Среди разнообразных форм выражения буржуазного права преобладающее место занимают писаные законы, которые ча­ще всего сводятся в единые систематизированные акты — ко­дексы. Для периода промышленного капитализма образцом при создании соответствующих кодексов служили кодексы Наполеона, а для периода империализма — Германские уло­жения. Ho наряду с писаными законами едва ли не во всех буржуазных государствах юридическая сила в определенном объеме придана обычаям и прецедентам. Особое значение, превалирующее даже надписанымизаконами,обычаиипреце- денты имеют в англо-американских странах, порождая неред­ко крайнюю неопределенность в правовом регулировании и открывая тем самым широкие возможности для произвола.