Заключение

Аеперь нам следует остановиться. Интеллектуальное фор-мирование русского общества, которое мы выше пытались описать, прошло свой первый этап. Конечно, это был подготовительный этап, но именно он сделал возможными фи- лософско-исторические построения 1840-х гг.

Идейным итогом этого этапа является замена универсализма XVIII в., признающего лишь одну разновидность цивилизации для всего человечества, идеалистическим и националистическим романтизмом, который за каждым народом признавал собственные сущность и дух, а выражением их считал самобытную цивилизацию каждого народа.

Начав с установления причин противостояния России и Запада, поколение 1820-х гг. искало их то в чисто исторических факторах, то в географических, этнических и религиозных. Так оно готовило арсенал орудий, которыми воспользуются следующие поколения.

Как и предшествующее поколение, оно начинало с того, что в различиях между Россией и Западом видело только различие в степени; поэтому речь шла о том, что нужно преодолеть отставание, сравняться с более культурными и более облагодетельствованными судьбой нациями.

Содержание русского национализма претерпело глубокие изменения как в своих основаниях, так и в своих устремлениях. Уже не в прошлом виделась истинная слава России (ведь история в ней отказала), не в настоящем (оно слишком жалко и печально), но в будущем, которое является залогом величия. У России свое призвание, и миссия ее заключается не в уравнении с западными народами путем обретения их цивилизованности, но, напротив, в развитии собственной цивилизации — новой, более высокой и совершенной цивилизации, которая будет в то же время завершением всего ис-торического развития Запада. Благодаря своей молодости и силе Россия сумеет, выражая и осуществляя свой идеал, од-новременно реализовать и идеал всего человечества. По мысли молодых идеалистов 1820-х гг., Россия наделена славной миссией: основать, наконец, ту целостную цивили-

Заключение 2S5

зацию, о которой мечтали романтики, которая делает воз-можными полное и гармоничное развитие всех способностей человеческой природы, объединяющий синтез всего человеческого духа, спасение человека от «дробления», от внутреннего распада, к коему ведет неравномерное развитие его способностей, отдающее преимущество его рассудку.

Эта мечта о гармоничном и органическом единстве человеческого существа, которое осуществляется в обществе, предстающем как гармоничное и органическое единство индивидов, сохранилась и продолжила свое действие в идейной истории России. Мечта эта живет и действует доныне, а идеи людей 1820-х гг., наверное, никогда не были так актуальны, как в наши дни. Но настоящее не принадлежит истории, а мы заняты именно ею.

Мы проследили постепенное проникновение в интеллектуальный мир России тем и идей немецкой метафизики.

На этом следует поставить точку. Придут 1830-е гг. с новыми духовными влияниями: Сен-Симона и Фурье, с одной стороны, Гегеля, с другой. Тридцатые годы XIX в. будут вре- менем учения нового поколения и сосредоточения сил поколения, которое мы рассматривали. Когда эти поколения встретятся и вступят в борьбу, появятся новые средства, и они будут использоваться для выдвижения новых проблем и отстаивания новых решений. Проблема религии и социальная проблема будут доминировать в мышлении Киреевского, Хомякова, Аксакова, Герцена и Бакунина. Эту идеологическую борьбу нам, быть может, удастся рассмотреть в другой работе. Здесь же мы ограничились описанием ду-ховной атмосферы, в которой росло это поколение, и его интеллектуального облика.

А. М. Руткевич